Глава 19. Между строк: Камидзе в сердце Токивадай, в двух с половиной рассказах

Шел дождь. Вода стекала на элегантные цветочные сады средней школы Токивадай, когда Ширай Куроко в очередной раз обсуждала план поисков в Токивадай воспоминаний и подсказок, касающихся Мицуари Аю, со своей неожиданной спутницей, Конго Мицуко. Враждебность, которую Куроко питала к наследнице авиации, уже давно не была такой заметной, как в прошлые времена, но телепортер, конечно же, не взяла бы Конго с собой по собственной воле. Однако Конго была довольно упряма и настойчива, поскольку дело касалось Камидзе. Куроко не могла понять, что обезьяна делает со своими друзьями. Со временем она определенно нашла в парне некоторые качества, которые ценила, и больше не держала зла только на Камидзе. Однако его отношения с ее сестренкой были совсем другой историей, так как Куроко чувствовала, что от одной только мысли об этом ее бросает в дрожь. Но они были здесь. Под «здесь» Куроко подразумевала общежитие Конго. Оно было больше и выглядело более достойно, чем общежитие, которое она делила с Мисакой Микото, хотя Куроко не могла сказать, было ли это результатом того, что Конго заплатила за улучшение жилого помещения, или это было особенностью Внутреннего общежития в целом. Говоря об этом, стоит упомянуть, что в Токивадае было два основных жилых помещения — Внутреннее и Внешнее общежития. Их названия произошли от того простого факта, что одно из них находилось в зоне, предназначенной только для девушек, известный как Школьный Сад, а второе — за ее пределами, хотя и в непосредственной близости. Ширай Куроко и Мисака Микото жили во Внешнем общежитии, но заметная группа студентов, включая Конго и ее друзей, Ваннаи и Авацуки, разместились во Внутреннем общежитии. Хотя технически между этими помещениями не было никакой разницы, девушки из одного общежития часто создавали суеверия о девушках из другого, и наоборот. Самое примечательное, что девушки из Внешнего общежития думали, что девушки, живущие в Школьном Саду, были замкнутыми и невежественными (по опыту Куроко, это не было правилом, но довольно часто оказывалось правдой). Тем временем девушки из Внутреннего общежития смеялись над предполагаемым невежеством и дерзостью своих внешних одноклассниц. Что ж, оставим это в стороне, они были там. Куроко вздохнула, глядя на черноволосую девушку перед собой. — Теперь ты понимаешь, Конго Мицуко? В отличие от тебя, я не хочу этого делать для этой обезьяны, но его участие и упомянутые им факторы делают этот случай тем, что я не должна его игнорировать, независимо от того, принимаешь ты решение или нет. Поэтому я бы хотела, чтобы ты не мешала мне. Конго раскрыла веер и хмыкнула себе под нос. — Ну конечно. Ты разговариваешь с великой Конго Мицуко. Со мной твои шансы на успех значительно возрастают. Куроко невозмутимо выслушала это, но прежде чем она успела прокомментировать уверенный ответ Конго, раздался стук в дверь. Куроко посмотрела на Конго, которая окликнула ее. — Привет? — Это я, Хоказе Дзюнко. У меня есть очень срочная тема, которую мне нужно обсудить с вами. После кивка Конго Куроко телепортировалась через комнату и потянулась к дверной ручке, открывая взору девушек с фиолетовыми волосами, которые с нежной улыбкой толкали перед собой небольшой поднос с чайным сервизом. — Прошу прощения за вторжение… — Нет, вовсе нет, семпай, пожалуйста, входи. Дзюнко вошла внутрь и осторожно опустилась на стул. Она взяла чайник с заранее вскипяченной водой и разлила жидкость по чашкам. — Хотите чаю? Конго приняла напиток, но Куроко скрестила руки на груди, глядя на студенку 3-го курса. — Рада тебя видеть, Хоказе-семпай, но ты не возражаешь, если я спрошу, почему ты здесь? У нас с Конго-саном на повестке дня довольно срочное дело. Лицо Дзюнко сразу стало более серьезным. — Да, я думаю, нет смысла уходить от темы. Ширай-сан, Конго-сан, ранее я слышала, как вы говорили о поисках девушки по имени Мицуари Аю. Я бы хотела принять в этом участие. Глаза Конго и Куроко расширились, когда Дзюнко склонила голову. — Простите, что подслушала ваш разговор, это было неправильно, но теперь, когда я знаю об этом, я просто не могу отступить. Из того, что я слышала, твоя причина, Ширай-сан, в основном основана на тайне истории и местонахождения Мицуари Аю. Что касается тебя, Конго-сан, то это твоя связь с Камидзе-саном. Что касается меня, то я полагаю, что это связано с обеими этими причинами… — Почему это? — спросила Конго. Итак, Хоказе Дзюнко рассказала Куроко и Конго о том, как она знала Аю в прошлом, опустив немного более личных подробностей из прошлого в ИДЕАЛЕ, но подробно описав обиду Аю на Шокухо Мисаки и трагедию девочек, из-за которой она рассталась с людьми, которых когда-то называла друзьями. — Я знала Мицуари Аю и считала ее хорошей подругой. Теперь, когда она так сильно изменилась… Я бы не смогла спать по ночам, если бы позволила ей уйти в таком состоянии. Особенно если учесть, что Камидзе-сан изо всех сил старается помочь моему старому другу. — Это удивительно трагично. Я никогда не знала, что Мицуари-сан, но я тоже не могу сидеть сложа руки, когда вокруг столько страданий. — Конго кивнула, прежде чем посмотреть на Куроко. — Ты согласна, Ширай-сан? Куроко, которая долгое время пребывала в глубокой задумчивости, вздохнула и развела руками. — Отлично. Кто я такая, чтобы отказывать тебе в этом? Я знаю, что если бы кто-то расследовал что-то, касающееся безопасности и благополучия сестренки, Сатен-сан или Уихару-сан, я бы тоже не смогла сидеть сложа руки. Хотя я должна спросить… означает ли твое участие, что Шокухо Мисаки уже в курсе наших планов? Хокадзе несколько смущенно уставилась в пол. — Нет… Я еще не говорила Королеве и не уверена, стоит ли мне это делать, по причинам, которые я предпочла бы не раскрывать прямо сейчас, если ты не возражаешь, Ширай-сан. — Конечно, я последний человек, который стал бы совать нос в личные дела этой клики. Какое-то время не было слышно ни звука, кроме дождя и тихих глотков чая. — А как же дорогой? Дзюнко невинно моргнула несколько раз, прежде чем вопросительно повернуться к Куроко. — По какой-то причине, это ее имя для обезьяны. На лице Дзюнко появилось очаровательное выражение крайнего замешательства. — Это… Две другие девушки указали друг на друга и сказали одновременно. — Она имеет в виду Камидзе. — О! — Дзюнко хлопнула в ладоши и посмотрела на Конго. — Что о Камидзе-сан? Я не понимаю. — Хорошо… Я думаю, у всех нас есть причины, связанные с ним. Даже у тебя, Ширай-сан. — Помолчи… — Проворчала Куроко, отводя взгляд. — Итак, что вы скажете, если мы все поделимся историями, которые привели нас к таким убеждениям? — искры радости зажглись в глазах Конго, когда она протянула руку с веером. — Настало время девчачьих историй! Как и ожидалось, глаза непорочной девы Хоказе Дзюнко тоже загорелись, когда она с улыбкой приложила руку к щеке. — Ара ма, девушка, которая разговаривает с друзьями о Камидзе-семпае, прежде всего. Какая великолепная идея! Это, несомненно, была бы интересная прогулка по памяти. Ты согласна, Ширай-сан?! — Не так ли, не так ли?! Под взглядом двух пар полных надежды глаз, устремленных на нее, Ширай Куроко могла только признать свое поражение и махнуть рукой. — Ладно, поговорим про обезьянку. У-у-у… просто… Я бы предпочла выпить чаю, после того как все обдумаю. Это займет некоторое время… — Если вы не возражаете, я начну первой. — Конго гордо выпятила грудь. — Что касается представления, Камидзе-сан — это тот, кто спас меня от драки, когда я заблудилась. С тех пор я знала, что он заметил мое обаяние и что он был отважным человеком, с которым я с удовольствием познакомилась бы поближе. Несмотря на то, что наш социальный статус усложняет жизнь, и нам все еще нужно многое узнать друг о друге, за то короткое время, что мы знаем друг друга, он снова и снова доказывал, что он гораздо более заботливый, отважный и даже романтичный, чем можно было бы предположить по его простолюдинской натуре. Если вы будете искать логическое объяснение, вы, вероятно, не будете удовлетворены. Мое сердце было просто украдено, и теперь сама мысль о нем приводит меня в восторг. Это может быть только песня, которую Конго Мицуко действительно исполняет, выбирая самое лучшее. Дзюнко Хоказе вежливо похлопала, а Куроко махнула рукой. — И… о чем будет твоя история? — Терпение, Ширай-сан. — мечтательная улыбка появилась на губах Конго, когда она уселась поудобнее, просматривая сцены из своей памяти. — Эта история на самом деле касается не только меня, но и моих лучших и вернейших товарищей, Ваннаи-сан и Авацуки-сан… [История Конго] — Дорогой, ты здесь! — Конго поприветствовала Тому, когда тот появился у входа в ресторан. — Привет… Конго-сан… — сказал парень, задыхаясь от бега, который он совершил, чтобы успеть вовремя. — Я уже сказала, что ты можешь называть меня Мицуко, и… — Конго скривила лицо, наблюдая за мальчиком. — Что это за запах? — Ну, мне просто повезло, что мусоровоз сломался и рассыпал свое содержимое как раз в тот момент, когда я проходила мимо… Конго вздохнула и уперла руки в бока. — Что же мне с тобой делать, дорогой?.. вернее… что бы ты без меня делал! — Нет… Только не говори мне, что ты предсказывала что-то подобное?! — Охохохохо! Ну конечно. Хорошо… может быть, не специально для этого, но тебе повезло, что ты пользуешься благосклонностью модели, у которой есть кое-какие деньги, которые можно потратить. Когда дело доходит до одежды, нет такой чрезвычайной ситуации, которой я не смогла бы обеспечить. Иметь запасную — это азбука любой хорошей леди… особенно если это твоя будущая невеста. У нас скоро будет хорошая одежда… пойдем со мной! — Почему у меня такое чувство, что ты на самом деле хотела нарядить меня, даже без каких-либо происшествий? — Я этого не хотела… может быть, немного, — хихикнула Конго, а Тома закатил глаза. — Почему я этого не предвидел? После того, как с переодеванием было покончено, Конго и Камидзе, держась за руки, подошли к ресторану. Парень был в смокинге и не выглядел таким уж счастливым по этому поводу. — Ношение такой официальной одежды несколько нервирует. Мне действительно нужно это делать? — Тише, дорогой. Доверься женской интуиции. Кроме того, я действительно хочу, чтобы ты выглядел на этой встрече наилучшим образом. И с этими словами они вошли в ресторан. Само место было достойным и имело стильный вид, что делало беспокойство Томы еще более заметным. «Успокойся, дыши глубже, еще глубже… нельзя бояться каждого модного места…» Компания Томы и Конго уже сидела за зарезервированным столиком. Это были две хорошенькие школьницы из средней школы, которые вежливо поклонились, едва заметно поприветствовав их. Руководствуясь скорее инстинктом и знаниями из романтической манги, Камидзе отодвинул стул Конго, чтобы она могла сесть. После того, как он тоже сел, Конго начала говорить. — Все… — Конго… Нет, Мицуко-сан, ты вызвала меня сюда так быстро, что, должно быть, чем-то недовольна. Так скажи это уже сейчас! Если это из-за того случая на показе мод, когда я случайно увидел тебя обнаженной, я уже приношу свои извинения… Конго быстро прикрыла рукой рот Томы, прежде чем закашляться и немного покраснеть. — На самом деле, дело не в этой ситуации. Послушайте, причина этой встречи проста. Камидзе-сан, я думаю, ты уже узнал моих лучших друзей, но официально мы тебя не представляли. Это Ваннаи Кинухо. Она владеет гидроручкой 3-го уровня и одна из самых добрых людей, которых я знаю. Девушка с глазами цвета темно-зеленой морской воды и короткими каштановыми волосами, которые, по мнению Камидзе, выглядели невероятно пушистыми, мило улыбнулась ему. — И снова здравствуй, Камидзе-сан. Ты помнишь меня? Камидзе потребовалось всего мгновение, чтобы ответить. — Ты та девушка, которую я выловил из реки. А ранее мы разговаривали во время сильной жары. — Ты же помнишь… — пользовательница воды даже не скрывала, насколько она была довольна этим подтверждением. — Рада снова тебя видеть… ты хорошо выглядишь. Ваннаи слегка покраснела, прежде чем застенчиво ответить. — Назвать это разговором было бы большой натяжкой. Но спасибо… я тоже рада тебя видеть. Конго показала на другую девушку, у которой были длинные, сине-черные волосы, радужки с фиолетовым оттенком и привлекательное лицо, в котором сочетались черты спокойствия и зрелости. — А это Авацуки Маая, пользователь 3-го уровня с плавающим набором. Время от времени она может казаться серьезной, но она одна из самых надежных и трудолюбивых подруг, которые у меня есть. Девушка снова поклонилась ему, но взгляд, которым она его одарила, оставался довольно нейтральным. В нем не было открытой враждебности, но, вероятно, лучше всего было бы сказать «настороженный». — Камидзе Тома… Я много слышал о тебе от Конго-сана. Я действительно хочу увидеть твои качества в действии и оценить тебя своими глазами. — Спасибо… Я полагаю? — На самом деле ей было очень интересно с тобой познакомиться. Просто Авацуки-сан очень заботливый человек. — Ваннаи улыбнулась Томе, в то время как ее лучшая подруга отчаянно замахала руками. — Ваннаи-сан! Просто многие парни — подонки, притворяющиеся хорошими и непорочными. Я должна убедиться, что Конго-сан не интересуется кем-то подобным. Было много… прости, что я так говорю, Камидзе-сан… абсурдных историй о тебе, и это просто-напросто… В это