Глава 4.

Глава IV. Невысказанные опасения       Ближе к Хэллоуину Перси начал замечать, что многие его однокурсники слишком часто пишут письма, а потом получают много посылок. Это странное поведение не давало ему покоя, и в один из дней этот вопрос его окончательно доконал. Поэтому он разыскал Джемму, которая сидела в библиотеке и увлечённо строчила очередное эссе по трансфигурации. Кажется, эта тема девочку очень увлекла, хотя, если честно, так можно было сказать почти про любой предмет. Джемма иногда бывала той ещё заучкой, хотя Перси, конечно, не мог об этом судить — он и сам не отставал. — У меня вопрос, я устал ломать над этим голову сам, — с этими словами рыжий Уизли плюхнулся на соседний стул за столом и начал доставать из сумки свои домашние задания. На эти слова Джемма подняла взгляд на почти друга и тяжело выдохнула, прекрасно догадываясь, в чём будет вопрос. — Перси, друг мой любезный, — начала она, откладывая перо в сторону, — многие слизеринцы поддерживают старые традиции своих семей. А они включают в себя не только первоклассное обучение, но и соблюдение некоторых ритуалов. Хотя бы банальный ритуал очищения — один из самых безобидных из тех, которые только можно проводить. Она на мгновение замолчала, словно взвешивая, сколько можно сказать. — И для таких ритуалов нужна атрибутика, которой лучше не находиться долго в стенах школы. А еще, как ты наверняка в курсе, ритуалистика сейчас под запретом. Поэтому я тебе настоятельно рекомендую не проявлять повышенного интереса. Думаю, администрация школы тоже догадывается о происходящем, но пока нет каких-то явных доказательств и причин устраивать облавы на наши спальни — мы в безопасности. Нет причин устраивать облавы. Он мог стать такой причиной, если упомянет об этом в письмах родителям. Но он до сих пор не решался написать, отчего уже две недели натыкается на недовольный взгляд Билла и какой-то нечитаемый взгляд Чарли. Его второй старший брат перестал искать с ним встречи после того разговора Перси с Биллом, но в последние недели Чарли будто сам не свой, и это было видно даже во время обеда в Большом Зале. Он сидел за столом Гриффиндора, но его мысли явно были где-то далеко.       Возможно, именно сейчас лучший момент для написания письма. Перси скосил взгляд на Джемму, которая снова продолжила заниматься уроками, словно ничего не произошло. По сути, она рассказала ему тайну, после раскрытия которой факультету точно не поздоровится. Всё же заниматься запрещённой магией, особенно в школе, — верх нарушений. Немного поколебавшись, Перси всё же снова заговорил. — Меня попросили шпионить за вами, — сказал он так, будто они обсуждают пасмурную погоду за окном. Рука Джеммы замерла, и с пера капнула большая капля чернил, испортив работу. Чертыхнувшись, девочка убрала перо, а затем взяла палочку. Она произнесла какое-то неизвестное Перси заклинание, и клякса с пергамента исчезла. — Перси, ну ты находишь, конечно, время и место для таких разговоров, — недовольно осмотрелась кудрявая девочка вокруг. Но, отметив, что в этой части библиотеки они одни, она чуть более спокойно выдохнула. — И что ты собираешься делать, Уизли? Её взгляд снова стал снисходительным, а на лице появилось скучающее выражение. Такой Джемма была только в самом начале их общения. Перси неловко отвел взгляд, чувствуя, как кончики ушей слегка краснеют. — Я ещё никому ничего не писал, но ваше необычное поведение наверняка привлекло внимание. Поэтому я хотел написать какой-нибудь бред, чтобы и от меня отстали, и... вас не подставлять. Перси поднял взгляд, внутри него бушевала буря противоречивых эмоций. Он правда хотел помочь своей семье — вдруг какие-то сведения, которые он мог бы услышать от старшекурсников, помогли бы выправить положение его семьи? — но с другой стороны, он терпеть не мог доносчиков. Ему хватало их и дома, где нельзя было ничего сделать в тайне от других, потому что были вездесущие близнецы и мама с её любовью появляться в самых разных местах в самый неподходящий момент. А ещё создавать проблемы сокурсникам он тоже не хотел. На его слова Джемма, кажется, слегка выдохнула, и её лицо смягчилось. — Ты хочешь, чтобы я придумала, что тебе написать доброй матушке? — спросила она, и в её глазах снова появилась хитринка, отчего Перси наконец слегка расслабился. — Я просто думал написать, что все слизеринцы просто до безумия любят Хэллоуин и тыквы, поэтому поздравляют всех-всех родственников и ждут от них тыквенные пироги. Мол, это какая-то старая традиция... Джемма закатила глаза, но улыбка всё же прокралась на её лицо. — Ну, это хоть смешно, — сказала она, — но слишком уж неправдоподобно. Давай что-нибудь поинтереснее. Они тогда долго просидели, выдумывая какие-то странные факты и "домыслы" Перси, перемешивая их с простым рассказом об обучении. Родители хотели письма? Вот и будут им письма. Перси с максимальной точностью описывал еду за завтраком: как омлет был слишком солёным, а каша — идеально вязкой. Он упомянул, что мантия директора Дамблдора сегодня была ярко-фиолетовой с золотыми звёздами, что, конечно, привлекло внимание всех учеников. Не забыл он и о стычке гриффиндорцев со слизеринцами, которая закончилась тем, что мальчик гриффиндорец случайно превратили волосы Маркуса Флинта в зелёную пену. Чтобы добавить письму "образовательности", он приложил конспект лекции Макгонагалл, где подробно описал, как профессор превратила свой стол в свинью, а затем обратно. Не забыв вставить собственные комментарии с восхищением. Почему-то всё это заставило его гаденько хихикать на пару с Джеммой. Они представляли, как его родители будут читать эти письма, пытаясь понять, где правда, а где лишь домыслы. — А ещё можно написать, что Слизеринцы каждое утро медитируют перед портретом Салазара Слизерина, чтобы "настроиться на день", — предложила Джемма, едва сдерживая смех. — Или что мы все коллекционируем змеиную кожу и делаем из неё амулеты, — добавил Перси, уже не скрывая улыбки.

