Часть 34

— Привет, я смотрю, ты выглядишь весьма бодро, — произнёс Луис, осторожно входя в комнату и стараясь не выдать своего волнения. Клементина на мгновение замерла, натянув на лицо дежурную улыбку. Рассказывать о своём кошмаре и бессонной ночи она не собиралась. Это означало бы, что все усилия Луиса по организации её отдыха пошли прахом. А она не хотела обесценивать его старания. — Да, спасибо, — ответила она, но её брови невольно сошлись на переносице, когда она не обнаружила костылей. — Луууииис, — протянула она с явным недовольством в голосе, — где костыли? Лицо Луиса мгновенно побледнело. Он замер, словно статуя, осознав свою оплошность. Как он мог забыть о костылях? Это была вторая ошибка за день! Теперь Клементина точно потеряет к нему доверие. Паника начала охватывать его, но вдруг в голове промелькнула спасительная мысль. — Э-э-э… — протянул он, пытаясь собраться с мыслями, — я… я их убрал, чтобы ты отдохнула как следует. Знаешь, ты так много работаешь, что даже во сне, наверное, думаешь о делах общины. Он нервно улыбнулся, надеясь, что его импровизация сработает, однако с Клем такого трюка провернуть было невозможно — это стало ясно по её недовольному, почти сердитому лицу. — Ты не можешь использовать эту отговорку вечно. Что случилось? Они сломаны? — её голос дрогнул, выдавая лёгкую панику. Да, теперь у неё был протез, на котором она, вероятно, скоро сможет научиться ходить, но до тех пор костыли оставались единственной опорой, не дававшей ей отчаяться окончательно. Луис заметил проблеск настоящего страха в её обычно спокойных глазах. Клементина всегда была с ним предельно честной, открыто говорила о своих страхах и переживаниях, но увидеть такой неподдельный ужас в её взгляде удавалось крайне редко. Это заставило его мгновенно собраться с мыслями. — Нет-нет, они целы, — поспешно заверил он, поднимая руки в примирительном жесте. — Просто… я забыл про них. Совсем из головы вылетело. Он почувствовал, как краснеет, осознавая, насколько жалко звучит его оправдание. Но сейчас было не время для гордости — главное было успокоить Клементину, вернуть ей уверенность в том, что всё под контролем. — Прости, ужин ещё не готов, поэтому давай сходим за ними чуть позже. Луиса успокоился, увидев её улыбку, посмеивающуюся над его невнимательностью. Лицо девушки выражало облегчение. Парень переминался с ноги на ногу, глядя на Клементину. Солнце пробивалось сквозь листву, играя светлыми пятнами на её лице. Он глубоко вздохнул, собираясь с духом. Он глубоко вздохнул, собираясь с духом. "Ну, Луис," - подумал он, - "как бы деликатно извиниться за то, что ты был хуже стада зомби в брачную ночь? Хотя, зомби хотя бы двигаются целеустремленно…" — Слушай, Клем, — начал он, стараясь говорить спокойно, но голос всё равно дрожал. — Я хотел поговорить по поводу вчерашнего. Вышло не очень хорошо… Знаешь, как будто кто-то решил устроить романтический ужин в пещере, населённой летучими мышами. Клементина нахмурилась, словно не понимала, о чем он. Или, возможно, пыталась вспомнить, действительно ли там были летучие мыши, и он просто забыл об этом упомянуть. — Что ты имеешь в виду? — спросила она, наклонив голову. "Неужели всё настолько плохо, что она даже не помнит, что мы… ну, ты понимаешь?" - подумал Луис с ужасом. "Или она просто старается это забыть, как забывают неудачный поход к дантисту?" Луис покраснел. Ему было ужасно неловко говорить об этом, но он чувствовал, что должен. — Ну, знаешь… обстановка, — он сделал неопределённый жест рукой. — Было темно, как в канализации. Холодно, как в сердце ходячего. Да и я… Я был немного не в себе. Как будто меня подменили на неуклюжего двойника, который никогда раньше не видел девушку. Просто хотел, чтобы ты знала, что… я не хотел, чтобы всё так получилось. Я переживаю, что тебе было некомфортно. Парень замолчал, ожидая её реакции, готовый ко всему. Ему казалось, что он провалил какой-то важный экзамен на выживание, и теперь его ждёт перевоспитание в лагере для безнадежных романтиков в условиях зомби-апокалипсиса. Клементина тихонько рассмеялась, и Луис вздрогнул. Звук был похож на смех ангела, который только что услышал шутку про зомби, от которой у ангелов обычно отваливаются крылья. — Луис, — сказала она, притянув ближе к себе за рукав пальто и взяв его за руку. — Расслабься. Всё было нормально. Правда. Ты вел себя как немного взволнованный пингвин, который потерял плавник, но это было весьма мило. Он посмотрел на неё с недоверием. — Но… — он запнулся. — Холод, темнота… Я был таким неуклюжим.Как будто пытался станцевать танго с зомби на одной ноге. Клементина пожала плечами. — Ну и что? Если ты не замечал, то ты всегда такой. Я уже привыкла, — ответила она с улыбкой. — Главное, что мы были вместе. И… я не думаю, что ты был неуклюжим. Просто немного… энтузиастом. С избытком энтузиазма, который нужно было немного… усмирить. Луис немного расслабился, но сомнения всё еще грызли его. — Ты правда не расстроена? — спросил он. Клементина покачала головой. — Совсем нет. Это была наша первая ночь. Никто не ожидает идеального голливудского кино в зомби-апокалипсисе, верно? Особенно если главную роль играет парень, который, кажется, впервые в жизни увидел девушку. Важно то, что нам было хорошо вместе, и то, что мы были честны друг с другом. А всё остальное… это детали. Луис почувствовал, как напряжение покидает его тело. Улыбка тронула его губы. — Ты, как всегда права, — сказал он. — Просто… я хотел, чтобы всё было идеально для мисс Клементины. Чтобы ты подумала: "Вау, Луис – идеальный романтик! Он заслуживает памятник из марципана!" Клементина легонько ткнула его пальцем в грудь. — Идеально – это скучно. А с тобой точно не бывает скучно. Луис рассмеялся. Он обнял Клементину, чувствуя себя гораздо лучше. Он все еще немного смущался, но теперь знал, что она не держит на него зла. Он мог быть самим собой рядом с ней, даже если "он сам" иногда был неуклюжим