трудно поверить. Они казались преувеличениями. — Я ценю твою заботу, но могу заверить тебя, что Камидзе-сан — это нечто большее, чем кажется на первый взгляд. — Конго ободряюще посмотрела на Авацуки. — Каждый из вас по той или иной причине важен для меня. Я была бы очень признательна, если бы вы смогли поладить друг с другом, так же, как я поладила с каждым из вас в отдельности. Тома посмотрел на двух девушек. Его взгляд встретился со счастливым взглядом Ваннаи и чуть более неуверенным — Авацуки, хотя в фиолетовых глазах длинноволосой девушки было что-то похожее на неуверенную надежду. — Что ж, я ничего не имею против. Я Камидзе Тома. Я эспер 0-го уровня и всего лишь обычный старшеклассник, в отличие от благородных дам вроде вас, но я надеюсь, что мы сможем стать друзьями. Принесли блюда. Очевидно, девушки не могли решить, что взять с собой, поэтому заказали множество блюд на двоих. «Что ж, такова жизнь одзе-госпожи. Я даже представить себе не могу, какой будет счет…» (После…) Еда была вкусной, и хотя атмосфера поначалу была немного неловкой, изобретательность и юмор Томы, а также вежливость и общее любопытство девушек быстро превратили трапезу в очень приятное времяпрепровождение. Однако… ГЛУХОЙ УДАР! — А-А-Авацуки-сан! Что ты наделала?! — Я не знаю, почему Камидзе-сан потерял сознание! Я просто сказала, что мы могли бы разделить счет пополам, и показала его ему, и… — О, — Конго понимающе кивнула. — Это, собственно, все объясняет. Ты видишь… хотите верьте, хотите нет, но для учеников нулевого уровня одна четвертая часть стоимости нашего обеденного курса — это большие расходы. — Правда? — Как странно… В этих невинных словах богатых дам не было ни грамма насмешки, но они могли бы разбиться вдребезги о финансовую уверенность любого менее состоятельного члена общества Академгорода. — И не только это, но, по словам Мисаки-сан, из-за различных обстоятельств Камидзе находится на нулевом уровне с самым низким доходом. Поэтому, увидев обычную для нас цену, он был в шоке. — Да. — Ваннаи наклонилась, чтобы посмотреть Камидзе в лицо. — Я почти вижу, как его душа покидает тело… Подождите, на самом деле… Она выпрямилась, глядя на Конго и Авацуки. — Я думаю… он не дышит… На мгновение воцарилась тишина, когда все трое уставились на парня, их лица были омрачены тенями. — Конго-сан… разве сейчас не время для этого? — Спросила Ваннаи серьезным тоном. — О, определенно, сейчас самое подходящее время для этого. — последовал ответ. — О чем вы говорите? — Спросила Авацуки, на что ее друзья повернули к ней головы. — Легендарная процедура «губы в губы», которая поможет ему снова начать дышать. Авацуки внезапно остановилась. — Хах? — Ну-ну, Ваннаи-сан, что ты делаешь? — Спросила Конго тошнотворно сладким тоном, когда гидрокинетик третьего уровня склонилась над Камидзе и убрала волосы с его лица, в то время как Конго сделала то же самое. — Ну, я собираюсь прикоснуться губами к губам, чтобы спасти Камидзе-сана. — Ну, если бы у него в легких застряла вода, я бы оставила это на твое усмотрение, но по определению воздух принадлежит мне. Так что будь любезна отойти в сторону… — Нет, нет, нет, я настаиваю. На самом деле, у меня есть опыт в этом, поскольку я делала это с девушками, с которыми произошел несчастный случай в бассейне. Вот почему, если кто-то и должен реанимировать Камидзе-сана, то это должна быть я. 0 Посмотри на мой рот, а затем на его. Как будто мои губы были рождены для этого. — А что говорит о том, что мои не были такими? — Я СДЕЛАЮ ЭТО! — В своем споре Ваннаи и Конго не заметили, что Авацуки наклонилась и прильнула к губам Томы. — Его жизнь может быть в опасности, так что прекратите это! -… — Перестаньте выглядеть так, будто вы вот-вот заплачете. Я просто думаю о том, как спасти его, так что перестаньте заставлять меня чувствовать себя виноватой без всякой причины. Ну, я начинаю~ Но как раз в тот момент, когда Авацуки закрыла глаза и собиралась коснуться губ Томы, парень внезапно ахнул, заставив взволнованную девушку отчаянно отпрыгнуть назад, а он вскочил, схватившись за голову. — Камидзе-сан?! — Мне приснился… ужасный кошмар… за который мне пришлось заплатить такую смехотворную цену… аа! Этот чертов счет все еще здесь! Это был не сон! — Не волнуйся, Камидзе-сан, давай сделаем это на одну пятую… — Вздох… Я знал, что этот день настанет… — Что ты. Не бери лист бумаги с надписью «на срочную продажу» и не начинай писать названия своих органов! Мы разделим это так, чтобы ты мог заплатить, так что не делай ничего такого мрачного! (Позже…) — А вот и он. Несмотря на некоторое влечение, этот обед был просто потрясающим. — Сказала Конго после того, как девушки расстались с Томой. — Дорогой явно единственный в своем роде. — Сегодня не было сказано ничего правдивее. — Авацуки вздохнула, массируя виски. — Боже мой, у меня разболелась голова только после одной встречи… — Я думаю, он немного странный, но в то же время очень обаятельный. — прокомментировала Ваннаи. Конго кивнула, улыбаясь из-за веера. — Я думаю, знание Камидзе подобно вкусу вина. Это приобретаемый вкус. Авацуки тоже улыбнулась. — Что ж, нам просто нужно подождать и посмотреть, чем он нас удивит. {Ваннаи Кинухо хочет продвинуться вперед} — Привет, Камидзе-сан! Тома, который нес сумки с продуктами, услышал знакомый голос, и когда он обернулся, то заметил, что Ваннаи Кинухо догоняет его. — О, мокрая… Ваннаи-сан! Как дела? Девочка с пышными волосами надулась на него. — Ты как раз собирался это сказать. Не называй меня Мокрой девчонкой! — Извини, чуть не вырвалось. Хорошо… рад был тебя увидеть. Он направился прочь. Пока он продолжал, щеки Ваннаи порозовели, она глубоко вдохнула через нос, закрыла глаза, выдохнула и кивнула сама себе. — Камидзе-сан. Пожалуйста, подожди! Тома замедлил шаг, когда девушка снова подошла к нему. — По правде говоря… Я бы хотела поговорить с тобой наедине. Тома был немного смущен, но, тем не менее, кивнул. — Хорошо, тогда я просто занесу сумки домой и встречусь с тобой в парке через 10 минут. По истечении указанного времени Ваннаи и Тома оказались сидящими перед прудом в парке. Собравшись с духом, девушка схватила Тому за руку. — Камидзе-сан, во-первых, я хотела бы извиниться за свое поведение во время сильной жары. Возможно, ты не придаешь этому большого значения, но я должна это сказать. Тогда я не смогла поддержать с тобой разговор и убежала. Тебе могло казаться, что ты сделал что-то не так, в то время как на самом деле это все из-за меня. Я хотела бы извиниться за это и надеюсь, что мы сможем исправить это в будущем. Тома махнул рукой. — Ты не должна извиняться ни за что подобное. Это было тяжелое время для всех, и я больше волновалась, что ты заболела или что-то в этом роде. По сути, важно, чтобы мы поговорили прямо здесь и сейчас. Сердце Ваннаи немного забилось быстрее. Непреднамеренно с ее стороны, вода у берега забурлила в ответ на сильные чувства девушки. — Даже в ситуации, когда ты легко мог обидеться, ты все равно больше беспокоился о моем благополучии? Это… это просто… Затем она покачала головой, прежде чем смогла полностью потерять контроль над собой. — Я… я рада, что ты так думаешь. Я также хочу сказать, что когда я была свидетелем твоих попыток бороться со стихией, я подумала, что ты выглядишь очень круто. Я, честно говоря, была поражена, что кто-то настолько слабый, когда дело доходит до силы эспера, может так хорошо сражаться и быть таким храбрым сердцем. Так вот почему… У меня есть просьба. Затем она склонила голову, все еще держа Камидзе за левую руку. — Пожалуйста, помоги мне стать сильнее. Тома, конечно, не ожидал ничего подобного. — Хах? Что… что ты имеешь в виду? — Камидзе-сан, я эспер третьего уровня в Токивадай. Хотя во многих областях этого достаточно, столкновение с определенными опасностями заставило меня понять, что этого недостаточно. Я хочу защитить Конго-сана и всех, кто мне дорог. Так что я хотела бы развить свои способности. Камидзе немного помолчал, прежде чем ответить. — Знаешь, Мисака как-то показывала мне запись твоего боя с тем парнем… Баба, это был? Я не эксперт, но если кто-то здесь и крут, так это, безусловно, ты. Ты была изобретательна и находчива, как и подобает новичку 0-го уровня, но использовали свою силу как эспер высокого уровня. Идеальное сочетание. Сердце Ваннаи наполнилось гордостью, но она сумела взять себя в руки. — Ты смотрел это?! Спасибо, я очень рада, что смогла защитить Конго-сана и этого кота, но эта борьба заставила меня осознать, что я хочу… нет, я выбираю… совершенствоваться, чтобы быть на стороне Конго-сана. Если бы я была сильнее, этот конфликт можно было бы разрешить быстрее. — На самом деле… Мне очень жаль. Знаешь, что меня не было рядом, чтобы помочь тебе. Ваннаи покачала головой и улыбнулась. — Нет, все в порядке. Ты был заняты другими делами. Кроме того, по рассказам моих друзей, я знаю, что ты без колебаний встал бы на защиту Конго-сан. Кроме того, я слышала, что ты помогал Мисаке-сан, когда у нее была та странная проблема с диареей, о которой Шокухо-сан рассказывала нам… — Диарея? Шокухо? — Дело в том, что, когда я сражалась тогда, я поняла, что где-то там могут быть изобретательные враги. Не говоря уже о том, что когда мы отважились взять башню во время сильной жары, мы были полностью унижены, столкнувшись с такой грубой силой. И перед тобой, который старался изо всех сил, даже не имея надлежащей команды или способности. — Но когда дело дошло до борьбы со стихией, Токивадай оказался гораздо более организованным и успешным… — Только потому, что у нас была машина Мисаки-сан и хорошая командная работа в повседневной жизни. Но эта миссия и разграбление Токивадай… это было так неприятно. Камидзе-сан, я слышала, что ты на самом деле не испытываешь желания развивать свои эсперские способности. — Это не значит, что я не буду, я просто не могу. Моя способность этого не позволяют. — Но… Я думала, у тебя его нет… — Это немного сложно… лучше увидеть это в действии. Ваннаи кивнула и продолжила. — У меня есть гордость как у леди из Токивадай, но у меня достаточно скромности, чтобы признать, что у меня и моих друзей нет большого опыта в борьбе с изобретательными врагами, которые используют грубую, первобытную силу. Обычно нам удается справиться с нашими эсперскими способностями, но я с болью осознала, что это не всегда так. Камидзе-сан… Я бы хотела, чтобы ты научил меня своим способам ведения боя. Сейчас начнется сканирование системы. Если тебя не затруднит, пожалуйста, покажи мне способ, которым я могла бы увеличить свою силу. Я бы хотела присоединиться к Конго-сану в четвертом уровне. Тома встал и потянулся, прежде чем протянуть Ваннаи руку. — Ну, я не совсем понимаю, зачем нужно повышать свой уровень. Но если это важно для тебя, я, конечно, помогу тебе. Не говоря уже о том, что ты явно делаешь это, чтобы защитить своих друзей. И это действительно достойно восхищения. — Спасибо. — Ваннаи улыбнулась ему, изобразив ту же милую улыбку, которой одарила его при знакомстве. — Я хотела бы тренироваться в течение недели в постоянном режиме. Не мог бы ты порекомендовать мне кого-нибудь, кто мог бы помочь мне повысить уровень моей способности? Тома посмотрел на горизонт, размышляя об этом. — На самом деле я не знаю никого, кто обладал бы силой воды… но, возможно, я знаю кого-то, кто поможет тебе проявить себя с лучшей стороны, работая с природным противоречием… — Я еще не до конца понимаю, но если это твой друг, то он наверняка такой же добрый и внимательный, как и ты! — Эхм… что ж… (Позже…) Стейл Магнус закурил еще одну сигарету, глядя на Тому прищуренными глазами. — Я отказываюсь. — Стейл, если подумать, это прекрасно. Она… — Позволь мне кое-что сказать тебе, Камидзе Тома. — Стейл понизил голос. — Я инквизитор и церковный убийца, я специалист по рунам и священник. Во мне много чего есть, но я определенно не нянька для избалованных сорванцов. Единственная причина, по которой я все еще нахожусь в городе, заключается в том, что Индекс скоро вернется, и я хочу убедиться, что ей обеспечены надлежащее жилье и уход. Кроме этого, я ничем не обязан. — Так ты хочешь просто посидеть здесь и покурить? — Это намного лучше, чем разговаривать с тобой, так что, если у тебя нет какого-нибудь способа убедить меня… Тома вздохнул и поднял руки вверх. — Отлично. Когда мы в следующий раз отправимся на задание, я буду у тебя в долгу. Глаза Стейла загорелись. — Хотя твоя решимость помочь человеку, с которым ты едва знаком, просто смешна, постарайся быть лучше. — Я могу сказать пару слов Индекс, чтобы убедить ее провести с тобой немного времени. Стейл замолчал, а затем медленно отложил сигарету. — Она все еще не доверяет тебе, верно? Что ж, я могу попытаться убедить ее дать тебе шанс, если ты мне поможешь. Стейл прищелкнул языком и, достав вторую сигарету, прикурил ее щелчком пальцев. — Это дорого тебе обойдется, Камидзе Тома, уверяю тебя. Однако… что ж, по крайней мере, у меня будет хоть какое-то развлечение… Затем он встал и подошел к Ваннаи, немного наклонившись, чтобы оказаться лицом к лицу с девушкой, которая выглядела немного напуганной его черной мантией и высоким ростом. — Камидзе-сан… не было необходимости втягивать в это взрослых… — Стейлу на самом деле столько же лет, сколько и тебе. Это ошеломило девушку еще больше, пока красноволосый священник не заговорил, довольно