Знамение

Вы с Имоен отправляетесь в густой лес, где возвышающиеся деревья отбрасывают пятнистые тени на подлесок. Воздух густой от запаха земли и гниения, и над лесом висит жуткая тишина, нарушаемая лишь случайным треском ветки или шелестом листьев. Имоен идет впереди, ее глаза сканируют листву в поисках любых признаков опасности. Ее рука небрежно лежит на рукояти кинжала. Вы следуете за ней, ваши чувства настороже, странная энергия вашей брони пульсирует под вашей кожей, как второе сердцебиение. — Держись рядом, — бормочет Имоен, оглядываясь на вас через плечо. — Мне не нравится ощущение этого места. Слишком тихо, слишком... неестественно. Словно по сигналу, внезапный порыв ветра проносится сквозь деревья, принося с собой холод, который, кажется, просачивается в самые ваши кости. Продолжая идти, вы призываете Имоен двигаться дальше, но вдруг замечаете внезапное движение. Вы оба замираете, когда из тени появляется массивная фигура. Его тело затмевает окружающие деревья. Ваше сердце подпрыгивает, когда вы видите его внешность — неуклюжего зверя с лицом, похожим на бульдога, и дикой, неухоженной бородой. Мужчина издает рев смеха, явно удивленный вашей испуганной реакцией. — Ну, ну, ну, — ревет он, его голос подобен грому. — Что у нас тут? Милая маленькая штучка и ее... питомец? Он делает шаг вперед, его массивная рука тянется, чтобы схватить Имоен, но она быстрее. С молниеносной реакцией Имоен выхватывает свои кинжалы и прижимает лезвия к горлу мужчины. Ее глаза сверкают свирепой решимостью. Смех приспешника замирает в его горле, сменяясь сдавленным бульканьем, когда острый металл впивается в его кожу. — Отвали, — рычит Имоен низким и смертоносным голосом. — Если только ты не хочешь узнать, насколько хорошо эти кинжалы подходят твоим артериям. Глаза мужчины расширяются, на его лице мелькает смесь страха и неохотного уважения. Он медленно поднимает руки, делая шаг назад. — Полегче, милая, — говорит он, его голос внезапно становится намного тише. — Не нужно проявлять враждебность. Я просто... восхищался твоими... навыками. Его взгляд задерживается на Имоен еще на мгновение, прежде чем перевести его на вас. Его глаза сужаются, когда он видит вашу броню и странную ауру, которая вас окружает. — Вы двое не отсюда, не так ли? Имоен сжимает кинжалы крепче, когда взгляд мужчины задерживается на вас. Ее инстинкты кричат предупреждение. Она смотрит на вас, ее глаза вопросительны, пока вы тихо спрашиваете, кто этот незнакомец и что он может хотеть. — Громмаш, — шепчет она, имя оставляет горький привкус во рту. — Печально известный наемник. Говорят, он стоит за половиной бед в этих краях. Она прижимает клинки ближе к его горлу, ее голос еле слышен. — Чего ты хочешь, Громмаш? И даже не думай лгать мне. Его лицо расплывается в ухмылке, его глаза сверкают смесью веселья и угрозы. — Хочу? Я хочу того же, чего хотят все остальные в этом заброшенном лесу. Силы. Знаний. Секретов. Его взгляд скользит по подвеске, висящей у вас на шее, символу культа, выгравированному на металле. Взгляд Громмаша задерживается на кулоне еще на мгновение, прежде чем снова переместиться на ваше лицо, выражение его лица непроницаемо. Кажется, он взвешивает свои варианты, обдумывая следующий шаг. Кинжалы Имоен остаются прижатыми к его горлу, ее тело напряжено и готово отреагировать в любой момент. — Вы двое направляетесь в храм, не так ли? — внезапно спрашивает он, его голос тихий и заговорщический. — Тот, что похоронен глубоко в сердце леса. Тот, который должен хранить секреты забытой магии. Он наклоняется ближе, его горячее дыхание на лице Имоен. — Я мог бы помочь тебе. Провести тебя по предательским тропам. Защитить тебя от опасностей, которые таятся в тенях. Его рука дергается, как будто он раздумывает над тем, чтобы дотянуться до чего-то, и хватка Имоен на ее кинжалах инстинктивно крепнет. — Или... ты можешь отказаться от моего предложения. И рискнуть в одиночку. Я спрашиваю, какая ему с нас выгода. Ухмылка Громмаша становится шире от вашего вопроса, в