Глава 8 "Искусство Печатей"

Внутри ​одного ​из ​менее ​пострадавших ​домов ​Сейджи ​сидел, ​скрестив ​ноги. ​Рядом ​с ​ним ​был ​раскрыт ​свиток ​с ​печатью, ​указывающий ​на ​то, ​что ​он ​достал ​часть ​его ​содержимого. ​ ​Так ​и ​было. ​ ​Покидая ​Коноху, ​Сейджи ​приобрёл ​шесть ​свитков ​для ​хранения ​и ​множество ​ресурсов, ​обменяв ​свои ​заслуги ​в ​деревне ​на ​знания ​о ​Фуиндзюцу. ​ ​Фуиндзюцу, ​также ​известное ​как ​Искусство ​Печатей. ​ ​Класс ​дзюцу, ​основы ​которого ​в ​той ​или ​иной ​степени ​знали ​все ​Шиноби. ​(Если ​только ​ты ​не ​Рок ​Ли.) ​ ​Его ​основное ​применение ​заключалось ​в ​запечатывании ​предметов, ​энергии, ​техник ​и ​даже ​живых ​существ ​в ​другие ​объекты. ​Последнее ​относилось ​к ​продвинутым ​формам ​техник ​запечатывания, ​доступным ​далеко ​не ​каждому. ​ ​Сейджи ​не ​был ​исключением, ​ведь ​даже ​полный ​обмен ​всех ​его ​военных ​заслуг ​не ​дал ​бы ​достаточно ​знаний. ​ ​Как ​техника, ​требующая ​глубоких ​знаний ​и ​высокого ​контроля ​чакры, ​её ​сложность ​можно ​было ​представить. ​ ​Поэтому ​большинство ​Шиноби ​ограничивалось ​базовыми ​навыками. ​В ​основном ​это ​сводилось ​к ​использованию ​уже ​готовых ​свитков ​призыва ​с ​встроенными ​печатями ​Фуиндзюцу, ​которые ​деревня ​продавала ​в ​больших ​количествах. ​ ​Шиноби, ​не ​выбравшие ​Фуиндзюцу ​своей ​специализацией, ​не ​тратили ​время ​на ​изучение ​техник ​запечатывания. ​Даже ​Джонины, ​которым ​для ​достижения ​своего ​ранга ​требовалась ​универсальность, ​не ​были ​исключением. ​(В ​концепции ​универсальности ​Джонина ​всегда ​находились ​исключения. ​Например, ​Майто ​Гай.) ​ ​Зная, ​что ​вскоре ​ему, ​возможно, ​придётся ​бежать ​из ​Конохи, ​Сейджи ​поступил ​иначе. ​Мало ​времени ​он ​посвятил ​освоению ​Шарингана, ​сосредоточившись ​на ​сборе ​ресурсов ​и ​знаний ​о ​Фуиндзюцу, ​необходимых ​для ​их ​транспортировки. ​ ​Так ​он ​выучил ​технику ​ранга ​B: ​ ​— ​Кучиёсе: ​Райко ​Кенка ​[Техника ​призыва ​молниеносного ​лезвия] ​— ​ ​А ​также ​более ​высокие ​основы: ​ ​— ​Фуню ​но ​Дзюцу ​[Техника ​запечатывания] ​— ​ ​За ​три ​месяца. ​ ​Затем ​он ​потратил ​все ​свои ​сбережения ​на ​еду, ​воду, ​таблетки ​для ​очистки ​воды, ​канистры, ​медицинские ​принадлежности, ​нейтрализаторы ​ядов, ​аптечки ​первой ​помощи, ​травяные ​снадобья, ​палатки ​и ​спальные ​мешки. ​Всё ​это ​он ​уместил ​в ​один ​свиток. ​ ​Второй ​свиток ​хранил ​наследие ​его ​семьи. ​Оба ​родителя ​Сейджи ​были ​Джонинами, ​и ​они ​оставили ​множество ​ценных ​знаний ​на ​случай, ​если ​по ​какой-то ​причине ​не ​смогут ​передать ​их ​лично. ​ ​Свитки ​с ​дзюцу. ​ ​Ниндзюцу ​для ​трёх ​атрибутов ​чакры ​— ​ветра, ​огня ​и ​земли, ​которыми ​он ​владел. ​ ​Кендзюцу, ​гендзюцу, ​тайдзюцу, ​сюрикендзюцу. ​ ​Заметки ​клана ​Учиха ​об ​использовании ​Шарингана. ​Заметки ​о ​трансформации ​природы ​чакры, ​а ​также ​свитки ​с ​Фуиндзюцу, ​которые ​он ​тоже ​упаковал. ​ ​Третий ​свиток ​содержал ​большую ​часть ​его ​оружия: ​Кунаи, ​мечи, ​взрывные ​печати, ​сюрикены. ​ ​Остальные ​три ​свитка ​были ​запасными. ​Один ​сейчас ​содержал ​тело ​его ​бабушки, ​а ​другой ​— ​УПМ. ​ ​В ​данный ​момент ​Сейджи ​достал ​несколько ​сжатых ​галет ​и ​ел, ​отдыхая, ​чтобы ​восстановить ​чакру. ​ ​Тем ​временем ​он ​начал ​анализировать ​своё ​положение. ​ ​Если ​кратко, ​он ​оказался ​в ​ловушке. ​В ​ловушке ​вымышленного ​мира ​из ​своей ​прошлой ​жизни. ​ ​Ограничения ​Межпространственных ​врат ​уже ​были ​ясны. ​Чтобы ​вернуться ​в ​мир ​Наруто, ​ему ​нужно ​прождать ​здесь ​полгода. ​ ​Не ​говоря ​уже ​о ​разнице ​во ​времени ​— ​один ​к ​пяти. ​В ​Конохе ​пройдёт ​два ​с ​половиной ​года. ​ ​Если ​он ​правильно ​помнил, ​Саске, ​только ​что ​ставший ​свидетелем ​уничтожения ​своего ​клана, ​всё ​ещё ​учился ​на ​первом ​году ​в ​школе ​ниндзя. ​Искажение ​времени ​означало, ​что ​он ​вернётся ​за ​два ​с ​половиной ​года ​до ​начала ​событий ​аниме ​«Наруто». ​ ​Кроме ​того, ​что ​Наруто ​нёс ​на ​себе ​ненависть ​деревни, ​в ​это ​время ​мало ​что ​происходило. ​ ​Конечно, ​проблема ​была ​не ​в ​этом. ​ ​По ​мнению ​Сейджи, ​Итачи ​доложит ​Третьему ​Хокаге, ​не ​сумев ​его ​найти. ​ ​Тогда ​его ​объявят ​пропавшим ​ниндзя ​Конохи. ​Или ​же ​всё ​замнут, ​учитывая, ​что ​намерение ​клана ​Учиха ​к ​восстанию ​держалось ​в ​тайне, ​и ​объявить ​беглеца, ​избежавшего ​смерти ​от ​рук ​Итачи, ​выглядело ​бы ​странно. ​ ​Второй ​вариант ​был ​маловероятен. ​Тем ​не ​менее ​Коноха ​определённо ​отправит ​Шиноби ​на ​его ​поиски ​— ​открыто ​или ​тайно. ​ ​Беглый ​Учиха, ​знающий ​правду, ​мог ​стать ​опасностью ​для ​деревни. ​ ​Возможно, ​Итачи ​сам ​возьмётся ​за ​поиски. ​ ​Конечно, ​найти ​его ​было ​бы ​невозможно. ​После ​двух ​с ​половиной ​лет ​тишины ​шумиха ​уляжется. ​ ​Что ​будет ​дальше ​— ​вот ​что ​Сейджи ​нужно ​было ​решить. ​ ​Вернувшись, ​ему ​придётся ​столкнуться ​с ​Итачи, ​убить ​Данзо ​и ​уничтожить ​Коноху ​в ​процессе. ​ ​Возможно, ​также ​Киригакуре, ​виновных ​в ​смерти ​его ​отца, ​и ​песчаную ​деревню ​шиноби, ​ответственных ​за ​гибель ​матери ​во ​время ​Третьей ​войны ​ниндзя. ​Но ​только ​при ​условии, ​что ​у ​него ​хватит ​сил ​это ​осуществить. ​ ​И ​вот ​тут ​возникала ​проблема. ​ ​Шесть ​месяцев ​— ​короткий ​срок, ​а ​нынешний ​он ​был ​слишком ​слаб. ​Не ​говоря ​уже ​о ​том, ​что ​он ​не ​освоил ​свою ​силу ​— ​полагаться ​только ​на ​пробуждение ​Мангекё ​Шарингана ​было ​далеко ​не ​достаточно. ​ ​Мангекё ​Шаринган, ​хоть ​и ​могущественен, ​имел ​изъяны. ​Используя ​только ​глаза ​и ​связанные ​с ​ними ​техники, ​он ​мог ​бы ​одолеть ​Джонинов ​и ​элитных ​Джонинов. ​ ​Но ​всё ​изменится, ​столкнись ​он ​с ​действительно ​сильными ​противниками, ​чьи ​навыки ​превосходят ​обычных ​Шиноби. ​ ​Будущая ​битва ​Саске ​на ​саммите ​Пяти ​Каге ​— ​яркий ​пример. ​Даже ​с ​Мангекё ​и ​атакующими ​техниками ​зрачков, ​такими ​как ​Аматерасу, ​он ​не ​смог ​победить ​ни ​одного ​Каге ​самостоятельно. ​ ​Побит ​Райкаге, ​заблокирован ​Казекаге, ​чуть ​не ​растоплен ​Мизукаге ​и ​был ​бы ​испарён ​Тсучикаге, ​если ​бы ​не ​Зетсу. ​ ​Убийство ​кучи ​самураев ​и ​победа ​над ​несколькими ​второстепенными ​персонажами ​— ​вот ​максимум ​его ​достижений ​в ​той ​безрассудной ​атаке. ​ ​Это ​был ​Саске, ​победивший ​Орочимару ​и ​Дейдару. ​С ​мастерством ​изменения ​формы ​чакры ​молнии, ​выдающимися ​техниками ​кендзюцу, ​исключительной ​скоростью ​и ​силой, ​а ​также ​дзюцу ​вроде ​Чидори, ​Кирин, ​Проклятой ​печати, ​призыва ​змей, ​подмены ​змеями, ​сильным ​боевым ​опытом ​и ​невероятно ​мощной ​волей. ​ ​Всё ​это, ​вкупе ​с ​теми ​глазами, ​и ​он ​всё ​равно ​проиграл. ​В ​сравнении ​с ​самим ​Сейджи, ​Саске ​через ​восемь ​лет, ​ещё ​не ​пробудивший ​Мангекё, ​превосходил ​его ​во ​всех ​отношениях. ​ ​Технически ​ему ​было ​17 ​лет, ​и ​он ​был ​старше ​Саске ​через ​восемь ​лет, ​но ​без ​Шарингана ​его ​уровень ​оставался ​на ​уровне ​чуунина. ​Возможно, ​особого ​Джонина. ​ ​Память ​Сейджи ​об ​аниме ​стала ​для ​него ​сигналом ​к ​пробуждению. ​В ​мире ​ниндзя ​его ​основа ​была ​слабой. ​ ​Броситься ​в ​Коноху, ​сражаться ​против ​целой ​Скрытой ​Деревни, ​думая, ​что ​он ​непобедим ​с ​парой ​глаз, ​от ​которых ​пропадает ​зрение, ​было ​бы ​самоубийством. ​ ​В ​лучшем ​случае ​он ​сбежал ​бы, ​как ​Саске. ​В ​худшем ​— ​потерял ​бы ​жизнь. ​ ​Какое ​унижение. ​Гордость ​Учиха ​не ​должна ​быть ​запятнана. ​ ​Единственным ​исключением ​было ​бы ​пробуждение ​Камуи, ​как ​у ​Обито, ​или ​чего-то ​подобного, ​что ​позволило ​бы ​ему ​безнаказанно ​разгуливать ​по ​миру ​ниндзя. ​ ​К ​сожалению… ​ ​«Мои ​глаза…» ​ ​В ​разгромленной ​комнате ​юный ​Учиха ​прикоснулся ​к ​своим ​глазам. ​Прошло ​несколько ​часов ​с ​момента ​его ​прибытия ​в ​этот ​мир ​— ​достаточно, ​чтобы ​понять, ​какие ​техники ​он ​пробудил. ​ ​Ни ​один ​глаз ​не ​обладал ​пространственно-временными ​техниками, ​однако ​Сейджи ​не ​был ​уверен, ​обменял ​бы ​он ​их, ​даже ​если ​бы ​мог.