грубо выпустив дым в лицо Ваннаи. — Итак, кто у нас здесь? — Я Ваннаи… Ки… Кинухо. — девушка заговорила, изо всех сил стараясь выглядеть достойно и не зашлась в приступе кашля. — Я гидромант 3-го уровня Токивадай. Камидзе сказал, что вы чрезвычайно искусны в пирокинезе. Мы подумали, что из-за давления окружающей среды, вызванного вашей стихией, я смогу отточить свою собственную до больших высот. — Хм, в кои-то веки Камидзе в чем-то прав. Покажи мне, на что ты способен. — Да! Через мгновение Ваннаи указала на ближайший канал, и большая сфера воды поднялась, прежде чем разделиться на несколько потоков и окружить ее. — Моя способность позволяет мне контролировать максимум 400 литров воды в радиусе 18 метров. Я могу разделить ее максимум на 4 отдельных скопления или потока. Я все еще могу контролировать воду, находясь вне поля моего зрения, но я не могу этого сделать, если она слишком разбросана или у меня нет водоема, который можно использовать. Стайл некоторое время просто наблюдал, прежде чем жестом пригласил их следовать за ним. Когда они подъехали к мосту через реку, Стейл одним быстрым движением разбросал свои рунические карты. В ответ на вопросительный взгляд Ваннаи Тома прошептал: — Они помогают ему контролировать свою силу. — О, так это что-то вроде пультов дистанционного управления Шокухо-сана или фонарика Юмии-сана? Довольно странный выбор, но я понимаю. — То, что мы сделаем, очень просто. Мой… пирокинез… — Стейл, казалось, искренне удивлялся, произнося этот термин. — Может выделять такое большое количество тепла, что испаряет всю влагу. Это очень неблагоприятно для такого человека, как ты. Но у тебя все еще есть несколько вариантов. Ты можешь нарушить свои ограничения и призвать большее количество воды или с большего расстояния. Ты можешь развить свою хватку до такой степени, что сможешь контролировать отдельные капли воды. Ты можешь контролировать свои собственные жидкости, чтобы сделать из них оружие, или, возможно, даже использовать жидкости другого существа. — Но… это невозможно! Что-то вроде этого наверняка будет 4-го уровня, может быть, даже 5-го… — Ты хочешь стать сильнее или нет? Я могу уйти в любой момент, когда захочу. — Ты слишком много знаешь о воде для того, кто использует огонь. — Заметил Тома. — Когда ты овладеваешь огнем, тебе нужно кое-что узнать о стихии, которая может его погасить. Кроме того, одна из моих учениц, Мари, использует воду, как Ванну… — Это Ваннаи… — Неважно, как и она. Хотя у нее другие методы, обучение Мари пригодилось бы и в этой ситуации. Камидзе Тома, выйди за пределы моего диапазона. Когда Тома это сделал, все вокруг окуталось обжигающим жаром. По команде Стейла огонь сгустился в двух человекоподобных существ. Они были далеко не так сильны, как Иннокентий, но пламя все равно было ощутимо горячим. — Найди способ вызвать воду и попытайся потушить их. Сделай это так, чтобы не обжечься. — А-а? — Что, ты боишься?! Ради всего святого, я могу лечить ожоги, так что не смей ныть. Мои тренировки будут интенсивными. И я предупреждаю тебя, что у меня нет терпения выслушивать жалобы или нытье избалованной богатой девочки. Единственное, что мы можем здесь приветствовать, — это кровь, пот, слезы и твоя решимость. У тебя есть это? Потому что мы будем делать это самым старым и эффективным способом. Либо преодолей пределы своих возможностей и препятствия, встающие на твоем пути, чтобы выжить… либо умри, пытаясь это сделать. — Стейл… Это, пожалуй, уже чересчур… — Заткнись! Так что же ты будешь выбирать, девочка? Ваннаи подняла глаза. В них, несмотря на легкий испуг, быстро появилась решимость. — Если это тот способ, с помощью которого я могу защитить своих друзей… то так тому и быть. Стейл-сенсей, я вся в вашем распоряжении. — Тогда постарайся не погибнуть. Ваннаи подняла руку, и из реки хлынул поток воды. Однако вода быстро начала бурлить и испаряться, и в конечном итоге девушка осталась беззащитной, когда огненный гуманоид атаковал ее, заставив Ваннаи отскочить назад. — Еще раз! За этим последовала серия попыток, в ходе которых Ваннаи перепробовала различные средства и поэкспериментировала с водой, чтобы добиться четкого попадания в огонь. Хотя больше часа ничего не происходило, с 12-й попытки Ваннаи, наконец, удалось выпустить струю, достаточную для того, чтобы поглотить половину огненного гуманоида. Стейл кивнул и погасил поле. — Если ты думаешь, что я скажу тебе, что ты хорошо поработала, то ты ошибаешься. Ты все еще довольно небрежна. Однако, ты можешь прийти снова завтра вечером. И с этими словами он ушел. Ваннаи выдохнула и начала падать, но Тома успел подхватить ее как раз вовремя. — Спасибо, Камидзе-сан. — Не перестарался ли я? Стейл не самый мягкий человек… — Его методы странные, но я чувствую, что благодаря этому обучению я выросла, пусть и совсем немного. Хорошо, что я также переоделась в купальник. — Если уж на то пошло… Я действительно старался не смотреть… — Я ценю это, но на самом деле я не против… хотя я вся вспотела и… — Ваннаи шмыгнула носом, прежде чем немного съежиться. — От меня пахнет, как от обкуренной. Надеюсь, ты не находишь меня отталкивающей. — Вовсе нет. Если уж на то пошло, почему на тебе был купальник? — Я возвращалась со своей тренировки, когда увидела тебя… О, пока я не забыла, есть еще одна вещь, о которой я должна тебя попросить. (Следующий день) Ранним утром Ваннаи Кинухо сразилась с Камидзе Томой. Это мало чем отличалось от его столкновений с Мисакой Микото в прошлые времена, только на этот раз это произошло по соглашению обеих сторон. В отличие от тренировок со Стейлом, эти бои должны были отточить инстинкты девушки, чтобы она больше походила на уличную драку. Ваннаи сочла это довольно сложным занятием. — Я никогда не видела, чтобы кто-то уклонялся от моих ударов так, как это делаешь ты. — Это то, чем может овладеть каждый, если будет достаточно долго тренироваться. Камидзе использовал все приемы, описанные в книге, в то время как Ваннаи также приложила все усилия, чтобы проявить изобретательность, изгибая и разделяя потоки, пытаясь дотянуться до Томы. — Когда мой поток врезался в твою правую руку, я потеряла контроль над всем скоплением. — Это моя способность. Воспринимай это как дополнительную трудность. И так они тренировались, Камидзе на рассвете, а Стейл на закате. Это была тяжелая работа, которая часто приводила к полному изнеможению. Но всего через 7 дней последовательных тренировок Ваннай стала легче переносить жару. Ее лимит вырос почти вдвое по сравнению с предыдущим, до 750 литров. Количество потоков, которыми она могла управлять, возросло до 6, а эффективный радиус действия — до 35 метров. Но самым большим ее достижением была способность использовать мелкие капли воды так, чтобы они летели как пули. Это включало и ее собственный пот, что раньше казалось ей невозможным. И, что самое важное, Камидзе Тома помогал ей во многих отношениях. Каждый день перед школой он выпивал с ней, пока они отдыхали и просто проводили с ней время. Наконец, пришло системное сканирование. Хотя Тома сдал свои экзамены очень быстро, без какого-либо прогресса, впервые за долгое время он по-настоящему заинтересовался результатами кого-то другого. И наконец… — Камидзе-сан! — Тома, ожидавший на обычном месте, заметил улыбающуюся Ваннаи, бегущую к нему. Неожиданно девушка подпрыгнула в воздух и крепко обняла его. — В-Ваннаи-сан?! — Я сделала это! Мой рейтинг значительно вырос, и я на пороге перехода на четвертый уровень. Еще немного работы, и я буду там. Я была на третьем месте в рейтинге, но теперь я самая многообещающая кандидат на четвертый уровень в Токивадае. Они сказали мне, что я буду там при следующем сканировании. О, Камидзе-сан, спасибо тебе, спасибо, спасибо! — Вс… всегда пожалуйста… наверное, тебе следует благодарить Стейла больше, чем меня… И еще… — Хмм? — пребывающая в эйфории девушка перестала тереться щекой о его щеку, медленно возвращаясь в реальность. — Твои груди… прижимаются ко мне… довольно сильно… Ваннаи моргнула, а затем завизжала, отчаянно пытаясь вырваться. — Мне-мне так жаль, я… Но затем она поскользнулась. Довольно иронично для гидрокинетиста. И когда она подлетела вперед, ее губы коснулись лба Томы. Чу! ~ Когда поцелуй закончился, лицо Ваннаи стало пунцовым, и она медленно опустилась на колени Тома. — Ваннаи-сан?! Мош-моши-Агуах?! Внезапно Тома получил удар прямо в щеку, от которого отлетел на несколько метров. Он поднял глаза на нападавшего. — Авацуки-сан… что это было? Над ним с легкой улыбкой склонилась контролер плавучести. — О, дай-ка подумать. Что бы ты сделал, если бы пошел за своей подругой и увидел, что она уткнулась лицом в промежность парня? И с этими словами она показала ему фотографию со своего телефона. Тома сразу побледнел. — Это… это только выглядит плохо… Я клянусь… — Я знаю. Вот почему я ничего не буду делать с этой фотографией, пока ты не выполнишь мою просьбу. {Авацуки Майя хочет помириться} То, чего хотела Авацуки от Томы, было довольно простым, но в то же время довольно обременительным. Девушка провела одну часть дня, следуя за ним по пятам, пока он занимался своими обычными делами, а другую — таская его по разным местам, чтобы он помогал ей в ее собственных делах. Для кого-то, кого Тома считал немного более отстраненным, чем Конго или Ваннаи, она, несомненно, посвящала очень много времени тому, чтобы быть рядом с ним. Хотя обычно он огрызался на девушку, когда его заставляли заходить в очередной магазин одежды, что-то в поведении Авацуки мешало ему по-настоящему разозлиться. Казалось, что девушка играет какую-то роль в какой-то невидимой пьесе. Она вела себя нетерпеливо и высокомерно, но в то же время смотрела на него, когда думала, что он не обращает на нее внимания. Как будто она чего-то ожидала. Не в силах больше этого выносить, Тома, наконец, остановился, неся гору коробок, когда они проходили мимо искусственного бассейна для пожарных на перекрестке между районами. — Авацуки-сан… Я действительно не хочу показаться грубой, но я должен это сказать. Что у тебя со мной не так? Девушка с фиалковыми глазами посмотрела на него, снова пытаясь выглядеть сердитой. — На что ты намекаешь? Я… — Ты решила провести этот день со мной, очевидно, что по какой-то причине тебе интересно провести это время, но ты продолжаешь вести себя странно. Ты притворяешься кем-то, кем ты не являешься, и на самом деле ты не собиралась ничего делать с этой фотографией. Я могу ошибаться, ведь я тебя совсем не знаю, но если ты хочешь мне что-то сказать, просто скажи это. Авацуки сжала кулаки, прежде чем выдохнуть и устало улыбнуться. — Я не могу этого сделать… Она подпрыгнула в воздух и приземлилась на поверхность бассейна. Вода слегка подалась, но выдержала вес девушки, словно она была всего лишь листочком. Она присела на корточки, и взгляд, которым она теперь смотрела на Тома, был извиняющимся. — Камидзе Тома, когда я впервые услышала о тебе от Конго-сана и Ваннаи-сан, я разозлилась на тебя. Это была не твоя вина, но я была очень зла. Внезапно две мои лучшие подруги пережили какие-то приключения без меня и заинтересовались парнем. Я почувствовала себя… совершенно обделенной. Я боялась остаться одна и того, что они бросят меня. Вот почему я ненавидела тебя. Тома слушал, не перебивая, пока Авацуки облекала свои чувства в слова. — Когда Конго-сан убедила меня познакомиться с тобой по-настоящему, я уже начала испытывать к тебе неприязнь. Но через некоторое время в тебе не осталось ничего, что могло бы оправдать такую ненависть. Возможно, раздражение, но не откровенная злоба. Но до сих пор моя гордость и горечь не позволяли мне нормально поговорить с тобой. Я все еще злилась на тебя за то, что ты привлек внимание Конго-сан и Ваннаи-сан, поэтому я пыталась создать возможность показать, что у тебя есть скрытые мотивы. Но их не было, и вместо этого я обнаружила, что ты нравишься мне все больше и больше. Я пыталась убедить себя, что злюсь, но чем дольше я это делала, тем ужаснее себя чувствовала. Итак, я взвалила это на тебя и заставила пережить этот день. Я… искренне сожалею. Тогда я не пыталась стать твоим другом. И я сомневаюсь, что ты захочешь дружить со мной после такого обмана… Тома серьезно посмотрел на нее. — Ты права, я не хочу… — Понимаю. Тогда я просто откланяюсь… — Потому что меня не интересует та ненастоящая, с которой я провел день. Но если настоящая Авацуки Майя захочет со мной что-то сделать, я могу это рассмотреть. Девушка обернулась, выглядя одновременно удивленной и полной надежды. — Ты бы сделал что-то подобное? Но я должна отплатить тебе за то, что я делала! — Как я уже сказала, самой большой наградой для меня было бы, если бы ты сбросила маску и показала мне свою истинную сущность. Есть ли что-то, что ты действительно хочешь сделать? Авацуки наклонила голову, прежде чем кивнуть с легкой улыбкой. — На самом деле, есть что-то в этом роде… (Позже) После того, как они вышли из зала игровых автоматов, Авацуки Майя обнаружила, что смеется. Они с Томой возвращались в Школьный Сад, и девочка не могла сдержать своего веселья. — Мне всегда хотелось посмотреть, как простолюдины проводят время в галереях, но я не могла набраться смелости и пригласить сюда кого-нибудь из своих друзей. Ну, большинству из них это все равно не понравилось бы. Это действительно потерянный рай! Не говоря уже об этих