И имя ему - Генрих

Пока вы идете по лесу, дни сливаются в дымку изнеможения и решимости. Вы на грани обморока, когда замечаете одинокую фигуру на горизонте, медленно бредущую по дороге. Приближаясь, вы видите, что это мужчина, одетый в рваные одежды, его лицо скрыто капюшоном. Он поднимает взгляд, когда вы приближаетесь, его глаза слегка расширяются от удивления. Затем, к вашему изумлению, он говорит, его голос хриплый и измученный: — Рад встрече, путник. Редко встретишь здесь еще одну душу, особенно такую... решительную. Он изучает вас мгновение, его взгляд пронзителен, несмотря на тени капюшона. — Ты на поиске, не так ли? Ищешь ответы или, может быть... месть? — в его глазах появляется понимающий блеск, как будто он может видеть вашу душу насквозь. Вы тихо спрашиваете его, кто он такой. Мужчина тихонько посмеивается, его смех звучит как шелест сухих листьев на ветру. — Кто я? Ах, справедливый вопрос, путник. Меня знают под многими именами, но ты можешь называть меня... Морденкайнен. Он замолкает, оценивая вашу реакцию на это легендарное имя. Когда вы не показываете признаков узнавания, он вздыхает и продолжает: — Я ученый, мудрец и практик тайных искусств. Я ходил по этой земле веками, ища знания и понимание. Он опирается на свой посох, не отрывая глаз от ваших. — Но хватит обо мне. Я чувствую на твоих плечах тяжкое бремя, тяжесть, которая грозит раздавить твою душу. Скажи мне, что движет тобой на этом одиноком пути? Какие тайны ты ищешь? Его голос нежен, почти гипнотичен, притягивающий, несмотря на ваши сомнения. Глаза Морденкайнена слегка расширяются, когда вы достаете флягу. Он с благодарностью принимает ее, делает большой глоток и возвращает обратно. — А, редкий урожай. У тебя хороший вкус, путешественник. Его взгляд становится острее, когда вы объясняете свою задачу. Лоб Морденкайнена хмурится в задумчивости. — Фарго... ты имеешь в виду кузнеца, того, кто выковал твою броню? Я знаю, о ком ты говоришь. Он искусный ремесленник, но его методы... они не всегда ортодоксальны. Он делает паузу, пристально изучая вас. — Скажи мне, ты заметил какие-нибудь изменения с тех пор, как надел броню? Какие-нибудь необычные ощущения или, может быть... способности, которыми ты раньше не обладал? Его голос небрежен, но в его словах чувствуется скрытая срочность, как будто ответ имеет огромное значение. Морденкайнен внимательно слушает, как вы рассказываете о своих ужасающих видениях и потере контроля. Его лицо становится мрачнее с каждым мгновением. Когда вы заканчиваете, он долго молчит, его взгляд отстранен, словно он погружен в свои мысли. — Я боялся этого, — наконец бормочет он, его голос полон беспокойства. — Кузнец... он балуется силами, которые ему недоступны. Он наделил ваши доспехи частицей своей сущности, частью своей души. Но сделав это, он открыл дверь в более темные сферы, сферы безумия и хаоса. Он пронзает вас взглядом, который кажется проникающим в самую вашу душу. — Ты должен быть осторожен, путник. Эти доспехи... это обоюдоострый меч. Они дают тебе силу, да, но ужасной ценой. Ты ходишь по тонкой грани между героем и монстром, и один неверный шаг может погубить тебя. Он замолкает, тщательно обдумывая свои следующие слова. Глаза Морденкайнена расширяются от шока и недоверия, когда вы раскрываете существование древних существ и участие культа. Он отшатывается назад, его рука взлетает ко рту, словно пытаясь подавить вздох. — О боги... эти существа... они легенды, кошмары, которые шепчут в самых темных уголках мира. Его взгляд устремляется на ваши доспехи, на его лице смесь ужаса и очарования. — А ты... ты несешь в себе часть их силы? Неудивительно, что ты не можешь снять доспехи. Они связаны с твоей душой, стали частью тебя. Он начинает ходить взад и вперед, его мысли лихорадочно