***

      После Хэллоуина и того самого длинного письма, которое Перси отправил родителям, прошло ещё несколько дней. Сам Перси снова сидел в библиотеке, но в этот раз один. Его привлекала эта атмосфера, пропитанная шелестом страниц, редким тихим шепотом и мягким светом горящих свеч. Воздух был наполнен запахом старой бумаги и воска, а тишина, нарушаемая лишь редким скрипом перьев, создавала уютное ощущение уединения. Так увлекшись чтением, он не сразу заметил, что рядом с ним кто-то сел. — Перси? — тихий и такой знакомый голос заставил его вздрогнуть. Младший Уизли с опаской поднял глаза, встретившись взглядом с Чарли. Тот выглядел каким-то потерянным и очень неловким. — Ты прости, что я раньше не подошёл, учёба, сам понимаешь... — начал как будто оправдываться старший брат, его голос звучал слегка смущённо. — Но я услышал, что младшекурсники с твоего факультета собирают змеиную кожу для амулетов и... я понимаю, что ты наверняка не смог бы себе заполучить что-то такое, поэтому вот... Чарли протянул брату небольшой свёрток, завёрнутый в коричневую бумагу. Перси широко уставился на старшего брата, рассматривая того будто впервые. Чарли за эти пару месяцев как будто стал ещё выше и крепче. Свои длинные волосы он начал собирать в небольшой хвостик на затылке, отчего теперь его покрасневшие уши были очень заметны. Перси не думал, что кто-то в семье отнесётся так серьёзно к тому, что он тогда насочинял. Поэтому ему даже стало слегка стыдно. Он уже хотел было отказаться, как Чарли снова быстро заговорил. — В общем, держи, — сказал Чарли, слегка подталкивая свёрток к Перси. — Если тебе ещё что-то понадобится, смело ко мне обращайся. Я начал подрабатывать у профессора ассистентом, поэтому могу теперь себе позволить помочь младшему братишке, особенно в такой... сложной ситуации. Он замолчал на мгновение, словно подбирая слова, а затем добавил: — И если тебя там будут обижать, то тоже говори. Я этим змеям устрою. Под конец Чарли выглядел очень воинственно, но его красные уши немного портили картинку, делая старшего брата безумно милым. Затем он просто встал, оставив свёрток на столе, и постарался побыстрее удалиться, словно боясь, что Перси начнёт задавать вопросы. Перси закусил губу, глядя на уходящую спину брата. Почему-то он никогда не задумывался о том, что о нём могут просто волноваться, а не только осуждать. Наверное, и Джинни о нём тоже волнуется, особенно если ей зачитали то длинное письмо. Поэтому Перси решил написать ещё одно, более короткое письмо, лично для Джинни. В нём он рассказал о том, каких хороших подруг он нашёл, что тут ему не мешают учиться, и что в целом у него всё очень хорошо. По-хорошему, ему надо было ещё и Чарли потом где-нибудь выцепить, чтобы объяснить, что всё не так плохо. Но сейчас он закончил писать свою записку для Джинни и продолжил делать домашнее задание. Саму записку он решил отправить перед ужином со школьной совой.

