Глава 4

Он смотрит на веревку. Он в ловушке. Она прочная, им нечем ее разрезать. Фил приближается к ним сзади. Он в ловушке, и Фил приближается. — Уилбур! — Томми кричит рядом с ним, — Уилбур, какого хрена?! Что это? — Это… — хрипло каркает Уилбур, — это ловушка, Томми. — Ну, вылезай из этого, нам нужно идти! Уилбур неуверенно тянется к веревке, но она натягивается. Здесь нет ни дюйма слабины. Хорошо. Хорошо, он просто должен снести дерево. Освободиться. Он пытается подтянуться к земле, но дерево, к которому привязана веревка, крепкое. Он не может сдвинуться с места, пока его вот так поймали. Он не может выбраться. Он не может выбраться. Он не может выбраться. — Уилбур? Томми? Идите сюда, пожалуйста, — зовет Фил, — здесь опасно. Пожалуйста, вернитесь! О, Звезды. Похоже, он близко. — Уилбур! — требует Томми, слишком громко, слишком громко, — мы должны идти! Он не может выбраться. Фил идет. — Томми? — Фил зовет, — это был ты? — Уилбур! — Томми шипит. Уилбур прерывисто вздыхает. Он должен быть лучше. Он должен быть чем-то большим. Он должен знать, что делать, но он этого не делает. Он не знает, что делать. Он не знает, что сказать, он не знает, как вытащить их из этого. В первую очередь это его вина, что они оказались в такой ситуации, и он не знает, как это исправить. — Уилбур? Томми? — зовет Фил, еще ближе, — идите сюда, дорогие, мы просто хотим убедиться, что вы в безопасности. Томми хнычет. — Беги. — Что? — голова Томми резко наклоняется к нему. — Томми, беги, — командует Уилбур, — иди, убирайся отсюда, я отвлеку их, просто иди. — Нет, — шепчет Томми, — нет, ты не можешь. Ты… Нет, Уилбур. Что-то еще. Ты должен подумать о чем-нибудь другом! — Я не могу! — слова вырвались из его груди. Его глаза горят. — Я не знаю, что делать, Томми, я не умный, не совершенный и не умный. Я просто хочу, чтобы ты был в безопасности, так что тебе нужно бежать. Отойди от них, со мной все будет в порядке. Я обещаю. — Мальчики? — зовет другой голос. Техно. Томми щебечет. — Беги, — командует Уилбур. — Я не могу, — всхлипывает Томми. — я… — Ты должен. Просто иди. Шелестит подлесок. Близко, слишком близко. Они оба утихают. — Уилбур, — хнычет Томми. — Томми? — Фил тихо зовет, — это был ты, приятель? Уилбур в порядке? — Беги, — шепчет Уилбур и отталкивает Томми. Томми спотыкается на пару шагов и падает, глядя на Уилбура так, словно тот исчезает у него на глазах. — Иди, — шипит Уилбур. Томми молча качает головой, его глаза широко распахнуты, наполненные еще большим количеством слез. Уилбур чувствует, что его сердце волнуется. Он никогда не хотел быть причиной того, что Томми так выглядит. Но он должен это сделать. Он должен заставить его уйти. — Беги. — Томми? Уилбур? — Фил спрашивает более мягко, — вы в порядке? Томми встает и делает шаг назад. Еще один. Уилбур ободряюще улыбается ему. Томми разворачивается и убегает. Уилбур рыдает, стараясь говорить как можно тише. Хорошо. Хорошо, он может это сделать. Он должен это сделать. — Мальчики? — зовет Фил. Однажды Уилбур увидел гнездо, полное птиц. Просто сидел среди скал, пока они с Томми путешествовали. Он был сбит с толку, потому что не знал, что на земле гнездятся птицы. Он не думал об этом слишком много, потому что они были голодны, а яйца были едой. Затем он увидел птицу, кричащую быстро и порхающую по земле, ее крыло повреждено. Он отвернулся от яиц, думая о мясе и яйцах, больше еды, чем они видели за последние дни. Он преследовал птицу, готовый схватить ее, когда она просто взлетела. Он был ошеломлен. Она все подделала. Поврежденное крыло, травма. Она подвергла себя опасности ради своих яиц. — Томми… — снова