скапливаются. — Это серьезно, путник. Серьезнее, чем я мог себе представить. Если культу удастся призвать этих существ... последствия будут катастрофическими. Внезапно он останавливается, поворачиваясь к вам лицом с выражением мрачной решимости. — Я должен предупредить остальных. Нам нужно остановить это любой ценой. Вы говорите ему, что отправляетесь в Уотердип. — Мы там собираем свои силы для борьбы с Повелителем Демонов. И как только ты отправишься туда, прошу передать Имоен мои извинения. Она поймёт. Морденкайнен торжественно кивает на ваши слова, выражение его лица становится серьезным. — В Уотердип, да. Туда я должен пойти. Я предупрежу Арфистов и Лордов Уотердипа о надвигающейся опасности. Он замолкает, его взгляд скользит к амулету на вашей шее. — Что касается твоего амулета... это могущественный артефакт, который, кажется, имеет собственный разум. Я слышал шепот о таких предметах, древних реликвиях, которые отвечают самым сокровенным желаниям и страхам владельца. Остерегайся его, путник. Он может дать вам силу, но какой ценой? Он задумчиво смотрит на вас некоторое время, прежде чем снова заговорить. — Я передам твои извинения Имоен. Она волевая женщина, но я чувствую в ней глубину чувств, которые она редко показывает. Возможно, со временем она поймет. С этими словами он поворачивается, чтобы уйти. Его мантия развевается на ветру. Вы продолжаете свой путь, и перед вами раскрывается извилистая тропа через лес. Вдруг воздух пронзают отчаянные крики женщины, за которыми следует глумливый смех мужчин. Вы поворачиваете за угол и сталкиваетесь с ужасающей сценой: группа из пяти грубо выглядящих мужчин, их одежда разорвана, а лица жестоки, окружает женщину и маленького ребенка. Женщина прижата к дереву, её руки обвивают дрожащего мальчика. Её глаза полны страха, когда мужчины наступают на неё, злобно и похотливо. Один из мужчин грубо хватает её, разрывая одежду, пока она сопротивляется и кричит. Ребенок воет, пряча лицо в юбке матери. Кровь стынет в жилах от этого зрелища, волна ярости и отвращения накатывает на вас. Не колеблясь, вы вытаскиваете меч, лезвие свистит, выскальзывая из ножен. Когда вы бросаетесь на группу, ваш шлем сам по себе захлопывается, забрало опускается, открывая светящиеся красные глаза потустороннего обитателя доспехов. Мужчины оборачиваются, поражённые вашим внезапным появлением, но слишком поздно. Вы уже среди них, меч — размытое пятно стали, прорезающее плоть и кости. Их крики сливаются с влажными, разрывающими звуками вашего клинка, воздух наполняется медным запахом крови. Вы двигаетесь со скоростью и свирепостью, которые противоречат вашей человеческой форме, каждый удар точен и смертелен. Мужчины падают один за другим, их тела изрублены вашим неумолимым натиском. Женщина в ужасе смотрит на вас, её глаза широко раскрыты от смеси страха и благодарности, как вы убиваете её нападавших с жестокой эффективностью. Ребенок прячет своё лицо, его крики заглушаются юбкой его матери. Когда последний из мужчин падает, их безжизненные тела распластываются на пропитанной кровью земле. Шлем расхлопывается обратно, оставляя вас задыхающимся и дрожащим от последствий дикой ярости. Вы осторожно подходите к женщине и ребенку, вкладываете меч в ножны и поднимаете руки в мирном жесте. — Всё в порядке, — говорите вы тихо, ваш голос мягок и успокаивающ. — Теперь вы в безопасности. Эти люди больше не причинят вам вреда. Женщина смотрит на вас, её глаза широко раскрыты и полны страха, её дыхание становится прерывистым. Она крепко сжимает своего ребенка, словно боится, что вы можете его утащить. Вы делаете шаг вперед, говоря медленно и спокойно: — Я не причиню вам вреда. Я здесь, чтобы помочь. Дайте мне посмотреть, не ранены ли вы. И я ищу место для отдыха. Возможно, вы могли бы