газированных напитках, когда я впервые попробовала один из них… угх… бууууурп! Ой… Я… я ужасно сожалею… Тома чуть не упал от смеха, и Авацуки, хотя и смутилась, но вскоре присоединилась к нему. Когда они успокоились, Тома указал на еще один искусственный бассейн для тушения пожаров. — Ты можешь объяснить мне, как работает твоя сила? Я уже довольно давно задавался этим вопросом. — Конечно, — ответила девушка, подпрыгнув в воздух и оказавшись на поверхности воды. — моя способность позволяет мне управлять плавучестью предметов, с которыми я соприкасаюсь. Я могу ходить по воде, не нарушая поверхностного натяжения, хотя мне приходится перемещаться с места на место. А еще я могу влиять на плавучесть в воздухе, что позволяет мне поднимать тяжелые предметы. Итак, что ты думаешь? Хождение по воде — это просто чудесно, не так ли? — Хм… ты похожа на… тех амазонских ящериц, которые могут забавно бегать по воде… Авацуки не думала, что сможет смеяться еще сильнее, чем раньше, но оказалось, что она ошибалась. — Откуда ты взял это сравнение? — Ну, моя соседка по комнате смотрит телевизор, и там время от времени показывают документальные фильмы… — Это было весело… хочешь попробовать? Каково это — стоять на воде? Я могу тебе показать. — Не думаю, что это хороший способ… — Давай, я просто отведу тебя туда. — Сказала Авацуки, подходя к краю бассейна и беря Тому за руку. — Эй, прекрати, если ты дотронешься до этого, ты… Со звуком бьющегося стекла под растерявшейся Авацуки нарушилось поверхностное натяжение воды, и ее нога внезапно упала прямо на крутую, покрытую дырами стенку аварийного бассейна, согнувшись под ненормальным углом. (5 минут спустя) — Прости меня… — За что ты извиняешься? Я, должно быть, потеряла концентрацию, моя сила просто перестала действовать… Я действительно думаю, что мне следует идти самостоятельно. — Ты шутишь? У тебя серьезное растяжение связок на ноге, тебе нужно это вылечить. Я отвезу тебя в Токивадай прямо сейчас… — сказал Тома, шагая вперед с Авацуки на спине. — Кроме того, это согреет тебя, так как ты наполовину промокла. — Спасибо… Хотя, если ты сделаешь хоть одно извращенное замечание, я придушу тебя на месте. — Я бы не посмел. Пока они шли, Тома хотел задать еще один вопрос. — Авацуки-сан? — Хм? — Почему ты была так осторожна со мной? Тебе не нравятся мужчины? Одзе-госпожа, лежавшая у него на спине, вздохнула и уткнулась головой ему в затылок. — Просто они мне нравятся… Я единственная дочь владельца высокотехнологичной компании промышленность тяжелого машиностроения. Все остальные мои братья — старшие братья. В семье, где доминировали мужчины, и в нашей сфере деятельности я считалась скорее обузой, чем кем-либо еще. Кроме того, мои одноклассники в то время подшучивали надо мной, говоря, что я недостаточно девчачья или что от меня пахнет овощами. Мне было очень больно, потому что мне не разрешалось помогать, даже если бы я этого хотела. Поэтому я попросила отца отправить меня в Академгород. У него не было проблем с этим, на самом деле, он, вероятно, почувствовал облегчение. Он старался изо всех сил, но никогда по-настоящему не знал, как со мной взаимодействовать. Когда я попала сюда, оказалось, что я на самом деле один из сильнейших в своей возрастной группе… и иногда… Я просто не знаю, что делать. Я очень сильная, но я еще и леди. Кем я должна быть? Они шли, приближаясь к Токивадаю, когда Тома ответил. — Почему бы не сделать и то, и другое? Сила, которой ты обладаешь, — замечательный дар. Ты можешь делать так много удивительных вещей, используя ее. Я знаю, что это может быть трудно, и некоторые люди могут странно на тебя смотреть, но быть самим собой — это лучший из известных мне способов быть счастливым в долгосрочной перспективе. И как парень, я могу подтвердить, что тебе не о чем беспокоиться, когда дело касается твоей женской стороны. Все на месте, правда, хорошенько к-?! Ава…ки …ах… не могу… вздохнуть… — Что я говорила об извращенных комментариях?! — Это совершенно… другое дело… Авацуки, наконец, отпустила горло Томы и была чрезвычайно рада, что он не видит ее лица, потому что она была уверена, что никогда в жизни так не волновалась. {Конго Мицуко хочет передать свои чувства} Пляж был жемчужно-белым, волны разбивались о берег. Заходящее солнце, ужин, музыка, играющая на заднем плане. Камидзе Тома, мускулистый и красивый, прижимал к себе Конго Мицуко, и они пристально смотрели друг другу в глаза. — Мицуко, во всем мире нет никого и ничего прекраснее тебя, — сказал Тома, сверкая в последних лучах дневного света. — Хоть я и обожаю сладкие речи, думаю, пришло время начать настоящее шоу… — промурлыкала в ответ Конго и придвинулась ближе к своему возлюбленному. — Давай сделаем это, дорогой. Она закрыла глаза, когда Тома приподнял ее подбородок. — Мицуко… — Да, да, возьми меня целиком! Давай целоваться так, словно, кроме нас, ничего не существует! — радостно воскликнула она. И в следующий момент, наконец, она уже целовала его. Это было совсем не то, чего она ожидала раньше, не похоже ни на что, что она когда-либо пробовала… На самом деле, это было даже слишком странно. Оно оказалось более холодным, чем она ожидала… и каким-то… чешуйчатым? Конго Мицуко открыла глаза и заметила, что с любовным выражением лица целует свою удав-констриктор Екатерину. Прошлой ночью Конго позволила своему питомцу свободно разгуливать по комнате, и удав решила свернуться клубочком на кровати. Если рептилии вообще могли выглядеть удивленными, то Екатерина, несомненно, была удивлена. — Хиииииисссссс? — О, мне ужасно жаль, Екатерина-тян. Это просто… что вообще со мной происходит? — влюбленная девушка закрыла свое красное лицо подушкой. — Уже третий раз подряд мне снится этот сон… Может быть, он пытается мне что-то сказать… Через мгновение ее лицо просветлело. — Вот и все! (Позже) — Ваннаи-сан, Авацуки-сан, я собрала вас здесь, чтобы попросить о помощи. Мне приснился сон, который убедил меня, что я должна выразить Камидзе-сану свою признательность. — Провозгласила Конго, когда они втроем сидели за одним из столиков в Токивадае. — Что это был за сон? — Спросила Авацуки. — Точные детали здесь не имеют решающего значения. — Конго кашлянула в ладонь, пытаясь скрыть смущение. — Дело в том, что я чувствую, что слишком долго пользовалась добродушием Дорогого. Это действительно недостойно леди — оставлять его без награды. И поскольку я Конго Мицуко, должно быть очевидно, что мой подарок должен быть особенным. — Если ты хочешь сделать ему подарок, может быть, лучше не переусердствовать, — Предположила Авацуки. — Такому парню, как Камидзе-сан, не понравится что-то слишком изысканное. После минутного размышления… — А как насчет шоколада? — Ваннаи поделилась своей идеей. — Я как-то слышала, что парни любят шоколад ручной работы. И хотя сейчас не Белый день, это приятный и простой подарок, который позволяет проявить оригинальность. — Отличная идея. Мы также можем испечь несколько маленьких пирожных. Тогда решено, мы должны приготовить шоколадные десерты Камидзе-сану! — Подожди… мы? — Хотя основная роль будет за мной, вы двое можете внести свой вклад. Я вижу, что вы этого хотите. — Спасибо, Конго-сама! (Позже) Три девушки в фартуках и с завязанными волосами собрались в одной из кухонных комнат. — Итак, девочки, я получила разрешение на использование одной из свободных кухонных комнат. Теперь все, что нам нужно сделать, это следовать рецепту. Мы уже делали это с карри, неужели это так сложно?! (Дубль 1) — Авацуки-сан, не так сильно! Яичная скорлупа попала внутрь! — Извините… (Дубль 2) — Ваннаи-сан, ты добавила соль вместо сахара. Ой, мой язык… воды! Воды! — Оооой… (Дубль 3) — Ой… Я уже в четвертый раз порезала палец… Этим ножом управлять сложнее, чем кажется. — Я принесу тебе еще один пластырь, Конго-сан… (Дубль 4) — Почему в шоколаде рыба, Авацуки-сан?! — Я думала, это масло. — Как ты могла перепутать рыбу с маслом? — Оно было длинное, круглое… и я не смотрела, может, забудем об этом?! (Дубль 5) — А теперь, Конго-сан, рассыпь муку… ПУФ! Воздушная рука получила пригоршню порошка прямо в лицо. Ваннаи и Авацуки замерли, когда Конго несколько раз моргнула, и ее лицо стало похожим на лицо снежного призрака. Она была покрыта мукой с ног до головы, и белый порошок вызывал ощущение жжения. — Это было на грани срыва. — Ваннаи облегченно выдохнула. Конго кивнула головой, прежде чем застыть на месте. Ощущение раздражения в носу не предвещало ничего хорошего. — Ого… — она слегка задохнулась. — Теперь аккуратно перелей это в миску… — проинструктировала Авацуки. Когда ее развернули, она не заметила изменений на лице подруги, только изящные брови Конго сошлись на переносице, а глаза закрылись. Но Ваннаи заметила и нырнула в укрытие. Она видела это выражение лица несколько раз раньше, когда Конго была поглощена пылью, поднявшейся от ее собственной атаки Воздушной Рукой. — Только будь осторожна, не… В защиту Конго, она попыталась остановить себя. Она действительно пыталась. Но она проигрывала битву, так как было уже слишком поздно. — Апчи! Конго Мицуко чихнула, по-женски, но сильно, прямо в пакет с мукой. В результате кухня, от стен до потолка, со всем оборудованием и людьми внутри, стала чисто белой. За исключением предусмотрительной Ваннаи, быстро реагирующей на приближающийся чих наследницы авиалиний и спасающейся от белой участи под столом. — …дуй куда хочешь. Благословляю тебя. — Авацуки закончила фразу, пытаясь избавиться от муки в глазах. Единственное, что не было белым, — это красные щеки Конго. — Давайте, приступим к уборке. (После уборки, дубль 6) — Он горит! А-Авацуки-сан, шоколад в вазочке горит! — Что значит горит?! — Я имею в виду, что он горит! Может, мы случайно добавили немного алкоголя?! Что мне делать?! — Прекрати носиться с этим! У тебя есть возможность управлять водой, просто убери это! (Дубль 7) — Конго-сан, это не так уж и плохо… — Да, это так! Эту глазурь так трудно намазать на шоколад? Теперь кажется, что на торт что-то накакало! — По-моему, он больше похож на сдутый воздушный шарик. — Авацуки-сан, ты не помогаешь! (Дубль 8) — Оно снова горит! — Авацуки-сан, как ты могла не знать, что печенье замораживается после выпечки?! — Теперь нам придется повторить это еще раз! (Дубль 9) — Ваннаи-сан, прости, что я разбила фляжку со сладким сиропом. — Все в порядке, Конго-сан, нам просто нужно следить, чтобы мы не… — Конго-сан, я принесла оберточную бумагу?! ПОСКОЛЬЗНУЛАСЬ! ПОСКОЛЬЗНУЛАСЬ! ПОСКОЛЬЗНУЛАСЬ! — …ха… поскользнулась и упала… (После многих, многих попыток) Три девушки сидели в маленьком ресторанчике, глядя на маленькую коробку перед собой. — Наконец-то… — После стольких страданий… — Мы сделали это… — Конго вытерла пот со лба и усмехнулась про себя. — Сейчас я сообщу Камидзе, что у меня есть кое-что для него. После того, как она извинилась, Конго случайно столкнулась с другой девушкой, которая как раз выходила из ресторана с двумя другими посетителями. — Простите… о, это ты! — А?! А ты была начеку… хм? Ты та богатенькая девчонка, которая ввязалась в мою с ним битву… Мне было интересно, увижу ли я тебя снова… Мугино Шизури посмотрела на Конго Мицуко так, что даже самый храбрый человек съежился бы от страха. Двое спутников Мугино, Хамазура и Кинухата, посмотрели на Конго, гадая, как она отреагирует. Когда Мелтдовнер проявляла малейшие признаки злости, у нее было два основных варианта: противостоять ей или сбежать. Первый обычно приводил к самоубийству, второй не всегда удавался. Но Конго Мицуко реагировала по-другому. Она улыбнулась, схватила Мугино за руку и быстро пожала ее — Если подумать, ты косвенно ответственна за то, что я встретила свою вторую половинку. Я глубоко благодарна тебе, семпай. Мугино была так потрясена, что даже не смогла выдавить из себя подобающий ответ. — Что… — О, я знаю, у меня тоже нет слов. Не согласилась бы ты стать крестной матерью моего будущего ребенка? Ты сыграла свою роль в том, что мы с Камидзе нашли друг друга, так что это должно уравнять наши шансы. Ну, тебе придется стать третьей крестной матерью, потому что Ваннаи и Авацуки, естественно, на первом месте. — Что за хрень ты несешь о… — Я знаю, что еще рановато думать о детях. — Конго рассеянно улыбнулась, продолжая пожимать руку Мугино. — Но эта чудесная система GAGARS позволила мне увидеть возможность рождения моего ребенка от Камидзе-сана. И это просто чудесно. Вот, я покажу тебе. На экране телефона Конго появилась девушка с глазами и формой лица Камидзе, но волосами и бровями Конго. Рядом с ней стоял мальчик с глазами и волосами Конго, но более колючими, чем у девочки. Его лицо выглядело как смесь черт Камидзе и Конго. — Я бы хотела иметь близнецов. Вероятность этого невелика, но я могу мечтать. Интересно, на кого бы они были похожи, о-о-о-о! Она, наконец, отпустила руку Мугино и слегка поклонилась. — Ну, мне пора. Увидимся позже! Мугино уставилась в пространство, ее глаз подергивался, когда Конго вышла на улицу, чтобы предупредить Тому. — Это было странно. — Отметила Кинухата. — Как она посмела… — Ну-ну, Мугино, здесь не место для ревности. — Хамазура попытался урезонить свою подругу, но она огрызнулась на него. — КТО, ЧЕРТ ВОЗЬМИ, РЕВНУЕТ?! Просто в интересах Камидзе не тратить время на какую-то избалованную, своевольную принцессу. — Да, и это не заряжающаяся сфера, готовая выстрелить в Конго-сана. Мугино