Глава 11

Гесс, кажется, я нашла подругу. Это дочь Реймонда Менихеса, архивариуса в Арбе. У нее есть младший брат твоего возраста. Думаю, она понимает мои чувства, как способна понять только старшая сестра. Мы объединены волнением за младших. Из личной переписки реликта Лоредены Векслер и реликта Воанергес Векслер – Тлат – каменный материк, обязанный своему существованию горе Магнус, которая во время Великого Раскола значительную территорию местности покрыла лавой. Я слушаю лекцию по истории возникновения Навема вполуха. Часть моего мозга хочет снова оказаться в комнате и, уткнувшись в подушку, заснуть. Другая часть… тоже хочет этого. Однако я продолжаю внимать тому, что говорит Натан Савара. Это тот самый мужчина с сединой в волосах, что стоял на помосте и переговаривался с блондинкой. – Извержение унесло много жизней, но подарило миру драконов. Истории известно лишь три вида и то издалека: белый обелиск, хорошо маскирующийся в снегу и самый маленький из возможных, высотой не превышающий стены Тельерры. – Я не назвал бы его маленьким, – слева от меня Озрик тихо комментирует, в то время как я стараюсь записывать то, что уже знаю из общего обучения. – Стоун шторм – серый, больше обелиска, с острыми шипами на загривке и крыльях, похожих на заостренные камни. Дес – черные огромные твари размером с небольшую гору. Если встретите их, приглядитесь и попытайтесь узнать как можно больше, ведь это все, что вы увидите перед смертью. – Воодушевляюще, – Ракель справа от меня тоже водит пером по листам. – Проверила бы? – Озрик поглядывает на нее с вызовом. – Только после тебя, – не разжимая губ, шипит Ракель, отчего я улыбаюсь. – Какой материк является также необитаем для людей? – Тартэн, – голос подает юноша в белой одежде, я узнаю его лицо, он в рете с Хендриком. Савара согласно кивает. – Тартэн, в отличие от Тлата, больше чем наполовину заснежен. На его территории находится горный хребет Ракея. На карте, висящей на стене, я присматриваюсь к хребту, когда мои глаза невольно переходят к Мортему. – Кто помнит события революции? – Восстание было подавлено самими революционерами, – проговаривает Озрик давно всем известную истину. – Да, но почему оно вообще произошло? – Кажется, мы забрали у простых людей целый континент, – его щеки украшает небольшая ямочка. – Не совсем так, – я решаю вмешаться, – Хамэш – самый географически комфортный материк для жизни. Было принято решение сделать из него место проведения переговоров, с чем большая часть его населения была не согласна. Я замечаю прищур во взгляде Савары: – Продолжайте. – На этой почве и случилось восстание. Однако вторая сторона не обладала такой мощью, чтобы хоть когда-нибудь победить. Поэтому, с большими потерями и в очень неустойчивом положении, революционеры сдались. – Все правильно, – Савара слегка склоняет голову и поворачивается к карте. – С тех пор Веста, – он показывает на столицу Хамэша, – является центром деловых встреч. Что при этом приобрели Арба и Хад? – Проблемы, – подает голос какой-то реликт, и я улавливаю смешок, пробегающий по рядам. – Не могу не согласиться, но что еще? – учитель смотрит на меня. – Слияние культур, повышение уровня образования путем постройки академий, – я прочищаю горло. – После неудавшейся революции развитие на этих материках сильно продвинулось вперед. – Да, – Савара переплетает пальцы. – И теперь мы все здесь. Он немного медлит перед тем как сказать следующую фразу: – За последние годы число нападений дельфи увеличилось. На данный момент брошены все силы на подготовку бойцов и отражение атак. Сейчас как никогда Навем нуждается в силе тельерцев для защиты. – Почему они вообще нападают? – Иска задает вопрос, который действительно волнует меня, и многих в этом помещении. – Причины их атак нам неизвестны. Но возможно, вы найдете их мотивы в истории. Подобные нападения предшествовали восстанию. Также есть сводки о еще более ранних атаках. Насколько мы можем знать, все они были связаны с нашей Макх и Вейхалой. – Но чашу нельзя сдвинуть. Что они собираются с ней делать? – Повторю, мы можем лишь гадать. Если им нужна наша магия, то очевидно, ищут они не там. Либо это отвлекающий маневр. Может ли быть такое, что среди людей есть их союзники? Мне не хотелось об этом думать – о предателях, которые, вероятно, могут сидеть бок о бок со мной. Я осторожно вывела на листе название чаши и арки, подчеркнув слова. Теперь я в числе тех, кто может в будущем стать одной из ее защитников. – Дельфи, – продолжает