Дорога 1

Равнины сменялись лесами, леса пролесками, а пролески полями. Пошитая на скорую руку сумка свисала с плеча, еле выдерживая тяжесть бутылек, микстур, и пары книг. Что-то там валялось на самом дне, прибавляя веса, но я не помнила, что именно. Кинжал отбивал по бедру с каждым шагом, оповещая о своём присутствии. Меч свисал с ремня, давно не заточенный, давно не острый, но всё ещё служивший верой и правдой. Полуденное солнце жарило по капюшону плаща принуждая его снять, но яркие лучи угрожали солнечным ударом. Пот каплями струился со лба, но никаких намёков на реку не было. - Хоть бы без орков, - прошептала я, выходя на открытую местность и поправляя полы плаща. Припасы заканчивались, а это обозначало либо ближайшую охоту, либо налёт на проходящий караван. Караваны эльфов стали проходить реже и с большей охраной, а это уменьшало шансы на хорошую добычу. Как и в этих местностях из добычи оставались лишь кролики и ежи. Первые ещё куда ни шло, а вторых замучаешься готовить. Вглядываясь в горизонт, где-то вдалеке показался пролесок. Подняв взгляд на солнце поняла, что через часа три сумерки станут опускаться на долину. - Была не была, - и поправив меч на поясе двинулась к пролеску. Дожди были редким явлением, отчего грибов день со днём не сыщешь. Редкие ягоды ещё висели на кустах, но и то в самых дебрях. Уж птички постарались. Тупой меч как никах разрезал ветки кустарников, но наглые птички сразу слетались к образовавшимся ягодам. Приходилось отгонять и руками, и мечом, и магией. Пролесок был вовсе не густой, как показалось на первый взгляд: тройка рядов деревьев и густые кустарники, из которых, при желании, можно было организовать не плохой ночлег. Тонкое деревце, нынче служившее подобием посоха и проверявшее болота и капканы, раздвигало кусты. Вынудив из карманов плаща хлопковые мешочки, стала набирать знакомые ягоды для пропитания. Сытости, конечно, много не прибавят, но рот гулять не будет. Малознакомые ягоды отправлялись в бесчисленные карманы плаща для последующего приготовления настоек и отваров. Крохотный котелок то и дело звякал на сумке. Солнце клонилось к горизонту, а значит скорое время для организации костра. Но эта полянка мяты и чебреца слишком манили! Набрав полные карманы трав, огляделась на горизонт. Последние лучи солнца освещали густые заросли и деревья. - Снова проворонила, - с улыбкой прошептала я, наблюдая за красно-оранжевым закатом. Ветки трещали в костре. Дождя не было, грибов не было, но ветви горели отменно! Котелок стрелял маслом, в котором жарились остатки грибов и зайчатины. Не жаркое, но тоже неплохо. Который месяц удавалось поймать зайцев, а на мясо жаловаться грешно. Муравьи взбирались по плащу, то и дело надоедая своим присутствием. Против природы не пойдёшь, но их популяцию можно и сократить. От того несколько муравьят кляксами распластались на плаще. Искры огня вводили в некий транс, потрескивания ветвей благополучно действовали на разум. Риск, связанный с розжигом костра постепенно стал забываться, открывая лишь новые горизонты подсознания. Глаза слипались, а тело немело, но комары возвращали в реальность. Потушив костёр, можно будет попрощаться с тёплой ночью, но ежели его оставить налёт орков или внезапный наезд эльфов более вероятен. Проморгавшись, я потеряла глаза руками, открывая сумку. Если мои подсчёты верны, зелье осталось где-то в северной части сумки. Помнила бы я где это. Колбочка с оранжевой жидкостью скользнула в руке вместе с рядом других. Похожи как капли воды, не разбираясь, можно вытащить любую. Но умелая рука выудила старую колбочку с огнивом, а после вытянула деревянную пробку. Запах ударил в нос. Слишком горький, жаркий, терпкий липой и облепихой. Такого же яркого цвета с неприятным осадком. Раньше я бы поморщилась, но сейчас в пару глотков осушила половину колбы и сузила глаза. Жидкость прошла по горлу и пищеводу, наполняя тело жаром и теплом. Эффект наступил мгновенно, от того тушить костёр стало лишь делом желания. Видавший и лучшие времена ботинок потушил горящие ветви, отчего дыма стало только больше. - Сейчас бы пригодился купол, - шепнула я, наблюдая за столпом дыма. Поправив ветви кустарника, так хорошо защищавшего меня от внезапных гостей, дым от костра рассеялся и погружение в тревожные сны стало более чем внезапным.