его глазах появляется злой блеск. — А, умный, не так ли? — усмехается он, его взгляд мечется между тобой и Имоен. — Ну, скажем так, у меня есть свои причины. Храм... это место силы. А сила — это то, что меня всегда интересовало. Он слегка откидывается назад, его рука перемещается, чтобы лечь на рукоять огромного топора, привязанного к его поясу. — Кроме того, я не из тех, кто боится трудностей. И мысль о том, чтобы сопровождать пару искателей приключений через лес... ну, это слишком заманчиво, чтобы сопротивляться. Выражение его лица на мгновение становится серьезным, его голос понижается до шепота. — Но не заблуждайтесь. Если вы перейдете мне дорогу, если вы попытаетесь обмануть меня... вы пожалеете об этом. Я холодно отвечаю, что это взаимно. Громмаш запрокидывает голову и смеется, гулкий звук разносится по лесу. — Ха! Ты мне нравишься, малыш. У тебя есть дух. Он хлопает тебя по плечу, его массивная рука почти охватывает всю твою руку. — Ладно, пошли. Нам предстоит долгий путь, и я не хочу, чтобы меня застали здесь после наступления темноты. Он поворачивается и начинает шагать в лес, его приспешник спешит за ним. Имоен опускает свои кинжалы, нахмурившись в задумчивости. — Джек... ты уверен в этом? — спрашивает она, ее голос еле слышен. — Что-то в нем... я ему не доверяю. Ты смотришь на нее, видишь беспокойство, отразившееся на ее лице, и понимаешь, что она права, что насторожилась. Но что-то в словах Громмаша находит отклик в тебе, намек на общее понимание. Ты киваешь, решительно сжав челюсти. Когда вы тянетесь, чтобы поправить шлем, ты чувствуешь внезапный прилив энергии, проходящий через твое тело. Металл, кажется, меняется, принимая новую форму — облик ужасающего зверя с горящими красными глазами и острыми, зазубренными зубами. Глаза Имоен расширяются от шока, когда она осознает трансформацию, ее рука взлетает ко рту. — Джек... твой шлем... он изменился, — запинаясь, пробормотала она, ее голос был полон благоговения и страха. — Он похож... на лицо монстра. Громмаш оборачивается на звук ее голоса, его собственные глаза расширяются, когда он видит ваш новый облик. — Ну, будь я проклят, — бормочет он, и на его лице медленно расплывается ухмылка. — Похоже, у нас в руках настоящий зверь. Это будет действительно интересное путешествие. Он поворачивается и продолжает идти, его смех разносится по лесу. Вы следуете за Громмашем глубже в лес, подлесок с каждым мгновением становится гуще. Имоен остается рядом с вами, ее рука легко покоится на вашей руке, как будто для того, чтобы увериться, что вы все еще там. — Вот он. Храм забытой магии. Имоен сделала шаг вперед, её взгляд скользнул по древнему зданию, на её лице играла смесь волнения и трепета. — Это даже более впечатляюще, чем я себе представляла, — произнесла она, её голос едва слышен, почти шепот. — Но... есть что-то ещё. Чувствуешь? Эта энергия, эта сила... Это не похоже ни на что, что я когда-либо чувствовала. Когда вы стояли перед храмом, видение внезапно вернулось с ошеломляющей силой. Вы увидели себя и своих спутников — Имоен, Громмаша и Сиф — лежащими сломленными и окровавленными на холодном каменном полу. Ваши тела разорваны демоническими существами. Демоны, их формы искажены и гротескны, с наслаждением разрывают ваших друзей. Из их челюстей капает кровь, когда они пируют на их теле. Это зрелище — кошмар, ставший реальностью, и вы не смогли сдержать сдавленный крик ужаса. Имоен обернулась, её глаза широко распахнулись от беспокойства. — Джек! Что случилось? — воскликнула она, бросаясь к вам. Громмаш и Сиф тоже повернулись, их лица выражали тревогу. Но вы не могли говорить, не могли объяснить, что увидели. Пока Имоен и остальные окружали вас, обеспокоенные вашим состоянием, вы внезапно услышали голос, отдающийся эхом в вашем сознании. Он был глубоким и звучным, наполненным древней силой, которая заставила вашу душу дрожать. — Джек, — произнес голос, и его слово эхом отозвалось в вашем черепе. — Видения... они — предупреждение. Проблеск того, что