Глава 52

Чем ближе дельфи к своему источнику магии, Макх и Вейхале, тем сильнее их магическая сила. Тоар Урес Солнце за тучами неумолимо стремится к зениту. Повозки медленно подъезжают к городу, сворачивая к центральным воротам. Я рассматриваю окрестности. Вокруг нас широкие поля, где ремесленники собирают урожай. Вдалеке кричит птица. Ветер уносит ее крик. Равномерный стук колес о землю возвращает к реальности. Молчание напоминает траур, черные дни, наступающие на пятки. Липкий страх, склеивающий волосы у висков. Яркий свет проникает в повозку. В его лучах я вижу пылинки. Во рту привкус недавней битвы. Он оседает на небе и не желает исчезать. Наверное, я тоже хочу, чтобы он остался. Мне это дает ощущать яснее, что я все еще жива, все еще могу что-то сделать. Гесс не позволила бы мне остаться в академии, отказаться от первоначального плана. Она была смелее меня. Воспоминания о сестре оживляют боль в груди, которую я тут же давлю в зародыше. Ей нет места среди этих звуков, запахов. Ей нет места в настоящем. Отголоски взрыва раздаются где-то вдали, и мы с ретом озабоченно переглядываемся. Не успевает ни один из нас сказать хоть что-то, как повозку слегка потряхивает. Ярса выставляет руку влево, защищая меня от падения. – Просто кочка, – говорит Марк. Мы едем дальше. В окне виднеются большие каменные ворота Дельты с колоннами по бокам. Возле них стоят несколько тельерцев – больше, чем в обычный день. Они все облачились в доспехи. Вероятно, готовятся к нападению. Не успеваю я разглядеть ничего другого, как совсем рядом раздается оглушающий взрыв, и наша повозка опасно кренится. Держась за раму окна, я пытаюсь остаться на месте, но повозка движется все ближе к земле. Ярса падает на спину, издав протяжный рваный выдох. Цезония в руках Марка еле вскрикивает. Я же мертвой хваткой впиваюсь в раму и пытаюсь вытянуть свое туловище наружу. Закинув ногу на раму, я перемещаю тело на поверхность повозки. Дерево гнется, но не ломается. В ушах стоит неприятный звон. Все звуки приглушены. Вложив силы в последний рывок, я вытаскиваю свое тело из повозки, отталкиваясь от рамы. Все еще оглушенная, спрыгиваю, подогнув колени. Приземление отдается болью в ноге, разрастающейся по телу, но я не обращаю внимания. Привалившись спиной к днищу, я сползаю на землю и выглядываю из укрытия. Хаос вокруг меня возгорается как порох от искры. Несколько повозок перевернуты как наша. Одна из них разнесена в щепки. Вероятно, среди груды обломков находятся тела реликтов. Сквозь волну оглушения слышу свое имя, и тут же сильные руки оттаскивают меня назад. Раздается еще один взрыв. Не так близко, как в прошлый раз, но земля, поднятая с дороги, осыпается на конечности. Повернув голову, я вижу Ярсу, поднимающегося на локтях. В оконном проеме Марк прикрывает Цезонию, зажимая ей уши. Мы с Ярсой оглядываемся по сторонам. Кто-то также как мы вылезает из повозки. Тельерцы бегут на помощь нашей группе. Им до нас метров семьсот, не меньше. С другой стороны под сенью поднятой пыли на нас надвигается пугающий своей численностью отряд. Их больше раза в два. Они тоже облачены в сияющие доспехи. На их руках искрится магия. Я медленно отвожу взгляд обратно, на повозки. Люди выбираются из них кто как. Справа кто-то слегка толкает вбок. Моргаю. Дотрагиваюсь до ушей. Крови нет, это хорошо, значит, оглушение скоро пройдет. Постепенно различая гул, вижу, как вылезшие Марк и Ярса подхватывают Цезонию. -…бежать! – доносится до меня крик Марка. Растирая уши, пытаюсь вернуть хоть частицу слуха. Со временем получается. Когда мы все выбираемся из повозки, даю себе еще секунду, чтобы оглянуться на свои ноги. Правая еле заметно распухла. Вероятно, я подвернула ее, когда спрыгивала. Не страшно. – Надо идти, – твердый голос Ярсы врывается в мое сознание. Постепенно ко мне возвращается возможность слышать, но я не различаю какофонию звуков вокруг. Снова поворачиваю голову и выглядываю из нашего укрытия. Толпа стала ближе. Намного ближе. На фоне пасмурного неба они выглядят как сама смерть. Меня дергают за руку. – Лоредена! Ярса внимательно смотрит мне в глаза, пытаясь понять, что со мной. Я сама не в курсе. – Я… все в порядке, – из груди вырывается писк. – Нам надо идти к площади. Сейчас же! Он кричит, и я понимаю, что это наш шанс. Последний шанс улизнуть. Но смогу ли я бросить свой остальной кворет? Хендрика? Селиму? Я оглядываюсь, но не нахожу никого. Хотя... Длинные черные волосы, заплетенные в тугую косу, развеваются на ветру. Я вижу, как Селима помогает кому-то из своих ретовцев подняться. – Лоредена! – Мы что, оставим их здесь? – У нас нет выбора, давай, я тебе помогу, – Ярса подхватывает меня под мышки и быстро встает. Марк и Цезония уже приготовились бежать. Тельерцы почти подходят к повозкам, как я слышу голос Ярсы: – Сейчас. И мы срываемся с места. Мы бежим, не обращая внимания на магию, наполняющую воздух