Часть 1

Сакура могла поклясться, что тот день был лучшим в ее жизни. Воспоминания о минувших выходных, проведенных на большой яхте, вызывали улыбку на ее лице. Она снова ощущала запах морского воздуха, чувствовала теплое солнце на коже, ветер трепал ее волосы, а рядом с ней стоял он — ее возлюбленный. Крепкие объятия Какаши дарили ей ощущение безопасности, его руки были сильными, но нежными. Долгое время ее мучили сомнения, отсутствие искренности в их отношениях давило на нее. Страх и неуверенность копились, но после одной фразы все изменилось. Какаши склонился к ее уху и тихо прошептал: «Выходи за меня, Сакура». В этот момент ее сердце забилось в бешенном ритме, волнительная дрожь прошла по всему телу. Все сомнения и страхи в миг растворились в воздухе, словно дым. Она ощущала себя самой счастливой женщиной на свете, будто все, что было раньше, было всего лишь преддверием к этому моменту, к этому заветному «да». Вспоминая закатное солнце, освещающее их счастливые лица, она ощущала  блеск золотого кольца с маленьким бриллиантом на своем  пальце. Она уткнулась носом в его мягкие пепельные волосы, вдыхая аромат мятной свежести. Она невольно прикрыла изумрудные глаза, впитывая в себя красоту заката, словно последний лучик солнца касался её души.  В ее душе засияла уверенность в их будущее. Погруженная в свои мысли, девушка не сразу заметила, как за ее спиной загудели клаксоны, словно вырывая ее из транса. Запоздало она увидела, как перед ней вспыхнул зелёный свет, словно огненная вспышка, оповещающая о её промахе. — Проклятье. Сакура резко вынырнула из своих мыслей. Она встряхнула головой, смахнув с лица прядь розовых волос, ее пальцы сжались на руле, а нога вдавила педаль газа до упора. Под яростные гудки позади, новенький спорткроссовер «Porsche Macan» взревел, вырываясь вперед, оставляя за собой шлейф дыма и резкий запах резины. С трудом сосредоточившись на дороге, Сакура ловко миновала рядом едущие автомобили. Мельком бросив взгляд на панель с часами, она увидела, что осталось меньше семи минут до назначенного места.  Лучи солнца, пробиваясь сквозь утренний туман, озарили мегаполис, раскрывая всю красоту и величие Нью-Йорка. Мощные небоскребы, словно гигантские скульптуры, возвышались над городом, вызывая восхищение и трепет перед масштабом человеческого труда. Стальные фасады отражали лучи солнца, создавая причудливые блики на мостовых и постройках. Но среди этой мощи и величия, на тротуарах, между величественными зданиями,  проходили люди, небольшие и хрупкие, но такие же полные жизни и энергии, как сам город. Неуловимая энергия, величие и красота Нью-Йорка всегда манили Сакуру, родом из Нагасаки. Еще в детстве, завороженная черно-белыми фотографиями в глянцевых журналах, где небоскребы казались гигантскими, Сакура влюбилась в этот город. Она изучала знаменитых художников и архитекторов, чье творчество повлияло на город и оставило за собой великое наследие в искусстве. Сакура жадно впитывала всю информацию, как губка, превращая детское увлечение в мечту. В мечту — быть в числе лучших архитекторов современности.  Закончив Колумбийский университет, Сакура несколько недель изучала сайты лучших строительных организаций в Нью-Йорке, составляя список потенциальных работодателей. Она анализировала их проекты и репутацию, и в итоге ее выбор пал на «Modern Times». Компания предлагала интересные проекты и возможность работать в коллективе опытных архитекторов. Сакуру привлекла возможность реализовать свой талант и учиться у лучших.   Заполнив резюме и отправив заявку, Сакура с нетерпением ждала ответа. Уже на следующий день ей позвонили и назначили встречу с главой компании.  Она вошла в кабинет, и ее взгляд сразу же упал на мужчину за столом. Серые глаза Какаши, смотрящие с неподдельным интересом, словно притягивали ее к себе. Сакура села напротив, и слова, которые должны были звучать четко и уверенно, затерялись в водовороте эмоций. Еще несколько недель назад она была уверена в себе, в своих планах покорить мир архитектуры. Но теперь… все рухнуло.  