и переживающим парнем. Луис присел и прижал Клементину к себе чуть крепче, чувствуя, как ее волосы щекочут его щеку. Запах мертвецов, конечно, витал в воздухе, но в объятиях Клементины он казался не таким уж и отвратительным. Почти как… пикантная приправа к их постапокалиптической любви. — Кстати, — пробормотал Луис в ее волосы, — ты ведь не думаешь, что мне стоит извиниться перед тем ходячем, которого мы потревожжели своим «романтическим вечером»? Вдруг он тоже хотел немного тишины и уюта? Клементина отстранилась, приподняв бровь. — Ты переживаешь о чувствах мертвеца? Луис, ты хоть понимаешь, что он был мёртв даже своей восставшей жизннью? Он не оценит твою искреннюю заботу о его эмоциональном состоянии. Скорее всего, попытался бы съесть твой мозг, чтобы понять, что там происходит, если бы кто-то из наших не проткнул его голову. — Ну, — замялся Луис, — может, у них просто нет другого способа выразить свои чувства? Может, они просто хотят обнять, а у них получаются только укусы? Мы же не знаем, как сложно быть ходячем в этом мире! Клементина закатила глаза, но в уголках ее губ плясала улыбка. — Никогда не замечала в тебе этого романтизма по отношению к мертвецам. Иногда мне кажется, что для себя ты опаснее, чем для кого-либо. Ты хоть раз видел, чтобы ходячий пытался зажечь костер куском зомби-сала? — Это был эксперимент! — запротестовал Луис. — Наука требует жертв! И вообще, кто знает, может, зомби-сало горит лучше обычного? У него же, наверняка, есть какие-то… особые свойства. Может, оно, типа, излучает зомби-энергию, которая отпугивает других ходячих? Клементина покачала головой, смеясь. — Только ты мог придумать такую теорию. Слушай, давай просто договоримся, что в следующий раз мы будем разжигать костер дровами? И, может, постараемся найти какое-нибудь место, где не так сильно воняет гнилью? А то, знаешь, трудно настроиться на романтический лад, когда вокруг тебя атмосфера морга. — Договорились, — сдался Луис, — но в следующий раз я всё же хочу попробовать использовать кусок зомби-печени. Просто для науки! Клементина вздохнула, но ее глаза светились любовью. — Я знала, что ты так скажешь. Ладно, только обещай, что я буду далеко-далеко, когда ты решишь это провернуть. И, пожалуйста, возьми с собой Эйджея. Он любит науку, особенно когда она взрывается и плохо пахнет. — Обещаю, — улыбнулся Луис. — А знаешь что? Я думаю, что наша жизнь даже немного романтична. Мы выживаем вместе, боремся с ходячими вместе, пытаемся не сойти с ума вместе… В конце концов, это наша история любви, написанная кровью, потом и… чужими мозгами. Клементина прижалась к нему, положив голову ему на плечо. — Да, — прошептала она, — наша сумасшедшая история любви. И я рада, что пишу ее с тобой, даже если ты иногда пытаешься накормить меня зомби-салом. Луис обнял её крепче, чувствуя, как сердце переполняется теплом и нежностью. Её близость, её запах, её доверие — всё это кружило голову сильнее любого танца. — Кстати, знаешь, — произнесла Клементина с лёгкой улыбкой, — мне нравится твоё видение вчерашнего вечера. Ну, то с танго… Кажется, я идеально подхожу на роль мертвеца без ноги. — Что ж, тогда я буду танцевать с тобой прямиком до фиолетовой комнаты, — ответил Луис, не скрывая улыбки. Он осторожно отстранился, посмотрел ей в глаза и, не раздумывая, подхватил на руки. Комната вдруг показалась слишком маленькой для их танца, но это не остановило его. Луис закружил Клементину по комнате, стараясь двигаться плавно и уверенно, несмотря на ограниченное пространство. Когда они вышли во двор все уже вернулись и собирались ужинать. Взрослые общались со своими младшими друзьями и выслушивали их эмоции от первых самостоятельных заданий. Эриксонцы же занились ужином и другими делами, чтобы дать остальным свободного времени. — Как дела? — спросила у всех Клем, подойдя к столу. Ребята тут же подвинулись освобождая ей место поближе. Ей это как обычно не понравилось, что можно было прочесть по её лицу, однако ничего говорить против не стала и присела на скамью. — Ребятам тут полезно побыть — сказал Дэрел. Всё свободное время он разговаривал с Вайолет. Девушка рассказывала про их устройство и лес в целом. Дэрел поделился полезными советами. Годы нахождения среди людей, которых он может назвать семьёй его смягчили. И всё это время семья уважала его навыки и способности и использовала их, однако мало кто интересовался подробности следопытства. Поэтому искренний интерес жителей Эриксона ему польстил, заставляя делиться знаниями, которые он годами хранил при себе. — Но нам уже пора ехать, — произнёс Дэрел, глядя на Клементину. — Мы думали задержаться до приезда людей из королевства, но раз у вас всё неплохо, то поскорее поедем — там помощь нужнее. Сегодня ещё можем помочь с зачисткой, но утром выедем обратно. — Поняла, — Клементина кивнула, её голос звучал спокойно и твёрдо. — Спасибо за помощь. Вы сильно нам помогли. Её взгляд скользнул мимо Дэрела, остановившись на Ви. Та, как всегда, выглядела серьёзной и сосредоточенной, но в глубине её глаз таилась лёгкая печаль. Клементина не хотела омрачать этот день грустными мыслями, поэтому быстро перевела взгляд на другую сторону стола. Там Луис снова был вовлечён в перепалку с Кэти, а Мэгги с интересом наблюдала за их словесной дуэлью, пытаясь уловить суть их бесконечных споров. — Тогда надо зачистить кухню и столовую, — вмешался Аасим, ставя последние тарелки на стол. — Там сложно, и нужно будет побольше людей. Столовая большая. И пусть дверь сейчас закрыта, но мертвецов внутри очень много. — Думаю, не обязательно, — возразила Клементина, обдумывая план действий. — Дверь в кухню открывается наружу, поэтому будет лучше выманивать мертвецов по одному. Долго, но безопаснее. Хотя, конечно, нужна будет подстраховка. Её слова повисли в воздухе, и все задумались над предложенным планом. За столом воцарилась атмосфера напряжённой сосредоточенности. — Хороший план, — одобрила