выдохнула, и сфера исчезла. — Я не ревную! Из-за Камидзе?! — Ну, ты всегда первая встречаешься с ним, когда у него есть время… или когда его нет, если на то пошло. — Он раздражающий, несносный, и почему-то всегда заставляет меня мокнуть, когда я встречаюсь с ним… — Хе-хе, ты говоришь, что он заставляет тебя мокнуть… — Кинухата, тебе лучше подумать дважды, трижды или даже четыре раза, если нужно, прежде чем заканчивать шутку, которую ты собираешься произнести. В противном случае ты можешь лишиться одной-двух конечностей. Кинухата заткнулась. (Позже) Итак, в конце концов, анти-ньютоновское трио вручило подарок, и все жили долго и счастливо? Хорошо… не совсем. Вскоре после того, как Конго сообщила Камидзе, девушки вышли из ресторана. Небо было темным и затянутым тучами. В любой момент мог начаться дождь. Но затем… — Пожалуйста, остановите его! Остановите вора! Мимо них пробежал мужчина с кошельком в руке. Пожилая женщина отчаянно умоляла их помочь вернуть украденные вещи. Среди них были драгоценные часы, принадлежавшие ее мужу. Не желая дожидаться Анти-Навыка и зная, что Тома никогда не осудит их за опоздание из-за того, что они помогали кому-то нуждающемуся, они бросились в погоню. Они забрали шоколад с собой. Оглядываясь назад, они понимают, что им следовало бы оставить их в каком-нибудь безопасном месте, но они просто не смогли придумать ничего подходящего в тот момент. Кроме того, они думали, что погоня закончится через мгновение. Но вор знал расположение переулков гораздо лучше, чем они. Так они гонялись и дрались больше часа, превращая шоколад в горячую картошку. Тем временем пошел дождь. Это была стена холодной, ослепляющей воды, которая пробирала до костей и превращала все вокруг в мокрое, скользкое месиво. Эта вода, наконец, дала Ваннаи преимущество в ее способностях и позволила Авацуки и Конго обезвредить вора. Они отвели его к властям, и пожилая леди обрадовалась, чмокнув каждую из девочек в щеку. Но когда эмоции улеглись, троица посмотрела на коробку с шоколадом. И ахнула от ужаса. Когда-то красивая, она теперь промокла и погнулась. Со страхом заглянув внутрь, они увидели грязное коричневое месиво. Это могло произойти, когда кто-то случайно задел его плечом или, возможно, даже упал на него. Но результат был ужасающим. Они никак не могли передать это Камидзе Томе. Они потерпели неудачу, не продумали все до конца. Они обманывали себя и не хотели отдавать результат своего тяжелого труда в чужие руки. Но что может быть лучше, если пуститься в погоню? Конго Мицуко почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы. Она чувствовала себя опустошенной и разочарованной. Ей хотелось сидеть здесь и проклинать собственную глупость. Но больше всего она злилась из-за того, что ей снова не удалось вознаградить Камидзе Тому за его действия. Она сидела с пустым взглядом неизвестно сколько времени. К реальности ее вернуло тихое чихание Ваннаи. Она дрожала, и Авацуки чувствовал себя не лучше. Конго встала и расправила веер, который мгновенно намок. Она сделала это без какой-либо обычной резкости. — Давайте… поехали домой. (Следующий день) Ее горло горело, а тело болело, когда Конго Мицуко кашляла на больничной койке. — Кто бы мог… подумать… — Слабо прошептала Авацуки, пытаясь заговорить. — что мы все заболеем… одновременно… — Я думаю, мы друзья до мозга костей… — Ваннаи тоже громко кашлянула, прежде чем взять с прикроватной тумбочки салфетку и высморкаться. Они втроем попросили, чтобы их вместе перевели в лазарет, но даже в обществе друг друга их все еще не покидало чувство поражения и несчастья. Конго дотронулась до ее щек. Они были очень горячими и, насколько она могла судить, глядя в ручное зеркальце, покраснели. Все было не так, как должно было быть. У нее даже не было возможности объясниться с Томой, и, по правде говоря, она боялась. Но прежде чем она успела еще больше возненавидеть себя, раздался стук в дверь. — Конго, Ваннаи, Авацуки! — Это был голос их коменданта общежития. — Вы получили подарок. — Подарок? — Из вне. Его проверили, и, кажется, с ним все в порядке. Вам повезло, я не заболела и чувствую себя лучше от одного запаха. Дверцы открылись, и контролер вкатил поднос. На нем стояла очень большая кастрюля для сохранения температуры, похожая на маленький казанок, и бумажный пакет поменьше. — Парень, который оставил это, также передал тебе это письмо, Конго-сан. Теперь сосредоточьтесь на выздоровлении. Когда двери закрылись, Конго взглянула на письмо и прочитала его вслух, чтобы Ваннаи и Авацуки тоже могли его услышать. Конго-сан, Когда ты вчера не появилась, я забеспокоился и пошел осмотреть окрестности. Поскольку я ничего не нашел, я попытался связаться с Токивадаи, но только утром узнал от Мисаки, что ты болеешь. Поэтому я вернулся и приготовил то, что вы видите перед собой (надеюсь, вам разрешили его попробовать). Этот суп я однажды приготовил для своей соседки по комнате, когда она простудилась. Поскольку он был довольно эффективным, я запомнил рецепт. В нем масса ингредиентов, которые помогают иммунной системе, и, по крайней мере, на мой взгляд, он имеет приятный вкус. У него нет названия, но если бы мне пришлось его придумывать, то это был бы «Универсальный суп для выздоравливающих а-ля Камидзе». Пожалуйста, поделись им с Ваннаи-сан и Авацуки-саном, если они рядом с тобой. Я приготовил по нескольку порций на каждую из вас. Я также пошел со своей новой соседкой по комнате, которая безумно хороша в стрелялках, выиграть для вас кое-что в игровом автомате. Возможно, это не самые изысканные вещи, к которым вы, оджи, привыкли, но, пожалуйста, примите их в качестве подарка от этого бедного Камидзе. Конго-сан, ты любишь змей, поэтому я купил тебе эту мягкую плюшку. Надеюсь, Екатерина-сан не будет ревновать. Для Ваннаи-сан я купил это маленькое ожерелье с украшением в виде капли воды. Надеюсь, оно ей понравится. Для Авацуки-сан я подумал, что заколка для волос будет приятным дополнением. У меня просто возникло предчувствие. Я надеюсь, вы все скоро поправитесь, и тогда мы сможем поговорить о том, чего вы хотели от меня. Камидзе Тома. Девушки посмотрели друг на друга. — Он действительно… заботится… — Прошептала Авацуки. — Да, он сразу же проявил сострадание… действительно замечательно… — согласилась Ваннаи. — Это так мило с его стороны… — сказала Конго, чувствуя, что ее сердце готово воспарить к небесам. — А теперь давайте попробуем этот суп… Не без труда, но трем девушкам, наконец, удалось получить свои порции супа. Жидкость была ароматной (хотя их больные носы, вероятно, не могли оценить ее по достоинству), желтой. На вид в ней не было ничего особенного. Но когда они сделали по глотку, все три девушки почти сразу вздохнули. — Такая теплая… — Это так вкусно… — Я хочу есть еще… Довольно скоро порции были съедены, и троица больных девушек погрузилась в теплое блаженство. — Мое горло стало чувствовать себя намного лучше только после этой порции… — Заметила Авацуки. — Может быть, это лекарство действительно полезно… — Мои носовые пазухи прояснились, пусть и на мгновение. — Ваннаи осторожно понюхала варево и вздохнула еще раз. — Какой приятный запах… — Я уверена, что потребуется больше времени, чтобы полностью вылечить нас… но это отличное начало. — Конго удовлетворенно улыбнулась. — Дорогой действительно превзошел самого себя. После минутного молчания… — О, давайте посмотрим, что он нам подарил. Бумажный пакет вскоре забрали, а вещи распределили между владельцами. — Это… так… восхитительно! — Завизжала Конго, обнимая длинное плюшевое боа. — Я никогда с ним не расстанусь. Как мне его назвать? Екатерина II? Нет, мне нужно что-то оригинальное… — Такое милое ожерелье… — Ваннаи рассматривала серебристую цепочку с маленькой капелькой воды посередине. — М-Может, мне стоит подумать о том, чтобы попросить его надеть его… — Какой профиль смотрится лучше? — Авацуки улыбнулась, позируя с заколкой в волосах. Маленький аксессуар напоминал цветок с белой серединкой, голубыми лепестками и двумя золотыми листочками у основания. — О, он настолько хорош, что на самом деле это не имеет значения. От счастья они полностью забыли о своих невзгодах. Два дня спустя все трое полностью выздоровели. Более того, они чувствовали себя даже лучше, чем когда-либо прежде. — Этот суп действительно творит чудеса… но теперь я действительно хочу вознаградить и Камидзе-сана. — Ваннаи посмотрела на Авацуки, которая энергично кивнула. — Действительно. Я должна выразить свою благодарность, несмотря ни на что. — Но… что мы можем сделать? — О-хо-хо-хо! — Рассмеялась Конго, появляясь у них за спиной. — Так получилось, что я придумала отличный подарок. Что-то практичное, личное, что по-настоящему поднимет нас на вершину пищевой цепочки. — О чем ты говоришь, Конго-сан? — Давайте сделаем… — Прошептала Конго что-то на ухо двум девушкам. В следующую секунду Ваннаи густо покраснела и отпрыгнула назад, а Авацуки неловко кашлянула, взглянув на Конго. — Ч-ч-ч-Хехех?! — К-Конго-сан, ты уверена в этом? — О, конечно, я рада! — коварно улыбнулась Конго, с вызовом глядя на своих лучших подруг. — Я много думала и решила, что моя дорогая заслуживает самого лучшего. Я настроена решительно. Единственный вопрос в том, присоединяетесь вы ко мне или нет? Ваннаи и Авацуки переглянулись, прежде чем кивнуть и повернуться обратно к Конго. — Мы были немного удивлены, но если это ради Камидзе… мы сделаем это. [Вернуться в настоящее] — Эээ? Что это был за подарок? — Спросила Хоказе, но Конго покачала головой. — Это секрет. Однако, я думаю, что говорила достаточно долго. А как насчет тебя, Хоказе-семпай? У тебя остались какие-нибудь приятные воспоминания? Дзюнко улыбнулась, собираясь с мыслями. — Ну, возможно, они не такие сложные, как у тебя, но я все равно дорожу ими… Моя первая прогулка с лучшими друзьями-джентльменами, которые у меня были… Куроко ухмыльнулась, прежде чем налить себе вторую чашку чая. — За это нужно выпить еще. [История Дзюнко] Парк развлечений в 6 районе был полон красок и аттракционов. Среди них трио людей, два парня и одна девушка, прогуливались по развлекательной зоне. Хоказе Дзюнко весело напевала, проходя перед Согитой Гунхой, который с восторженным любопытством оглядывался по сторонам, и Камидзе Томой, который был более чем осторожен. — Я так рада, что могу провести этот вечер с вами двумя. — Дзюнко развернулась и наклонилась к ним с улыбкой на лице. — Королева дала мне свободный день, и на сегодня у меня нет никаких обязанностей, так что я свободна как птица. — Да! Не каждый день выпадает возможность пообщаться с моей лучшей девушкой и лучшим братом на всем белом свете. — Гунха похлопал Тому по плечу, прежде чем нахмуриться. — Но, похоже, ты немного успокоился. Тебя что-то беспокоит, Камидзе?! — Ничего страшного. Я рад, что я с вами, просто… У меня не самые лучшие воспоминания о парках развлечений. — Ой? Как так? — С беспокойством спросила Дзюнко. — Видишь ли, когда тебе так не везет, как мне, всегда есть шанс, что что-то выйдет из строя. И в таком месте, как это… — Камидзе-сан… — Серьезным тоном произнесла Дзюнко, мягко, но решительно взяв Тому за лицо и заставив его посмотреть на нее. — Посмотри мне в глаза. Что ты видишь? — Эм… твои глаза? — О, ну что ж, я думаю, что встретился с этим… да, с глазами человека, который считает тебя дорогим другом. Несомненно, по той или иной причине ты ценный для моей Королевы, поэтому, если что-нибудь случится, я буду защищать тебя так же, как защищала бы ее. Кроме того, я восхищаюсь тобой, даже если не принимать во внимание чувства Королевы, и я действительно хочу провести немного времени с тобой и Гунхой-сан. — Дзюнко-сан права. Мы прикроем тебя, так что просто расслабься и дай волю своему мужеству. — Гунха ухмыльнулся и достал из кармана брюк сложенный листок бумаги. — И, кстати, о мужестве, я составил список классных вещей, которыми мы втроем можем заняться в этом месте. Начиная с… 1. Американские горки — Ребята, я не знаю… — Я всегда хотела попробовать это! — Хоказе указала на специализированную систему железных дорог с крутыми спусками и изгибами. Как у одзе госпожи, у нее редко выпадал шанс по-настоящему познакомиться с такими обычными достопримечательностями, как эта. — Мы хотели бы получить 3 билета. — Гунха, беспечно улыбаясь, обратился к кассирше. — На тот, у кого самый мужественный и высокий балл, который у вас есть! Вскоре после этого все трое сидели в одной машине: Тома слева, Гунха справа и Хоказе посередине. — Ладно, если мыслить позитивно, то это звучит интересно. — Прокомментировал Тома, глядя на аттракцион перед ними. — У него даже есть вертикальная петля. Вау… просто вау… — Попридержи свой энтузиазм, пока не доведешь дело до конца, — прошептал ему Гунха, когда машины тронулись с места. — Это так интересно. Я испытываю такое волнение, когда сталкиваюсь с такими острыми ощущениями. — Дзюнко улыбнулась им обоим, когда они набрали высоту. 