Часть 4. Переписки и чаты

      Больше от нечего делать Анечка зарегистрировалась на сайте знакомств. Еще давно, лет в пятнадцать. Просто для того, чтобы посмотреть, будет ли ей кто-то писать. Однако вскоре девушка перестала туда заходить — писали или неадекваты, или просто любители пофлудить.       Образцами идиотских диалогов девушка считала два из множества. «Привет» «Привет» «Как дела?» «Хорошо. У тебя как дела?» «Хорошо. Рад за тебя».       Разумеется, если такая ерунда повторялась изо дня в день, не двигаясь дальше, переписка с подобным человеком прекращалась. Но один упорный, который полетел в ЧС только через неделю, писал подобное каждый день из семи.       Другой типаж диалогов был основан на возрасте. Если опустить слова приветствия, то все сводилось к следующему: «Я вам не подхожу по возрасту». «Да ты что, ты мне вполне подходишь. Это я тебе не подхожу?» «Разумеется, да». «А что не так? Редкий парень в восемнадцать лет готов к отношениям. А мне сорок (пятьдесят, шестьдесят — возраст мог отличаться), я точно знаю, что хочу от жизни».       Иногда Анечка просто прекращала диалог, но однажды, когда надоедливый писака никак не мог замолчать и даже создал фейк, чтобы продолжить с ней диалог после попадания в ЧС, девушка ответила:       «Мне нужен ровесник, а не старый дед. Мерзко целовать того, кому скоро памперсы менять».       Вскоре был создан еще один фейк — предыдущий снова в ЧС, и с него пришел ответ:       «На себя в зеркало посмотри — обезьяна».       Анечка хихикнула и подумала:       «Вот же заняться человеку нечем!»       Разумеется, отвечать бы назойливому комментатору девушка не стала, но, когда снова решила закинуть его в ЧС, то увидела, что уже сама там находится.       «Вот дебил», — подумала Анечка.       Переписки в чате группы обычно были мирными. Иногда кто-то спрашивал, что задано, иногда просили дать списать. Иногда кидали мемчики. Бурное обсуждение было только однажды и то, было связано с непониманием, к какой дате было дано задание. Одни утверждали, что к ближайшей паре, другие — что через две недели. «Народ, у нас посвящение будет?» — спросил кто-то. «То, как вы от ППСников бегали, разве не подойдет?» «Это не считово». «А что тебе надо?» «Чтобы старшаки сводили бухать в соседний двор». «Ага, а потом чтобы прибежал туда Филатыч и всем раздал пиздюлей». «Филатыч и пиздюли? Смешно. Филатыч из-за угла ППСников вызовет, а сам будет наблюдать и комментировать». «Бля, вы заебали со своим Филатычем, обсудите кого-нибудь другого». «Филатыч в шесть вечера по бабам свои пойдет, будет выбирать, с кем сегодня провести ночь». «А ты свечку держал?» «Все говорят. У него и студентки были. Рассказывали, что эти самые студентки говорили, что баб у него было — раком до Китая можно переставить!» «А почему раком?» «Чтобы ему было удобнее». «Анька, тебя Филатыч не клеил?» «А что сразу меня? У меня папаня в суде как бы работает. А вдруг ему потом с ним контактировать?» «Хихихи, бля, так, надо с Фикбуком завязывать. Контактировать папане с Филатычем». «А чо это за сайт?» «Да так, рассадник гомосятины». «Яой?» «Только текстовый». «Не, я такое не читаю и не смотрю». «Так, это, вы тут дочирикаетесь, что я переписку заскриню и папане скину. Харе уже». «Бля, я не удивлюсь, если Филатыч этот чат читает. Что там, Дуров проебал ключи шифрования или нет, кто в курсе?» «Куратор же говорил, что пока никто не служит, даже в ВК никто не будет читать переписку». «Да пусть хоть обчитаются, мне пох». «И как потом будешь в