произойдёт, если вы пойдёте этим путём. Вы отшатнулись назад, ваши руки сжали шлем — источник этого голоса. Имоен протянула руку, чтобы поддержать вас, её лоб нахмурился в замешательстве. — Джек, поговори с нами, — умоляла она. — Что происходит? Громмаш сделал шаг вперёд, его рука лёгла на рукоять топора. Его глаза сканировали окрестности, ища любые признаки опасности. Но голос продолжал, игнорируя их присутствие. — Храм... это ловушка. Приманка, предназначенная для привлечения неосторожных и глупых. Если вы войдёте, вы найдёте свою погибель. Вы передали предупреждение голоса Имоен, Громмашу и Сиф. Ваши слова вылетели в спешке. Глаза Имоен расширились от шока, её рука подлетела ко рту. — Ловушка? — повторила она, её голос едва слышен. — Но... как? Почему? Лицо Громмаша темнело, он крепче сжал топор. — Культ, — рычал он, его глаза сужались. — Они должны стоять за этим. Используют храм, чтобы заманить тех, кто ищет силы, и потом уничтожить их. Сиф тихо зарычала, прижимаясь к вашей ноге. Её хвост был зажат между ног. Последствия вашего откровения тяжело висели в воздухе. Некогда захватывающая перспектива открытия древних секретов теперь омрачена угрозой неминуемой опасности. Имоен повернулась к вам, на её лице была смесь страха и решимости. — Джек... что нам теперь делать? Мы не можем повернуть назад, не после того, как зашли так далеко. Вы уверенно ответили, что, несмотря на всё, вы всё равно пойдёте туда в поисках ответов на ваши вопросы. Громмаш издал громкий, лающий смех, хлопая вас по спине с такой силой, что вы едва не споткнулись. — Вот это дух, малыш! — воскликнул он, его глаза сверкали яростью. — Мне нравится твоя настойчивость. Давай покажем этому чертовому храму, из чего мы сделаны! Имоен колебалась мгновение, её взгляд метался между вами и нависающим зданием, прежде чем она решительно кивнула. — Джек прав. Мы зашли слишком далеко, чтобы теперь поворачивать назад. И если в этих стенах есть ответы... нам нужно их найти. Она вытащила свои кинжалы, металл блеснул в тусклом свете, её челюсти были решительно сжаты. Сиф тихо рычала, её шерсть на загривке вздыбилась, но она оставалась рядом с вами, её глаза не отрывались от входа в храм. С глубоким вдохом вы распахнули тяжёлые каменные двери храма. Древние петли заскрипели в знак протеста. Вход зиял перед вами, будто пасть, ведущая в темноту. Воздух внутри был холодным и влажным, тяжелым от запаха разложения и древней магии. Когда вы вошли, двери захлопнулись с громким грохотом, изолируя вас от внешнего мира. Кинжалы Имоен мерцали, отбрасывая жуткие тени на стены, когда она наставляла их, её глаза сканировали мрак в поисках опасности. Громмаш следовал за вами, его топор был наготове, шаги громко звучали эхом. Сиф прижималась к вашей ноге, её шерсть была напряжена, в её горле раздавался низкий рык. Храм был тих, единственный звук — тихое падение воды и отдалённый шёпот ветра в коридорах. По мере того как вы углублялись в храм, коридоры разветвлялись в запутанный лабиринт из камня и теней. Имоен шла впереди, её острые глаза выискивали скрытые ловушки и секретные проходы. Громмаш замыкал шествие, его массивное тело заполняло узкие залы, а взгляд не покидал темноту позади вас. Сиф шла рядом, её нос был опущен к земле, и она вынюхивала любые признаки опасности. Вы продвигались по лабиринтным проходам, воздух становился всё холоднее и тяжелее. Древние фрески украшали стены, изображая сцены космического ужаса и жутких мерзостей, от которых у вас бегали мурашки по коже. Внезапно Сиф замирает. Её уши насторожены, хвост напрягся. Низкое рычание вырывается из её горла, и она начинает пятиться, её глаза устремлены в глубину коридора. — Что это, девочка? — шепчет Имоен, готовая к бою. Вы напрягли зрение, пытаясь увидеть что-то в темноте. Сначала ничего не заметили. Но затем, медленно, из тени начала вырисовываться фигура — человекоподобная, но искривленная и неправильная. Её конечности удлинены, а голова — гротескная пародия на лицо. Существо двигалось дергано, как