50 метров… 60 метров… 70 метров… Тома чувствовал, что беспокоится напрасно. Он был здесь с друзьями, что само по себе было замечательно. Он хотел проводить с ними время так же сильно, как они хотели провести его с ним, поэтому ему следовало просто принять это и отдаться этому влечению, несмотря на то, что его желудок протестовал от напряжения. Это было похоже на прорыв в его жизни. Настолько сильное, что все потеряло смысл. Важно было только то, что было здесь и сейчас, момент, который Камидзе разделил с двумя потрясающими друзьями. Они достигли высоты 100 метров, вершины гигантских горок. И сразу же просветление Камидзе закончилось. — AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAАААААААА?! — ВООООООООООООООООООООООООООО! — ВХАХАХАХАХАХАХХАХАХАХАХАХАХАХАХАХА! Крик Камидзе, визг Хоказе и смех Гунхи смешались со звуками, издаваемыми другими пассажирами. Ветер был такой, что Тома почувствовал, будто его глаза вот-вот вдавятся в череп, когда машина упала, затем поднялась вверх, вверх тормашками и почти горизонтально. -Ребята, здесь написано, что пришло время фотографироваться. Улыбнитесь! — раздался слева от него крик Хоказе. Он почувствовал, как младшая деввшка обняла его одной рукой. — Что за фото… ВСПЫШКА! После ослепительного света машина преодолела еще несколько поворотов и спусков, прежде чем, наконец, остановилась. — Боже мой! Это было здорово! — Дзюнко выпрыгнула из машины и потянулась всем телом. — Ммм… какой уникальный опыт! Ты согласен, Гунха-сан?! — Люди, у которых есть мужество, проходят через это настоящее испытание. — Гунха снова рассмеялся, присоединяясь к Дзюнко и глядя на Камидзе. — Ты идешь? Камидзе слабо кивнул и медленно поднялся, пытаясь подтянуть ремни безопасности. Хотя их там не было. Если подумать, как Гунха и Дзюнко могли просто встать, не расстегивая ремни? Тома посмотрел вниз и заметил, что под его ногами лежат ремни безопасности. — Ребята… и в какой момент… они упали? — он дрожащим жестом указал на меры предосторожности. — Они это сделали? О, эти штуки! — Хоказе задумалась на мгновение, прежде чем пожать плечами.- Я думала, что это автоматическая функция, чтобы усилить возбуждение. — Я на самом деле сломал свой. Это сдержало меня. Может быть, мне стоит извиниться. — Вы двое… — Пойдем, Камидзе-сан. В этом парке одна из лучших систем безопасности в мире. — Хоказе протянула ему руку. — Хотя мне и хотелось бы в это верить, я думаю, что моей неудаче на самом деле нет дела до сертификатов. — Что ж, тогда… — Гунха хлопнул в ладоши, чтобы привлечь внимание. — После этого мы перейдем к… 2. Одинаковые футболки — Мы неспроста сначала покатались на американских горках. Смотрите! Согита с грохотом умчался прочь, размытым пятном проносясь мимо собравшихся людей. Ему потребовалось всего 2-3 минуты, чтобы вернуться с тремя футболками. — Во время катания на американских горках были сделаны фотографии, и я попросил сшить футболки на заказ для всех нас. — Как ты узнал наши размеры? — Мужество и интуиция. Кроме того, это в основном унисекс. Футболки были темно-синими, почти черными, и имели два элемента спереди. На одном из них спереди были красные иероглифы, образующие предложение: 根性上風 — Мужественный… Камикадзе. — озадаченно прочитал Тома, глядя на Гунху, который поднял вверх большие пальцы. — Каждый из нас использует свой иероглиф. — объяснила Дзюнко, указывая на каждого из троицы. — Мужественный- Ками-Казе. Тома покачал головой и прошептал ученице Токивадай. — Я никогда не смогу смотреть на наши фамилии так, как раньше. На второй, нижней части футболки, была фотография с американских горок. На ней была изображена улыбающаяся и краснеющая Дзюнко, прижимающая Гунху и Тому к противоположным сторонам своей груди. У первого был такой вид, словно он находился в состоянии наивысшей эйфории, а у второго — будто жизнь проносилась у него перед глазами. Каждый из них оделся. Из-за большой груди Хоказе иероглифы почти исчезли, но Тома был слишком взволнован, чтобы указать на это прямо, тем более что Дзюнко выглядела очень довольной фотографией. — Теперь, когда мы все подходим друг другу, мы можем пойти на… 3. Колесо обозрения — Ого! Смотри, Камидзе! Отсюда ты можешь видеть внешние стены! — взволнованный Гунха указал на горизонт. — Отсюда также виден Школьный Сад. Я думаю, что многие люди из нашей компании были бы рады это увидеть, — также прокомментировала Дзюнко, стоя с другой стороны капсулы. Тома вздохнул, наконец-то отдохнув после катания на американских горках, и огляделся по сторонам. Колесо обозрения, на котором они находились, было одним из самых больших в мире. Вид открывался поистине потрясающий. Он мог видеть место, где когда-то стояла крепость Алистера, Здание без окон, Стальной мост, Токивадай, даже приблизительное расположение своего общежития и школы. После недолгих поисков он также нашел квартиру, которую теперь делил с сестрами Гокусай. Это было не так уж сложно, так как это был один из самых высоких жилых комплексов в городе. Думая об этом и рассматривая все с такой точки зрения, Тома мог только восхищаться тем, какой сумасшедшей, хаотичной, но и веселой была его жизнь в последнее время. Он встретил так много людей и пережил так много всего за такое короткое время, что, хотя он также беспокоился о том, что какой-нибудь несчастный случай может положить всему этому конец навсегда, с другой стороны, он не мог не почувствовать прилив благодарности. — Отинус. — он тихо разговаривал сам с собой, глядя на город и вспоминая сцену из другого мира, другой эпохи, когда он смотрел на здания, окрашенные в золотистый цвет. — Это. Это то, к чему я хотел вернуться. Это то, что я стремлюсь защитить. И в такие моменты, как этот, я так рад вернуться и горжусь тем, что нахожусь здесь. Отинус, оставшаяся в квартире на другом конце города, не могла его слышать. Но он все равно чувствовал необходимость сказать это. — Эй, не хотите сфотографироваться? — спросил он своих спутников. Гунха ударил себя кулаком в грудь. — С таким видом? Еще бы! — Вы двое, идите сюда. — Дзюнко указала на себя. Фотография была сделана. И на этот раз на лицах всех трех подруг были искренние улыбки. И в этот момент колесо обозрения остановилось. — Я надеюсь, что мы не застрянем здесь навсегда. — Лучше застрять в мужественной компании, чем в трусливом одиночестве. — Мудро заметил Гунха. — Давайте поиграем в «Я подглядываю своим маленьким глазком…»! К счастью, возвращение на землю продлилось не так долго, как опасался Тома, хотя они провели в капсуле на 15 минут больше, чем планировали. Теперь пришло время для… 4. Призы, которые можно выиграть Хотя Тома и Гунха на самом деле не думали о призе, стало очевидно, что Хоказе Дзюнко попалась на крючок. Глаза девушки заблестели, когда она посмотрела на большую плюшевую Гекоту из галереи призов. Фиолетовые глаза, казалось, становились все больше и больше, пока Дзюнко не заметила, что Тома смотрит на нее, и отвела взгляд, слегка покраснев от смущения. — Ч-что такое, Камидзе-сан? — Ты действительно похож на Бири-Бири. Ты хочешь эту лягушку? — Гекота — это нечто большее, чем просто лягушка. Но когда речь заходит о талисмане… — Дзюнко покрутила в пальцах свои локоны, прежде чем ответить. — Я бы с удовольствием забрала его домой… Тома посмотрел на Гунху, и оба парня сжали кулаки. — Камидзе, ты думаешь о том же, о чем и я? — Конечно. Давай преодолеем все трудности и сделаем Хоказе-сана счастливой. Дзюнко была почти ослеплена огненной аурой, исходившей от двух ее спутников-мужчин. — Но… вы не обязаны этого делать… — Дзюнко-сан… Это наш внутренний зов… это единственный возможный выбор… — Да… когда мы увидели, что ты так сильно этого хочешь, мы поняли. Разве ты сам этого не говорила? Мы друзья. А друзья желают счастья друг другу. — Вы, ребята… — слезы навернулись на глаза Дзюнко, и она вытерла их платочком. — Вы, ребята, такие чудесные! Да благословит вас Гекота своей славой амфибии во веки веков! Итак, операция «Добуть Хоказе Гекото» была в самом разгаре. Сначала они попробовали соревноваться в метании, но были дисквалифицированы после того, как Гунха бросил молоток так далеко, что он пролетел над городом и врезался в здание. Ой. Затем Тома попробовал бить по клеткам. Но его бита каким-то образом сломалась. Двойное «ой»… Гунха вызвался участвовать в армрестлинге, но участники соревнований сбежали после того, как он перевернул одного из участников вниз головой. Тройное «ой». Поэтому он, наоборот, попытался выиграть в испытании своей силы, но индикатор пробил гонг, взмыл в воздух и в итоге приземлился на голову Камидзе. (10 минут спустя) — Боже мой… — Дзюнко кипела от злости, пока Тома и Гунха немного отдыхали. — Вам не обязательно заходить так далеко ради меня! — Это гордость мужества. Мы должны преодолеть это препятствие или погибнуть, пытаясь. — Я бы не стал заходить так далеко, Согита. Но, говоря о том, чтобы зайти слишком далеко… Ты уверена, что тебе стоит это делать, Хоказе-сан? — Хмм? Что ты имеешь в виду? — спросила девушка с кудряшками. — Ну… — заговорил Камидзе, когда мягкая, но упругая кожа под его щекой слегка дернулась. — Это положение может быть истолковано… Да. Как многие могли догадаться, голова Камидзе Томы покоилась на левом бедре Хокадзе Дзюнко. Хотя он и пытался вести себя как джентльмен, младшая девушка решительно убрала ее обратно, сказав, что ему нужно отдохнуть. — Что ты имеешь в виду? Я всего лишь помогаю своему другу отдохнуть и прийти в себя. Тебя довольно сильно ударили по голове. Ее невинность была столь же милой, сколь и ошеломляющей. — Хорошо… Я имею в виду… в таком положении другие могут предположить… — Не беспокойся об этом. Если что, я могу помочь, мои бедра могут пригодиться. Только не двигайся слишком сильно, я немного боюсь щекотки. Временно сдавшись, Камидзе посмотрел вверх. — Как бы то ни было… Согита, почему ты тоже отдыхаешь? #7 положил голову на правое бедро и смотрел вверх, на темнеющее небо. — Кажется, это интересное занятие. Кроме того, по какой-то причине это заставляет меня думать быстрее. У меня такое чувство, что я могу разгадать величайшие тайны Вселенной. — Хотя, уверяю тебя, такие бедра могут заставить многих людей задуматься о тайнах жизни, я сомневаюсь, что они имеют в виду то же, что и ты. Внезапно в голове у Томы что-то щелкнуло. Возможно, это из-за того, что его ударили по голове. Возможно, бедра Хоказе Дзюнко были посвящены в тайны вселенной. Но внезапная идея, скорее всего, возникла из-за неожиданного объявления. — СОРЕВНОВАНИЕ ПО РУКОПАШНОМУ БОЮ! ЗАПИШИСЬ СЕЙЧАС, ПОБЕДИ СОПЕРНИКОВ И ВЫБЕРИ ЦЕНУ ПО СВОЕМУ УСМОТРЕНИЮ! Тома и Гунха мгновенно поднялись, оставив растерянного Хоказе лежать на земле. — Вот и все! — закричали они и бросились вперед, к месту проведения соревнований. (Полчаса спустя) Наконец, плюшевая Гекота попала в руки Хоказе Дзюнко. Девочка завизжала от радости, обнимая лягушку. Ее сияющее лицо повернулось к парням… но тут же сменилось выражением ужаса. — Мы победили… — Да, я это вижу! Но ты избит до синяков! — Это был грандиозный бой! — Правда?! Это было здорово! — Почему ты смеешься?! Даже когда вы оба вышли в финал, вам действительно нужно было бороться до одновременного нокаута?! — Я слишком уважаю мужество Камидзе, чтобы быть с ним снисходительным. — И здесь то же самое. Несмотря на то, что я не люблю драться ради драки, на этот раз я сделал это с помощью Кулака! — Да, черт возьми! — Моу! Иногда мужчин так трудно понять… немедленно отправляйтесь в передвижной лазарет! Не желая раздражать Хоказе, Гунха и Тома отправились в лазарет. Но по возвращении они столкнулись с новой проблемой. Довольно частой в подобных случаях. Крупный, дородный мужчина с лысой головой, одетый в темную кожаную куртку, возвышался над Хокадзэ Дзюнко, которая старательно игнорировала его. Мужчинам это не понравилось, и Тома вмешался, прежде чем он смог проявить силу. — Эй, она с нами. — твердо заявил подросток с колючими волосами. Мужчины повернулись к Томе и Гунхе. — Вы ведь те ребята с турнира, верно? Вы должны сказать, что пришли с такой милашкой. Я как раз объяснял ей, почему она не должна тратить время на таких, как вы. — Оставь Дзюнко-сан в покое. — Или что? Тогда тебе повезло. Это был турнир без силы. Если бы я мог использовать свои способности, я бы вытер тобой пол. — Не говори мне об удаче и оставь ее в покое. Иначе я разрушу твою иллюзию, что ты можешь приставать к ней так сильно, что у тебя не останется зубов. — Трусливые люди, пристающие к девушкам… — Гунха принял боевую стойку, и его кулак наполнился энергией. — заставь мою кровь непременно вскипеть. Возможно, мужчины не знали, что он был 5-го уровня. А может, он знал, но ему было все равно. На самом деле, Гунха разозлил многих головорезов и скилл-аутов, потому что у него не было четких мотивов, кроме как помогать и сражаться. И, вероятно, было обидно потерпеть поражение от кого-то, кто даже не объяснил причину своей силы. — Я немного зол, так что ты можешь пойти на матч-реванш.