Полёт

Тав увлечённо занималась любимым делом. С тех пор как она, девушка из семьи, которая вот-вот, по словам её матери, пойдёт по миру, а по факту, никогда не знавшая нужды, внезапно оказалась не только без денег, охраны и оружия, но ещё и во главе компании таких же оборванцев, её любимым занятием стало оно. Собирательство. Она собирала всё, что плохо лежит, и ей становилось спокойнее. Может быть, поэтому она и стала старшей над ними, только Тав, по сути, интересовало, что они будут есть на ужин, как всех вооружить и одеть, где взять волшебные предметы для Гейла, чтобы опять не пришлось отдавать ему её прекрасные, зачарованные от протекания и натирания, волшебные сапоги. Именно поэтому Тав не пропускала ни одного брошенного дома, сундука или даже норы. А что иногда попадала в ловушки, забыв попросить Астариона проверить и обезвредить, – так никто не говорил, что мародёрство законно и безопасно. В тот день ей особенно не повезло. Маленький фургончик выглядел настолько безопасным, а сундук, закрытый рогожей, - притягательным, что Тав радостно запрыгнула внутрь и активировала ловушку. Гейл и Уилл пытались остановить заклинание, Карлах бежала следом что бы запрыгнуть за ней, но взметнувшийся ввысь фургон было уже не остановить, а выбраться из него Тав не удалось. Единственное, что удалось кому-то из команды, – это сбить летающую ловушку на мародёров с пути и обезопасить Тав внутри неё. Вместо того, чтобы упасть и разбиться об камни или об воду и утонуть, фургончик упал где-то в болотах, которые в тот же момент потеряли краски, и даже солнце как будто зашло за тучи. Все, кто был на болотах в тот злополучный момент, словно с солнечной ягодной поляны, были выброшены в зловонную топь. Тав всего этого не видела. Она выбралась из обломков фургона, стряхивая с себя пыль и щепки, и тут же попала в объятия разъярённой, рычащей беременной женщины, требующей вернуть ей мужа и бабку, потому что ей обещали, а она всё испортила. Тав уже решила, что женщина сошла с ума, но, обернувшись, увидела, что из-под обломков злополучной летающей повозки торчат две высохших, перекрученных стянутыми сухожилиями старческих ноги в серебряных туфлях. Каким образом Тав смогла успокоить несчастную женщину, как откидывала обломки и выясняла, что под повозкой одна погибшая карга и нет никаких мужей, как принимала благодарность от внезапно появившихся мужчин, братьев беременной, за убийство зловредной ведьмы, а также освобождала из логова карги её пленников и случайно подняла одного зомби, – это уже не столь интересно. А вот почему Тав, девушка из приличной семьи, украла с мёртвой ведьмы серебряные туфельки, абсолютно ясно – привычка.