Часть 5

Настала её первая миссия. Влетевший Ворон, оповещающий об этом, был неожиданностью, но приятной. Осознание, что она сможет защитить деревню от демона, захватывало, но одновременно и пугало. А справится ли она? Сможет ли спасти людей от этого демона? А если нет? Но, быстро успокоив себя, Танджиро быстро собралась, накидывая на себя своё хаори. На ней была форма мечников, такая же, как и у всех. Урокодаки рассказал, что слабые демоны не могут ни когтями, ни зубами разорвать её. Крутясь перед зеркалом, она рассматривала, то, как на ней сидит эта форма. Нет, не для того, чтобы понять, красиво ли она выглядит, а чтобы узнать, не видно ли её женской физиономии. Грудь плотно перевязана, но и из-за этого становилось тяжелее дышать. Но она уже стала привыкать. Постепенно. Хоть и не сразу, но с каждым днём становилось немного легче. Настало время отправляться, но когда она собиралась сделать шаг, Урокодаки остановил её, поправляя форму, а потом, замявшись буквально на секунду (но этого хватило, чтобы Камадо поняла): он переживает, отпуская её. Он не хочет, чтобы она погибла в одном из боёв, но не может заставить её остаться, бросить это дело. Положив свои тяжёлые, сильные и мозолистые руки, повидавшие множество боёв с демонами, ей на плечи, Урокодаки сказал: — Береги себя, — необычайно тихо говорил сенсей, но с заботой, а потом отправил её в путь, смотря в её спину. Он надеялся, что она проживёт долгую и счастливую жизнь. Дорога вышла не слишком долгой — около дня. Она не считала, то, сколько прошло дней, ведь старалась прийти как можно быстрее, чтобы не упустить демона: каждая минута на счету. Если она придёт слишком поздно, то опоздает, и тот сбежит, украв ценные жизни других людей, а она не может допустить этого! Ведь она поклялась, что будет защищать других людей, даже если это будет стоить её жизни! Добравшись до деревни, Танджиро смотрела по сторонам, не обращая внимания на людей, любопытно рассматривающих её. ведь её внешний вид был непривычен для них. В итоге это деревня, как она думала, оказалась городом, и довольно большим. Но это не столь волновало, как то, что она никак не могла учуять запах демона, начиная переживать, что упустила его. может, он сбежал прошлой ночью? Но надежда умирает последней. Когда вдруг проходя по одной из улиц, она подслушала разговоры других жителей, которые не очень-то и скрывались, болтая о том, что с наступлением ночи крадут молодых девушек и так у парня, звать котрого - Казуми, вчера украли невесту, сообразив, красноглазая, подбежала к парню, о котором как раз и сплетничали, окликая его: — Казуми-сан! Воскликнула юная мечница, но голос её был не нежен, потому что теперь ей нужно привыкать к новому образу сильного парня, спасающего жизни людей от демонов. Она боялась, что если узнают о её настоящем поле, что если её секрет вскроется, то относиться будут по-другому: не как к достойному противнику, партнёру, а как к слабой девчонке, которая только старается казаться сильной, и начнут говорить, что при любом подходящем моменте она сбежит с поля боя! Но нет, это не так. Ведь она уже всё решила для себя, и пути назад нет. * * * Разговор вышел тяжёлым из-за горя, которое исходило от парня. Он выглядел сломленным, а если прислушаться к его запаху, то можно было учуять горечь, разочарование, опустошённость, боль и кровь. Камадо внимательно выслушала его рассказ о пропаже его невесты. Он думал, что он не поверит ему, что уйдёт, скажет, что тот несёт полнейший бред и такого не может быть, но этот странный, тощий на вид парень серьёзно сказал, что верит, а потом упал на землю, нюхая её, из-за чего Казуми впал в ступор, не