В его глазах отражалась целая вселенная. В них не было ни тени высокомерия, только теплота и интерес. Он слушал ее с вниманием, словно заглядывал в ее душу, и Сакура чувствовала, как ее собственные стены, выстроенные годами, рушатся под его взглядом. Она боялась признать это даже себе. Как можно было так быстро, так глубоко, погрузиться в эти чувства? Она, которая всегда была хладнокровна, строящая планы на будущее, теперь не могла думать ни о чем, кроме него. Она хотела погрузиться в этот вихрь эмоций, забыть о своих амбициях. Но...  глубоко внутри, она чувствовала и некую тревогу. Вдруг она потеряет себя, свою самостоятельность? Вдруг она станет просто тенью его успеха? Эти мысли как колючки царапали ее сознание. Сакура не знала, куда ее заведут эти чувства. Она была потеряна в неизвестном мире, в мире любви, где каждое ее решение могло оказаться как роковой ошибкой, так и счастьем ее жизни.  Телефон зазвонил, вырывая Сакуру из потока мыслей. Она коснулась кнопки беспроводных наушников, подключенных к телефону, и ответила на вызов.  — Доброе утро, подруга! Через час у тебя собеседование, ты скоро? — Сакура узнала заботливый тон Ино. Подруга была настоящей живой напоминалкой, вместо смартфона. — Я тут изучаю резюме нашего новенького работника, видать он талантливый в своей сфере, — Ино не упускала возможности обсудить по телефону новых сотрудников. — Напомни, сколько таких «талантов» было уволено!? — Сакура усмехнулась. Она знала как работает система мошенничество. Многие вписывают в свои резюме фальшивые данные, чтобы попасть на верхушку. Но Сакура знала, как отличить настоящих профессионалов от самозванцев. Она давала всем кандидатам недельную стажировку, где  они должны были продемонстрировать свои навыки на практике. Она задавала им сложные задания, которые требовали глубоких знаний и практических  навыков. Сакура наблюдала за их работой, задавала вопросы и отмечала каждую ошибку. Ее строгая система оценки помогала ей определить их реальный уровень компетенции. Чаще всего оказывалось, что широкие знания, заявленные в резюме, не соответствовали реальности. И тогда Сакура без жалости отказывала им или увольняла.  Когда-то она сама была на их месте, но многое изменилось в обстановке компании, после того, как Какаши объявил о своих официальных отношениях с Сакурой. Это событие вызвало немало пересудов, но одновременно подчеркнуло ее значимость в компании. Её статус от простого начинающего стажёра перескочил на должность заместителя директора. На это повлияло не только признание Какаши, но и ее собственная компетентность и трудоспособность. Ее новый статус придавал ей большую уверенность и смелость в работе над проектами компании.    В трубке послышался усталый выдох Ино.  — И не мало жалоб от их богатеньких родителей, — Ино не раз напоминает подруге, что её это по сей день удивляет. Получать письменные сообщения с просьбой уволить заместителя директора за её «хамское» отношение с сотрудниками, вызывали смех у Сакуры, она даже не читала и половины писем, которые получала. — Толку никакого, лишь портят свою репутацию,— подытожила Сакура. Она уже подъезжала к знакомому зданию и искала глазами порковочное место. — Им кажется, что деньги решают все. Они привыкли, что их дети всегда получают все, что хотят. В бизнесе нужно доказывать свою ценность. — Я уже представляю кислую мину этого бедняги. — Всё зависит от его профессионализма, ничего личного. — У меня тут папки с бумагами валяются, думала ты мне поможешь, — Яманако меняет приезжанную тему и тактично напоминает, что кроме собеседование, нужно подписать и мелкие договоры.  