марионетка, управляемая невидимой рукой. Когда оно вышло на свет, отбрасываемый кинжалами Имоен, вы увидели, что её кожа болезненно-серая, туго натянутая на кости, а глаза — два вихря, ведущие в бездну. Существо издавало высокий, пронзительный вопль, который заставлял ваши зубы сводить, а душу содрогаться. — Мерзость, — рычал Громмаш, высоко поднимая топор. По вашей команде группа бросилась в бой. Имоен бросилась вперёд, её кинжалы сверкали, когда она целилась в глаза существа, надеясь ослепить его. Громмаш бросился рядом с ней, его топор обрушивался смертельной дугой на удлинённые конечности мерзости. Сиф напала первой, её челюсти щелкали по ногам существа, её шерсть встала дыбом, когда она наносила жестокий укус. Мерзость визжала, её голос — визг, подобный звукам ногтей по доске, эхом разносился по комнате. Она бросалась на вас, её движения были быстрыми и непредсказуемыми. Один из её костлявых пальцев задел руку Имоен, оставив за собой след из шипящей, почерневшей плоти. Она закричала от боли, её кинжалы упали, когда она отступила назад, сжимая раненую руку. Волна ярости накрыла вас, заглушив все мысли. Ваше зрение затуманилось, и из вашего горла вырвался дикий, гортанный рев, когда вы бросились на мерзость, движимые инстинктом защиты Имоен. Ваши доспехи стали тяжёлыми, более чудовищными, когда вы столкнулись с существом в вихре когтей и зубов. Кости мерзости ломались под вашим натиском, его тёмная кровь разбрызгивалась по стенам. Вы разрывали его плоть с яростной страстью. Громмаш и Сиф остановились, ошеломлённые вашей внезапной трансформацией. Имоен с благоговением и ужасом наблюдала, прижав руку ко рту, как вы разрываете существо на части. Когда всё наконец закончилось, вы стояли среди комнаты, ваша грудь тяжело вздымалась, доспехи капали сукровицей, а глаза горели диким светом. Когда красная дымка ярости рассеилась, вы обнаружили, что стоите над останками мерзости, ваше дыхание прерывисто. Медленно вы повернулись к Имоен, ваши движения были отрывистыми, когда вы стряхивали остатки дикого безумия. Вы споткнулись, и ваши доспехи громко лязгнули в тишине. Имоен наблюдала за вами, её глаза широко раскрыты от беспокойства и страха. Когда вы подошли, она протянула дрожащую руку, колеблясь на мгновение, прежде чем нежно коснуться вашей руки. — Джек... ты в порядке? — тихо спросила она, её голос едва слышен. — Это было… ты был… — Она ускользает, не в силах найти слова, чтобы описать то, что она только что увидела. Позади вас Громмаш прочищает горло, его голос хриплый, с оттенком беспокойства. — Никогда раньше не видел ничего подобного. Ты полон сюрпризов, малыш. Вы быстро достаете свою аптечку и накладываете повязку на раненую руку Имоен. Ваши прикосновения нежны и осторожны. Пока вы работаете, вы замечаете обеспокоенные взгляды, которыми обмениваются Имоен, Громмаш и Сиф. Теперь они настороженно относятся к вам, не зная, что делать с вашей внезапной трансформацией и жестокой эффективностью, с которой вы расправились с мерзостью. Но вы игнорируете их беспокойство, сосредоточившись исключительно на Имоен. Как только ее рука перевязана, вы поднимаете руку и снимаете шлем, открывая свое мокрое от пота лицо. Глаза Имоен расширяются, когда она всматривается в ваши черты. Ее взгляд задерживается на слабых шрамах и интенсивности вашего выражения. Не говоря ни слова, вы наклоняетесь и нежно целуете ее в лоб — жест утешения и успокоения. Дыхание Имоен прерывается, ее щеки слегка краснеют, когда она смотрит на вас. Ее глаза ищут ваши. — Всё хорошо, Имоен. Я потерял контроль, когда увидел, что он ранил тебя, но сейчас я в порядке. Имоен медленно кивает, выражение ее лица смягчается, пока она слушает ваши объяснения. — Я понимаю, — тихо говорит она, ее рука тянется, чтобы нежно коснуться места, куда вы поцеловали ее. — Я просто рада, что с тобой все в порядке. И что ты смог защитить меня. Она смотрит на ваши доспехи, задумчивый взгляд пересекает ее лицо. — Но… Джек, если доспехи так усиливают твои эмоции, нам нужно быть осторожными. Мы