вокруг. Бежим, будто прямо здесь не начинает разворачиваться сражение. Я хромаю, но стискиваю зубы, и пытаюсь не быть обузой Ярсе, хоть он по-прежнему держит меня. Когда я думаю, что мы почти оторвались, Марк спотыкается и падает на землю. Эта заминка может стоить жизни кому-то из нас. Цезония помогает ему подняться, но в ту же секунду воздух разрезает мощная руна. – Нет! Я пихаю Ярсу в бок, и только это спасает нас. Он падает, но мне удается удержаться на ногах. Повернувшись в сторону нападавшего, я затравленно смотрю на него. Кажется, он моложе Воанергес. Парень сдвинул брови, приготовившись к новой атаке. Но я тут же посылаю в его сторону руну, желая отбросить подальше от нас. Прокрутившись в воздухе, парень падает плашмя и не встает. Перед моим лицом предстает образ мертвой Воанергес. Я застываю на месте, пока Ярса снова не подхватывает меня. Кое-как мы двигаемся дальше. Ближе к воротам. Ближе к Макх и Вейхале. Пока все заняты сражением, у нас есть шанс выполнить то, что мы должны. Достигнув ворот, натыкаемся на стражу, но те пропускают нас без лишних вопросов – их предупредили, что мы пришли защищать Дельту. Нога пульсирует болью, на глаза наворачиваются слезы, но я смахиваю их, мешая с грязью на своем лице. Мы бежим по площадям. Полупустым, наполненным лишь тельерцами, спешащими на помощь и некоторыми обычными людьми. Антики пробегают между домами, и их бежевая одежда намокает. Я не сразу понимаю, отчего, пока не поднимаю глаза на небо. Оно затянуто серыми тучами, и на мой лоб падают первые капли дождя. По крайней мере те капли, которые я начала чувствовать. Над нами вспыхивает молния. Скоро здесь будет настоящий ливень. Я бегу так быстро, как только могу поспеть вместе с Ярсой. Без его поддержки я вероятно сильно бы замедлила всех нас. – Лоредена! Я поднимаю глаза на знакомый голос. Не тот голос, который я хотела бы услышать. Риммон бежит нам навстречу. Я читаю на его лице отпечаток страха. Он подбегает и встает с другого бока от меня, чтобы тоже поддерживать. – Где Гильад? Риммон мотает головой. – Что это значит? Я останавливаюсь, упираясь ногами в плитку. – Что это значит, Риммон, черт тебя дери?! Небо вновь разражается молнией и громом. – Он должен быть здесь, Риммон! Там, где стоишь ты! Где Гильад?! – мой голос срывается на крик. – Лоредена, – они говорят это вместе, Ярса и Риммон, и я понимаю, что сейчас не время. Но я не сдвинусь с места, пока не узнаю всего. – Нас ждала засада, видимо, такая же, как вас. – И? Говори! – Он ранен! Он хотел, чтобы я пошел к тебе и передал, чтобы ты сделала так, как наметила. Я не знаю, что это значит, он со мной всем не делится. – Где Гильад?! Я быстро раскусываю его ложь. По молчанию я понимаю то, чего никогда не хотела понимать. Гильад мертв. Неужели эта война решила забрать у меня всех? Но я не оступлюсь. Я закусываю губу и двигаюсь вперед. Дождь смывает с моих щек отчаяние и боль, оставляя только ненависть и ярость. Ярса и Риммон подхватывают меня. – Эй, мы почти пришли, – кричит Марк. На мне не осталось живого места, но физически с телом почти все в порядке. Я запираю все мысли в большой металлический сундук, запираю их самыми сильными рунами, которые только могут прийти мне на ум. У меня нет времени на сожаления, боль, крики. Я лишь сильнее прикусываю губу. – Рассредоточимся по периметру, позволяя Лоредене остаться в безопасности, – доносится до меня голос Ярсы. – Мы уже это обсуждали. – Я не один, остальные остались на площади, мы тоже поможем, – говорит Риммон. – Скорее! – кричит Марк. И мы бежим. Так, как я никогда не бегала даже со здоровой ногой. Но теперь это все, что мне нужно. Выполнить то, что я должна. Пересекая улочки, сворачивая в проходы, мы то и дело натыкаемся на жителей, чуть ли не сталкивая их с пути. Бедные люди даже не знают, что здесь произойдет. Смогла бы я их защитить, если бы была рексом? Я не знаю. Оставляю эту мысль на дне сознания, как и все, что гложет меня. Запираю на семь цепей в сундук. Не сейчас. Не сейчас. Не сейчас. Добежав до площади, мы натыкаемся еще на одну охрану. – У нас приказ от академии! – Риммон показывает на меня. – Это дочь рекса, у нее особое задание. Охрана мнется, пока я не поднимаю на них свой тяжелый взгляд. Тот взгляд, который я позаимствовала у своей матери. Они коротко кивают, и мы врываемся на площадь. – Особое задание? – в недоумении говорит Ярса. – Первое, что пришло в голову, – отвечает Риммон, и его голос тонет в ливне. – Вот так, – Ярса отпускает меня, чтобы я могла сама встать у чаши. – Что нам делать дальше? – Отойдите, – твердо говорю я. – И следите, чтобы здесь больше не было никого. Все быстро разбегаются в разные стороны, оставляя меня у Макх. Это то, к чему я шла неделями. То, за что я в ответе. Я прикасаюсь руками к сосуду, и внутри меня все трепещет. Я знаю, что надо делать. Теперь, когда я потеряла практически все, я знаю, на что я способна.