Сакура думает над тем, говорить ли подруге, что она уже приехала на встречу к другу, у которого сегодня показ в музее. — Эмм…  В трубке послышался шорох бумаг и ровный голос Ино: — Лобастая, в чем дело? Учитывая, что Ино неравнодушна к этому другу. — Тут такое дело... — Она сделала паузу, выключив двигатель. Откинувшись на подголовник сиденья, она задумчиво смотрела на толпу людей, входящих в здание музея. — Йоу, Сакура! Высокая тень неожиданно накрыло машину, испугав девушку. Она устремила взгляд на своего друга, который широко улыбался. Его белокурые волосы были растрепаны, словно взлохмаченная пшеница, что удивительно гармонировало с чертами его лица. Девушка потянулась к телефону и, не обращая внимания на недовольное бурчание Ино из динамика, завершила вызов. — Утро выдалось не самым лучшим, не так ли? — спросил Наруто, заметив ее замешательство. Словно подтверждая его слова, голова Сакуры гудела от боли. Из-за предстоящей помолвки, которая пока хранилась в секрете, она напрочь забыла о многочисленных делах в компании, порученных ей Какаши. Все должно было быть готово до его приезда. — Всего лишь... не выспалась, — тихо ответила Сакура. — Позже отдохнешь в мягкой постели. Но сейчас нас ждут! — Наруто открыл дверь машины и протянул Сакуре руку. Девушка обратила внимание на его яркий образ, который полностью соответствовал его стилю. На нем был идеально сшитый темно-янтарный костюм, под пиджаком которого виднелась черная рубашка, расстегнутая на две пуговицы и открывающая вид на его широкую грудь. Если бы у Сакуры не было определенных предпочтений в мужчинах, она бы уже давно встречалась с Наруто. Они стали близкими друзьями ещё в академии, их дружба пережила бесчисленные шалости, приключение и секреты. С Наруто у нее была такая связь, которую нелегко было найти в других людях, она ценила его веселый нрав и безграничную преданность. — Ты прекрасно выглядишь, — сказал Наруто, помогая ей выйти из машины. Кратким «спасибо» она поправила подол черной шелковой юбки с элегантным разрезом спереди. Верхняя часть, такого же цвета, подчеркивала ее изящное тело и открывала тонкую талию благодаря короткой водолазке. Взяв Наруто под руку они направились к величественному зданию, чей фасад из сверкающего белого мрамора и огромные панорамные окна с голубоватым оттенком превращали это место в архитектурную достопримечательность Нью-Йорка. — Кажется, ты сегодня настроен на романтику, — заметила Сакура, с улыбкой глядя на Наруто. Она всегда была в курсе его любовных похождений, но он без утайки делился с ней своими переживаниями и не раз приходил за советом. — Не спеши, — игриво улыбнулся Наруто, его взгляд отражал солнечный свет. — Я еще не планирую расставаться со своей холостяцкой жизнью, как ты.  — О чем ты? — опешила Сакура, остановившись на месте. — Разве ты не помнишь, что писала мне вчера — усмехнулся Наруто, вынимая телефон и показывая Сакуре длинную переписку. Сакура, оправившись от шока, быстро пролистала сообщения и увидела одиннадцатиминутное голосовое сообщение, в котором она выплеснула все свои эмоции. Действительно, Сакура была очень откровенна, когда выпивала: то плакала, то смеялась, переживая все разом. Впрочем, тому была веская причина: не каждый день тебе делают предложение руки и сердца. Наруто убрал телефон и с легким ехидством добавил: — Ты даже не представляешь, как увлекательно было слушать это в три часа ночи. В тот вечер ее память отшибло после третьего бокала вина, которым она хотела отпраздновать внезапно свалившееся на нее счастье. По-видимому, она переоценила свои силы. — Лучше бы ты меня заблокировал, чем слушал этот пьяный разговор, — осознав, что Наруто стал свидетелем ее вчерашних откровений, Сакура закрыла лицо рукой, скрывая смущение.  — С одной стороны, я рад за тебя — задумчиво проговорил Наруто. — Но этот тип мне совершенно не по душе — признался он, пристально глядя на нее.  Сакура с удивлением посмотрела на него, ее длинные черные ресницы затрепетали. Мысли вновь понеслись к тому дню, что оставил неизгладимый след в душе Наруто и сформировал его особое отношение к Какаши. Тогда Наруто, желая получше узнать Какаши, предложил ему сыграть партию в бильярд за кружечкой пива. В тот же день она получила звонок от Наруто, с его окончательным вердиктом по поводу ее бойфренда, назвав его не иначе как «гламурным подонком». Сакура до сих пор терялась в догадках, учитывая, что никто из них так и не рассказал, что между ними произошло. — Я так и не узнаю, что случилось между вами?  — Я расскажу… когда выпью столько же, сколько ты вчера, — рассмеялся он, беря ее под руку и направляя к сверкающему входу в музей.  Мысль напоить его, чтобы успокоить свою внутреннюю тревогу, промелькнула в её голове.  Ступая рядом с его широкими шагами, они вошли в сияющую галерею, где современное искусство обретало жизнь. Вокруг них мерцали экспонаты, искусно освещенные мягким, ласкающим светом. Выставку посещали именитые творцы и элегантные бизнесмены, придавая мероприятию атмосферу оживления и шика.  В гуще собравшихся Сакура заметила своего друга, вежливо беседующего с директором музея.  Приблизившись, Сай представил Сакуру и Наруто Сэму Ли, с которым недавно сотрудничал над предстоящей выставкой. Сакура хорошо знала этого человека —  личность более противоречивую трудно было себе вообразить. Его имя часто мелькало в светской хронике, порождая многочисленные слухи и сплетни. — Рад знакомству! Вы, должно быть, из числа почётных гостей на сегодняшнем открытии, —  Сэм Ли, пожав руку Наруто, одарил его улыбкой, в которой вежливость соседствовала с едва заметной натянутостью. Обратившись к Сакуре, он с подчеркнутой галантностью добавил: — Приятно познакомиться, мисс Харуно. Сакура изящно склонила голову, но в её глазах мелькнуло недоверие. Она почувствовала фальшь в его учтивости. Её интуиция подсказывала, что за показной вежливостью скрывается что-то большее. Сай, незаметно наблюдавший за происходящим, едва уловимо улыбнулся, стараясь скрыть лёгкое веселье. Ему показалось забавным замешательство Наруто перед подчеркнутой любезностью влиятельного мецената.   — А ты хорошо поднялся, Сай, — Наруто осматривался. Его глаза сверкали от роскоши, он одновременно гордился и был потрясён успехом друга. — Впереди нас ждёт ещё большее, — уверенно заявил директор, обнимая Сая за плечи слишком долго и слишком крепко. — Сай-кун достигнет небывалых высот. Неловкая пауза повисла в воздухе после навязчивого объятия, прежде чем директор продолжил, его взгляд, холодный и немного пустой, скользнул между Наруто и Сакурой: — Мы только что обсуждали несколько проектов, и я с радостью готов ему помочь. — Вы планируете спонсировать мои работы? — прямо спросил Сай, заметив напряженные лица друзей. Директор пристально посмотрел на Сая и ответил с широкой, немного вымученной улыбкой, где уголки губ неестественно застыли, а глаза оставались холодными: — С сегодняшнего дня наше сотрудничество будет успешным.   В его голосе звучала уверенность, граничащая с бесцеремонностью. Он взял бокал шампанского, который только что поднёс официант. — Пожалуйста, угощайтесь. Сакура взяла бокал, но даже не притронулась к нему, сжимая его так сильно, что костяшки побелели. Она наблюдала за Саем, замечая его воодушевление, и тревога сжимала её сердце. Страх за друга смешивался с бессильной яростью.  Жалость терзала её, и чувство полной беспомощности давило на неё. Она знала Сая – его скрытую уязвимость, его тонкое чувство достоинства, которое сейчас, казалось, грубо попирали. — Надеюсь, всё пройдёт так, как вы задумали, — произнесла Сакура, с трудом подавляя дрожь в голосе. — И позвольте пожелать вам удачи в предстоящем судебном разбирательстве. Её улыбка была натянута, словно тонкий лёд на треснувшей поверхности водоёма. Наруто едва не подавился шампанским. Немногие знали о приближающемся процессе по делу Танака Кендзи, молодого художника, обвинившего Сэма Ли в домогательствах. Сакура, едва заметно улыбнувшись, бросила свой намёк, острый, как кинжал. Господин Ли не отреагировал на её слова, но Сакура заметила, что он всё понял. Он кивнул и тихо сказал: — Не стоит придавать значения слухам. В наше время доверие — большая редкость. На лице Сая не отразилось ни малейшего сомнения. Он был поглощён перспективой успеха, словно не замечая, или предпочитая не замечать, тревожные знаки. Или, быть может, он знал о тёмном прошлом директора, но был готов закрыть на это глаза ради заветного шанса.  