понимая, что не так с этим парнишкой. А Танджиро тем временем учуяла незначительный запах демона, что был очень и очень странным, не таким, который она чувствовала на вступительном экзамене. Взгляд был направлен прямо, и потом она уже вместе с Казуми бродила до заката, обнюхивая все места. Да, выглядело странно, но разве это её волновало? Она должна была разыскать демона и убить его, обезглавить, и эта деревня будет жить спокойно, и больше ни одна девушка не пропадёт. Услышав вдруг тихий и хриплый голос парня, идущего позади, Камадо остановилась, оборачиваясь: — Я хочу, чтобы ты поверил мне. Она действительно исчезла, — голос был сломленным, но хрупкая крупинка надежды всё ещё горела в нём. — Я верю. Именно поэтому я сюда и пришёл, — упрямо и серьёзно сказала она. До целой ночи она бродила вместе с ним по городу, принюхиваясь. Казуми настаивал отдохнуть, встретиться утром, но Камадо объяснила, что эти «существа» активны только ночью, и она не может отступить, ведь упустит тогда этого демона. А Казуми не дурак, понял, что имеет дело с необычным парнем, а истребителем демонов, и замолчал, следуя дальше. Тем временем на одной из жилых улиц один дом подавал признаки жизни — в нём горел свет. Семья собиралась ложиться спать, и когда юная дама устроилась в своей постели, демон подкрался незаметно, тихо, образуя дыру под её постелью, и за секунду поглотил её в свои владения, хватая руками и закрывая ей рот, чтобы утащить глубоко. Танджиро почувствовала, что запах стал сильнее, и рванула. Со всей скорости, преодолевая большое расстояние за один лишь прыжок, и оказавшись на месте, где запах чувствовался сильнее, а вернее — даже два запаха: запах девушки и демона. Вот только их нигде не было видно. Она достала катану, ухватившись за рукоять крепче. Разум вычерчивал ей рисунки запахов, которые казались прямо под землёй. Именно оттуда они исходили сильнее всего. Значит... Ни секунды не раздумывая, она с мощью вонзила клинок в землю, из-за чего та задрожала, за пульсировала, но Камадо уверенно стояла на ногах, удерживаясь за катану. Вдруг на этом месте образовалась тёмная, вязкая жижа, похожая на... болото? И оттуда торчало кимоно! Танджиро, не медля, схватилась за ткань, послышался треск, но она смогла вытащить эту девушку, удерживая её на руках. Та была без сознания. Лужа пропала, но потом появилась новая, и демон вылез из неё, но только наполовину. — Демон с магией, — мысленно подметила для себя Камадо, напрягаясь. Секунду она молчала, нахмурившись и смотря на демона. — Что ты сделал с другими девушками?! — воскликнула она, постепенно привыкая к своему грубому голосу. Резко раздался неприятный, скрипящий звук. Демон скрипел зубами, но она не обращала на это внимание. Ей нельзя отвлекаться на пустяки, ведь любая оплошность — и она может упустить жизнь, висящую на волоске от смерти. — И у меня есть к тебе ещё один вопрос. Демон исчез, как и лужа под ним, и на место будущего сражения прибыл Казуми. Танджиро отдала ему на руки девушку, прося позаботиться и последить за ней, пока та будет занята другим. Отходя на пару шагов, она рассуждала логически, думая, откуда может показаться демон. Чувствуя его запах, она собиралась напасть, как вдруг её окружило несколько луж, и из них вылезло три чёртовых демона! На секунду она растерялась, но, подпрыгнув, чтобы те не утащили её, Камадо собралась с мыслями и поменяла стиль дыхания на восьмой. Она ударила слишком слабо, ведь изменила стиль посреди удара и не смогла задеть его шею. Демоны обычно не работают группами, а значит, он разделился. Почуяв запах, она прыгнула, скрутив водное кольцо, но снова, снова ударила слишком