***

      Почти перед самым ужином за ним зашли Джемма и Эллиан, чтобы вместе отправиться в Большой зал. — О, а это что? — спросила Джемма, заметив свёрток на столе. Прежде чем Перси успел остановить её, она весьма бесцеремонно развернула его. Внутри лежали красивые змеиные чешуйки разных цветов, но преимущественно рыжие и красные. Джемма озадаченно уставилась на находку. — Ну, это... брат принёс, — отведя взгляд, сказал Перси, а затем возмущённо повернулся к ней. — И вообще, тебя не учили не трогать чужие вещи? — протараторил он и выдернул свёрток у девочки из рук. — Погоди, погоди, это что, после того письма? — Осознание этой информации заставило девочек весьма громко рассмеяться. Их смех разнёсся по тихой библиотеке, отчего им прилетел грозный взгляд мадам Пинс. И они всей компанией поспешили выйти из библиотеки, едва сдерживая смех. — Ну, вы, Уизли, и даёте. Поверить во всю ту чепуху? — отсмеявшись, сказала Эллиан, которая не присутствовала во время написания письма, но позже узнала об этом от подруги и прочла его до того, как Перси успел отправить. Шпионство Уизли стало их секретом на троих. Почему-то от последней фразы всё внутри Перси снова неприятно сжалось. — Какими бы они вам ни казались, они моя семья. И, несмотря на все свои минусы, они всё равно очень близкие для меня люди, — его взгляд был весьма красноречив, и Эллиан поспешила извиниться, сказав, что не имела в виду ничего оскорбительного.

***

      Когда до зимних праздников оставалось совсем немного, Перси стал очень нервным. Встреча с родителями его немного пугала, но и вызывала интерес. Он всё ещё пытался узнать, в чём их род провинился перед магией, но совершенно не знал, когда это произошло. Его отец что-то сделал? А может быть, дед или прадед? В школе хранились газетные вырезки, и в свободное время он их изучал. Однако он совершенно не знал, что искать, поэтому это больше походило на поиск иголки в стоге сена — без палочки, магнитов, в темноте и без рук. Каждая статья, каждая заметка казалась ему важной, но ни одна не давала ответов. Обращаться к девочкам с такой деликатной темой он всё ещё не решался. Они и так уже знали, что Перси — недошпион. Ещё больше втягивать их в свои проблемы ему не хотелось. Девочки, кажется, замечали его нервозность, но предусмотрительно не лезли с расспросами, чему он был несказанно благодарен. Их молчаливая поддержка, выражавшаяся в редких взглядах и коротких улыбках, помогала ему держаться и не скатиться в совсем истеричное состояние.       Ещё его беспокоила тема подарков. Он совершенно не знал, что мог подарить друзьям. Денег ему не давали, да и на небольшую сумму он всё равно не смог бы купить что-то стоящее. Поэтому над этим он тоже очень долго ломал голову, перебирая в уме все возможные варианты. Однажды его взгляд случайно упал на тот самый свёрток со змеиными чешуйками, который Чарли принёс ему несколько недель назад. Идея вспыхнула в его голове, как яркая искра. А почему бы действительно не попытаться сделать какой-нибудь символичный подарок своими руками? Загоревшись этой идеей, он отправился в библиотеку и нашёл все учебники, которые хоть как-то были связаны с созданием украшений. Он листал страницы, изучая схемы плетения, заклинания для обработки материалов и советы по созданию магических амулетов. Правда, он даже и не думал о том, чтобы создать настоящий артефакт — эта область магии была почти запрещённой и строго контролировалась Министерством. Поэтому единственное, что хоть как-то могло использоваться для создания чего-то стоящего, — это руны. Но руны проходились на старших курсах, а на самостоятельное изучение у него сейчас не было времени. Хотя эту область магии он тоже добавил в свой мысленный список интересных тем. Он решил сделать три браслета: сплести нитки и в качестве украшения использовать чешуйки змей. Идея казалась простой, но на практике оказалось, что это требует куда больше времени и усилий, чем он предполагал. На создание только одного браслета у него ушло всё время до начала каникул. Каждый вечер после уроков Перси садился за стол в своей комнате, тщательно подбирая цвета ниток и аккуратно вплетая в них чешуйки. Он старался, чтобы каждый браслет был уникальным: для Джеммы выбрал тёмно-зелёные нитки, которые идеально сочетались с её глазами, для Эллиан — серебристые, чтобы подчеркнуть её холодную элегантность, а для Люциана — глубокие синие, как цвет ночного неба. К счастью, нитки он попросил у Чарли, и с этим проблем не возникло. Казалось, брат был даже рад помочь, хотя и не спрашивал, зачем они нужны. Перси чувствовал, что Чарли просто рад был хоть как-то поддержать его, даже не зная всех деталей. Занимаясь делом, Перси даже стал меньше волноваться. Процесс создания чего-то своими руками успокаивал его, отвлекая от тревожных мыслей о предстоящей встрече с родителями. В последний день в Хогвартсе он спокойно собрал вещи, аккуратно уложив незаконченные браслеты и материалы в сумку. Перед отъездом он попрощался с теми немногими, кто решил остаться в школе на праздники.

