Справедливость по-американски

00:25 2 октября 2028 года Штаб-квартира Интерпола, Лион, Франция Ночная смена давно застыла во времени. Последние четыре года превратили Интерпол в пожарную команду, мечущуюся между кризисами. Побег Макарова, провал «Анаконды», восход «Аль-Тарира» — мир охватила лихорадка прокси-войн, и спрос на услуги «торговцев смертью» взлетел до небес. В бетонном мешке допросной, где единственным утешением для глаз была одинокая лампочка, двое мужчин играли в гляделки. Молодой оперативник, подтянутый, с цепким взглядом карих глаз. И напротив — его визави, Джон Стеффорд, с сединой на висках и спокойствием удава в голубых глазах. В руках оперативника была стопка бумаг — досье, которое он собирал годами. – «Сердечная недостаточность»? Какая красота. Ваша работа? — голос оперативника сочился сарказмом, но звучал ровно. – Фальсификация медицинского заключения? За это теперь дают сроки? — лениво поинтересовался Стеффорд. — За это, Джон, тебе ничего не будет. А вот за Макарова... — оперативник постучал пальцем по досье. — Джон Стеффорд, я мог бы ловить шпионов или считать ядерные боеголовки. Но они, знаешь ли, лежат мёртвым грузом в своих шахтах. А вот такие как ты — убивают десятками тысяч. «Торговец смертью» — подходящее прозвище. – Бросьте. Проверьте статистику табачных компаний, если хотите поговорить о смертях. Ближе к делу, у меня самолет через три часа. – Где десять тысяч стволов, Стеффорд? Где четверть бронетехники из Панъевропейского пакта и два десятка «вертушек», которые вы с генералом Москальковым увели прямо с базы в Сумах? – Всё сгорело под Курском из-за артиллерии русских. Вместе с семьюдесятью тысячами украинских пацанов, которых этот генерал отправил в мясорубку в начале Второй Украинской Войны. – А вертолеты, которые мы засекли по пути в Буркина-Фасо? Туда русская артиллерия тоже дотянулась? – Так они спасательные и ведут гуманитарную миссию. Красный Крест утвердит. – Гуманист, значит? — усмехнулся оперативник. – Абсолютно. – А НУРСы к ним? Тоже для спасения утопающих? – Другой клиент и другая сделка. Документы в порядке. – И ты меня еще за идиота держишь? – Я держу вас за человека, который знает букву закона. Раздельные поставки платформы и вооружения не противоречат протоколам Интерпола. А ваши подозрения, при всем уважении, не стоят и ломаного гроша без доказательств. – Ты хоть понимаешь, Стеффорд, куда ты влип? Тебя же до конца жизни теперь будут таскать по судам и камерам, пока не сдохнешь где-нибудь в Штатах. Стеффорд впервые позволил себе легкую улыбку, от которой у оперативника похолодело внутри. – Уж поверьте, я прекрасно понимаю всю опасность. И я уверяю вас, что в суде я не проведу ни секунды. Я скажу вам, как всё будет. Скоро в эту дверь постучат, и вас вызовут. За дверью будет стоять человек выше вас по званию. Сначала он похвалит вас за отличную работу, скажет, что вы укрепили мир и получите повышение. А потом прикажет отпустить меня. Вы станете протестовать, возможно, пригрозите отставкой, но меня отпустят. И знаете, причина та же, по которой, как вы думаете, меня осудят. Я действительно связан с самыми гнусными и жестокими людьми, которые называют себя вождями. Но некоторые из них — враги ваших врагов. А главный торговец оружием — это ваш босс, президент Соединенных Штатов, который продает в день больше, чем я за год. И он часто не хочет оставлять свои отпечатки на автоматах. Иногда им нужен честный делец, вроде меня, чтобы поставлять оружие тем, кому они поставлять его официально не могут. Совсем скоро на выборах победит Рон Десантис, и я продолжу заниматься этим с удвоенной силой. Считайте меня злом. Но, к несчастью для вас, я — зло необходимое. – закончил торговец смертью. Тишина, повисшая в комнате, была тяжелой, как бетонные плиты перекрытий. А затем раздался стук в дверь. Громкий, властный, не терпящий возражений.