слабо! Несколько раз взмахнув клинком, она не смогла попасть ни разу: тот ловко уворачивался, а потом оказался дальше. Танджиро хотела уже было рвануть за ним, но остановилась — ведь не может следовать за ним слишком далеко, оставив Казуми и девушку одних. — Ублюдок! — завопил демон, указывая на Камадо, а потом на девушку. — Не путайся под ногами! Девчонка-то тухнет, чёрт побери! Ей уже шестнадцать, понимаешь?! И если я не съем её в ближайшее время, она уже будет не такой вкусной! — свирепел тот, указывая на бессознательную девушку. Все застыли в недоумении, страхе, кроме Танджиро, которая взяла себя в руки. Но не успела сказать и слова, как вылез ещё один демон. — Успокойся, мой двойник, — игриво произнёс тот, а потом продолжил: — Эй, ну так что? В такие ночи, как эта, я съел много шестнадцатилетних девушек из этого города. Все они были довольно мясисты и вкусны. Я доволен, — рассказывал тот, гордясь собственными поступками, из-за чего Танджиро в злости сжала рукоять ещё сильнее. — А вот я недоволен, мой двойник! Я хочу съесть ещё больше! — воскликнул прошлый клон, жестикулируя руками и корчась в гримасе ярости. Казуми не сдержался, крикнув демону, чтобы он вернул его невесту, которую украл прошлой ночью. Снова скрип. Но уже выше. Из крыши торчал ещё один клон, скрипящий зубами, привлекая внимание, а потом все остальные дружно подхватили это. Но другой клон вдруг заговорил. — Сатоко? О ком ты говоришь? — спросил тот, раскрывая своё хаори и показывая множество украшений, называя это своей коллекцией. — Если в этой коллекции есть её заколка, значит, я её съел, — усмехаясь, сказал демон. Казуми впал в ступор, увидев заколку своей уже мёртвой, как оказывается, возлюбленной. Его глаза расширились от страха, от боли, от злости. Слёзы навернулись, стекая по щекам, и теперь Сатоко осталась только в его воспоминаниях. Перед Танджиро резко всплыла картина собственной семьи, погибшей из-за рук демона. Фантазия разыгралась не на шутку, вырисовывая все эти ужасы. Братья, сёстры, мать... Все они мертвы. Крики, кровь, внутренности, вывалившиеся из вспоротого живота. Лицо в эту же секунду перекосилось от ярости. Кровь застыла в жилах. И вдруг демон налетел на неё, но она увернулась, ранив его в плечо. Снова промахнулась. Осознав, что она слишком близко к стене, в последнюю секунду она успела отскочить, не дав себя ранить. Их бой был неравным, ведь у этого демона были клоны. Потеряв бдительность, она чуть не лишилась глаза, и если бы не Казуми, подбежавший с девушкой на руках и оттащивший её (случайно опрокинув на землю), то она явно лежала бы сейчас с окровавленным лицом, корчась от боли. сжав катану крепче, она побежала на демона, вспоминая слова Урокодаки, что нет прощения демону, который навредил человеку. Дыхание давным-давно сбилось, но ей было плевать. Она вспоминала все тренировки Урокодаки, задевая их плоть, но всё тут же залечивалось (хоть и с небольшой задержкой, но регенерация у них была в сотни раз лучше, чем у обычных людей). Но она не сдастся. Она будет сражаться до конца. Лужи росли, и Камадо стала размышлять. И выбор пал — нырнуть в эту ловушку. Она выберется. Это точно. Бросив взгляд на Казуми с девушкой и крикнув, чтоб те спрятались, она нырнула в лужу, привлекая внимание демонов, говоря, что её плоть и кровь в сотни раз вкуснее и сочнее, чтобы подразнить. Занырнув, она оказалась в болоте, видя множество одежды и личных вещей девушек, говоря самой себе, что это непростительно. В болоте нет воздуха, нет света, но она знала, что сможет. Двигалась на слух — ведь где она тренировалась? У Урокодаки-сенсея! И есть приёмы, всю мощь которых можно раскрыть только под