***

      В купе поезда он сидел с девочками, которые не умолкали, обсуждая какие-то свои темы. Их разговор был оживлённым, полным смеха и шуток, но Перси в него не лез. Он увлёкся чтением книги, которую выпросил у мадам Пинс на праздники. Книга была посвящена рунам, и это не случайно. Ему понравилось мастерить вещи своими руками, а сделать так, чтобы его поделки могли ещё выполнять хоть какие-нибудь функции, — было бы просто прекрасно. Может, даже сможет попросить помощи у Чарли. Брат последнее время сам не свой. Раньше он на Перси совсем не обращал внимания, пытаясь следовать за Биллом, но, видимо, что-то изменилось. А вот что именно изменилось, по-хорошему, тоже стоило выяснить. — Увлёкся рунами? — обратила на него внимание Эллиан, пристально рассматривая книжку в его руках. — В каком-то смысле, — расплывчато ответил Перси, продолжая читать. Но вскоре ему пришлось отвлечься. Просто читать он уже не мог — нужно было выписать некоторые важные моменты. Особенно его внимание привлекли расчёты к одной рунной цепочке. Она казалась не слишком сложной. Может, у него всё же получится вплести её в браслеты? Это точно нужно проверить. Достав тетрадку, он начал выводить расчёты. В зависимости от материала нанесения, руны могли менять свои свойства, и степень их силы тоже варьировалась. Например, одна и та же руна могла использоваться для разжигания огня, обогрева или создания освещения. Всё зависело от материала и контура, который будет окружать руну. Этот контур влиял на то, какое количество магии будет поступать в руну, и от этого зависел её эффект. Если не использовать контур, руна оставалась неактивной, однако её всё ещё можно было "запитать" вручную. Но одна ошибка — и вместо света в лампе мог случиться взрыв, или, наоборот, лампа внезапно превращалась в грелку. А ещё с помощью древних рун можно было писать. В их время существовало множество трактатов, написанных рунами. Да и в целом разновидностей рун оказалось очень много, и то, что проходили в Хогвартсе, — лишь малая часть. Тема действительно оказалась очень интересной, но Перси понимал, что наверняка не сможет заниматься этим в качестве основной профессии. С помощью рун можно было сделать многое, однако большая часть из этих вещей попадала под определение артефакторики, которой заниматься без лицензии было запрещено. Лицензия уже много лет принадлежала одной семье, которая тесно сотрудничала с Министерством магии. Поэтому Перси сильно сомневался, что кто-то позволит ему этим заниматься. Можно было, конечно, податься в переводчики, но эта профессия не была востребованной. А ему всё же хотелось купить собственный менор, на который просто переводчиком не заработать, и попытаться избавиться от клейма Предателя Крови, чтобы в будущем у него точно никакие проблемы не всплыли. Но пока что эти планы были слишком далеки, поэтому сейчас он просто продолжит изучать интересные темы, а позже уже решит, с чем свяжет свою жизнь.