Мэгги, кивая головой. — Думаю, так и сделаем. Пару парней на то, чтобы удерживать дверь. Остальные будут контролировать поток ходячих. — Повеселимся! — воскликнула короткостриженная девушка, наконец оставив в покое Луиса, который безуспешно пытался принять серьёзный вид. — Пойдём! Поймём! Мне уже надоело, я соскучилась по кромсанию их гнилых головушек. У вас из-за этих ловушек никто не водится, — с энтузиазмом заявила она. — Что ж, мы определились с приманкой, — произнесла Клементина с саркастической улыбкой, глядя прямо в глаза девушке. — О чём ты? — искренне удивилась та. — Когда дверь откроется, надо будет выманить их из комнаты. Ну и, конечно, первые несколько на тебе, — пояснила Клементина. — Я думал, я лучшая приманка! — возмутился Луис, не удержавшись от вмешательства в разговор. — Тебя мне жалко, — без тени смущения кокетливо ответила Клем. — А меня нет? — с наигранным возмущением спросила брюнетка. — Ты сама напросилась, — продолжала шутить Клементина, и её улыбка стала ещё шире. В комнате раздался смех, напряжение немного спало. Все принялись ужинать, а после пошли в общежитие. В конце коридора на первом этаже была лестница наверх к другим комнатам, а напротив дверь в коридор. Этот был значительно уже и вели в него три двери: во внешний двор, в столовую и соответственно в общежитие. Пространства для боя было совсем мало. Открыв дверь едва ли можно было пройти. Это значительно осложняло бой. В итоге было решено, что Олден, Луис и Эджиме будут удерживать дверь, Черри помогать отказался, смахивая на последствия избиения. Кэти, как и хотела, будет в первом ряду вместе с Вайолет и Иисусом. Мэгги еле уговорили не лезть, а вот с Клем не вышло. — Я и так весь день бездельничала, — настаивала Клементина, уверенно перехватывая пистолет. — Обещаю, что близко не подойду. Старшие не могли скрыть своего негодования. Принять тот факт, что подростки участвуют в смертельных схватках, было выше их сил. — Чушь! — не выдержал Дэрел, его голос дрожал от негодования. — Сложно привыкнуть к тому, что дети могут участвовать в таких бойнях! Ладно старшие — парни лет двадцати. Ещё можно смириться с тем, что они могут участвовать. Но девочка? Подросток? С одной ногой? — Успокойся, Дэрел, — попыталась утихомирить его Мэгги, опасаясь гнева Клементины — девушки, которая, несмотря на свой юный возраст, была лидером группы и оказала им неоценимую помощь. Она схватила его за рукав и оттащила к лестнице. — Тебе какое дело? Она сама лезет. И местные её не останавливают — пыталась присмерить его Мэгги, опасаясь гнева девочки, которая всё ещё была лидером группы сделавшей им большое одолжение. — Да не могу я! — вспыхнул он. — Сама подумай, если она погибнет, оставят они наших? А если и оставят, справятся ли? Это всё чушь! Он резко развернулся и вышел к остальным, пытаясь сохранить самообладание. — Ну вы не понимаете? Это полная бессмыслица! — продолжал он, изо всех сил стараясь держать себя в руках, но напряжение было почти осязаемым.— Почему вы все молчите? Клементина, несмотря на его протесты, стояла твёрдо, её решимость была непоколебима. Она знала, что её участие важно не только для успеха операции, но и необходимо для поддержания авторитета среди как новичков, так и старших членов общины. — Ты же её парень, тебя устраивает, что она собирается умереть? Утром же что-то... Или ты! Печёшься ведь обо всех, так почему не о ней? — метался он от одного к другому. Остановила его Вайолет толкнув в плечо. На многое её не хватало, но рядом стояла Кэти своей шириной загоравживающая пол коридора. Дэрел замер. Он видел в ней нечто особенное. Он разглядел в ней внутреннюю силу, несмотря на то, что физически она была одним из самых слабых членов группы. Он вспомнил её. Девушку с которой делился своими воспоминаниями о жизни до апокалипсиса. Которую тренировал стрельбе из арбалета и навыкам следопыта, носил на руках, когда та была ранена. Никто не ожидал, что девочки вмешаются, однако сиё действие очень заинтересовало Клем. — Она будет прикрывать нас. Смерись — вальяжно заявила Кэти, как обычно улыбаясь. — Её не переубедить — закончила Ви, глядя ровно в глаза. На этом спор завершился. Дэрел по непонятным причинам больше ничего не говорил, но ещё сильнее напрягся и сосредоточился на арболете. Кэл и Карл заняли позиции по бокам, готовые в любой момент отразить атаку мертвецов, если что-то пойдёт не так. — На счёт три открываем дверь. Попробуем выпустить только одного, — начал было Луис, но Клементина перебила его: — Не убивайте сразу. Дайте выйти из двери, чтобы она могла открыться и не устраивайте свалку. Постарайтесь справиться сами, чтобы не приходилось стрелять и привлекать всех, кто там есть. Дэрел — Знаю, — не дал он договорить, — ещё девчонки вдвое младше мной не командовали. — Раз — начал Луис, не удержавшись. Он сделал паузу, чтобы все сосредоточились и продолжил, — Два... Три! Они отодвинули преграждающий дверь комод и приоткрыли её наполовину, но никто не вышел. — Кажется, ваши крики были не такими уж и громкими, — с улыбкой произнесла Кэти, с силой ударив битой по карнизу. — Эй! Школу не рушь, она и без тебя разваливается. Словами давай — заметил Луис, готовый закрывать дверь, как только кто-то выйдет. Но их расчёт оказался неверным — шум привлёк целую орду мертвецов. Дверь с грохотом захлопнулась, и парни, обливаясь потом, удерживали её спинами, пока снаружи бесновалась голодная толпа. Первый мертвец вырвался сбоку, а за ним успели просочиться ещё трое, прежде чем дверь с лязгом закрылась. Ребята из первой линии выбрали себе по мертвецу, ставшему целью. Кэти методично орудовала битой, раз за разом обрушивая её на череп ходячего. В её движениях читалось наслаждение, она с удовольствием вкладывала в каждый удар свою немалую силу так, что внутренности буквально вылетали из мертвеца. Иисус не стал использовать привезённый нож. Вероятно хотелось покрасоваться своими умениями в рукопашном бою. Вайолет быстрым движением вонзила тесак в голову самого низкорослого мертвеца, но оружие застряло в гнилой кости. А остальные ждать не собирались. Не теряя времени, другой ходячий, споткнувшись о собственные ноги, неуклюже пополз к блондинке.  