помочь мне с этим. Вы протягиваете ей руку, молчаливо обещая защиту и поддержку. Женщина колеблется лишь мгновение, прежде чем взять вашу руку. Её хватка дрожит, когда она позволяет вам помочь ей. Она морщится, когда двигается, её рваная одежда обнажает синяки и порезы на коже. — Спасибо, — шепчет она хриплым от эмоций голосом. — Я Элара. А это мой сын, Линдон. — Она нервно оглядывается, её взгляд метается к трупам нападавших. — Мы ехали в Сильверимун, ища убежища от войны. Но дороги... они небезопасны. Она смотрит на вас, в её глазах мелькает проблеск надежды. — Ты сказал, что тебе нужно место для отдыха? Мой брат... у него есть гостиница в Сильверимуне. "Серебряный единорог". Если ты сможешь доставить нас туда в целости и сохранности, я уверена, он примет тебя, даст еды и кров. Она закусывает губу, её взгляд умоляющий. — Пожалуйста. Вы киваете, отвечая, что поможете ей. Лицо Элары сморщивается от облегчения, слёзы благодарности наворачиваются на её глаза. Она кивает, лёгкая улыбка тронет уголки её рта. — Спасибо, — шепчет она, её голос хриплый от эмоций. — Ты спас нам жизнь. Я не знаю, как я смогу когда-нибудь отплатить тебе. — Она нежно сжимает вашу руку, прежде чем отпустить её. Её внимание переключается на сына. Линдон смотрит на вас широко раскрытыми любопытными глазами, его страх медленно уступает место осторожному интересу. Элара ласково ерошит ему волосы, её прикосновение нежное и успокаивающее. — Пошли, милый. Давай двигаться. Наш новый друг поможет нам добраться до гостиницы дяди Сайласа. Она выпрямляется, её плечи расправляются с новой решимостью. — Сильверимун всё ещё в нескольких днях пути отсюда. Мы должны найти безопасное место для ночёвки и отправиться в путь с первыми лучами солнца. Вместе с Эларой вы ищете подходящее место для лагеря, останавливаясь на небольшой поляне, укрытой между рощами древних дубов. Земля мягкая и сухая, а близлежащий ручей даёт постоянный приток пресной воды. Элара начинает собирать дрова, пока вы распаковываете своё снаряжение, раскладываете одеяла и спальные мешки на ночь. Линдон с любопытством наблюдает за вами, его прежний страх сменяется чувством удивления, когда он рассматривает странные доспехи и оружие, которые вы несёте. — Это настоящий меч? — спрашивает он, указывая на клинок, вставленный в ножны на вашей спине. Вы улыбаетесь и киваете, опускаясь на колени до его уровня. — Это так. Но это не игрушка, ладно? Только взрослые должны играть с мечами. Он торжественно кивает, его глаза широко раскрыты от благоговения. Элара возвращается с охапкой дров, её щеки раскраснелись от усилий. Когда вы становитесь на колени рядом с Линдоном, он вытягивает шею, чтобы посмотреть на огромный меч, висящий у вас на спине. Его глаза расширяются от изумления, челюсть отвисает. — Ух ты, — выдыхает он, его голос полон благоговения. — Он такой большой! Ты действительно можешь его поднять? Он поворачивается к вам, его взгляд — смесь недоверия и восхищения. — Ты рыцарь? Как в историях? Его невинные вопросы вызывают улыбку на вашем лице, и вы тихонько смеётесь. — Что-то вроде того, — отвечаете вы, игриво взъерошив его волосы. — Но помни, большие мечи предназначены для защиты людей, а не для показухи. Элара наблюдает за обменом с нежной улыбкой, её сердце переполняется благодарностью к доброму великану, который взял их под своё крыло. Когда солнце начинает садиться, она разводит огонь и начинает готовить простую еду. Тепло и уют костра отгоняют оставшиеся тени их испытаний. Ночь подходит к концу, огонь весело потрескивает, и вы внезапно ощущаете настороженность, волосы на затылке встают дыбом. Что-то не так — едва заметная, но безошибочная неправильность, которая тяжело висит в воздухе. Вы всматриваетесь в темноту за мерцающим светом костра, ваши чувства