зовет Фил. Уилбур скулит, ему больно, он напуган и беспомощен. Достаточно громко, чтобы быть услышанным. — Уилбур? — Техно спрашивает, громче, обеспокоено. Уилбур рыдает и мечется, поднимая листья и сотрясая подлесок. — Держись, мы идем, — говорит Фил, и Уилбур слышит, что они приближаются намного быстрее, чем раньше, — мы идем, милый, просто держись, все будет хорошо. Нет, этого не будет. Дыхание Уилбура учащается и прерывается, как будто он заяц, которого на самом деле должна была поймать эта ловушка. Он бьется сильнее, пытаясь повалить дерево. Может быть, если он сможет выбраться из веревки сейчас, он все еще может уйти, он все еще может это сделать. — О, милый, — говорит Фил, тихо, близко. Уилбур запрокидывает голову и видит их. Массивный, возвышающийся над ним слишком близко. Его дыхание прерывается. Он щебечет, как мальчик. Он хочет, чтобы кто-то спас его, кто-то забрал его от этого. Его голова и плечи лежат на земле, а остальную часть тела постепенно тащит вверх веревка. Фил и Техно подходят ближе. Они такие большие. Он кричит и мечется, бьется крыльями о землю, но он не может взлететь вот так. Он застрял. Он в ловушке, он… — Тише, успокойся, успокойся, дорогой, все хорошо, мы тебя вытащим… — говорит Фил. Фил тянется к нему. Его когти, его руки, он мог убить Уилбура, мог удержать его, пока Техно делает это. Нет, нет, нет, нет. Уилбур поворачивается, пиная Фила свободной ногой. — Отойди от меня! Убирайся! Я… — безмолвно рычит он. Его крылья бьют по воздуху, земле, он запутывается в ветвях куста. — Нет! Фил все еще тянется к нему, опускается на колени, его руки — его когти — приближаются. Он собирается… Он собирается… Он хватает Уилбура за лодыжку. Уилбур кричит, он брыкается, что угодно, лишь бы вырваться из этой хватки. Нет, нет, нет! — Отпусти меня! Не трогай… Не надо! — он пытается отползти назад, цепляясь за грязь, палки, листья и камни, он бросает их в Фила и Техно. Кажется, они этого почти не замечают. Они смотрят на него сверху вниз. Они разговаривают, но слова не имеют смысла. Они стоят на коленях рядом с ним. Так близко, намного больше его, намного сильнее его. Рука Фила как клеймо на его ноге. Он не может сражаться с ними, он не может бежать, он не может думать. Фил притягивает его ближе. Уилбур снова кричит. Он бросается вверх. Скрутить над собой. Когти, у него есть когти, они маленькие, но он падает обратно. Массивные руки хватают его за плечи. Он кричит, он щебечет, он зовет, в отчаянии. Кто-нибудь, спасите его, пожалуйста, пожалуйста, кто-нибудь, помогите ему. Должен быть кто-то, потому что он не может этого сделать. Он не может этого сделать. Техно прижимает его к груди. Он держит Уилбура в своих объятиях. У Фила все еще есть лодыжка. Он не может сражаться. Он не может двигаться. Он не может победить их. Он рыдает. Слезы текут по его щекам, его дыхание прерывается, заикается, его сердце трепещет, безумное и пойманное в ловушку, как и он сам. В клетке из крови и перьев. Ему конец. Они не хотят его, они хотят Томми. Он бесполезен, он второстепенен. Осознание обрушивается на него, как ведро ледяной воды. Шокирует его, заставляя застыть. Как будто он мог спрятаться от своей неизбежности. Все, что он может делать, это смотреть широко раскрытыми глазами на Фила и ждать. Он дрожит, дрожит, дрожит, рыдает. — Вот и все, — бормочет Фил, он понимает, — вот и все, дорогой, просто успокойся, ты в порядке. Ты в порядке. У нас есть ты, мы вытащим тебя из этого, не бойся, просто остановись на секунду. Фил наклоняется вперед, тянется к нему — к его лицу — он тянется, он приближается — его когти… Он гладит Уилбура по щеке. Мягкий, как