Его молчание говорило само за себя. Директор Ли, прерывая тягучую паузу, бросил: — Что ж мы медлим? Полюбуемся же на творения сегодняшнего дня! Его седые волосы едва шелохнулись, когда он направился к экспозиционным панелям, уставленным масштабными полотнами. Сай последовал за ним. Наруто незаметно приблизился к Сакуре и прошептал: — Ты тоже это заметила? Меня беспокоит Сай. Его поведение… странное. Этот старик тоже вызывает вопросы, но Сай… — Сейчас любые слова бесполезны, — она смотрела ему вслед, понимая безнадёжность ситуации, — Он слишком сосредоточен на своей цели. Наруто сжал губы в тонкую, напряженную линию. Он переживал за друга и мысленно решил взять на себя ответственность за дальнейшее решение, сохраняя внешнее спокойствие. Они подошли к огромному освещённому полотну, где уже стоял экскурсионный гид. Девушка начала свою лекцию, знакомя публику с автором. Мягкий свет, исходящий от полотна, падал на лица собравшихся. Сакура, завороженная, рассматривала одну из лучших работ, которые ей когда-либо доводилось видеть. На мрачном пейзаже, окутанном призрачной дымкой, стояла фигура человека, словно вырывающегося из самой тьмы. Его силуэт, обрамлённый небесным светом, казался тлеющим. Но вместо тепла исходило жжение,  неумолимое распадающееся дыхание пламенных языков. Это было не просто изображение тела, а метафора внутреннего горения, страстного поиска смысла в хрупкой человеческой натуре. Белые, нежные цветы вокруг него резко контрастировали с беспощадным пламенем, охватывающим фигуру. Они символизировали хрупкую связь с жизнью, чистоту и надежду, даже перед лицом неминуемого конца. Картина вызывала тревогу: человек стоял на грани двух миров – мира яви, с его радостями и страданиями, и мира, где внутренние демоны готовы поглотить его. В этом огненном слиянии с пейзажем скрыт глубокий смысл: личные битвы, обжигающие нас, могут и должны стать катализатором перемен. Каждый штрих говорил о том, что даже в самой темной ночи можно найти свет, если мы готовы принять всё, что нас формирует – страхи, потери, стремления – всё то, что, подобно пламени, способно и сжигать, и освещать путь к самопознанию. — Это прекрасно, Сай, —  прошептала Сакура, поражённая. — Спасибо, — ответил Сай, незаметно подходя к ней, легкая улыбка тронуло его губ. Он поправил галстук, взглядом ища директора Ли, который, казалось,  недоумевающе беседовал с каким-то знакомым, совершенно игнорируя лекцию. — Пол года ушло на эту работу. Довольно быстро, даже для меня. Но спешка здесь была бы неуместна. Сакура, рассматривая его точёный профиль, заметила: — Такие работы обычно создаются годами. — Возможно, — согласился Сай, — Но я доволен результатом.  — Интересно, за сколько оценят картину на аукционе? — Наруто буквально влетел между ними, хватая их под руку, Сакура чуть не влепила ему по лбу за глупый вопрос. — Цена может колебаться от нескольких миллионов до нескольких сотен миллионов долларов, — поддержал тему Сай, забавляясь от реакции Наруто, у которого от таких цифр отвалилась челюсть. — Здесь представлены самые ценные работы за последние двадцать лет.  Наруто, приложив руку к подбородку, задумался, выглядя так, словно планировал ночное ограбление музея. Сакура закатила глаза, легонько ущипнула его и коротко бросила друзьям: «Идёмте дальше». Рядом, перед следующим экспонатом, собралась толпа. Многие снимали на телефоны, другие слушали гида. Сакура, приближаясь, прищурилась: тёмное полотно почти ничего не показывало. — Мрачновато, — заметил Наруто. — О ней недавно узнали, — сказал Сай, остановившись с ними на некотором расстоянии от толпы. —  Невероятно, как художник смог передать такую человеческую боль… Сакура приглядывалась к тёмному силуэту, испытывая противоречивые чувства. Картина вызывала сильное, тревожное ощущение: страх, дискомфорт, даже  соучастие. Искажённое, страдающее лицо будоражило её.  На полотне было изображено лицо, перекошенное яростью и отчаянием. Интенсивные эмоции, переданные искажёнными чертами и яркими цветами, казались отражением внутренней борьбы или противостояния с миром.  