Возвращение Анны Уильямс

В первый раз это произошло в Нью-Йорке. — Бросили! Казуя едва успел объявить о проведении восьмого турнира «Король Железного Кулака» и спуститься на землю, как ему пришлось уворачиваться от увесистой ракеты, выпущенной из базуки; совершив изящную петлю, она врезалась в здание, уже порядком пострадавшее от тёплой сцены воссоединения отца и сына, и проделала в ней ещё одну дыру. Взмахнув крыльями, Казуя вновь взмыл в воздух, рыща взглядом в поисках того, кто посмел напасть на него. Для острастки даже выпустил несколько лазерных лучей, пропахав проезжую часть, однако лишь ещё больше перепугал гражданских, которые с воплями искали укрытия от исчадия Ада. Стрелок из базуки, бросив всего одну фразу, словно бы растворился в воздухе.

***

Во второй раз это произошло на ферме Ортиз. — Бросили! Выкрик прорвался сквозь непрерывный поток болтовни Азусены, которая могла бы сутками рассказывать о сортах и способах обработки кофе даже такому неблагодарному слушателю, как Казуя. Тот, моментально отреагировав на атаку, успел увернуться, и ракета прилетела в каменное изваяние какого-то языческого божества; альпаки с испуганным блеянием бросились врассыпную. — ¿Quién era? — обеспокоенно заозиралась Азусена. — Кто бы это ни был, лучше бы ему прекратить, — ответил Казуя достаточно громко, чтобы стрелок, вновь скрывшийся из виду, но наверняка ошивающийся неподалёку, хорошо его услышал. — Иначе ему не жить. — ¡Puedo servirla una taza de café! — моментально успокаиваясь, предложила Азусена; её глаза зажглись маниакальным кофейным огоньком. — Тебе лишь бы таз кофе намутить, — хмуро ответил Казуя. — Нет, тот, кто стрелял, любит только выдержанный колд-брю. Месть — блюдо, которое подают холодным, не так ли?

***

В третий раз это произошло на крыше здания корпорации Джи. — Бросили! Проследив, как удаляется вертолёт, на котором отбыла на задание Нина Уильямс с отрядом солдат, Казуя ненадолго принял дьявольскую форму, чтобы отмахнуться от очередной ракеты, выпущенной в его сторону. Повернулся, складывая руки на груди, и хмуро смерил взглядом того, кто преследовал его вот уже несколько дней кряду. Вернее, ту. — Анна. Она была так же прекрасна, как и в тот день, когда покинула корпорацию Джи — и так же смертельно опасна и феноменально упряма. — Бросили, — прошипела она, взваливая базуку на плечо. — Вы бросили меня. — Не выдумывай. Ты не Мишима, чтобы я тебя бросал. — Да не с грёбаной скалы! — вспылила она, однако быстро взяла себя в руки и прищурилась. Поправила косую чёлку, словно бы пыталась привлечь внимание к своему новому образу, однако для Казуи она визуально как была, так и осталась вызывающей красной кляксой — пока не вступала в бой и не превращалась в настоящую угрозу. — Вы бросили меня, — повторила словно мантру. — Бросили, предали, заменили. И кем? Ей?! — пальчиком она указала в сторону вертолёта, который успел превратиться в тёмную точку на вечернем небе. — Такое я не прощаю, Мишима Казуя! Я докажу, что я лучше неё! Ах, вот в чём дело. По всей видимости, единственное, что по-настоящему задевало Анну — это то, что на замену ей Казуя нанял её хладнокровную сучку-сестру. Если бы Казуя владел словами так же хорошо, как кулаками, он прямо и честно сказал бы ей: «Я знаю, что ты лучше неё, и я уважаю тебя, Анна. Я уважаю твоё решение отойти от дел, поэтому не стал удерживать, когда ты подала на увольнение. И, поскольку у меня больше не было лучшего из вариантов, пришлось брать то, что есть, и нанимать Нину». К несчастью, Казуя владел словами гораздо хуже, чем кулаками. А потому, хрустнув костяшками, прорычал в ответ на угрозу: — Да я тебе сейчас хребет сломаю, женщина.