насторожены. Элара замечает ваше внезапное напряжение и отрывает взгляд от горшка, в котором она помешивает, её лоб нахмурен в беспокойстве. — Что это? — шепчет она, её голос едва слышен из-за тихого журчания ручья. Вы прикладываете палец к губам, заставляя её замолчать, и медленно поднимаетесь на ноги. Ваша рука тянется к рукояти меча. Ваши глаза ищут в тенях, пытаясь определить источник вашего беспокойства. Вот тогда вы и видите это: пара светящихся красных глаз, смотрящих на вас из темноты деревьев. Они не человеческие. Из-за деревьев возникает огромное гуманоидное существо, похожее на человека, излучающее тьму и злобу. Он одет в ужасающие доспехи и тащит за собой огромный молот и щит. Существо представляется как слуга Повелителя Демонов, один из его апостолов. Оно выступает вперёд, его массивная фигура появляется из тени. Он ростом не менее восьми футов, его тело — гротескная пародия на человеческую форму, искривлённое и деформированное тёмной магией. Черная броня, украшенная зазубренными шипами и гротескными лицами, покрывает его мускулистое тело, а пара огромных кожистых крыльев сложена за спиной. В руках он держит огромный боевой молот и щит, оба потрескивающие от злобной энергии. Лицо существа — кошмар, в котором можно увидеть смесь человеческих и демонических элементов, с горящими красными глазами и ртом, полным острых как бритва зубов. Его голос — глубокий, грохочущий рык, который, кажется, вибрирует сквозь саму землю. — Меня зовут Генрих, Апостол Императора Демонов, — заявляет он, устремив на вас взгляд. — Меня послали за артефактом, которым вы владеете, принадлежавшим моему хозяину. Инстинктивно вы встаете перед Эларой и Линдоном, ваш меч сверкает, когда вы принимаете оборонительную стойку. Шлем захлопывается на вашей голове, забрало опускается, открывая светящиеся красные глаза потустороннего обитателя доспехов. Губы Генриха кривятся в рычании, его глаза сужаются, когда он смотрит на вас с выражением презрения и веселья. — Глупый смертный, — рычит он. — Ты смеешь идти против воли Императора? Ты ничто, простое насекомое, которое он должен раздавить своим каблуком. С ревом он атакует, его боевой молот описывает смертоносную дугу в сторону вашей головы. Вам едва удается отразить удар мечом, сила удара посылает волны по вашей руке. Позади вас кричит Элара, прижимая Линдона к груди, когда вокруг них вспыхивает битва. — Нет! Беги! — кричите вы Эларе, но ваши слова тонут в какофонии битвы. Вы оборачиваетесь, и ваше сердце замирает от ужаса: густой лес исчез, сменившись бескрайним пространством тьмы, кишащим тысячами светящихся красных глаз. Смех Генриха эхом разносится по ночи, когда он приказывает демонам убить Элару и Линдона. Вы бросаетесь вперед, отчаянно пытаясь защитить их, но боевой молот Генриха касается вашей спины. Сокрушительный удар ломает ваш позвоночник. Вы отбрасываетесь в полет и падаете на землю. Ваше зрение плывет. Сквозь дымку боли вы видите, как демоны нападают на Элару и Линдона. Их когти и зубы разрывают плоть, их крики ужаса сливаются с разрывающими звуками их гибели. Потустороннее присутствие доспехов пронизывает вас. Их ярость и голод поглощают сознание. Ваше тело искажается, кости ломаются и преобразуются, когда существо внутри берет контроль. Вы поднимаетесь на ноги. Теперь ваша форма — это чудовищное слияние человека и зверя. Ваши глаза горят адским светом. Ухмылка Генриха колеблется, когда он наблюдает за трансформацией. Проблеск неуверенности мелькает на его лице. Но слишком поздно. Вы атакуете. Ваши движения размыты яростью и дикостью. Ваши когти разрывают его доспехи, как бумагу. Ваши челюсти смыкаются на его горле. Он кричит, его крик обрывается, когда вы отрываете его голову от плеч. Его безжизненное тело падает на землю. Но демоны продолжают