глаза Филатычу смотреть, когда перед этим писал про контакты?» «Я на него не смотрю. У нас в группе хорошенькие девочки есть, чтобы на них смотреть». «Это, ты, офицер будущий, охренел совсем? Ты не курсант из военного, чтобы кидаться на все то, что шевелится». «Анька, в военном тоже будущие офицеры, потому что с вышкой». «В военном они сидят с утра до ночи в казарме, если в увал не свалили. А ты сейчас сидишь дома и ни хуя не делаешь, хотя мог бы зарубежку поучить на завтра». «Я не дома. Я из спортзала еду». «А чем тебе физра здесь не угодила?» «Я на физру хожу, тут задолбаешься, пока освобождение сделаешь. Но я в зал хожу, железки там потягать». «Девки, это нечестно, почему физра у парней и у девок в разных залах с разными физруками?» «Все честно». «А что вы там делаете?» «Если с Калинычем, то волейбольный мячик пинаем, если с Никитычем, то все как в школе: побегали, поделали упражнения, потом всякая херота на движения. Ну опять то есть бегать, только с приколюхами». «ВЫ! ПИНАЕТЕ! ВОЛЕЙБОЛЬНЫЙ! МЯЧИК??????????????» «Сашок, не пугай парней, мы его просто тупо друг другу кидаем без правил. Типа, поймал — кинул дальше». «А чо не так?» «Типа, волейбольный мяч нельзя пинать, его можно испортить». «А вы чем занимаетесь на физре?» «Да как вы с Никитычем». «Ага. И иногда в тренажерку водят». «Ой, нас тоже водили. Никитыч. Но он, кажись, в женской физиологии ни хрена не разбирается, поэтому сказал, чтобы по два кирпичика цепляли. А два кирпичика — это легкотня. Оксанка с четырьмя занималась, так он прибежал с выпученными шарами и начал орать, что она себе ноги сорвет». «Ага, я аж охренела. Я раньше в зал ходила, так там с пятью занималась. Так, решила четыре прицепить, потому что с непривычки». «Ага, а потом он говорит: это, давай теперь руки делать с четырьмя кирпичами. А ты сдвинуть эту хрень для рук не можешь». «Да я повыпендривалась. Просто руки у меня послабее будут». «Девки, вам хоть Калиныч, хоть Никитыч оценки ставят?» «Калиныч ставит стопку пятерок, Никитыч просто плюсики». «А прикиньте, нам Васек оценки ставит. Нахера вот, если все равно зачет без оценки?» «Выпендривается». «Вы находили Филатыча в ВК?» «Нахер он нужен. А чо?» «У него облизанный профиль. Прямо идеальный. Пара фоток как на паспорт и чуть-чуть информации». «И, походу, как у нас у всех, какой-нибудь Bad_boy без фотографий, с матершиной и пошлыми картинками». «У него фотка очень красивая». «Оксанка, действуй! Переспи с ним и пусть он тебе пятеру будет должен». «Шта? У него мордочка хорошенькая. Пусть он меня клеит». «Так, я пишу Филатычу, что Оксанка хочет, чтобы он ее склеил и готова дать». «Пошел нахрен! У него реально хлебальник красивый, блин, я прям любовалась». «А я чо говорю? Пусть он тебя склеит». «Я бы с ним сходила в ресторан, обожрала бы его, поцеловалась бы, наверное. А потом сказала, типа, вызови такси, я поехала домой». «Ууу, тарелочница!» «Я за тарелки хавки не даю — не шлюха». «А за что даешь?» «Так, бля, я заскриню этот диалог и скину куратору, пусть тебе въебет, офицер, бля, будущий». «/Пошел скринить диалог и скидывать первым/» «Ребзя, вы чо, реально готовы так позориться?» «Да не мешай пошутковать». «Да хер вас разберет, где заканчиваются шутки и начинается правда».       Анечка закрыла беседу.       «Да ну, что этот коняра всем так нравится, — подумала девушка. — Морда как морда, вполне обычная. Даже особо и не позалипаешь».       По мнению Анечки даже в ее возрасте Филатов был не идеалом и она встречала парней, куда симпатичнее его.