Его движения были медленными и неловкими, но Вайолет была обездвижена — тесак намертво застрял в гнилой головёшке первого противника. — Дэрел… — начала было Клементина, намереваясь попросить о помощи, но патлатый уже действовал. Стрела арбалета вонзилась в плечо ползущего мертвеца, пригвоздив его к полу. Угроза для Вайолет была нейтрализована, хотя существо всё ещё оставалось живо. Если это можно так назвать. — Дальше сама! — бросил Дэрел, с недовольным видом заряжая новую стрелу. Клементина даже не дожидаясь команды от него спустила курок. Несмотря на то, что стрелки расположились в отдалении от двери, чтобы не мешать первой линии, пуля нашла свою цель. Рык в комнате стих — все справились. И тут лидерша уже хотела возразить, что они не хотели использовать огнестрел, так как это громко, однако поняла, что это не имеет больше смысла, так как шума они наделали знатно. — Будет лучше, если мы будем использовать стрелы. Их можно сделать новые, — спокойно заметил Иисус, нарушая напряжённую тишину. Дэрел что-то пробурчал себе под нос: «Зачем тогда она здесь?», но его слова расслышала только Клементина. — Чтобы никто не погиб, пока ты перезаряжаешь стрелы или строишь обиженную физиономию, — девушка сделала глубокий вдох и продолжила уже более спокойно. — Я понимаю, что не вызываю у тебя симпатии, но давай сосредоточимся на текущей задаче. Дэрел промолчал, но его лицо стало серьёзнее. Клементина, облегчённо выдохнув, быстро проверила готовность остальных членов группы. Не дожидаясь, пока кто-то другой возьмёт инициативу в свои руки, она решительно подняла руку. — Продолжаем! — её голос прозвучал твёрдо и уверенно, словно эхо далёкого прошлого, когда мир ещё не был охвачен хаосом. Парни начали открывать дверь, но быстро поняли, что не смогут держать её в полуоткрытом состоянии. — Мы не сможем удержать! — прокричал Олден, напрягая все мышцы. — Нормально. Нужно попробовать — настаивал Эджиме, слегка ослабив хватку. Скрипя и содрогаясь от яростных толчков жаждущих плоти мертвецов, дверь приоткрылась. В тот же миг толпа мертвецов ринулась вперёд. Один из них проскользнул внутрь, и парни вновь навалились на дверь всем весом. Они буквально прижали второго ходячего, он успел просунуть половину тела в образовавшуюся щель. Иисус действовал молниеносно — коротким ножом он отправил первого непрошеного гостя в вечный покой. Пока парни продолжали удерживать дверь, Луис вытащив оружие из кармана одним движением пронзил извивающуюся голову застрявшего мертвеца. — Давайте ещё раз! — скомандовала Кэти. Поняв как действовать, она бросила биту на пол и тоже взяла что-то острое из кармана. В коридоре повисла напряжённая тишина, нарушаемая лишь хриплым дыханием живых и глухим скрежетом мертвецов по другую сторону двери. Все были готовы к следующему раунду этой смертельной игры. Несколько попыток прошли по отработанному сценарию, но с каждым разом ситуация ухудшалась — дверь всё хуже и хуже поддавалась, застревая в нагромождении тел у стены. Внезапно мертвецы начали перелезать через дверной проём, даже когда он был закрыт. Низкий, облачённый в когда-то приличный костюм мертвец начал движение, чтобы выйти. предпринял попытку выбраться. Несмотря на короткий перерыв после предыдущей атаки, группа была готова к встрече. Первый ряд отступил, следуя совету Клементины, чтобы дать ему немного выйти. Однако, подняв свою костлявую ногу, тот не смог перешагнуть через своего сородича и грохнулся на пол продолжая ползти. Луис опустился, чтобы остановить того в начале пути, но совсем не учёл очередного сильного толчка изнутри выпустившего ещё нескольких мертвецов изнутри. Мёртвая рука просвистела совсем рядом, а после схватилась за лицо почувствовав что-то живое. Время, казалось, замедлило свой бег. Никто из ближайших бойцов не успел среагировать — преодолеть разделяющие их метры за столь короткое время было невозможно. Зато это могла сделать пуля. Выстрел. Клементина, действуя на чистом инстинкте, рванулась вперёд и нажала на курок, едва успев подставить отстающий где-то позади костыль, чтобы не рухнуть. Сгнившая челюсть очередного гостя неожиданно быстро оказалась перед глазами дредастого. Она попала в ходячего, что был выше него, но судя по всему промахнулась — он всё ещё был жив. Омертвевшая плоть на его лице не обмякла и изо всех сил пыталась поцарапать его хоть где-то, поэтому Луис забыл про то, что так и не убил ползущего гада и начал убирать касающееся его мясо. В отчаянии он задёргался, пытаясь сбросить мёртвую хватку, и в итоге оторвал руку от её владельца. Выстрел, ещё и ещё один. Вайолет наконец успела подойти и убить ещё одного. Однако без Луиса парни не смогли удержать дверь и бой стал значительнее опаснее и серьёзнее. Теперь никто не ждал удачного момента — все просто убивали любого мертвеца, который попадался на глаза. Многие, вероятно, уже успели пожалеть о своём решении участвовать в этой опасной зачистке. Но только не Клементина. Кэл, опасаясь попасть в своих товарищей у двери, воздержался от стрельбы.  