ветерок. Нежный, как солнечный свет. Ложь, это ложь. Это должно быть ложью. Уилбур наблюдает за его лицом, наблюдает, ждет, зная, что настанет момент, когда оно изменится с этой мягкой улыбки на что-то жестокое и пренебрежительное. — Вот мы и пришли, — бормочет Фил, — видишь? Все будет хорошо, мы не причиним тебе вреда. Мы никогда не причиним тебе вреда. Ты в безопасности. Все в порядке. Он хочет, чтобы это было правдой. Уилбур отчаянно, до глубины души, хочет, чтобы слова были правдой. Но это не так. Ничего не в порядке. Они собираются причинить ему боль. Ничего не будет хорошо. Они собираются уничтожить его или использовать как приманку для Томми. И кто знает, что они с ним сделают. Уилбур рыдает. — Тише, — грохочет Техно позади него, Уилбур вздрагивает. Каким-то образом, со всем своим вниманием к Филу, он забыл, что там было Техно. Держал его. Заманивает его в ловушку так же надежно, как веревка. Посадить его в клетку так же надежно, как золотые прутья, которые держали Томми. — Просто стой спокойно, мы тебя освободим. Уилбур хнычет и вздрагивает. Они уничтожат его. У них есть нож. У них есть оружие. Они собираются. Техно поднимает его. Он кричит, мечется, Фил все еще держит его за лодыжку, он пытается снова заговорить, но Уилбур не собирается слушать, он хнычет. — Тсс, — бормочет Техно, — все в порядке, нам просто нужно немного расслабиться. Он встает, и веревка вокруг его ноги не такая тугая, он мог бы… Фил тоже хватает его за лодыжку. Уилбур издает задыхающийся, испуганный звук и пытается вырваться. — Полегче, — бормочет Фил и переключается, чтобы держать обе лодыжки Уилбура одной рукой. Уилбур с ужасом осознает, какой он маленький, какой нежный, какой хрупкий. Как легко они могли повредить его, как веточку. Он прерывисто вздыхает. Техно втирает мягкий круг в его кожу. — Ты в порядке, — бормочет он, — ты молодец, мальчик. Фил протягивает свободную руку и одним движением когтя перерезает веревку. Уилбур смотрит на него, снова остановившись, в ужасе от того, как легко это далось ему. Какими острыми должны быть его когти. Он вздрагивает. — Вот так, — говорит Фил, тепло улыбаясь ему. Затем улыбка исчезает. Он снова тянется к Уилбуру. Уилбур скулит и уклоняется, отворачивая голову и пряча лицо в руке Техно. Он крепко зажмуривает глаза. Он не хочет видеть, он не хочет чувствовать это, когда эти когти впиваются в его кожу. Фил дотрагивается до виска. Уилбур вздрагивает и вскрикивает. — Прости, прости, дорогой, я знаю, что это болезненно, просто дай мне посмотреть, насколько это плохо. Что? Уилбур застыл в ужасе в объятиях Техно, пока Фил нежно отводит его волосы в сторону. Он на мгновение замолкает, затем тихо цокает. — Ты хорошо поработал, у тебя, наверное, голова болит, да? Что? Уилбур осмеливается приоткрыть один глаз. Фил смотрит на него, слегка нахмурившись, но он не выглядит сердитым. Он выглядит обеспокоенным. Его рука нежно гладит Уилбура по щеке, к подбородку. Подушечки пальцев Фила сжимают его челюсть, кончики когтей едва касаются его кожи. Уилбур напрягается и щебечет, сдавленно и тихо. — Тсс, — напевает Фил, — просто дай мне взглянуть на тебя, у тебя… Он медленно отворачивает голову Уилбура от руки Техно. — Ты весь в синяках, дорогой, что ты наделал? Уилбур пытается поднять голову, но Фил не позволяет ему. Он снова щебечет. — Я знаю, — бормочет Фил, — мы позаботимся о них, мы вас всех приведем в порядок и накормим. Ты даже не пообедал. Его лицо смягчается сочувствием, его руки нежны. Техно гудит у него за спиной. — У него порезы и синяки по всему телу, Фил, нам нужно разобраться с ними, пока они не заразились. Что? — Сначала