водой. То, как они двигались под водой, было не столь важно, потому что стоит подобрать нужный момент и стиль. Секунда-две — и трое демонов поплыли на неё, а она, использовав четвёртый стиль, смогла расправиться, разрубив их на маленькие кусочки. Вокруг плавали ткани, вещи, и она, взяв ткани кимоно, выплыла. Вот только, выбравшись, она увидела, как третий демон был снаружи, надвигаясь на Казуми с дамой! Значит, он смог выбраться?! Смог увернуться?! Она рванулась, отрубив конечности этому демону, не позволив коснуться бедных людей. Демон стал кричать, говоря о девушках, что они должны быть ему благодарны, а Танджиро, не став слушать, замахнулась катаной, резанув его рот, из которого резко засочилась кровь. Он сидел, облокотившись о забор, и с гневом, ненавистью смотрел прямо ей в глаза. — А теперь ответь мне: что ты знаешь о Кибуцуджи Мудзане? — серьёзно спросила девушка, дожидаясь ответа, но... Демон вдруг стал дрожать, хрипя, чуть ли не хныча, и когда ей пришлось закричать, заставляя его рассказать, тот стал в ужасе повторять, что не может рассказать, трясясь и впадая в истерику. А потом он резко отрастил конечности, собираясь налететь на Камадо, но она была быстрее и просто отрубила ему голову, даже не оборачиваясь на превращающийся в пепел труп. Она убрала клинок в ножны, виня себя, что ничего не смогла узнать, но сейчас нужно узнать, что с Казуми. Обернувшись, она увидела, что тот уже положил девушку на землю, а сам стоял на коленях, заворожённо смотря вниз. Камадо понимала, что с ним сейчас. Какое горе у него, что у него на душе — ведь сама потеряла самых дорогих для неё людей на свете. Опустившись на одно колено перед ним, она стала говорить: — Казуми-сан, вы в порядке? — Я лишился невесты, — сказал он, смотря в пустоту. Горячие слёзы потекли по его щекам, падая на одежду. — Как я могу быть в порядке? — сломленно говорил он. Танджиро прикусила губу, молча пару секунд, а потом вздохнула, начиная говорить: — Казуми-сан, не важно, скольких людей вы потеряли, у вас нет выбора, кроме как жить дальше. И неважно, насколько крупна была потеря, — спокойно говорила красноглазая, смотря на того с полным сочувствием, но договорить не смогла. Парень схватил её за хаори, начиная кричать: — Да что ты можешь понимать?! Что такой сопляк, как ты, может понимать?! — кричал он от безысходности, от незнания, как жить дальше, от страха. Но Танджиро не кричала, не отчитывала, не била, а лишь прикоснулась к его руке, останавливая, и мягко улыбнулась, смотря тому в глаза. Он одёрнулся, отпуская её, и смотрел с жалостью. Она протянула ему кусок ткани, в котором был бант его невесты, и попрощалась. Он поднял голову, смотря в спину Камадо. Он почувствовал укол совести. Понял, что тот тоже потерял близкого человека, и закричал: — Я... Я прошу прощения! Я наговорил тебе ужасных вещей! Пожалуйста, прости меня! А Танджиро лишь помахала, крикнув, что жизнь этой юной девушки в его руках. И ушла. * * * Бой был долгим, и, идя обратной дорогой, уже стало светать. Она шла, думая о том, скольким людям Мудзан принёс боли, скольких убил. Она ни за что не простит его. Она лично убьёт его, он отправится в ад и будет гореть. Но вдруг размышления прервал крик ворона, который сел ей на плечо, объявляя о новом задании. Она опешила, удивляясь, что уже пришло новое задание. * * * Идя по совершенно неизвестному городу, который был полностью освещён, она чувствовала себя потерянно, неуверенно и, главное, чужой. Собираясь завернуть в переулок, она застала пару, занимающуюся изучением своих ртов. Быстро извинившись и смотавшись, она заметила прилавок. Она не могла пройти мимо, ведь не ела уже очень