Ветер советов среди звёзд. (Mass Effect)

Лорд стоял на смотровой площадке Цитадели, наблюдая, как туманность вдали переливается под светом далёких звёзд. Ветер, невидимый для других, ласкал его лицо, принося отголоски чужого мира — шепот песков, запах дождя. Он закрыл глаза, погружаясь в медитацию, но резкий звук турианского голоса вернул его в реальность. — Ты точно уверен, что не хочешь присоединиться к тренировкам? Твоя «медитация» выглядит как сон на ходу, — Гаррус прислонился к перилам, чуть улыбнувшись. Лорд не открывал глаз, но уголок его губ чуть приподнялся. — Если бы я спал, Вакариан... но ветер предупредил меня о твоём приближении за милю. — Всегда с твоими загадками… — Гаррус фыркнул, но в его голосе сквозила привычная теплота. — Ладно, старина, мне нужен совет. Шепард… эм… Лорд медленно повернулся, изучая друга ледяным взглядом. Турианец нервно постукивал когтями по броне. — Ты собираешься пригласить её на ужин в бар Цитадели? — спросил Лорд, делая паузу для драматического эффекта. — Подарить ей новый тепловой клинок? Или, может, коллекционную модель «М-8 Авангард»? Гаррус закатил глаза. — Ты смеёшься? Она разберёт пистолет за пять секунд и спросит, где тут романтика. — Именно, — Лорд скрестил руки на груди, и ветерок игриво взъерошил его косу. — Шепард — буря в человеческой оболочке. Ей нужен не подарок, а впечатление. Вспомни: что заставляет её глаза светиться? Турианец задумался, склонив голову. — Когда мы взрываем жнецов… Нет, это не подходит. — Очаровательно, — Лорд едва сдержал усмешку. — Но попробуй иначе. Ты знаешь её лучше, чем сражения. На Тучанке: она смотрела на закат, пока мы чинили шаттл. На Иллиуме: сохранила цветок из развалин храма. Она ценит моменты, где война умолкает. Гаррус кивнул, постепенно оживляясь. — Значит, место с видом… и что-то личное? — Именно, — Лорд махнул рукой, и ветер принёс с верхнего уровня аромат земляники — случайно, конечно. — Но подари ей просто цветы. Они будет напоминать, что даже в хаосе вашей жизни есть красота. — А как насчёт… романтических слов? — Гаррус вдруг выглядел юным учеником, а не ветераном. Лорд вздохнул, и в его глазах мелькнула тень грусти — воспоминание о тех, кому он не смог помочь. — Говори правду. Даже если слова будут неуклюжими. Она любит тебя не за красноречие, а за то, что ты — её щит в бою и тишина после него. Наступила пауза. Гаррус смотрел вдаль, затем хрипло рассмеялся. — Когда-нибудь ты расскажешь, откуда у «простого странника» такая мудрость? Лорд отвернулся к туманности, позволяя ветру унести тихий ответ: — У того, кто долго наблюдал за людьми, учась чувствовать вновь. — Ладно, философ, — Гаррус хлопнул его по плечу. — Если сработает, я тебе ведро турианского вина обязан. Если нет — пристрелю. — Предпочитаю вино, — Лорд притворно вздохнул. — И, Гаррус… Возьми её на ту террасу в Президиуме. Ветер там… особенный. Когда турианец ушёл, Лорд закрыл глаза, позволив стихии обнять себя. В его груди бушевали эмоции, но лицо оставалось спокойным. Где-то в галактике звенел смех Шепард, трепетали листья под напев ветра, а демон надежды вновь чувствовал себя чуть более живым. P.S. Позже Гаррус узнал, что «особенный ветер» аккуратно унёс пролитое вино с платья Шепард. Но Лорд так и не признался, что это было не совпадение.