- Здоровяк, как обычно, усмехнулся. — Ты так храбро сражаешься, но в качестве платы соглашаешься на детскую игрушку? Ты что, издеваешься надо мной? Ты жалок. Если бы я выиграл, я бы показал этой цыпочке, как провести время получше и по более выгодной цене! Тома сжал кулак и замахнулся. — Не оскорбляйте Хоказе-сана. Просто потрясающе… — Гунха не отставал. Однако парни так и не смогли осуществить свои атаки. Потому что они смотрели мимо бандита… и инстинктивно отступили немного назад. Лысый мужчина рассмеялся, решив, что напугал их… — Мне не нравится насилие, когда я могу его избежать. В конце концов, я леди… Но треск электричества вскоре доказал, насколько он был неправ. — Но вы, сэр… — Хоказе Дзюнко заговорила, когда ее локоны распустились, распрямляясь под воздействием импульсов, исходящих от ее тела. — …допустила две серьезные ошибки. Во-первых… В мгновение ока Неистовое Платье подскочила и нанесла удар каратэ в голову мужчины, в результате чего он оказался погребенным под землей до уровня груди. Бандит тщетно сопротивлялся, когда Хоказе приблизилась к нему и сжала кулаки. — …эти двое совсем не жалкие, и ты говоришь это только для того, чтобы сохранить свою пошатнувшуюся самооценку. Эти парни — два замечательных джентльмена, которые сопровождают меня в этот прекрасный вечер. Но они нечто большее. Они самые дорогие, самые удивительные друзья, которых я завела за пределами Токивадаи. Итак, вот Хокадзэ Дзюнко 101. никогда. когда-либо. ОСКОРБЛЯЕШЬ… МОИХ… ДРАГОЦЕННЫХ. ДРУЗЕЙ. ПОНЯЛ?! С каждым словом наносился молниеносный удар, пока Хоказе не закончила, начав с удара наотмашь. — Во-вторых, Гекота не детский… Удар с разворота пришелся в цель, и мужчина оторвался от земли и взлетел в воздух. — КАКОЙ ИЗЫСКАННЫЙ ВКУС! Хоказе отбросила волосы в сторону, когда мужчина опустился рядом. — Что ж, тогда я проголодалась. Кто хочет перекусить?! В тот вечер оценка Камидзе Тома и Согиты Гунхи в категории «симпатичная девушка, которая может надрать тебе задницу» возросла в десять раз. Прежде чем они отправились ужинать, Хоказе пришлось привести в порядок свои распущенные волосы. — Обычно эти локоны — подарок от моей Королевы и символизируют мое место в обществе, поэтому я не меняю эту прическу. Однако сегодня я открыта для предложений. 4. Макияж Чтобы помочь Хоказе привести себя в порядок, они отправились в костюмерную, чтобы немного повеселиться. Они увидели Хоказе с двумя хвостиками, Хоказе с прямыми волосами, Хоказе, собранными в конский хвост, и даже Хоказе с волосами, собранными в большой пучок на макушке. Поскольку парни не могли прийти к единому мнению, Дзюнко, в конце концов, решила собрать волосы в обычный, низко завязанный хвост, просто чтобы они не слишком сильно растрепались. Но Тома и Гунха не были измотаны из-за адской одежды. В этот день история видела обоих парней в костюмах полицейского, пирата, пилота, дьявола, ангела, доктора, самурая и многих других. Хоказе тоже переоделась. Она примерила на себя роли жрицы, медсестры, учительницы, китайского воина, ниндзя, королевы и многих других. Как только они повеселились с нарядами, наступило ожидаемое время приема пищи. Они попробовали праздничные блюда, которые состояли из карааге, терияки и гамбургеров. Все они много ели, так как из-за различных мероприятий проголодались. После этого короткого перерыва пришло время вернуться к списку мероприятий. 5. Сладкая вата Троица купила себе сладкой ваты. Тома уже давно не ел такого лакомства, но, поскольку Гунха предложил заплатить, и он, и Дзюнко, которая явно наслаждалась конфетой очень медленно, ели с видимым удовольствием. О, и они также смогли стать свидетелями одного из самых эпичных сражений в истории Академгорода. Нет, это было не против Акселератора. И не против Какине Тейтоку, Мисаки Микото или любого другого игрока пятого уровня. Это был кто-то гораздо более смелый и вызывающий. Битва, которая произошла, была… Согиита Гунха против Комара Поначалу назойливое насекомое донимало их, но никто не реагировал. Но примерно через 10 минут Согита Гунха покончил с этим. — Просто потрясающе… Шлеп! Его рука опустилась с такой силой, что скамейка, на которой они сидели, треснула. Но комар все еще жужжал на свободе. — Потрясающе… Шлеп! Но комар все равно ускользал от сверхзвуковых пальцев. Вскоре Гунха уже носился вокруг, испробовав все возможные боевые приемы, чтобы избавиться от насекомого, которое не собиралось оставлять их в покое. — Вот и все! Потрясающий гиперкинетический удар, убивающий кровососа! Произошел взрыв цвета и давления, в результате которого в земле образовался большой кратер. Как и следовало ожидать, комару было все равно, и он остался жив. К счастью, Тома и Дзюнко оттащили Гунху, прежде чем он впал в настоящее безумие. Кто бы мог подумать, что даже у самого спокойного человека 5-го уровня есть что-то, что выводит его из себя. 6. Водные аттракционы В парке развлечений была крытая секция, посвященная водному отдыху. Тома, Гунха и Дзюнко знали об этом заранее, поэтому каждый из них пошел переодеться в купальники, которые они заранее оставили в заведении. Во-первых, они все отправились на симуляцию быстрой реки, которая состояла из искусственной реки с крутым подъемом, пересекаемой плотами. Гунхе пришла в голову идея толкать их плот изо всех сил, для пущей убедительности. Это сработало даже слишком хорошо, так как плот так быстро закружился и так сильно ударился о берега искусственной реки, что Дзюнко в испуге обняла парней, закрывая им обзор, когда они, наконец, катапультировались в воду. Позже группа разделилась, и Дзюнко предпочла искусственную ванну для загара, а парни — различные горки. Они снова включили соревновательный режим, пытаясь выяснить, кто быстрее скатится с горки. Они также обсудили, какая горка была лучшей. Гунхе нравились закольцованные горки, в то время как Тома больше любил традиционную скоростную горку. Они оба рассмеялись, увидев пару маньяков на горке, похожей на чашу. Но настоящее удовольствие было еще впереди. И это была так называемая высокотехнологичная спускаемая капсула. Это было что-то вроде спуска с горки, когда тебя сбрасывали почти вертикально вниз по туннелю прямо в воду. Это был опыт, который требовал большого мужества, и Тома действительно почувствовал, как его желудок подкатил к горлу, когда он погрузился вниз. Все закончилось довольно комично, потому что Тома с такой силой нырнул в бассейн, что поднявшаяся волна тумана окатила только что разогретую Хоказе Дзюнко, которая только что вышла из ванны для принятия солнечных ванн. Конечно, девушка не стала брать на себя грех и подвергать свое только что согретое тело воздействию холодной воды без какой-либо отдачи. Тома узнал, что капли воды в сочетании с Неистовым Платьем вполне могут быть использованы в качестве резиновых пуль. Это заставило его задуматься о том, как бы отреагировала Амазора, если бы могла заряжать свои пули энергией своего тела. Последовавшая за этим битва с брызгами продолжалась до тех пор, пока Гунха случайно не ударил по воде снаружи бассейна, и они были вынуждены эвакуироваться оттуда. 7. Свободное падение Тома знал, что последние аттракционы проходили слишком спокойно. Солнце уже садилось, когда они вытерлись и отправились в путь, рассчитывая время до последней минуты. Именно тогда они заметили подъемную башню. — Ни за что на свете я не пойду на то, что называется «Свободное падение», в футболке с надписью «Мужественный камикадзе»! Паранойя Камидзе Томы, связанная с неудачными случаями, велела ему бежать прочь, но после того, как Дзюнко настояла на том, что подняться высоко в воздух во время заката будет незабываемым опытом, он неохотно согласился. Это был тип установки, которая быстро разгонялась с помощью вертикальных направляющих, а затем на мгновение зависала высоко над землей, после чего сила тяжести опускала вас вниз и вы возвращались на землю. Тома попросил показать сертификаты безопасности. Гунха и Дзюнко, чтобы успокоить его, отправились кататься по отдельности. Все прошло без каких-либо проблем, и они оба не могли перестать говорить об этом, так что Тома в конце концов попробовал прокатиться сам. К его удивлению, первое из трех спусков на аттракционе прошло успешно. Конечно, это подняло уровень адреналина, но не так сильно, как на американских горках. Во время второго спуска он действительно почувствовал уверенность на аттракционе. Ничто не могло быть более обманчивым. Потому что во время последнего поднятия… ЛЯЗГ! СКРИИИИИХ! Лицо Томы вытянулось, когда каким-то образом его индивидуальное сиденье взмыло высоко в воздух, оторвавшись от башни свободного падения, намного выше аттракциона и других аттракционов, почти на высоте колеса обозрения. Он все еще сидел прямо, поднимаясь все выше, как будто находился в невидимом лифте. Единственная проблема заключалась в том, что на самом деле он просто сидел на сиденье, постепенно теряя скорость подъема. «Неужели все системы безопасности вышли из строя? И конкретно из-за меня?! Неудача-тян, мы так давно знаем друг друга, но это, конечно, перебор! ' С земли донесся отдаленный гулкий звук, и Согита Гунха, небрежно подпрыгнув в воздух, оказался рядом с Камидзе, как раз в тот момент, когда отделенное сиденье достигло пика подъема. — Ух ты, Камидзе! Ты совершенно потряс меня своим настоящим свободным падением! Какой поворот! — Ты… не говори так… — пробормотал Тома сквозь стиснутые зубы, когда они начали падать. — Я тут подумал. — Гунха небрежно перевернулся в воздухе, пока они падали, и глаза Томы становились все шире и шире. — Как я могу улучшить эту ситуацию? — Вернув меня на землю? Желательно, за очень короткий промежуток времени! Моя правая рука не помешает мне превратиться в человеческий эквивалент томатной пасты! — Но это так просто, Камидзе! Такого рода неудачный случай — уникальный опыт. Так что, чтобы это было по-настоящему незабываемо… Согита упал немного быстрее и просто остановился, повиснув в воздухе, прежде чем зацепиться за сиденье рядом с Томой. Но облегчение Томы было преждевременным, так как он почувствовал, что Гунху начал движение. — Давайте сделаем это вместе! Одна из самых смелых затей в истории! Симуляция прыжка с парашютом в свободном падении! — Для этого у тебя должен быть парашют! Согита, нет! Остановись! Не смееееееееееееееееееееееееееееееееееееееееееееееееееееееееееееееей! Тома закричал, когда его снова подбросило в воздух с такой силой, что сиденье полностью развалилось. Теперь он был, по крайней мере, в 3 или 4 раза выше, чем когда это был просто неудачный случай. Пиная воздух, как будто он поднимался, Гунха мгновенно догнал его. — Смотри, мы так высоко, что ты можешь видеть почти весь Академгород! — Пожалуйста, не напоминай мне. Ты не возражаешь, если я на секунду взмолюсь к судьбе?! — Все, что делает это более захватывающим для тебя! — ААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААА! ПОЧЕМУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУ?! (Вскоре после этого я вернулся на землю) — Дзюнко-сан… — Тома, пошатываясь, подошел к Дзюнко, которая наблюдала за воздушной акробатикой с земли. — Кажется, меня сейчас стошнит… — Ну, ну… — добрая девушка с улыбкой погладила его по голове. — Ты был очень храбрым, ты действительно произвел на меня впечатление… — Рад… слышать это… о моем еще одном околосмертном опыте… это было так интересно… После этого группа устроила несколько индивидуальных аттракционов. Гунха принял участие в конкурсе по брейк-дансу и занял первое место. Тома отважился поискать сувениры для своих нынешних и прежних соседей по комнате, то есть для сестер Гокусай, Индекс и Отинус. Тем временем Дзюнко обошла весь парк и купила, наверное, все товары Гекота, какие только смогла достать. И, наконец, они втроем вышли из парка. Гунха помахал им, обняв Дзюнко и выразительно ударив Томуу кулаком. — Увидимся! Перед тем, как лечь спать, я совершу небольшой обход, чтобы проверить, все ли в порядке в моем районе! И с этими словами он бросился прочь. — У него когда-нибудь заканчивается энергия?! — Гунха-сан, безусловно, оживлен, даже после всего, как мы с ним веселились. Подойдя поближе к Токивадаи, Дзюнко повернулась к Томе и отвесила ему элегантный поклон. — Мне было очень весело сегодня. Спасибо тебе за это. — Я тоже хорошо провел время. Даже если бы я мог обойтись без этого… волнение. Что ж, мне пора идти. Мои соседи по комнате, наверное, сейчас очень голодны. Голодный сосед по комнате — это сварливый сосед по комнате, а сварливый сосед по комнате представляет опасность для физического здоровья Камидзе-сану. Когда Тома уходил, Дзюнко окликнула его. — Камидзе-сан! Мы все сделаем это снова?! Тома улыбнулся и поднял большой палец вверх. — Конечно, договорились. Хотя свободное падение для меня — это пропуск. Когда Хоказе, как ниндзя, пробралась в общежитие через окно, она была удивлена, когда ее встретила не только Шокухо Мисаки, но и почти вся компания, теснившаяся в ее комнате. — Королева?! — Хоказе, почему ты не сказал мне, что проводишь время с этими двумя? — Я не знала… Я думала, что в свободное время… Я прошу прощения, моя королева! Мисаки вздохнула и махнула рукой. — Дзюнко-сан, я не сержусь на тебя. Свободное от обязанностей в клике время по определению можно проводить так, как тебе хочется. О-Однако… в следующий раз ты не против взять меня с собой, хорошо? — Н-Ну конечно, моя королева! Я уверена, они будут в восторге. — Знаешь, тебя снимали на видео, вот откуда мы узнали. О, и еще одно препятствие, с которым тебе нужно быть осторожной, приближается… В темноте что-то двигалось. Казалось, что это искра, перепрыгивающая со здания на здание, но за невероятно короткое время она влетела внутрь здания через открытое окно, когда Мисака Микото практически повалила Дзюнко на пол. — Боже, Мисака-сан, какой сюрприз! — Хоказе-сэмпай, правда ли то, что я видела в этих видео?! Это… мега-обнимающаяся Гекота из 3-го сезона ограниченной серии?! — Почему же, да, это так… — И это редкие золотые носки Гекота?! — Правильно… — И даже фетровая шляпа от Пенко?! — Опять верно… Мисака выглядела так, словно у нее отняли несколько лет жизни. — Так это правда… и я была занята