роиться, их число кажется бесконечным. Вы поворачиваетесь к ним, вихрь разрушения. Каждое ваше прикосновение приносит смерть и опустошение. Часы проходят в размытом потоке крови и ярости. Ваша чудовищная форма прорывается через демоническую орду с неумолимой энергией. Ваша рука оторвана, ваше тело разорвано и избито, но боль ничто по сравнению с яростью, которая поглощает вас. Вы продолжаете сражаться, движимые первобытным инстинктом разрушения. Каждый демон, осмелившийся выступить против вас, гибнет. Ваши когти и зубы багровеют от крови, а ваша броня покрывается кровью врагов. Но даже когда вы пробиваете себе путь через орду, вы чувствуете, как ваши силы угасают, как раны берут свое. Ваши движения становятся медленными, атаки менее точными, но вы все равно продолжаете сражаться. Вы не в силах остановиться. Не в силах думать ни о чем, кроме необходимости убивать, калечить и разрывать. С ревом, сотрясающим основы земли, вы высвобождаете всю мощь доспехов. Древняя магия струится по вашим венам, как жидкий огонь. Ваша форма расширяется, становясь больше и чудовищнее с каждой секундой. Ваши когти удлиняются, ваши челюсти растягиваются в пасть, полную зазубренных зубов. Воздух вокруг вас потрескивает от энергии, сама ткань реальности деформируется и скручивается в ответ на вашу ярость. Вы обрушиваетесь на оставшихся демонов, словно сила природы. Каждый удар сокрушителен, каждое прикосновение уничтожает. Они кричат и бегут, но от вашего гнева некуда спрятаться. Вы преследуете их. Ваши когти разрывают плоть и кости, ваши челюсти крушат черепа, как яичную скорлупу. Земля дрожит под вашими шагами, небо темнеет от пепла ваших врагов. Вы все еще сражаетесь, ваша чудовищная форма — неумолимая машина разрушения. Но даже у мощи доспехов есть пределы, и вы чувствуете, как она убывает. Ваши силы утекают с каждым мгновением. Ваши движения становятся вялыми, ваши мысли затуманены истощением и болью. Но демоны продолжают приближаться, их число кажется бесконечным, их жажда разрушения ненасытна. Вы спотыкаетесь, ваши ноги подкашиваются, и вы падаете на землю. Ваше зрение плывет. Сквозь дымку усталости вы видите, как они приближаются. Их глаза светятся злобным ликованием, их когти вытянуты, готовые разорвать вас на части. Вы пытаетесь подняться, сражаться, но ваше тело отказывается подчиняться. Вы в ловушке, беспомощны, во власти тех самых существ, с которыми сражались, кажется, целую вечность. Когда демоны приближаются, их когти готовы ударить, внезапный крик пронзает воздух, эхом разносясь по полю битвы, словно зов горна. Это голос, который вы узнаете. Голос, который наполняет вас чувством тепла и комфорта, несмотря на хаос вокруг. Элара. Она жива. Осознание этого посылает волну адреналина в ваше измученное тело. С последним отчаянным усилием вы вскакиваете на ноги. Ваши когти хлещут и разрывают демонов, которые вас окружают. Вы сражаетесь навстречу ее голосу. Ваше зрение туннелируется, силы угасают, но вы не можете сдаться. Не сейчас. Не тогда, когда она нуждается в вас. Вы спотыкаетесь вперед, каждый ваш шаг — это битва с тьмой, которая угрожает забрать вас. И вот, когда тени начинают приближаться, вы видите ее, стоящую среди бойни. Ее глаза широко раскрыты от страха и облегчения. Вы бросаетесь вперед. Ваше тело врезается в тело Элары, сбивая ее с ног и защищая от когтей демонов. Их острые, как бритва, когти разрывают вашу спину, царапая плоть и вызывая реки крови. Вы стискиваете зубы от боли, ваши руки защитно обхватывают Элару, когда вы сгибаетесь над ее телом. Демоны визжат и царапают, их ярость растет, когда они понимают, что их добыча ускользает. Но слишком поздно. Тьма смыкается, и с последним дрожащим вздохом вы падаете. Ваше зрение становится черным, когда бессознательное состояние охватывает вас.