Болезненные, полные гнева глаза искажали реальность, создавая атмосферу напряжения. С интригой Сакура пыталась вспомнить, где уже видела подобный образ. Возможно, это было что-то из её жизни,  внутренний конфликт или событие, затронувшее близких. На неё накатила волна ностальгии, смешанная с лёгким раздражением от неуловимого воспоминания. Приблизившись, она увидела детали, которые раньше могли бы оттолкнуть, но теперь казались знакомыми. Возможно, картина напоминала ей о ситуации, когда она чувствовала себя потерянной или неуслышанной. Она увидела в ней зеркало собственных эмоций и борьбы. Погружённая в свои мысли, Сакура не заметила, как друзья, обсуждая другие работы, отошли. Тишина повисла в воздухе, лишь едва слышный шепот, казалось, исходил от самих картин. Внезапно, на периферии зрения, она заметила высокого брюнета, застывшего перед полотном. Сакура невольно залюбовалась его мужественным профилем. Они остались вдвоем, оба словно захваченные одинаковым эмоциональным воздействием картины.  — Сакура? Она обернулась на голос. Это уже не первый раз, когда она застывала в таком оцепенении, переполненная эмоциями. Сай, заметив, куда был направлен её взгляд, посмотрел туда же, но никого не обнаружил. — Кого-то узнала? — Что? Нет, вижу впервые! — голос её звучал рассеянно. Снова посмотрев на полотно и не найдя имени художника на табличке, она спросила: — Ты не знаешь, кто автор? — Только то, что картина была найдена при неблагоприятных обстоятельствах, — ответил он, скрестив руки на груди. Сай посмотрел на Сакуру; её любопытство было очевидно. Вздохнув, он добавил: — Подробностей я не знаю. Известно лишь, что автор — женщина, и её уже нет в живых.  Сакура всё ещё смотрела на картину, очарованная и немного потрясённая её неожиданным воздействием. Она не могла вымолвить ни слова, словно отходя от лёгкого шока. — Так и прёт загадочностью, — неожиданно вклинился Наруто, отпивая текилу через трубочку. Уже который раз он так неожиданно появлялся, словно приведение. — Не беспокойтесь обо мне, — Сай обратил на себя внимание. Наруто и Сакура уловили суть его слов. — С господином Ли будет заключён договор. Если что-либо меня не устроит, я его разорву. — Зачем вообще иметь с ним дело? — взорвался блондин, приближаясь к другу. — У тебя и так всё в избытке, скоро потолок пробьёшь от богатства! День начался пасмурно и угрюмо.  Выбор публичного места для выяснения отношений оказался крайне неудачным. Сакура собиралась утихомирить Наруто, но внезапно зазвонил её телефон. Увидев имя подруги на экране, она словно получила удар электрическим разрядом — вспомнила о предстоящем через пятнадцать минут собеседовании. Она раздражённо цокнула языком, бросила телефон в сумочку и подошла к парням. Наруто уже успел сделать Саю выговор, он мастерски читал мораль, несмотря на сопротивление брюнета. — Прекратите немедленно! — строго, но шёпотом, сказала девушка, прикоснувшись к руке Наруто. — Продолжите свой разговор в другом месте. Мне нужно уйти, срочно. Без всяких объяснений, Сакура быстро передала бокал нетронутого шампанского ошеломлённому блондину и, кокетливо улыбнувшись, бросила на прощание: «Пока». Наруто и Сай переглянулись, ничего не понимая. Сакура стремительно вылетела из здания, грациозно балансируя на высоких каблуках. Парковка представляла собой хаотичное море автомобилей; поиск собственного внедорожника занял бы слишком много времени, поэтому, активировав дистанционный запуск, она быстро определила его местоположение и, сев за руль, покинула парковку. Телефон вибрировал от множества уведомлений. Между взглядами на дорогу, она пробежала глазами сообщения от Какаши, потратив несколько мгновений на осмысление прочитанного. Какаши вернется в Нью-Йорк лишь через две недели. Это означало, что ей предстоит двойная нагрузка, что, признаться, не очень обнадеживало. «Будет весело», — с грустью подумала она. Ей никогда не приходилось так надолго расставаться с Какаши. Они проводили много времени вместе, как на работе, так и дома. Теперь же возвращаться в пустой дом было ей непривычно. Оставалось всего несколько кварталов до офиса. Нужно было немедленно включиться в работу. Даже времени поразмыслить о прошедших событиях не было. У Сакуры