***

      Поезд уже подъезжал к станции, и Перси наконец смог разглядеть в толпе родителей и младших детей. В этот раз их встречал даже Рон, который сильно заболел прямо перед отъездом старших детей в школу, поэтому не смог их тогда проводить. Беспокойство снова начало расти в груди, но Перси предпочёл не обращать на это внимания. Может, всё будет не так плохо? Он ведь в действительности не сделал ничего предосудительного. Ну, попал на Слизерин, и что с того? Было много хороших магов, которые там учились. Тот же Мерлин, например. Тяжело вздохнув, он взял свои вещи и вместе с девочками направился к выходу. Уже на перроне он тепло попрощался с ними, а затем направился к семье. Там уже был Чарли, которого обнимала мама. Старший брат выглядел слегка сконфуженным. Перси подумал, что это из-за нежностей со стороны мамы на людях, но потом он заметил кое-что странное. Взгляд Чарли, которым он смотрел на родителей, был слишком красноречивым. Кажется, ему было тяжело на них смотреть, и он испытывал много разных эмоций, стараясь скрыть их за смущением. Пора бы и Перси вмешаться, а то ещё немного — и брат точно либо сбежит, либо ещё что-то натворит. Собравшись с силами, он подошёл к семейству. Мама тут же бросилась обнимать его, её взгляд был полон тревоги и заботы. Её рыжие волосы, слегка растрёпанные от волнения, торчали в разные стороны, а в глазах читалось смешение любви и беспокойства. — Тебя там не сильно обижали? Как же так вышло, что ты попал на этот жуткий факультет? Я же знаю, что ты у меня не такой. Это точно какая-то ошибка. Но Дамблдор сказал, что факультет изменить нельзя, мол, слова шляпы — закон. Ужас, я так волновалась о тебе! — ворковала Молли, то притягивая мальчика к себе, то чуть отдаляя, чтобы проверить, нет ли у него каких-то повреждений. Её руки мягко касались его плеч, словно она боялась, что он рассыплется от одного неловкого движения. — Ты так исхудал, сынок, но ничего, дома мы тебя откормим, — по-доброму улыбалась мама, всё ещё не отпуская Перси. Тот счастливо выдохнул. Кажется, никто его ругать не будет. Наверное, в тот раз мама была просто на эмоциях, поэтому и записала такую жуткую кричалку. Взгляд отца по-прежнему оставался безмятежным. Лёгкая улыбка играла на его губах, когда он потрепал Перси по волосам. Артур Уизли выглядел как всегда спокойным и немного рассеянным, но в его глазах читалась тёплая поддержка. А рядом, чуть поодаль, стояла маленькая Джинни. Её большие карие глаза смотрели на Перси с восхищением и нетерпением. Она явно ждала, когда мама наконец отпустит брата, чтобы и она могла подбежать и обнять его. Её крошечные ручки уже тянулись к нему, но она сдерживалась, зная, что старшие всегда идут первыми. — Дома нам надо будет поговорить, Перси, — голос отца был мягким, но что-то в его тоне заставило мальчика вздрогнуть. Переведя взгляд на старшего брата, он, кажется, увидел промелькнувший ужас в глазах Чарли. Это было так быстро, что Перси даже не успел понять, показалось ли ему. Он ещё раз внимательно осмотрел брата, но тот уже спорил о чём-то с близнецами и выглядел вполне естественно. Перси уже было хотел начать анализировать происходящее, как к нему наконец подошла Джинни. Её маленькие ручки крепко обхватили его за талию, а лицо уткнулось в его живот. — Я так по тебе скучала, Перси! — прошептала она, и все тревожные мысли из его головы мгновенно пропали. Им пришлось дождаться, пока все гриффиндорцы выберутся из поезда, и только тогда Билл смог подойти к семье. На его губах была чуть нахальная ухмылка, но в глазах больше не было той суровости и холода, с которыми брат смотрел на Перси в школе. Может, всё действительно будет не так плохо?