Дэрел подошёл к двери аккуратно приценивался в тех, кто подходил ко входу из далека. Только Клем была уверена в своих навыках. Она методично стреляла в ходячих, которые подползали к дверному проёму. Пока остальные бойцы расправлялись с теми, кто уже проник в коридор, она, стоя у стены, меткими выстрелами укладывала труп за трупом, создавая преграду для новых мертвецов, пытающихся пробраться внутрь. Нежить падала одна за другой, их тела порой придавливали тех, кто ещё не успел встретить свою участь от пули. Когда последние из прорвавшихся внутрь были уничтожены, ребята хотели закрыть дверь, но поняли, что лучше будет просто отойти с линии огня. Клементина полностью погрузилась в создание своей смертоносной стены, не замечая ничего вокруг. Она чувствовала, что сейчас перекрытие входа — важнейшая задача, и отдалась этому делу целиком. Её позиция у стены позволяла эффективно выполнять эту работу, поэтому девушка могла это сделать из-за чего наконец вновь смогла почувствовать себя нужной. Клементина по-настоящему ощутила свою значимость. Конечно она занимала позицию лидера и многим помогала группе, а также занималась иногда теплицей или готовкой, однако в добывании еды или борьбе с зашедшими в безопасную зону она всё ещё была сильно хуже остальных. Осознание этого раз за разом вгоняло её в мысли о том, какая она теперь бесполезная. Когда большую часть своей жизни ты делаешь сама всё, невозможно смириться с тем, что теперь про что-то нужно забыть. Но отступить? Никогда. От чего угодно, но она никогда не сможет позволить себе отступить, если кому-то из близких понадобится помощь. Клементина продолжала методично стрелять, выстраивая баррикаду из мёртвых тел. Она не могла, не имела права отступать, когда кому-то из близких нужна помощь. Её решимость была непоколебима — она будет защищать тех, кого любит, любой ценой, используя каждый доступный ей способ. В тот момент, когда Луиса схватили, паника на мгновение охватила Клементину. Мысль о собственной беспомощности пронзила её сознание. Но лишь на мгновение. Собрав всю волю в кулак, она отбросила сомнения и действовала — быстро, точно, решительно. Её выстрел спас Луиса от смертельных зубов мертвеца, и это вернуло ей уверенность. После этого Клементина смогла прийти в себя и продолжать стрелять уже без промашек. Когда «полуживая» стена из мертвецов окончательно перекрыла проход, выстрелы стихли. — Быстро соображаешь, — похвалил её Кэл, и в его голосе прозвучало искреннее уважение. — Думаю, внутри их осталось немного, раз они не могут эту баррикаду повалить, — задумчиво произнесла метиска, не позволяя себе расслабиться ни на секунду. Она проверила свои запасы патронов и с досадой поняла, что они на исходе. — Мне нужно сходить за патронами, — начала было Клементина, разворачиваясь в сторону общежития, но тут же замерла — в её руки что-то упало. — Ты с этим обращаешься лучше меня, — произнёс азиат, который за всё время боя сделал всего пару выстрелов. — Круто стреляешь — сдерженно восхитился Карл. Он сначала немного растерялся, но после с не мменьшей точностью присоединился к Клем, выстраивая стену Клементина взвесила в руке свежий магазин с патронами. Её пальцы дрогнули, но лишь на мгновение. Она знала — сейчас не время для слабости. — Так каков план? — спросил Кэл. Решение Клементины, похоже, поразило и даже восхитило старших членов группы. Они решили не мешать ей и дать возможность довести дело до конца, поэтому никто не стал возражать. Клементина на мгновение замерла, обдумывая ситуацию. Они уничтожили большую часть мертвецов, но теперь преимущество в виде надёжно запирающейся двери утрачено. К тому же оставалось неясным, сколько противников ещё скрывается внутри и как лучше проникнуть в помещение. Осторожно приблизившись к проёму, Клементина точным ударом костыля добила тех мертвецов, которых придавили их же сородичи. В коридоре стало почти тихо. Она постучала костылём о пол, создавая шум, но в ответ раздалось лишь слабое рычание. — Думаю, внутри осталось не больше пяти-десяти, — констатировал Эджиме, отошедший подальше, так как не умел особо драться. — Все ушли на стройматериалы, мэм, — хихикнула короткостриженная Кэти, позвякивая цепочками своего сегодняшнего наряда. Ситуация явно забавляла её. Но не всем пришлась по душе её реакция. Вайолет резко и агрессивно шепнула: «Завались!», чем сильно задела Кэти, которая не понимала причины такой реакции. Атмосфера начала накаляться. — Согласен, Ви. «Мэм» — это как-то слишком официально для Клем. Может, лучше «командир»? — вмешался Луис, пытаясь разрядить обстановку. — Заткнись, Луис! — одновременно воскликнули Клементина и Вайолет, а затем переглянулись между собой. — Думаю, проще всего будет уронить эту баррикаду и пройти внутрь, — произнесла Клементина, возвращая всех к насущной проблеме. — И дай угадаю, ты пойдёшь первой? — с явным напряжением в голосе спросил Дэрел. — Не в этот раз. Я не бессмертная, — Клементина окинула всех внимательным взглядом и, опираясь на костыль, направилась к стене подальше от входа в столовую. — Чур я! — воскликнула Кэти, хватая с пола биту и отряхивая её от приставших ошмётков гнилой кожи. Она эффектно замахнулась и ударила прямо в центр баррикады, но та не поддалась так просто — лишь образовалась небольшая брешь. — Похоже, падать ей особо некуда, — заметил Олден. — Попробуй просто поскидывать верхний слой, тогда можно будет пройти. — Так неинтересно! — надулась Кэти, раздосадованная тем, что не получилось продемонстрировать свою силу. — Зато эффективно, — заметила Вайолет, вальяжно прислонившись к стене. — Какая ты нудная! — продолжала ворчать брюнетка, оставляя парней разбираться с завалом. — Нудная, нудная, нудная! — Похоже ты веселишься, — оглядывая нервно и возмущённо пугающую на месте девушку, сказал Дэрел с ноткой насмехателтства и недовольства. Когда баррикада равномерно рассыпалась по полу, никто из мертвецов не бросился на них. Оказалось, что остальные жители были придавлены чем-то или ввиду отсутствия конечностей были слишком медлительны. Столовая предстала перед ними просторным помещением без окон. Однако в ней обнаружились широкие полуоткрытые двери, ведущие во внутренний двор — их немедленно поспешили забаррикадировать. По всему периметру комнаты тянулись длинные столы из тонкого металла, которые за годы не покрылись ржавчиной, вероятно, благодаря умеренной влажности в помещении. Особое внимание привлекал пункт выдачи еды — протяжённый стол почти во всю стену с рейлингами для подносов, которые всё ещё лежали стопкой в начале. Потрескавшееся стеклянное ограждение, неработающая раковина — всё