сегодня… Этот идиот… Это должна была быть я! Это должна была быть яяяяяяяяяяяяяяяяя! — О, и Дзюнко-сан. Девочки очень хотят поговорить с тобой, потому что… девочки говорят о парнях, если ты понимаешь, что я имею в виду. — Что ты имеешь в виду, королева? — невинность девушки с фиолетовыми волосами не позволяла ей понять истинные намерения своих одноклассниц. — А?! Все хотят поговорить?! Это… может занять некоторое время… [Вернем к настоящему] — Это звучало очень весело… и опасно, очень опасно. — Заметила Куроко, когда Дзюнко закончила свой рассказ. — Как я уже говорила, это не так долго, как вы могли ожидать. — Дзюнко улыбнулась, делая глоток чая. — Но это просто знак того, как сильно я люблю проводить время с Камидзе-саном и Согитой-саном. Они, безусловно, самые близкие люди за пределами Токивадай, которых я знаю… что ж, Аю-сан больше не в Токивадае, так что, думаю, я могу причислить ее к этой категории… и они одни из самых очаровательных и забавных джентльменов в округе. — Забавный? Ха, это подходящее слово. — Куроко фыркнула. — А как насчет тебя, Ширай-сан? Расскажи нам что-нибудь! — Нет. Я не расскажу истории об обезьяне! Он мне не настолько дорог, чтобы давать такие пространные показания. — О, Ширай-сан. — Конго приподняла бровь. — Учитывая, насколько сильно Мисака-сан связана с Камидзе-саном, в твоих отношениях с Камидзе-саном есть какие-то эмоции. — Ч-что это за логика? Если бы мне было не все равно, я бы, наверное, рассказала вам о том, как я познакомилась с этим джентльменом-обезьяной. Как же я была смущена, что сестренка встретила кого-то подобного без моего ведома?! Наша прекрасная любовь была испорчена! Так что я решила показать сестренке, какой на самом деле мерзкий и примитивный этот ублюдок! Я так старалась и добилась многого, но, в конце концов, он всегда смеялся последним! Его даже не волновала слава сестренки. Всю ту тяжелую работу, которую я приложила, чтобы соблазнить ее, чтобы показать свою абсолютную физическую преданность, он выполнил безупречно, без каких-либо усилий. Я не знала, что делать. Неужели мне суждено было остаться в стороне из-за какой-то обезьяны? Но это было еще не все! Когда Правосудие поручило мне проверить контейнерную станцию после того, как ночью произошло несколько взрывов, я нашел его ДНК в виде волос! После того, как я обратилась за помощью к своей подруге Уихару, я обнаружила, что он был повсюду, участвовал во многих делах, от простых драк до бедствий, охвативших весь город. Я не могла уснуть, думая об этом. Что, если он был каким-то преступником, который хотел соблазнить сестренку, чтобы забрать не только ее чистоту, но и ее жизнь, деньги или что-то еще более ценное! Нет, сестренка, я подумала, что ты не должна на это купиться! Поэтому я решила обвинить его, ради общего блага. Но потом он спас мне жизнь. Когда я сражалась с Мусуджиме Аваки, он взял меня на руки и небрежно отвел атаку весом более тысячи тонн. Его руки… его глупые, как у примата, руки! У меня самый высокий уровень рационального мышления в этой школе, когда дело доходит до общения с этим простолюдином, так с какой стати я оказываюсь в его объятиях? Во время инцидента с Мусуджиме Аваки, очевидно, во время сильной жары, во время наручников и многого другого! Тот факт, что я могу сказать, что это его руки, просто находясь в них, не отрывая взгляда от одежды, заставляет меня дрожать от унижения до глубины души. Я даже не знаю, что мне теперь делать. Он такой глупый и в то же время такой умный. Это какой-то хитроумный план по захвату контроля над Токивадаем? Нонононо, может быть, я думала об этом в обратном направлении? Может быть, он хочет захватить контроль над Белым Родником и добраться до меня через сестренку?! В КОНЦЕ КОНЦОВ, ОН БЕДЕН! Но Ширай Куроко никогда не уступит! Какими бы подтянутыми и мускулистыми ни казались его руки, меня абсолютно ничто не остановит… Я просто не могу понять этого парня! И понять его было бы проще простого. Как он может так легко подтолкнуть меня к действию. Я всегда любила героев, и все говорят о нем как о единомышленнике… Почему после стольких наказаний, которым я его подвергаю, он не только полон решимости, но даже горит желанием помочь мне? Он мазохист? Хм… тогда я смогла бы наказать его и держать подальше от сестренки, не вызывая недовольства ни у одной из сторон. Банзай! Но подождите… Если бы он был мазохистом, он бы скорее обрадовался, чем опечалился из-за своего так называемой неудачи. О, вернемся к началу. И он даже поговорил с моей мамой! Сестренка, наверное, ненавидит меня за то, что я была в его объятиях больше, чем она. Мне определенно не нравилось… быть в безопасности… но я не об этом! Он внезапно появился в моей жизни и перевернул все с ног на голову. И я даже не проводила с ним много времени. Просто всякий раз, когда я пытаюсь что-то предположить о нем, он вытаскивает новую карту в своей дурацкой обезьяньей манере. Я думаю, он игрок? Он спасает меня и сестренку, и при этом имеет наглость выглядеть крутым. Он также ничего не сделал с моим телом, когда дважды удерживал меня в бессознательном состоянии, хотя я прилагала все усилия, чтобы быть неотразимой. Я думаю, он помогает? Он полностью игнорирует любой протокол. Я думаю, он нормальный? Он не только постоянно попадает во всевозможные драки и катастрофы, но и чудесным образом остается невредимым, когда сражается с каким-нибудь эспером. Он также участвует во всех инцидентах, связанных с вторжениями террористов в город со стороны внешних сил. Подробности засекречены, но запись Уихару не лжет. Я думаю, он скрывает какую-то способность? Ни одно из проведенных им сканирований не показало всего. К тому же он беден и не имеет даже элементарного представления о механике силы эспера. Такой человек, как он, должен быть обычным, скучным человеком, так в какой же момент он стал таким интригующим?! Почему он знаком не только с сестренкой, но и с Ментал Оут, нет, почему в него вообще так верят люди 5-го уровня? В этот момент он перестал быть просто препятствием, и в этот момент мне стало трудно по-настоящему ненавидеть его?! Этот человек — ходячее противоречие, и с тех пор, как я его встретила, он неизменно сводит меня с ума! Все, с чем он сталкивается, переворачивается с ног на голову! Посмотрите на эту школу! Раньше это был оазис женской чистоты, где мы созерцали красоту только что распустившихся цветов, как моя великолепная сестренка. Потом он ворвался, как огромный обезьяний шар, и все превратились в кучку хихикающих подростков. Иногда я даже прибегаю к медитации, чтобы очистить свой разум, так почему же возникает мысль, что если бы сестренка позволила, мы трое могли бы… быть вместе?.. нет! ОЧИСТИ СВОЙ РАЗУМ, ОЧИСТИ СВОЙ РАЗУМ! Он всего лишь союзник! Неожиданный союзник Правосудия, который заботится о сестренке, как и я, герой, которым я восхищаюсь, и защищает город, который я люблю, даже несмотря на то, что он безрассуден, глуп и может погибнуть каждый чертов раз! Если уж на то пошло, я не обрадовалась, когда он впервые доверился мне в поисках Мицуари Аю. Я не обрадовалась! И не похоже, что все это имеет какое-то значение, так что это не история для вас! Конго Мицуко и Хоказе Дзюнко непонимающе уставились на тяжело дышащую Куроко. — Ширай-сан… для того, кому на все наплевать… — …ты на удивление красноречива в своих высказываниях о нем… — Это потому, что я… потому что… нужно знать своих врагов даже лучше, чем друзей! Меня тошнит от всей этой болтовни о обезьяне, вы не заставите меня ничего рассказывать! — Давай поймаем ее, Хоказе-семпай! — Приступаем! — Ха-ха! Дураки! Поймать телепортера окажется сложнее, чем вы предполагали! Я могу прятаться в таких местах, о которых вы даже не подозреваете! После более чем 15-минутной погони Конго и Хоказе признали свое поражение. — Ну, для этой истории всегда найдется другое время. Кроме того, в случае с Ширай-сан, в дополнение к ее словам, полезно понаблюдать за ее действиями. — Согласна. Но я думаю, мы можем согласиться… — сказала Дзюнко, когда небо прояснилось и обе девушки выглянули в окно. — Что Камидзе-сан проник в сердца Токивадай и сделал его намного лучше. — Он действительно сделал это. Хотя некоторым сердцам гораздо труднее признать правду. — Действительно! И они обе рассмеялись… — Апчи! — Куроко чихнула, держась за шпиль одной из маленьких башенок, украшающих внутреннее общежитие. Она шмыгнула носом, тоже глядя на небо. — Я переоценила, насколько холодно будет после дождя, или эти две смеются надо мной?! (Тем временем в резиденции Камидзе + Гокусай) — Посылка для мистера Камидзе Томы» Взяв посылку, Тома в замешательстве посмотрел на нее. — Я ничего такого не ожидал… о, это от Конго-сан? Но почему? Открыв посылку, он заметил, что в ней лежит довольно большая красная книга и прикрепленная к ней записка. — Календарь КВА… что это значит?! Он взглянул на записку. Дорогой Камидзе, Дорогой, возможно, тебя смутила эта посылка, но именно по этой причине я связалась с тобой тогда, когда мы должны были встретиться. Я хотела выразить тебе благодарность за твои действия, как того требует моя честь леди. Несмотря на то, что прошло не так много времени с тех пор, как мы впервые встретились, твое присутствие, несмотря на различия между нами, сделало это событие по-настоящему особенным. Не только для меня, но и для моих самых дорогих и преданных друзей. Мы хотим сообщить тебе, что мы все здоровы, благодаря тому вкусному супу, который ты для нас приготовил. Мы все надеемся, что ты увидишься с нами как можно скорее, так как мы все благодарны и хотим увидеть тебя снова. Книга, которую ты получил, — это наш подарок для вас. Хотя это была моя идея, Ваннаи-сан и Авацуки-сан внесли решающий вклад в то, чтобы книга получилась по-настоящему полной. Этот календарь Конго-Ваннаи-Авацуки может послужить тебе напоминанием и знаком нашей признательности по отношению к тебе, а также наших общих чувств. Не стесняйся просматривать его, когда пожелаешь. Это было сделано специально для твоих глаз, и для нас не было бы большей радости, чем видеть, как ты ценишь это. На это ушло немного времени, много фотосессий и поисков в архивах, но, на мой взгляд, результат того стоил. Позволь мне увидеть тебя снова как можно скорее. Искренне, Твоя Мицуко Тома посмотрел на книгу, прежде чем медленно открыть ее. Его глаза расширились. Он перевернул несколько страниц, и его глаза становились все больше и больше. Затем он быстро закрыл книгу, бросился в свою комнату, запер дверь, прежде чем, наконец, сесть на кровать и снова открыть книгу. Подарком была фотокнига. Точнее, это была фотокнига с 365 фотографиями, по одной на каждый день в году. Само по себе это было неудивительно. Но еще более шокирующим было то, что изображено на фотографиях. Это были фотографии Конго, Ваннаи и Авацуки в различных костюмах и по множеству сценариев, как позированных, так и из реальной жизни. Помимо первой фотографии, на которой были изображены три подруги в обычной школьной форме перед воротами Токивадаи, и последней, на которой они все были в купальниках, каждая фотография была индивидуальной для одной девушки. Это означало, что у Конго, Ваннаи и Авацуки в альбоме было по 121 фотографии каждой. Фотографии варьировались от невинных, на которых Ваннаи стоит на поле подсолнухов с букетом в руках, до комичных, на которых Авацуки вытаращила глаза, пытаясь снять взбитые сливки с кончика носа, и слегка провокационных, на которых Конго ест мороженое в странно соблазнительной манере. На девушках было множество костюмов, и Тома увидел медсестру, стюардессу, учительницу, амазонку, жрицу, военную форму, наряд девочки-зайчика, спортивную одежду, пижаму, одежду ведьмы, самурая, рыцаря, принцессу, наряд монахини, искусственный загар гьяру и многих других. На некоторых фотографиях девушки позировали с животными или корчили милые рожицы в камеру. Между тем, на других фотографиях явно не было позирования, поскольку они изображали школьную жизнь девочек или их чуть более молодые версии. Другими словами, это было огромное разнообразие фотографий, на которых три дамы были изображены практически всеми возможными способами, не вступая на запретную территорию (в этом смысле все фотографии были «подходящими»). На первой странице было три подписи: энергичный курсив Конго, изящные, миниатюрные знаки Ваннаи и четко прорисованные кандзи Авацуки, все они были окружены одним сердцем и словами латинского алфавита: С любовью и благодарностью Камидзе Тома. Излишне говорить, что, когда Тома в очередной раз закрыл книгу, его лицо было совершенно красным. На то, чтобы по-настоящему ознакомиться с книгой, потребовалось бы время, но он не был морально готов. Но он оценил этот жест. Давайте будем честными, кто бы на его месте не оценил? Стук в дверь заставил его подпрыгнуть, и он быстро спрятал фотокнигу. — Братик? Ты идешь? Мы собирались пойти купить мои вещи для прогулки… — Да, конечно… — Братик, ты странно покраснел… — Это потому, что… этот чертов кондиционер не работает должным образом, там так жарко, хахаха! Давай посмотрим, смогу ли я это починить… Но, не нуждаясь в объяснениях, фотокнига заняла место среди самых ценных вещей Камидзе Томы, вместе с различными фотографиями на его столе. Хотя, в отличие от других фотографий, он тщательно скрывал ее. Он не осмеливался представить себе реакцию Кайби, если бы она случайно нашла это.