долгое время, и ей срочно нужно было подкрепиться. Заказав лапшу, дождавшись её приготовления, девушка принялась за поглощение удона, наслаждаясь, но вдруг в нос ударил тот самый запах. Она встала, уронив и разбив тарелку. Ошеломлённо смотря по сторонам, она сжала катану, а потом побежала по запаху, который сейчас ударял неприятно в нос. Она выбралась из переулка, начиная бежать по улице, толкая людей в сторону, ведь ей нужно было не упустить его. Это был тот самый запах... который был в её доме! Это был он! Демон, что убил её семью! Кибуцуджи Мудзан! Приблизившись, она сжала его плечо со всей силы, и когда он обернулся, то собиралась напасть, отрубить его голову, но... вдруг раздался голос: — Папочка, кто это? Голос маленькой девочки. Ребёнок! У него ребёнок?! Танджиро застыла и от наступающей истерики закрыла рот рукой, стараясь дышать спокойно. Он живёт здесь, притворяясь человеком?! — Мальчик, тебе нужна помощь? Ты выглядишь взволнованным, — говорил он своим слащавым голоском, смотря на неё так, будто серьёзно беспокоится. Но она знала... она чувствовала всё. Вдруг подошла... жена. Его жена. Танджиро затряслась от ужаса, смотря на девочку и женщину. Они не знают, что он демон. Они что-то бормотали, но она не слышала, смотря на них с ужасом. И вдруг, пока никто не видел, Мудзан порезал какого-то мужчину за шею, и тот обратился в демона, напав на свою жену. Камадо застыла, но потом, осознав ситуацию, кинулась на помощь, опрокинув того мужчину, сдерживая его, стараясь, чтоб тот не убил никого. Вот только пока она сдерживала этого мужчину, Мудзан ушёл. Вернее, начал покидать место преступления. Камадо закрыла глаза, не зная, что делать. С одной стороны, если бросится тому в след, то этот демон перебьёт здесь всех, а если останется, то Мудзан уйдёт! Сорвавшись, она вдруг обернулась, но, продолжая сдерживать того, стала кричать королю демонов в след: — Кибуцуджи Мудзан, я не позволю тебе скрыться! И неважно, куда ты сбежишь! — кричала она. — Куда бы ты ни пошёл, тебе не скрыться! Я пойду за тобой в самую пучину ада и клянусь: снесу твою голову своим клинком! Я никогда тебе не прощу это! — голос срывался, и уже было плевать, узнают ли другие, что она девушка, или нет. Наверняка большинство даже не знает, кто такие истребители демонов, поэтому они никому не расскажут. Раздались крики местных стражей порядка, которые бежали прямо к ним, чтобы остановить эту потасовку. Танджиро сказали отпустить этого мужчину, но она никак не могла, потому перечила, прося связать мужчину, но её никто не слушал, ударив по спине. Но она упорно держалась, сдерживая мужчину, и обхватила его руками, сопротивляясь. Вдруг крики прекратились, и она услышала нежный голос какой-то неизвестной ей дамы, после чего её окружили узоры. Камадо напряглась, не зная, что делать. Это явно демоническое искусство крови, но что делать? Эти узоры цветов были повсюду. Нюх чуял кровь, цветы и, кажется, демонов. Да. Тихие шаги, но настолько пугающие, что та на секунду дёрнулась, но так и не отпустила недавно превращённого человека в демона. Женский голос раздался рядом, и стоило ей поднять голову, как перед ней предстала женская фигура. Бледная, как фосфор, кожа, глубокие фиолетовые глаза, чёрные волосы с заколкой, а рядом с ней был парень. Они были демонами. Она учуяла это, но их запах всё же был другим. Отличался. — Ты всё ещё называешь его человеком? Даже не смотря на то, что он превратился в демона? И пытаешься его спасти? — рассуждала та вслух, а потом подняла свою руку, обнажая ранение на ней. — Тогда позволь протянуть тебе руку помощи. — Но почему? — резко спросила она, растерянно смотря на