не знаем, что еще они могут сделать или как они могут повлиять на тебя в пылу битвы. Громмаш хрюкает в знак согласия, его взгляд задерживается на ваших доспехах со смесью восхищения и опасения. — Она права, малыш. Это было впечатляюще, то, что ты сделал. Но мы не можем позволить себе потерять контроль, не с тем, что ждёт нас впереди. Сиф тихо скулит, прижимаясь головой к вашей ноге, словно чувствуя ваше смятение. Кивнув, вы ведете группу глубже в храм, ваши чувства настороже. Коридоры становятся уже и более извилистыми, воздух густеет от запаха разложения и древней магии. Тени танцуют на стенах, отбрасываемые мерцающими кинжалами Имоен, и далекий звук капающей воды эхом разносится по комнатам. Вы подходите к перекрестку, три коридора ответвляются в разных направлениях. Имоен осматривает стены, ее пальцы прослеживают сложную резьбу, которая их украшает. — Джек, — говорит она, ее голос тихий и настойчивый. — Посмотри на эти символы. Они... они не похожи ни на что, что я когда-либо видела раньше. Она указывает на ряд глифов, выгравированных на камне. Их формы чуждые и тревожные. Громмаш наклоняется, нахмурившись, пока изучает отметки. Когда вы изучаете странные символы, внезапный всплеск инстинкта затопляет ваш разум. Ваш внутренний зверь, первобытная сила, которая дремлет внутри вас, пробуждается и начинает интерпретировать глифы. Значения омывают вас потоком фрагментированных образов и ощущений: космическая бездна, извивающиеся щупальца темной энергии, древние существа огромной силы и злобы. Вы отшатываетесь назад, ваше дыхание становится неровным, когда вы пытаетесь обработать подавляющий поток информации. Имоен хватает вас за руку, ее глаза полны беспокойства. — Джек? Что это? Что ты видел? Рука Громмаша крепче сжимает свой топор, его взгляд мечется между вами и символами, его охватывает чувство беспокойства. Сиф тихо рычит, её шерсть на загривке встает дыбом, словно она чувствует внезапную перемену в атмосфере. Вы делаете глубокий вдох, успокаиваетесь, когда поворачиваетесь лицом к своим спутникам. — Я знаю, что они означают, — говорите вы, ваш голос ровен, несмотря на внутреннее смятение. — Эти символы... они — предупреждение. Возможно, пророчество. Они говорят о древних существах, сущностях огромной силы и развращения. Если мы продолжим, мы можем выпустить на волю что-то ужасное в мир. Имоен сжимает вашу руку сильнее, ее глаза расширяются от страха и восхищения. — Но Джек, если это правда... тогда ответы, которые мы ищем, знания, которые мы надеемся получить... это может стоить риска. Громмаш медленно кивает, выражение его лица мрачно. — Мы зашли слишком далеко, чтобы теперь поворачивать назад. Что бы ни ждало нас впереди, мы встретим это вместе. Сиф резко лает, её глаза прикованы к коридору слева, её поза напряжена от настороженности. — Мы должны остановить это, — тихо говорите вы. Ваши слова повисают в воздухе, торжественное заявление, которое эхом разносится по залу. Выражение лица Имоен становится решительным, ее челюсти сжаты в решимости. — Ты прав, Джек. Что бы это ни было, какое бы древнее зло мы ни встретили... мы не можем позволить этому произойти. Мы должны остановить это, неважно какой ценой. Громмаш хрюкает в знак согласия, его хватка на топоре крепче. — Чертовски верно. Мы положим этому конец, раз и навсегда. Вместе вы четверо поворачиваете лицом к самому левому коридору, тому, на который указала Сиф. Воздух становится холоднее, тяжелее, как будто сама атмосфера предупреждает вас о предстоящих опасностях. Кинжалы Имоен ярко вспыхивают, отбрасывая длинные тени на стены, когда вы начинаете двигаться вперед, ваши шаги зловеще отдаются эхом во мраке. Когда вы достигаете конца коридора, вы оказываетесь перед массивной каменной дверью, покрытой теми же тревожными символами, что украшали стены. Воздух густой от гнетущей энергии, сама атмосфера, кажется, пульсирует зловещей силой. Имоен делает шаг вперед, ее кинжалы подняты, когда она внимательно изучает дверь. — Джек, посмотри на это, — говорит