это хранило следы былого использования. Каждый предмет в комнате навевал ностальгию. Когда-то здесь раздавали еду таким же школьникам, как они, только не знавшим ужасов выживания. Здесь сидели дети и подростки, разделяясь по возрасту или интересам. Здесь хранились вилки, ложки, салфетки. Касса с деньгами, которые теперь потеряли всякое значение. С тех пор изменилось абсолютно всё. Клементина даже представить не могла, насколько странно должно быть видеть это место таким тем ребятам, которые посещали его в детстве и помнили его прежним. Клементина медленно продвигалась вдоль раздаточного стола, осторожно касаясь потрескавшегося стекла. Её пальцы скользили по поверхности, словно пытаясь уловить отголоски прошлого. — Здесь было оживлённее, — тихо произнесла Вайолет, оглядывая пустые столы. — Помните, как мы раньше собирались здесь? После тщательного осмотра помещения стало ясно — больше противников в столовой нет. Группа наконец могла перевести дух. Клементина кивнула своим людям: — Мы сделали то, что должны были. Территория зачищена, можно возвращаться. Ребята начали собирать своё снаряжение, проверяя оружие и боеприпасы. Кэти, всё ещё немного расстроенная из-за недавнего конфликта, первая направилась к выходу. — Ну что, идём? — спросила Вайолет, обращаясь к Клементине. — Ты уверена, что здесь больше никого нет? — Да, — уверенно ответила лидер. — Теперь это снова безопасная зона. Дэрел, который всё это время молчал, неожиданно произнёс: — Неплохо сработано, Клем. Особенно учитывая… всё. Клементина лишь кивнула в ответ, не привыкшая к комплиментам. По пути к выходу они устроили временную свалку, складывая тела мертвецов в кучу. Работа была тяжёлой, но необходимой. Следующим к ней подошёл Иисус, отправляя друга успокаивать Кэти. Тот повозмущался немного, но после что-то взбрело в его голову. И что-то язвительно буркнув удалился. — Возможно, протез тебе и не нужен, — задумчиво произнёс Иисус, наблюдая, как Клементина уверенно маневрирует на костылях между мёртвых тел. Клементина остановилась и иронично подняла бровь: — Ты это сейчас серьёзно? После всего, что было? — Нет, не в том смысле, — поспешил объяснить Иисус. — Просто смотрю на тебя и поражаюсь, как ты со всем справляешься. Многие бы уже опустили руки, а ты… — Не время расслабляться, — перебила его Клем, поправляя повязку на костыле. — Протез — это не просто удобство, это возможность стать ещё эффективнее. — Я знаю, — кивнул Иисус. — Просто волнуюсь, как ты его примешь. Ты так привыкла к костылям… Клементина вздохнула: — Привычка — это хорошо, но прогресс важнее. Я готова попробовать. Просто… немного страшно. — Понимаю, — мягко сказал Иисус. — Но ты не одна. Мы все будем рядом. — Знаю, — улыбнулась Клем. — Просто… столько всего произошло. Иногда кажется, что лучше оставить всё как есть. — Но ты же знаешь, что это не в твоём характере, — улыбнулся в ответ Иисус. — Ты всегда идёшь вперёд, несмотря ни на что. В это время Дэрел решил налаживать общение хоть с кем-то остающимся здесь. — Блондиночка, значит, — начал Дэрел, ухмыляясь и глядя на Кэти. Кэти раздражённо фыркнула: — Что за лицо? Выглядишь как клоун. И о чём ты вообще? — Просто интересно наблюдать за вами. Вы как два воробья — то ссоритесь, то миритесь, то друг за друга горой стоите. — Не пори чушь! С чего ты вообще взял, что я с ней как-то по-особенному общаюсь? Я со всеми на ножах, кроме тебя, между прочим. Ну точнее мне на них немного похуй, а они бесятся. — Вот именно, — заметил Дэрел. — Со мной ты можешь и пообщаться нормально, и поругаться, а с остальными только цапаешься. — Потому что ты единственный, кто может мои подколы выдержать и ответить, — парировала Кэти. — Остальные сразу в оборону уходят или носы воротят. — А с Вай что не так? — поинтересовался Дэрел. — Вроде бы вы вечно вместе, а вроде бы и искры летят. Кэти пожала плечами: — С Вай… да просто не ладим мы. Она вечно строит из себя важную птицу или волка-одиночку, а я не люблю, когда кто-то нос задирает. А потом... Может было немного весело — нехотя добавила девушка. — Но знаешь, может, стоит попробовать найти с ней общий язык? Кэти закатила глаза: — Ещё чего — и Дэрел отстал, и так слишком много общения с людьми за сегодня. Когда группа вышла в коридор, Клементина окинула взглядом освобождённое помещение. Теперь здесь снова могла кипеть жизнь — можно будет использовать столовую для хранения припасов или как дополнительное жилое пространство. Все разбрелись в разные стороны, чтобы готовиться ко сну. Кэти шла по коридору, механически переставляя ноги, но мыслями была далеко отсюда. Она снова и снова прокручивала в голове их с Вайолет последние диалоги, ссоры и редкие моменты перемирия. Почему она так реагирует на эту блондиночку? Почему каждый раз, когда кто-то говорит о Вай, внутри что-то ёкает? Кэти никогда не была склонна к самоанализу, но сейчас что-то заставило её задуматься. Вай вечно её бесит — своим острым языком, самоуверенностью, манерой держаться так, будто она лучше всех. Но в то же время... Кэти никогда не могла отрицать, что восхищается её решительностью, умением держать удар, способностью оставаться спокойной в самых сложных ситуациях. «Может, Дэрел прав?» — промелькнула предательская мысль. — «Может, между нами действительно что-то большее, чем просто соперничество?» Кэти помотала головой, отгоняя эти мысли. Нет, это глупо. Они вечно цапаются, подкалывают друг друга, и это просто дружеская вражда. Или нет? Она вспомнила, как в последний раз смотрела Вай во время атаки мертвецов, как бросалась вместе с ней спорила с остальными, как... Пялилась на неё в день приезда. «Забудь, Кэти, — одернула она себя. — Ты просто хочешь тут остаться. Просто привыкла к ней за это время. Просто... просто...» Но даже сама себе она не верила. Впервые за долгое время короткостриженнавя почувствовала, что запуталась. И это ощущение ей совершенно не нравилось. Она остановилась у окна, глядя на серое