скопилось множество вопросов, ответов на которые никто толком не знал. Потянувшись к соседнему пассажирскому месту, она схватила папку с указаниями для работы на сегодня. Быстро пробежав глазами по тексту, она удивилась: человек, который нынче придет на собеседование, стремится занять должность старшего архитектора. Сакура усмехнулась и отложила папку. Эта должность была самой ответственной в их работе; никто долго не задерживался на ней. «Будет очень весело», — с усмешкой подумала она. Подъехав к работе и быстро припарковавшись, Сакура зашла в застекленное трёхэтажное здание. Просторный холл с панорамными окнами словно приглашал внутрь. Офис располагался в оживлённом деловом центре. Его фасад, сочетающий изогнутые и строгие линии, создавал динамичное и гармоничное впечатление. Гладкие поверхности, облицованные стеклом и металлом, отражали окружающий пейзаж, создавая игру света и тени. Глубокий синий, контрастирующий с белым и разбавленный акцентами зелёного, создавал современный и стильный облик здания. Вокруг раскинулся ухоженный газон с аккуратно подстриженными кустарниками и декоративными деревьями, гармонично дополняя архитектуру. Лифт бесшумно поднимался на самый верхний этаж, и в нем царила спокойная атмосфера. Сакура неторопливо подошла к зеркалу и изящно обвела губы помадой. Затем, легкими похлопывающими движениями подушечек пальцев, она растушевала её, придавая образу завершённый вид. Проведя рукой по своим роскошным розовым локонам, она поправила причёску, которая струилась по плечам. Оценив их длину, Сакура задумалась о том, не пора ли сделать стрижку. Когда лифт наконец остановился, её взгляд встретился с лицо Ино, глубоко сосредоточенным, но в то же время полным ожидания. — И где ты пропадала? —  спросила Ино, протягивая папку с резюме. Её интонации были скорее любопытными, чем укоризненными. — Была на выставке Сая, с Наруто, — ответила Сакура, принимая папку.  Ино едва заметно приподняла бровь, удивлённо глядя на Сакуру. Последняя почувствовала, как внутри неё зашевелилось волнение. Ино не была приглашена на выставку, и Сакура уже морально готовилась к возмущениям подруги. — Отлично! — Ино слегка пожала плечами, стараясь скрыть за притворной улыбкой либо обиду, либо волнение из-за отсутствия внимания со стороны Сая. — Как прошло всё? — Замечательно — честно призналась Сакура. — Там царила особая атмосфера. Ей было немного странно, что Сай не пригласил Ино. Их отношения складывались вполне естественно: они часто встречались в компании друзей, и порой казалось, что их общение переходит границы простой дружбы. А сейчас — ни приглашения на его персональную выставку. Сакуре пришла в голову мысль, что он мог просто забыть об этом, но в глубине души она всё равно ощущала лёгкое и неприятное чувство неловкости. Неужели что-то изменилось? — Тебя, кстати, уже ждут, — произнесла Ино, прервав её размышления. С легким, почти незаметным напряжением в плечах, Сакура уверенно направилась к кабинету.  — Надеюсь это будет не очередной додик — пробормотала Сакура.  — Этот посерьёзнее будет, — промурлыкала Ино, томно вздыхая ей в спину. Собеседование на должность ведущего архитектора — рутинная, хотя и важная процедура. Она хорошо могла представить, что её ждёт, но каждый шаг в тишине коридора был размеренным и сосредоточенным. Ручка двери ловко блеснула под мягким светом. Дверь отворилась, и Сакура застыла, словно окаменев. В просторном кабинете, окутанном полумраком, сидел в кресле, расслабленно откинувшись, — темноволосый брюнет, с резкими, словно высеченными из мрамора, чертами лица и взглядом, который ещё двадцать минут назад только мелькнул среди толпы на выставке. Она не успела тогда и взгляда на него бросить, лишь краем глаза  заметила среди множества лиц. Но сейчас…  Сейчас воздух наполнился напряжением, а волнение Сакуры сменилось немым удивлением и неопределенным предчувствием. Закрыв за собой дверь, Сакура сглотнула, чувствуя, как сухой ком застревает в горле. Их взгляды встретились — его пронзительный, необычайно притягательный взгляд заставил её замереть.