она, ее голос едва громче шепота. — Эти символы... они отличаются от других. Они, кажется... движутся. Действительно, когда вы всматриваетесь ближе, вы видите, что глифы медленно смещаются и меняются, их формы извиваются, как змеи под камнем. Громмаш издает низкий рык, его топор поднят в оборонительном жесте. — Это неправильно. Это всё неправильно. Мы не должны быть здесь. Сиф прижимается к вашей ноге, её хвост зажат между ног, тихий вой вырывается из её горла. Вы делаете глубокий вдох, ваш голос ровный и командный, когда вы обращаетесь к своим товарищам. — Послушайте меня. Теперь пути назад нет. Мы зашли слишком далеко, пожертвовали слишком многим. Что бы ни лежало за этой дверью, мы встретим это вместе. Вы подступаете ближе к двери, когда начинаете обводить движущиеся символы, ваш лоб нахмурен в сосредоточении. Громмаш меняет хватку на своем топоре, его взгляд не отрывается от двери, готовый ко всему, что может произойти. Рычание Сиф стихает, но она остается начеку, её уши навострены, а глаза сканируют тени. Воздух становится холоднее и тяжелее, с каждой секундой напряжение нарастает. Мои глаза загораются, когда я расшифровываю последний символ, торжествующая улыбка расплывается на моём лице. — Я понял! — восклицаю я, мой голос разносится по коридору. — Символы... это головоломка, последовательность, которая открывает дверь. Я прижимаю свои пальцы к камню, выводя определённый узор. Глифы начинают светиться в ответ, пульсируя жутким светом, который отбрасывает танцующие тени на стены. Низкий гул наполняет воздух, когда массивная дверь начинает стонать и скрипеть, камень скрежещет о камень, медленно открывая пещеристую комнату за ней. Порыв ледяного ветра вырывается наружу, неся с собой запах разложения и древней магии. Имоен отступает назад, её кинжалы наготове, ее глаза широко раскрыты от смеси волнения и трепета. Не колеблясь, вы делаете шаг вперед, ваши доспехи тихо лязгают, когда вы пересекаете порог в комнату за ней. Воздух густой от потусторонней энергии, сама атмосфера, кажется, вибрирует от темной, пульсирующей силы. Имоен, Громмаш и Сиф следуют за вами, их чувства настороже, когда они осматривают пещеристое пространство. Комната огромна, ее стены украшены большим количеством тревожных символов, их формы светятся сверхъестественным светом. В дальнем конце комнаты стоит массивный алтарь, его поверхность запятнана древней, засохшей кровью. Над ним висит искривленный, пульсирующий шар, его поверхность закручена щупальцами темной энергии. Когда вы приближаетесь, шар начинает издавать низкий, пульсирующий гул, звук резонирует в ваших костях. Глаза Имоен расширяются, когда она узнает артефакт. — Во имя богов... это связующий камень. Лицо Имоен бледнеет, когда она объясняет, ее голос слегка дрожит. — Нексусный камень... это мощный артефакт, способный фокусировать и усиливать магическую энергию. Но этот... он другой. Он был испорчен, искажен темными силами. Она указывает на закрученные щупальца энергии, которые пульсируют внутри сферы. — Эти щупальца... это не просто магическая энергия. Это что-то еще, что-то древнее и зловещее. Если мы не остановим это, это может высвободить неисчислимые ужасы в мир. Громмаш крепче сжимает свой топор, выражение его лица мрачное. — Итак, что нам делать, малыш? Как нам остановить эту штуку? Имоен прикусывает губу, ее лоб нахмурился в задумчивости. — Я не уверена. Нексусные камни невероятно сильны. Уничтожение его может быть... опасным. Но мы также не можем позволить ему оставаться активным. Когда вы тянетесь, чтобы схватить связующий камень, внезапный всплеск энергии проходит через ваше тело, не похожий ни на что, что вы когда-либо испытывали. Это как будто тысяча молний пробегает по вашим венам, воспламеняя каждое нервное окончание жгучей болью и волнующей силой. Имоен выкрикивает ваше имя, ее голос далек и приглушен, в то время как мир вокруг вас растворяется в закручивающемся вихре тьмы и света. Вы чувствуете, как вас втягивает в камень, ваше сознание Вы чувствуете, как вас