нам нужно найти Томми. Сердце Уилбура замедляется. Взгляд Фила падает на него: — Где твой друг, милый? Уилбур молча качает головой. Он им не говорит. Он не говорит им. Внезапно становится неважно, причинят ли ему боль, уничтожат ли его. Он не позволит им забрать Томми. Он не позволяет им даже прикоснуться к нему. — Давай, дор… — начинает Фил. — Оставь его в покое, — рычит Уилбур так тихо и мрачно, как только может, — я уничтожу тебя, если ты его тронешь, он всего лишь маленький мальчик, оставь его в покое! — Мальчик, мы не собираемся… Уилбур рычит и мечется: — Я уничтожу тебя! Я уничтожу тебя! — Хорошо, хорошо, я знаю, я знаю. Ты хочешь, чтобы он был в безопасности. Он снова тянется к Уилбуру. Он собирается прикоснуться к нему, он собирается причинить ему боль, он собирается заставить его сказать ему, где Томми. Уилбур рычит, щелкает зубами и приближается к руке. Фил отступает назад. — Полегче, я не собираюсь причинять тебе боль. Уилбур не верит ему ни на секунду. — Мальчик, — грохочет Техно, — тебе не нужно драться, мы не причиним вреда ни одному из вас. Мы хотим, чтобы он был в безопасности, и вы тоже. — Ну вот… — рычит Уилбур, поворачивает голову и впивается зубами в рукав Техно. Он, вероятно, едва чувствует зубы Уилбура. Ему все равно. Он хочет причинить им боль. Он должен защитить Томми. Не имеет значения, что они с ним за это сделают. Фил гладит его по волосам. Он останавливается. — Я знаю, я знаю, ты так тяжело сражаешься, — напевает Фил. — ты так много делаешь для него, не так ли? Ты такой хороший друг. Но теперь у нас есть он, у нас есть вы оба. Нет. Нет, они, этого не сделают. У них не будет Томми. Они не могут забрать его. Уилбур снова сражается, но Техно настолько велик. Такой сильный. Его руки обвиты вокруг Уилбура, и он даже не пытается удержать его. Он для них как мальчик. У Фила все еще есть его лодыжки, зажатые в одной гребаной руке. Затем Техно говорит: — Фил, — тихо и настойчиво. Как будто он пытается не спугнуть животное. — Слева от тебя, в четырех шагах, за тем кустом, рядом с красным цветком. Не поворачивайся. Уилбур останавливается, сбитый с толку. Но он смотрит. Томми. Он притаился в тени куста, наблюдая за происходящим широко раскрытыми, полными слез глазами. Его маскировка рухнула. Он птенец колибри, одинокий, уязвимый, такой очень уязвимый. Уилбур выплевывает руку Техно: — Томми, беги! Фил отпускает его лодыжки. Он поворачивается, крылья расправляются, глаза ищут. Томми карабкается вверх, медленно, медленно, слишком медленно, он движется недостаточно быстро — Уилбур видит момент, когда Фил цепляется за него. Томми вскакивает на ноги, взмахнув радужным крылом, он убегает через подлесок, Фил следует за ним по пятам. Уилбур кричит, вырываясь из рук Техно. — Томми, беги! Томми! Оставь его в покое! Оставьте его в покое, вы, гребаные ублюдки, не трогайте его! Я уничтожу тебя! Техно перекладывает его на руки, не обращая внимания на то, как Уилбур пинает его. Он закрывает рот Уилбура рукой. — Полегче, мальчик, полегче, Фил добьется, чтобы с ним все было в порядке. — Нет! — крик Уилбура заглушается ладонью Техно. Он сражается, он вонзает зубы в кожу Техно, но он не чувствует вкуса крови. Он борется, пинается и пытается врезать головой, локтем, любой частью тела в Техно достаточно сильно, чтобы заставить его отпустить. — Давай, мальчик, давай отвезем тебя домой, — грохочет Техно. Уилбур кричит, бессловесно, в ярости и ужасе, но Техно все равно. Он просто поднимает Уилбура повыше на руках и пробирается сквозь подлесок. Уилбур сражается с ним на каждом шагу. Борется до тех пор, пока его грудь не начнет вздыматься, пока