небо. Может, стоит поговорить с Вай? Расставить все точки над i? Но нет, гордость не позволит. Кэти никогда первой не делает шаг навстречу, особенно если дело касается чего-то личного. «Забудь, — решила она наконец. — Всё как-нибудь само рассосётся. А если нет — значит, не судьба». С этими мыслями она развернулась и пошла дальше, стараясь не думать о том, что, возможно, впервые в жизни она действительно не знает, как поступить. Ага пошла дальше. В комнату где живёт вместе с Вайолет. Возможно это была не лучшая её идея. Вечерний ветер трепал волосы Энид, пока она стояла на смотровой вышке, вглядываясь в темноту. Дежурство выдалось на удивление скучным — большинство ребят либо ушли на зачистку, либо разошлись по комнатам. Монотонное наблюдение за окрестностями начало действовать на нервы, когда вдруг появилась Люсиль. — Привет, Энид! Не против компании? — блондинка взлетела по лестнице с привычной энергичностью. Энид обрадовалась было возможности развеять скуку, но уже через пару минут пожалела о своём решении. Как только они устроились на смотровой площадке, Люсиль, как обычно, начала с того, что её интересовало больше всего. — Энид, дорогая, ты просто обязана рассказать мне всё! — Люсиль, как всегда энергичная и болтливая, устроилась рядом с подругой на смотровой башне. Её светлые кудри развевались на ветру. — Как ты могла бросить Рона? Он же такой милашка! Их пути редко пересекались в шумных коридорах Хилтопа. Энид, погруженная в свои обязанности и размышления, редко выходила за пределы привычного круга общения. Люсиль же, словно яркая бабочка, порхала от одной компании к другой, завязывая знакомства и собирая сплетни. Иногда они сталкивались в столовой — Энид с книгой и чашкой чая, Люсиль — в окружении подруг, заливаясь звонким смехом. Короткие приветствия, обмен дежурными фразами — вот и всё, что связывало их до этого момента. Их редкие встречи были поверхностными, но сейчас, стоя бок о бок на смотровой вышке, Энид вдруг осознала, насколько разные у них взгляды на жизнь. И всё же в этой вынужденной близости было что-то странное — будто судьба специально свела их вместе именно в этот вечер. Энид вздохнула, глядя вдаль: — Люсиль, ты же уже знаешь, что он мне никогда не нравился. Это была ошибка с самого начала. — Но он такой симпатичный! — не унималась Люсиль. — И так красиво ухаживал... — Именно поэтому я и решила закончить отношения, — перебила Энид. — Всё было слишком наигранно, неискренне. Люсиль хлопнула в ладоши: — Отлично! Теперь у тебя освободилось место для кого-то действительно стоящего! Знаешь, у меня есть пара замечательных друзей, которые приехали вчера... — Только не начинай, — предупредила Энид. — Нет, послушай! — Люсиль наклонилась ближе. — Есть Эджиме — он такой добрый, накачанный, правда, немного простоватый. А ещё Черри — он такой красивый, хотя немного ленивый! Энид закатила глаза: — Люсиль, я ценю твою заботу, но я пока не готова к новым отношениям. — Но почему? — возмутилась Люсиль. — Ты же знаешь, как я ненавижу видеть тебя одинокой! — Я не одинока, — улыбнулась Энид. — Это не то! — настаивала Люсиль. — Тебе нужен кто-то особенный! В этот момент к башне подошёл Карл. Энид невольно засмотрелась на него — его уверенная походка, спокойный взгляд... — Эй, ты чего? — Люсиль проследила за взглядом подруги. — О, не говори мне... — Ничего, — быстро отвернулась Энид. — Просто... он интересный. Люсиль хитро улыбнулась: — А вот это уже что-то! Может, стоит присмотреться? Энид покачала головой: — Нет, Люсиль. Я правда не готова. И не считаю, что сейчас время для твоих матримониальных планов. — Ладно, — согласилась Люсиль, хотя в её глазах плясали озорные огоньки. — Но если что — я рядом! Энид улыбнулась, но её взгляд снова скользнул к Карлу, который о чём-то разговаривал с другими ребятами внизу. Блондинка решив, что пришло время ей удалиться, пошла вниз к Руби с малышкой. Молодой человек в шляпе шерифа, с повязкой, скрывающей отсутствие одного глаза, поднялся на смотровую площадку. Его фигура, словно выточенная из тёмного дерева, выделялась на фоне сумеречного неба. — Привет, — произнёс он своим привычным низким голосом. Энид, не отрывая взгляда от горизонта, слегка улыбнулась: — Привет. Сегодня всё-таки решил присоединиться к общему делу? Карл остановился рядом, облокотившись на перила: — О чём ты? — Ну, — Энид повернулась к нему, её карие глаза блеснули в полумраке, — ты ведь раньше не особо рвался участвовать в зачистке кабинетов. Я уж подумала, что ты успокоился. Но теперь снова здесь. Парень вздохнул, глядя вдаль: — Я был глупцом. Не понимал своего отца. Думал, что могу всё сделать лучше него, что знаю ответы на все вопросы. Но, проведя здесь время, прочувствовав всю тяжесть нашей ситуации, я осознал, насколько всё непросто. Он помолчал, собираясь с мыслями: — Клем, Мэгги и отец — они постоянно думают о безопасности, о пропитании, о других людях. Принимают решения, от которых зависят жизни многих. Раньше меня не особо посвящали в дела, и я не осознавал, сколько всего они делают. Поэтому и пытался «исправить» то, что считал их ошибками. В его голосе прозвучала искренность: — Теперь я уважаю решения Клем и стараюсь действовать так, как она говорит. Понял, что иногда нужно просто довериться опыту тех, кто знает больше. Энид внимательно слушала его, отмечая, как сильно изменился этот некогда упрямый юноша. В его словах теперь звучала зрелость и понимание. Энид задумчиво кивнула, глядя на профиль Карла. Его слова тронули её — было видно, что он действительно изменился. — Рада слышать это, — тихо произнесла она. — Иногда нам всем нужно время, чтобы понять важные вещи. Карл повернулся к ней, и в его единственном глазу читалась искренность: — Знаешь, я много думал о том, как был неправ. О том, как мои действия могли навредить всем нам. Девушка улыбнулась: — Мы все совершаем ошибки. Главное — уметь их признавать и учиться на них. В воздухе повисла пауза, наполненная