Часть 5. Свидание

      Сегодня Оксана пришла не то, чтобы наряженной, но явно не такой, как всегда. Вместо привычных черных плотных колготок прозрачные капроновые. Вместо любимой бежевой блузки, как шутила сама Оксана, «чтобы не было видно грязи», серая с розами. Ногти не просто с лаком, а лаком с блестками. И вместо привычного «хвостика» «шишка», причем свернутая из косички — дураку же понятно, что сделана для того, чтобы вечером были видны кудри.       — Кто счастливец? — спросила Саша.       — Димон, — ответила Оксана.       — Да ну, Димон… — Саша удивилась и с некоторым трудом сдержала желание возмутиться. — Нет, ты не подумай, дело твое, но у него рожа, будто вчера из трактора вылез.       — Да не, я не про нашего Димона, а про другого, — сказала Оксана.       — Столько мужиков в институте, а нашелся совсем левый, — пошутила Саша.       — Да не совсем левый… — Оксана явно смущалась.       — Филатыч? — шепотом, но с немалым изумлением спросила Саша. — Да ну его в баню, у него же алиментов на половину города!       — А вдруг ему та самая еще не попадалась? — Оксана явно была влюблена.       — Он, может, женат, — продолжила Саша. — Да ну, не позорилась бы.       — Мне о жене ничего неизвестно, — сказала Оксана. — И вообще, это нормально, что до свадьбы люди пробуют, ищут друг друга, тренируются, в конце концов!       — Дождалась бы февраля и потом делала, что душеньке угодно, — прокомментировала Саша.       После пар практически вся группа видела, как Оксана в вестибюле укладывала волосы, не совсем умело красила глаза, достала достаточно яркую помаду…       — Счастливых гулек, — сказал кто-то из парней.       — Спасибо, — чуть взволнованно ответила Оксана.       Толпа курсантов на остановке, ожидая автобуса, обсуждала Оксану весьма оживленно.       — Повезло кому-то, — сказал Олег.       — А почему повезло? — удивился Сенька.       — Потому что в этом вузе вряд ли кого-то найдешь, — ответил Олег. — Вон, военный институт водят на блядки в пед, а нас никто не поведет.       — Сходи и ты в пед, — предложил Сенька. — Кто проверит?       — Зеленую форму от синей только дальтоник не отличит, — сказал Олег. — Хотя можно и в штатском, но тоже будет заметно. Эти же все в зеленом попрутся.       — Скажи, что ты будущий юрист и все подохнут от зависти, — произнес Витек.       — В военном они тоже учатся на юриста либо на переводчика, — вступил в разговор Вася. — Слушайте, а что вам этот пед дался? Он же в ебенях находится! В меде есть студия классического танца, которую называют домом свиданий. Потому что никто ради танцев туда не ходит.       — В меде они сводят своих студентов, которых примерно поровну, надо в бабский уник идти, — сказал Олег. — А других бабских уников кроме педа я не знаю.       Из здания университета вышла Оксана.       — Хорошенькая, — сказал Сенька.       Одногруппники проводили взглядом Оксану, которая зашла в бар неподалеку.       — Она дурочка, — произнес Вася. — В форме и в бар неподалеку — ее же деканат за такое может выебать.       — Снимет пиджак, а юбка все равно на штатскую похожа, — ответил Сенька.       Кто-то уже успел уехать. Те несчастные, которые ожидали автобуса, который ходил раз в пятнадцать минут, все еще стояли.       — Опаньки, Филатыч! — практически крикнул Витек.       — И что? — спросил Вася. — У многих в пятницу только три пары, а четвертой нет.       — Ты смотри, куда Филатыч поперся, — уточнил Витек.       — Ой, бля… — выдохнул Вася. — Ну и дура! Я думал, она умнее.       Заходящего в бар Филатова проводили три пары глаз.       — Ну а что, правильно, поедет к нему на выходные, — прокомментировал Олег. — А на первую пару завтра не пойдет, все равно физра же. Знаете же прикол, что девчачий физрук разрешает девкам по два пропуска на месяц? Соврет. А к экономичке просто не пойдет, ей пофиг, кто и сколько пропустил.       Старшина с необычайным удовольствием сказал бы: «Группа в составе двадцати четырех человек к занятию готова, отсутствует Оксана Пиштина», но вот незадача — преподаватель по экономике со временем забила на принятие рапорта, да и вначале принимала его через раз, с явной неловкостью и неохотой.       — Девушка ваша отсутствует? — посередине пары вдруг спросила преподаватель.       — Так точно, — произнес старшина.       — Сейчас, в книжечку себе запишу, — ответила преподаватель. — Как звать ее?       — Оксана Пиштина, — сказал старшина.       Пока некоторые едва слышно хихикали, по-видимому, вспомнив Ежика из «Смешариков», который тоже записывал все в книжечку, преподаватель черкнула у себя относительно Оксаны, не поставила ничего в журнал и продолжила читать лекцию дальше.       Оксана, казалось, пропала. Не выходила в сеть, что дало не один повод для пошлых шуточек, не пришла в понедельник с утра. Однако Филатов пришел, что дало толчок для обсуждений в стиле «он ее убил, расчленил и сжег труп в кислоте».       — Группа в составе двадцати четырех человек к занятию готова, отсутствует Оксана Пиштина, — уже не с таким удовольствием, как сказал бы преподавателю по экономике, произнес старшина.       Филатов не повел бровью, начал занятие.       Два человека уже получили двойки, Саша, психанув в лучших традициях, отказалась отвечать. Семена Филатов даже похвалил, что почему-то казалось издевкой: вчера, значит, убил и расчленил труп, а сегодня хвалит одногруппников…       Вдруг в коридоре раздался возмущенный монолог. По голосу стало понятно, что говорит их куратор.       Судя по тому, что куратор выматерился только дважды, можно было сделать вывод, что он отчитывает девушку-курсанта.       — Забирайте прогульщицу! — куратор открыл дверь, заглянул в кабинет, после чего, явно не желая этого, туда вошла Оксана.       — Товарищ преподаватель, разрешите присутствовать на занятии, — не так четко, как говорили немногочисленные опаздывающие, произнесла Оксана.       — Разрешаю, — казалось, Филатов так сказал только потому, что куратор до сих пор не закрыл дверь.       Оксана направилась к своему месту.       — Садиться не разрешал, — сразу же отреагировал Филатов.       Оксана направилась к выходу.       — Куда? — рявкнул куратор, по-видимому, с трудом удержавшись от артикля «бля».       По-видимому, Оксана была готова наплевать на всех, однако Филатов, желая избавиться от нежеланного гостя на паре, сказал:       — Товарищ курсант, проходите к доске и рисуйте структуру окружного военного суда.       Куратор ушел. Вася, который должен был отвечать дальше и, по-видимому, понизил бы свою ожидаемую тройку до двойки — больше ничего не помнил, обрадовался — его вряд ли будут спрашивать, ведь Филатов переключился на Оксану.       Какая-то непонятная схема на доске — видно же, что Оксана ничего не учила, классический монолог Филатова, что из-за таких нерадивых специалистов правоохранительным органам скоро придет конец и только на таких, как Филатов или куратор, все еще хоть как-то держится.       Анечка не сразу поняла, в какой момент Оксана взяла бутылку с водой, стоящую на столе у Филатова, и вылила ему на голову. Однако то, как быстро Оксана оказалась «мордой в стол» с заломанной рукой, до сих пор зажимающей бутылку, видели все.       Пока кто-то начал снимать видео, пусть уже поздно, Анечка выбежала в коридор и крикнула куда-то в пустоту:       — Илья Сергеевич! Илья Сергеевич!       — Кто тут разорался? — из соседнего кабинета вышел возмущенный преподаватель, но тоже из совместителей.       — Да старшего по званию тут надо, — бросила Анечка и ломанулась в соседнюю дверь.       — Да что тут творится? — возмутился еще один человек.       — Да там у Филатова кукуха уехала, — сказала Анечка и побежала обратно в кабинет.       Как выяснилось, слова Анечки были правдой — на видео, которое мгновенно было отправлено на облако — вдруг Филатов заставит удалить, четко запечатлелось, как Филатов дважды с размаху ударил Оксану ребром ладони по почкам, а потом, будто вспомнив, что вокруг свидетели, пришел в себя, схватил ее все за ту же руку, рывком поднял и бросил на пол.       Оксана, достаточно быстро сориентировавшись, бросилась вниз, на вахту.       — Вызови ментов, вызови ментов, — плакала Оксана, обеими руками стучась в будку вахтера.       — Что случилось? — вахтер явно не понимал реакцию девушки.       — Вызови ментов, — повторяла Оксана. — Нет, вызови скоряк, скоряк сам вызовет ментов.       — Что я «скорой» скажу? — вахтер пытался докопаться до правды. — Что сумасшедшая девка долбится в будку? Они психиатрическую бригаду пришлют.       — Позвони ментам, — говорила Оксана. — Ноль два. С мобильного — ноль двадцать или ноль двадцать два.       — Ноль двадцать два — такого больше нет, — сказал вахтер.       — Позвони в сто двенадцать, если они по России ездят по этому номеру, — Оксана уже шептала.       — Что сказать? — вахтер не понимал, как сдвинуть ситуацию с мертвой точки.       — Пусть приедут, пусть приедут, — все повторяла Оксана. — Филатов… Филатов с ума сошел…       Вскоре подошел куратор, видя состояние Оксаны, позвонил местному врачу. Пока Оксану успокаивали в мед.кабинете, а руководство отсматривало камеры видеонаблюдения, Филатов не очень уверенно оправдывался:       — Да кто поймет, что в голове у этой дуры? Плещет не пойми чем в лицо. Едва успел глаза зажмурить! А, может, это кислота! Да, я взял ее за руку, чтобы и нейтрализовать, и чтобы бутылка с остатками жидкости никуда не делась. А то знаю я, выбросит же!       — Вас предупреждали, Дмитрий Геннадьевич, что распутный образ жизни до добра не доводит, — сказал кто-то.       — А что я должен был думать, когда мне в лицо не пойми что льется! — возмутился Филатов. — И какой распутный образ жизни, я с ней не спал, у меня жена есть!       — Ваша жена уже давно закрыла на все глаза, Дмитрий Геннадьевич, — раздалось в ответ.       — Она, значит, себя целовать не позволила — ну я и не стал настаивать, у нас свободная страна, а потом что-то ей, видите ли, не понравилось и она льет на меня не пойми что! — продолжил Филатов.       — По почкам зачем били? — спросил начальник.       — Рефлекс, — ответил Филатов.       — А вы представляете, каких трудов мне будет стоить замять это дело! — продолжал возмущаться мужчина. — Нет, вы не представляете. Вы даже не догадываетесь! Вы забыли о том, что можно сейчас легко стать звездой Ютуба и уже ничего не поможет!       — Разрешите идти, — сказал Филатов.       — Идите, — махнул рукой начальник.       Оксана ждала, стоя у окна в туалете, пока проявится синяк, чтобы снять побои, однако синяка все не было.       — Что дальше будешь делать? — спросила Анечка, случайно увидев одногруппницу.       — Пока не решила, — ответила Оксана.       — А что было-то? — продолжила Анечка.       — Да пошли мы в бар, — начала Оксана. — Он заказал мне коктейль, а себе коньячку, мы посидели, поговорили, потом он меня в щечку целует, я его в щечку, потом опять сидим, он меня в губы, я радуюсь, а потом он мне руку прямо под юбку сует. Я его хрясь, со всей дури, по плечу, а он такой: «Ой, что, передумала?» А я ему отвечаю, что не передумала, а на первом свидании спят только проститутки. А он мне говорит, типа, приличные девушки на первое свидание в бар не соглашаются прийти, а раз я пошла в бар, значит, уже проститутка, поэтому незачем удивляться, что и отношение соответствующее. Ну мы с ним посрались, потом я ему двухсотку в рожу бросила, типа, за коктейль, чтобы не считал себя должным, а он сказал, что это он — человек, который законодательство уважает, а кто-то другой может быть не таким корректным и в следующий раз меня найдут в разных лесах в разных пакетах. А я ему сказала, что такими темпами он от сифилиса скоро подохнет, раз слишком хорошо разбирается в проститутках. Я же на пару не хотела идти, это Илюха меня поймал в коридоре и на пинках отправил учиться. Я же специально ехала ко второй паре, это просто так получилось, что приехала сильно рано, за полчаса…       — Вот козел! — выругалась Анечка. Подумав, девушка добавила. — На заочке учится слушательница, наша с тобой ровесница. Так вот, она дочь Филатова. Такие не меняются, козлы, в смысле.       Вдруг девушка решила добавить:       — Только ты про дочь сильно не трепись. Хотя многие уже знают.       — У него такая мордочка хорошенькая… — вздохнула Оксана.       — Как говорится, с лица воды не пить, — ответила Анечка.