втягивает в камень, ваше сознание сливается с древней, зловещей энергией, заключенной внутри. Видения заполоняют ваш разум — космические ужасы, жуткие существа и разрушение целых миров их руками. Вы тонете в море хаоса, ваше чувство себя ускользает, когда камень стремится полностью поглотить вас. Когда видения исчезают, и ваше сознание возвращается, вы обнаруживаете себя стоящим в комнате, разбитые останки связующего камня у ваших ног. Имоен, Громмаш и Сиф смотрят на вас в шоке, их глаза широко раскрыты от недоверия. Ваша рука сжимает амулет на вашей шее, драгоценный камень в его центре пульсирует темным, багровым светом. Имоен осторожно приближается, ее кинжалы опущены, но ее глаза не отрываются от светящегося амулета. — Джек... что случилось? Что ты видел? — её голос полон тревоги. Она протягивает дрожащую руку и нежно касается амулета. Когда она это делает, между вами проходит волна энергии, заставляя её ахнуть и отстраниться. Громмаш делает шаг вперед. На его лице смесь беспокойства и благоговения. — Этот камень... он показал тебе что-то, не так ли? Что-то ужасное. Вы медленно киваете. Ваш голос хрипит, когда вы говорите: — Пять существ... Вы пересказываете видения своим спутникам, описывая космические ужасы и древних существ, стремящихся завоевать мир. Пока вы говорите, серьезность ситуации становится очевидной, и вес ваших слов тяжело висит в воздухе. Лицо Имоен бледнеет, её глаза широко раскрыты от страха и недоверия. — Пять существ... они реальны? И они идут сюда? — её голос дрожит от ужаса. Громмаш крепче сжимает свой топор, его костяшки пальцев побелели от напряжения. — Чёрт побери... если то, что ты говоришь, правда, то император драконов — всего лишь капля в море по сравнению с этой угрозой. Сиф тихо скулит, прижимаясь к вашей ноге, словно ища утешения. Вы торжественно киваете, темное сияние амулета бросает жуткий свет на ваше лицо. — Мы должны остановить их. Чего бы это ни стоило, какой бы ценой... мы не можем позволить им завоевать этот мир. Имоен делает глубокий вдох, её выражение лица становится жестче от решимости. — Эти существа древнее наших богов. Они порождения космического ужаса. И культ с Повелителем Демонов хочет вызвать затмение, чтобы призвать их в этот мир. Глаза Имоен расширяются от вашего откровения, холодок пробегает по её спине. — Порождения космического ужаса... Я слышала шепот о них, слухи о культе, посвящённом древним космическим существам. Если они связаны с Повелителем Демонов, и если они пытаются вызвать эти... вещи... — она замолкает, её разум лихорадочно перебирает возможные последствия. Лицо Громмаша темнеет, его выражение становится мрачным. — Это объясняет, почему Повелитель так одержим этим затмением. Он не просто пытается обрести власть... он пытается открыть дверь для этих существ, чтобы они вошли в наш мир. Сиф тихо рычит, её шерсть на загривке встаёт дыбом, как будто она чувствует растущую опасность. Вы киваете, и всё встаёт на свои места. — Мы должны остановить затмение, и мы должны найти способ запечатать этих существ навсегда. Это единственный способ спасти наш мир. Челюсть Имоен решительно сжимается, её кинжалы ярко сверкают. — Нам нужно вернуться к нашим товарищам и предупредить их. Они должны знать, с чем мы столкнулись. Имоен убирает кинжалы в ножны, её выражение лица серьёзно. — И мы должны отправить сообщение в Уотердип, предупредив их об угрозе. Если замешан культ, то, скорее всего, у них есть агенты в городе. Нам нужно быть осторожными, но мы не можем позволить себе хранить это в тайне. Громмаш одобрительно хрюкает, его взгляд скользит по разбитым остаткам связующего камня. — Давайте выдвигаться. У нас впереди долгий путь, и время не на нашей стороне. Вместе вы вчетвером возвращаетесь через храм, тяжесть ваших новых знаний давит на ваши плечи. Когда вы выходите из храма, солнце висит низко в небе, отбрасывая длинные тени на ландшафт. Возвращение в город — мрачное, каждый из вас погружён в свои мысли, думая о чудовищности угрозы, нависшей над вашим миром.