двух демонов. — Вы же... — но она не закончила, не смогла. — Так и есть. Я демон, но также и врач. И я хочу уничтожить Кибуцуджи, — честно призналась демоница, и Камадо учуяла её искренность. Она не врала. Но почему? * * * В то же время Король Демонов усадил свою «семью» и скрылся в тёмном переулке, но на пути встретились люди. Жалкие, выпившие, весёлые. Один из них чуть не врезался, вот только пройти мимо он не захотел. Он схватил Мудзана за плечо, начиная что-то бормотать про ненависть, оскорбляя. И гнев нахлынул сразу. Он не стал сдерживаться перед таким сбродом. Он дал шанс, а тот его упустил, и так жалко. Глаза загорелись алым, словно наливаясь кровью. Одним лишь махом он оттолкнул этого наглеца так, что тот с характерным хрустом впечатался в стену. Наверное, сломал себе позвоночник. Может, ещё что-то. Кровь распласталась по стене, но Кибуцуджи было плевать. Он сам напросился. Девушка закричала своим писклявым голосом, злая, похоже, того парня, что был ей близок, и громила, что назвался его братом, хотел было замахнуться, но за секунду оказался сначала в воздухе, а потом упал, запачкав кровью большую часть переулка. Дама упала на землю, начиная умолять о пощаде. Король демонов же стал говорить ей о том, что та уже не слушала, дрожа от страха, видя его взгляд. Он проткнул ей лоб, вливая свою кровь. Вены вздулись, тело затряслось в судорогах, глаза покраснели, закатываясь, а сам цвет кожи окрасился в пурпурный цвет. Хрипы и жалкие стоны доносились с её уст, пока та просто не превратилась в жалкую жижу. Мертва. Как жаль. Один щелчок — и его пешки оказались здесь. Мудзан говорил спокойно, будто не он только что убил троих людей. Но разве его волновали их жалкие судьбы? Нет. — Принесите мне голову убийцы демонов, что носит серьги ханафуда. Понятно? — испепеляющий взгляд заострился на двух демонов, стоящих на коленях. — Есть. — И те исчезли. А сам Мудзан застыл, вспоминая монстра, что однажды чуть не отрубил ему голову. Ему нужна голова этой жалкой девчонки, скрывающей себя под маской парня. Он понял сразу: никакой это не парень. Слишком тощий, голос совсем как у девчонки, и догадаться до этого нетрудно. Да и он же не сопляк. Это низшие, слабые демоны не почувствовали бы, но не он. Жалкое зрелище, конечно. * * * Танджиро стояла около той лавки с удоном, ведь хотела извиниться за свой поступок. В итоге в качестве извинений она умяла целую тарелку удона. Попрощавшись с мужчиной, она задумалась о тех двух демонах, и стоило ей подумать, как она учуяла демонический запах, поднимая голову и видя между деревьями того паренька. Он вышел, подходя ближе. — Ты всё это время ждал меня? — поинтересовалась истребительница. — Потому что мне поручили привести тебя к ней, — коротко и сухо ответил демон, явно не заинтересованный в разговоре. — Я мог бы выследить тебя по запаху... — но не успела она закончить свою мысль. — Место, где она находится, скрыто с помощью заклятия. Ты не смогла бы его найти. Танджиро опешила, понимая, что он знает, кто она. Знает, что она никакой не парень. Но как? Неужели голос слишком мягкий? Или ещё что-то не так? — Откуда ты... магией? — опешила красноглазая, смотря на демона с презрением. — Это глупо было бы не почувствовать и не заметить. Идём. И Камадо послушно последовала за демоном. Они остановились около забора, сквозь который тот прошёл. Она растерялась, с удивлением рассматривая это, не зная, как объяснить. Но медлить нельзя, потому и последовала за ним, видя огромный дом, возвышающийся над ней. Подходя к дверям, демон вдруг заговорил серьёзней, чем до этого. От него так и чувствовался гнев. — Слушай, ни в коем случае не оскорбляй этого «человека». — Она не успела вставить и слова, как демон пересек расстояние, приблизившись к ней. — Лично мне всё равно, что с тобой будет, но я привёл тебя, потому что она настояла, — шептал тот, взглядом угрожая, и Танджиро чувствовала, что одно неверное её слово — и тот лично покромсает её по кусочкам. Войдя внутрь этого многоэтажного дома, Танджиро сразу же огляделась, замечая ту самую женщину, сидящую у кровати больной. Растерявшись и почувствовав укор совести, юная мечница замялась, извиняясь, что оставила эту девушку на неё, а потом интересуясь её состоянием. Муж, как оказывается, вынужден сидеть в подвале, ведь был обращён в демона, не контролирующего свои действия. — Разве вам не тяжело заниматься ранами людей? — поинтересовалась истребительница, делая шаг вперёд, но чёрт бы побрал её любопытство и интерес исследовать, узнавать новое: как вдруг она получила нехилый удар по грудной клетке. Издав хрип, она не успела произнести и слова, спросить, за что получила, как парень-демон заговорил: — Как нелепо. Ты думаешь, что демоны захлёбываются слюной от запаха крови, когда лечат людей? — презрительно говорил тот, смотря на поникшую в моменте мечницу. — Простите, — выдавила она из себя, стыдливо отводя взгляд в сторону. Дама встала, говоря по всей видимости своему подопечному прекратить и не прибегать к насилию. Тот опустил голову, пробурчав извинения. Как оказалось, её звали Тамаё, а парня — Юширо. Её голос был мягок, спокоен и помогал расслабиться, но слова о том, что она надеется на их дружбу, не внушали ничего существенного. Бросив беглый взгляд на Юширо, который от злости стал скрипеть зубами, Танджиро мысленно сказала, что не думает о возможности этого. — Это совсем не тяжело. Я уверена, что мне повезло больше, чем обычным демонам, потому что я приспособила своё тело, а также избавилась от проклятия Кибуцуджи, — прерывая нагнетающую тишину, начала говорить Тамаё, спокойно разъясняя всё. Любопытство вновь взяло верх, и Танджиро спросила: — Проклятие? Приспособили своё тело? — переспрашивала она, наблюдая за тем, как дама сняла белые одеяния поверх своего фиолетового кимоно с узорами цветов. Танджиро не чувствовала от них запаха злости или желания предать, а наоборот. Вернее, только от Тамаё исходило желание помочь, а вот от Юширо — явно придушить её и закопать на заднем дворе. Пройдя в другую комнату, следуя за Тамаё, Камадо внимательно слушала, как та поясняла ей об изменении тел, из-за чего они теперь не поедают людей: им достаточно небольшого количества человеческой крови. Удивлённо слушая, поглощая всю эту информацию, она поинтересовалась насчёт крови, после чего получила ответ, что они покупают кровь для переливаний у тех, кто не может свести концы с концами. Так вот почему она сначала не поняла, что это за странный запах, не присущий всем остальным демонам. Но не закончив собственное рассуждение, как Тамаё заговорила, рассказывая о Юширо. — Юширо нужно совсем немного крови. Это я превратила его в демона. Мечница ахнула, поражаясь этой информацией, и хотела уже завалить ту вопросами, но дама, будто почувствовав, что сейчас на неё обрушится шквал вопросов, продолжила: — Никто, кроме Кибуцуджи, не может создавать новых демонов. Это более-менее верно. По прошествии двухсот лет только я одна смогла превратить Юширо в демона. Камадо обомлела, начиная задавать вопросы. Она единственная, кто смог?! Двухсот лет?! Задав глупый вопрос о её возрасте, она вновь получила от Юширо, который, не жалея, использовал её чуть ли не как грушу для битья, ударяя несколько раз в солнечное сплетение, что и до этого. — Нельзя вот так спрашивать женщину о