профессор, – или морские существа, согласно Священому писанию, были первыми, кто появился в Навеме. Однако Святой Авадхани даровал магию не им, а земным людям. Вероятно, на протяжении всех попыток развязать войну, корысть и желание власти одолевают их умы. Я не верила, что все так банально. За столько веков они могли собрать армию и полноценно атаковать Свагат. Вместо этого отчаяние дельфи крепнет, тогда как силы ослабевают. – Как именно мы должны от них защищаться? – Ракель немного подается вперед. – Как и от людей, – Савара обходит стол и занимает свое место. – Я полагаю, вам расскажут об этом лучше на занятиях по рунам и боевому искусству. – Дельфи – единственные, от кого нам необходимо защищать Навем? – Правильный вопрос, мисс… – Менихес, – Ракель немного поправляет свои волосы. – Да, мисс Менихес, помимо дельфи есть вероятность встретить морских существ. Больше всего вам стоит опасаться морских драконов, или анхелитов. Их не видели довольно давно. – Может, их уже нет, – в голосе Марка слышится надежда. – Все может быть. Однако я не стал бы списывать их со счетов. Морские драконы. Нам рассказывали о них лишь вскользь на общих занятиях. О чем еще умолчали до необходимой поры наши прошлые учителя? Наш день был посвящен теоретическим знаниям. В основном мы слушали лекции по истории Навема, истории магии и теорию рун. На покой в башню мы поднимались чуть ли не спотыкаясь от усталости. Соприкосновение моей головы с мягкой подушкой едва ли не сразу погружает меня в сон, однако я замечаю неровность около своей тумбы и тут же сажусь в постели. На задней стороне, между панелью основания и самой тумбой я нащупываю смятый листок. Это обычный альбомный лист. На нем тщательно, будто по трафарету, выведено: «Мортем. Пещера. Завтра.» Я снова и снова перечитываю слова, чтобы окончательно убедиться, что яснее мне не становится. Хмурясь, я засовываю бумагу в карман рюкзака. Что бы это ни было, оно может подождать. Однако внутри все сжимается. Риммон говорил, что у каждого из нас будут индивидуальные задания. Полагаю, это оно и есть. Скорее всего, их получил весь кворет. Интересно, что у Озрика или Ракель? Нужно будет обязательно спросить у них. Стоп. Мои глаза распахиваются, не успев полностью закрыться. Вдруг кто-то из них, несмотря на усталость, решит попробовать пробраться из академии сегодня ночью? Ужасно нехотя я вылезаю из постели, накидываю плащ и прислушиваюсь к звукам за дверью. Тихо. Вероятно, завтра мой организм не будет мне благодарен за позднюю вылазку, однако я должна проверить. Я высовываюсь из своей комнаты и на цыпочках преодолеваю расстояние до двери Ракель. Помедлив, я решаю тихо постучать. Она открывает не сразу, а когда появляется в дверях, я замечаю заспанное выражение на ее лице, и чувствую укол вины. Вероятно, она еще ничего не находила. – Лоредена? – она морщится из-за прерванного сна и с вопросом смотрит на меня. – Просто хотела узнать, все ли в порядке, – вру я, прощупывая почву. Ракель растерянно моргает: – Ну да, я уже спала. Что-то случилось? Лжец из меня плохой. Оглядываясь в коридоре и, убеждаясь, что никого нет рядом, шепчу: – Да. Помнишь, Риммон говорил нам об индивидуальных заданиях? – она кивает. – Кажется, я получила одно. – Оу, – Ракель все еще сонно смотрит на меня. – И ты пришла… – Просто хотела узнать, получила ли ты что-то, – я неловко топчусь на месте, до сих пор не понимая цель своего визита. Наверное, мне не хотелось быть одной в чужой комнате с посланием, которое только вчера я сочла бы за что-то, не относящееся ко мне. – Я ничего такого не находила, – она облокачивается на дверной косяк и лениво оглядывает свою комнату. – Да, извини, что разбудила, я только… – я заламываю руки, не находя нужных слов. – Я понимаю, – Ракель подается вперед и нежно сжимает мою руку. – Мне тоже непривычно засыпать здесь одной. – Сестра всегда приходила ко мне утром, – я улыбаюсь, вспоминая Гесс и ее нетерпеливость. – Думаю, в кровати достаточно места для нас двоих, – уголки губ Ракель немного приподнимаются, и я тысячу раз становлюсь благодарна ей. – Спасибо, – я не спеша вхожу в ее комнату, когда груз, лежащий на моих плечах, становится выносимым. У меня никогда не было подруги. Но я всегда чувствовала, что не одна. Из-за Гесс. Теперь все поменялось, и я должна это принять. Но я ведь не обязана делать это в одиночку. Ракель тоже оставила брата и наверняка она понимала меня, как никто другой. Сегодня я не буду одна. Я засыпала с этим ощущением, и мне становилось легче.