у него не кончатся слезы, пока у него не иссякнут последние остатки энергии. Он сражается до тех пор, пока не перестает даже поднимать конечности. Он борется до тех пор, пока не начинает смаргивать черные пятна и изо всех сил цепляться за сознание. Это не приносит ему никакой пользы. Он остается в объятиях Техно. Захваченный, беспомощный, уносимый все дальше и дальше от Томми и Фила. Невозможно остановить его, невозможно защитить Томми. Когда он останавливается, Техно сдвигает хватку. Уилбур вздрагивает, собирается с силами, чтобы прижаться к нему на секунду. Техно только воркует, шум низкий и инстинктивный, и Уилбур не может не успокаиваться от этого. Он так устал. Он не знает, что делать, как это исправить. Его выбор поставил их на этот путь, и теперь он понятия не имеет, как его изменить. Техно прижимает его к груди, его подбородок касается макушки Уилбура. Он не спит, он не может, не с остатками адреналина, оставшегося в его венах, но он дрейфует. Прямо под поверхностью сознания. — Вот так, мальчик, — бормочет Техно над ним, — просто расслабься. Давай позаботимся обо всем. Тебе не нужно сражаться с нами. Ты можешь, если захочешь, но ты не выиграешь. Ничего страшного, проигрыш принесет тебе гораздо больше пользы, чем победа. Уилбур тихо щебечет, Техно подбадривает. Его темп ровный, убаюкивающий Уилбура, но он отчаянно цепляется за сознание. Он не может заснуть, независимо от того, насколько он устал. Он должен знать, уцелеет ли Томми, все ли с ним в порядке. Даже если он сбежит от Фила, что тогда? Он один в лесу. Маленький и беспомощный, без припасов, даже без одеяла. Потому что Уилбур спешил. Потому что Уилбур не смотрел, куда идет. Потому что Уилбур был настолько глуп, что доверился Филу даже на мгновение. Это все его вина. Техно вырывается из-за деревьев, солнце светит на него сверху вниз, не смягченное покровом листьев. Последствия всех его ошибок в свете, чтобы все видели. Он в плену, Томми исчез, за ним охотится Фил, а Уилбур находится в объятиях орла, от которого он не мог надеяться убежать. Слишком устал, чтобы даже вздрогнуть. — Держись крепче, — говорит Техно, проводя рукой по волосам, — я собираюсь доставить нас в гнездо. Уилбур безмолвно скулит и пытается высвободить свои крылья из-под предплечья Техно. Он мог бы попытаться. — Тише, все в порядке, — бормочет Техно, — я держу тебя. В целости и сохранности, мальчик. Перья шелестят, когда Техно расправляет крылья. Он усиливает хватку, и они на мгновение опускаются, а затем взлетают. Он никогда раньше ни с кем не летал. Он носил Томми, но его никогда не укачивало из-под власти гравитации, пока чьи-то крылья уносили его в небо. Это мирно. Как точка остановки при подъеме, перед падением. Ветер треплет его волосы, руки Техно обвиваются вокруг него, в безопасности, его крылья мелькают в уголке глаза Уилбура. Широкие и мощные. Намного больше, чем когда-либо могли надеяться крылья любой певчей птицы. Они приземляются, он едва заметно встряхивается, когда Техно сгибает колени, чтобы смягчить удар. Они на балконе, где сидели с Филом в первый день. Он вернулся в гнездо. Он сбежал, он чуть не пострадал, чуть не задел Томми, ни за что. Он вернулся. Они поймали его. И скоро у них будет и Томми, и они никогда больше отсюда не выберутся. Без особого энтузиазма он проверяет силу рук Техно. Они не сдвинулись ни на дюйм. Все, что он получает — это прикосновение массивной руки Техно к его голове и низкое мурлыканье. Они проходят в тени двери, и последняя надежда на спасение ускользает. Уилбур опускает голову на грудь Техно и закрывает глаза. Все кончено. Все кончено, и это все его вина.