возрасте, грубиянка! Ты же должна знать! — воскликнул тот, но, услышав голос Тамаё, послушно отодвинулся, отводя виноватый взгляд в сторону. — Юширо, ты пожалеешь, если ещё раз её ударишь. Наконец получив нормально вдохнуть, Камадо убрала руки от горла, поднимая взгляд на говорящую женщину. — Я не хочу, чтобы ты поняла меня неправильно. Я не пытаюсь увеличить популяцию демонов. Я провожу эту процедуру только на неизлечимо больных или на тех, кто смертельно ранен и долго не проживут. И в таком случае я всегда спрашиваю, хотят ли они жить вечно, будучи демонами. Принюхавшись, Танджиро не почувствовала лжи в её словах и вдруг задалась вопросом: если человека можно обратить в демона, то разве нельзя ли... — Существует способ обратить демона обратно в человека? Настала гробовая тишина, и никто не смел её нарушить. И только после долгих нескольких минут, которые по ощущениям длились несколько часов, Тамаё заговорила: — Есть. Для любой раны есть лекарство или способ лечения. Пока я не могу превратить демона обратно в человека. Но я уверена: это возможно. Однако мы изо всех сил стараемся разработать способ лечения этого. Именно поэтому я хотела, чтобы кое-что сделала для меня. Чтобы создать подобное лекарство, нужно исследовать огромное количество крови демона. У меня есть к тебе одна просьба: собрать образцы крови демонов, наиболее приближённых к Кибуцуджи. Наступило молчание. Танджиро обдумывала всё сказанное ей только что, понимая, что задание это будет не из лёгких. Но что тогда сделать? Если не поможет, то никто так и никогда не узнает, можно ли обратить демона обратно в человека... — Под демонами, приближёнными к Кибуцуджи, я имела в виду демонов, чья сила соответствует самой силе Кибуцуджи. Получить кровь таких демонов — не простая задача. Итак, ты готова выполнить мою просьбу? — нарушая тишину, заговорила Тамаё, не сдвинувшись и не шелохнувшись. Мечница молчала дольше, чем нужно. Она не могла никак определиться с тем, что ей сделать и как поступить. А если облажается? Проиграет? Не сможет достать кровь? Сжав кулаки и стиснув зубы, она отбросила от себя эти надоедающие мысли, решив: во что бы то ни стало она постарается, не сдастся и ни за что не умрёт, пока не отрубит голову Мудзану и не отправит того в ад. Такая сука, как он, не имеет права на жизнь. — Раз это единственный вариант, то я согласна, — серьёзно ответила та, смотря прямо в чужие глаза. Она всё решила для себя, поэтому волноваться не о чем: теперь её цель — уничтожить короля демонов. — И... если это получится, то будут спасены и другие, верно? Тамаё опешила, но потом мягко улыбнулась, смотря на неё своими глубокими фиолетовыми глазами, кивая. Юширо же закатил глаза, после чего смерил гостью презрительным взглядом, сдерживаясь, чтобы вновь не ударить, как вдруг волосы его встали дыбом, и он успел крикнуть: «Ложитесь!» — после чего в дверь врезался... мяч. Защищая свою спасительницу собственным телом, тот вгляделся в дыру в стене. Мяч же несколько раз с бешеной скоростью и силой врезался в стены, после чего вернулся оттуда, откуда и вылетел, а с улицы раздался весёлый, игривый смех. Принюхавшись, Танджиро поняла, что это демоны. Двое. Они о чём-то болтали, говоря об убийстве и, скорее всего, о её. Камадо напряглась, но отступать не собиралась, ведь не может позволить себе такую слабость, как трусость, и, выхватив клинок, вытаскивая его из ножен, вскочила на ноги, смотря на двух демонов, чем-то по внешности напоминающих ей... Шигеру и Ханако. Нет, нет, это точно не они. Они были мертвы, и она лично похоронила их. Принюхавшись, она точно убедилась: ведь запах был совсем иной. Это не её семья, это её враги.