новым, более глубоким пониманием между ними. Энид вдруг осознала, что перед ней уже не тот импульсивный юноша, а человек, прошедший через важные жизненные уроки. — Спасибо, что выслушала, — наконец произнёс Карл. — Мне было важно это сказать. — Ты всегда можешь поговорить со мной, — ответила Энид, чувствуя, как между ними возникает новая, более крепкая связь. Они ещё некоторое время стояли молча, наблюдая за тем, как последние лучи заката окрашивают небо в багряные тона. Вечерний воздух был прохладным и свежим, когда Энид внезапно предложила: — Слушай, а давай сбежим в лес? Пробежимся за стенами, как раньше? Карл, не раздумывая, согласился: — Отличная идея! Давно не было таких вылазок. Они молча переглянулись, вспоминая их прошлые приключения. В эти моменты, когда они убегали от повседневной рутины, казалось, что весь мир принадлежал только им. — Только давай тихо, — прошептала Энид, — не хочу, чтобы кто-то нас заметил. Они спустились с вышки, ловко перепрыгивая через ступеньки. Карл шёл чуть впереди, прокладывая путь, а Энид следовала за ним, наслаждаясь ощущением свободы. За стенами базы лес встретил их шорохом листьев и пением ночных птиц. Они бежали легко и свободно, словно два волка, вырвавшихся из клетки. Ветер развевал волосы Энид, а Карл, несмотря на повязку, уверенно маневрировал между деревьями. — Знаешь, — выдохнул он на бегу, — такие моменты напоминают мне о том, что мы всё ещё живы. Энид улыбнулась, не отвечая вслух — слова были не нужны. Они просто бежали, наслаждаясь друг другом и этой краткой передышкой от реальности. Их шаги эхом отдавались в вечернем лесу, а сердца бились в унисон — в такт их общей свободе. Они мчались сквозь лес, словно два диких зверя, вырвавшихся на свободу. Ночные тени играли с их тенями, превращая их силуэты в причудливые фигуры на фоне тёмных стволов деревьев. Воздух был наполнен ароматом хвои и влажной земли после недавнего дождя. Энид чувствовала, как с каждым шагом напряжение покидает её тело. Ветер развевал её волосы, бросая их в лицо, но она не обращала внимания. Впереди виднелись просветы между деревьями — там лунный свет рисовал на земле причудливые узоры. Карл бежал легко и уверенно, несмотря на повязку. Его движения были отточенными, почти танцевальными. Он ловко огибал препятствия, словно лес был его вторым домом. Иногда он оборачивался, проверяя, не отстаёт ли Энид, и в его единственном глазу читалась улыбка. Вокруг них оживал ночной лес. Где-то вдалеке ухал филин, шуршали листья под лапами ночных животных. Луна, словно наблюдая за ними, освещала их путь серебристым светом. Тени становились длиннее, переплетаясь между деревьями в причудливые узоры. Они выбежали на небольшую поляну, залитую лунным светом. Здесь остановились на мгновение, чтобы перевести дух. Энид запрокинула голову, любуясь звёздным небом, которое казалось таким близким. — Смотри! — воскликнула она, указывая на созвездие. — Видишь ту звезду? Она как будто подмигивает нам. Карл улыбнулся: — А я вижу целую галактику. Сейчас, когда нет городов и производств звёзды такие яркие. Они стояли, наслаждаясь моментом, пока ночной ветер играл с их волосами. Затем, не сговариваясь, снова бросились бежать — туда, где лес звал их новыми приключениями, где свобода была абсолютной, а время словно остановилось. Их шаги эхом отдавались в ночной тишине, создавая свой ритм, свой танец с лесом. Они петляли между деревьями, иногда перепрыгивая через поваленные стволы, иногда скользя по влажной траве. Каждый поворот открывал новые картины ночного леса — то тёмные чащи, то светлые поляны, то заросли папоротника, подсвеченные луной. В какой-то момент они выбежали к небольшому ручью. Вода серебрилась в лунном свете, создавая причудливые блики. Они остановились, чтобы послушать её шёпот, почувствовать прохладу, исходящую от воды. — Здесь так красиво, — прошептала Энид, глядя на отражение луны в воде. — Словно другой мир. Карл кивнул, не отрывая взгляда от её профиля. В этот момент они оба поняли, что нашли что-то особенное — не просто бег по лесу, а момент истинной свободы и единения друг с другом. Энид повернулась к нему, и их взгляды встретились. В этот момент оба поняли, что их связывает нечто большее, чем просто дружба. Но они не спешили давать этому название, наслаждаясь моментом и той особенной связью, которая возникла между ними. — Мы уже добежали до реки. Надо бы возвращаться, пока нас не потеряли, — сказала Энид, вглядываясь в тёмную гладь воды и мысленно возвращаясь к друзьям, оставшимся в безопасности стен базы. Карл кивнул, прислонившись к стволу ближайшего дерева: — Да, и отдохнуть надо. Все уезжают рано утром. — Ты прав, не хочу проспать, — согласилась девушка, вдыхая свежий воздух, пропитанный запахом реки. Они двинулись обратно той же тропой, но теперь их шаги были более размеренными, неторопливыми. Луна продолжала освещать путь, бросая причудливые тени на землю. Энид шла чуть впереди, а Карл следовал за ней, наслаждаясь каждым мгновением этой необычной прогулки. По пути они собирали мелкие камешки у реки, слушали, как шумит вода, и обменивались короткими фразами, которые были не так важны, как само присутствие друг друга. Иногда останавливались, чтобы полюбоваться особенно красивым видом или послушать ночные звуки леса. Воздух становился всё теплее, а лес — всё светлее. Первые признаки рассвета начали окрашивать небо в нежные тона. Энид чувствовала, как усталость постепенно наваливается на плечи, но это была приятная усталость — усталость от свободы и движения. Когда впереди показались знакомые очертания базы, оба вздохнули с лёгкой грустью. Время их маленького приключения подходило к концу, но они знали — эти моменты останутся с ними навсегда, как драгоценные воспоминания о свободе и дружбе. — Спасибо за эту ночь, — тихо сказала Энид, когда они подошли к воротам. — Это тебе спасибо, — ответил Карл, улыбнувшись. — Без тебя она не была бы такой особенной.