Глава 10. Когда враги не нужны. Часть 1. Сплетни

Гай, непонятно каким образом прознавший о выписке своего друга, отчего-то решил, что самый лучший способ восстановить физичское здоровье и боевой дух — это очередное глупое соревнование, которое у Копирующего ниндзя не вызывало абсолютно никакого интереса. За несколько лет это уже стало доброй привычкой, от которой Какаши «старательно» отлынивал. Впрочем, иногда без особого энтузиазма. Вот и в этот раз, когда излишне экспрессивный парень буквально выловил его на оживлённой деревенской улице, тот категорически не желал соревноваться в том, кто из них сделает больше кругов вокруг Скрытого Листа на руках, или быстрее заберётся на вершину Скалы Хокаге без использования чакры. Но настрой Зелёного Зверя Конохи говорил сам за себя: в этот раз Копирующему Ниндзя отвертеться от вызова не удастся. Ситуация осложнилась тем, что проходившие поблизости Сарутоби Асума, Ширануи Генма и Ханаге Котецу, услышав об очередной назревающей баталии, поспешили присоединиться к спору, внося свои предложения. В итоге после множества препирательств Генма предложил устроить состязание в горячих источниках, потому что Какаши только недавно лежал в больнице, и ему после всего пережитого точно не помешает расслабиться. Котецу также принял участие в общем мозговом штурме, подкинув идею проверить, кому хватит терпения просидеть дольше всех в горячей воде. Идея была принята на «ура», и мальчишеская компания с весёлым гомоном направилась в сторону бань. Какаши под натиском товарищей не оставалось ничего иного, кроме как, сунув руки в карманы, смиренно двинуться следом, слушая над ухом поддёвки перекинувшего руку на его плечо Асумы. Только в помывочной, поливая голову тёплой водой, юноша подумал о том, что идея провести пару часов в источнике не так уж и плоха: всё ещё утомлённое борьбой с ядом тело требовало хотя бы минимальной заботы о себе. Да и Цунаде-сама что-то говорила о том, что горячая ванна облегчит выход из пор последних токсинов, если те ещё остались. Позже выяснилось, что погружение в горячий источник хорошо отражается не только на теле, но и на внутреннем самочувствии: волнение от предстоящего свидания будто растворилось в лёгком облаке горячего пара, плывущего над поверхностью воды, а разрозненные после тренировки мысли стали успокаиваться, замедляться и принимать хоть сколько-то пригодную для анализа форму. Единственными вещами, что смущали Какаши, были неуёмно бьющий через край (в том числе в виде брызг и волн, расходящихся во все стороны) энтузиазм Гая, которому не терпелось начать, наконец, их поединок, и громкий спор Генмы и Котецу о том, как удобнее носить полотенце на голове, и как с этой непростой миссией справляются девчонки. Ещё одной, менее заметной, на первый взгляд, но ощущаемой всем телом, проблемой был проникновенный взгляд Асумы с лёгкой ухмылкой, который неотрывно следил за Какаши и буквально говорил: «Я знаю больше, чем ты думаешь», заставляя его чувствовать себя неуютно. Парень в очередной раз пожалел о том, что согласился на эту глупость, вновь поддавшись уговорам численно превосходящих его товарищей, не сильно, впрочем, заботясь о том, чтобы выиграть состязание, хотя его эго требовало поставить очередную галочку в списке побед. Особенно беря во внимание тот факт, что они с Гаем шли нос к носу. — Ну что, парни, готовы начинать? Генма, Котецу, давайте-ка сюда, нечего отбиваться от коллектива! — О не-е-ет, Гай, я на это не подписывался! — Ханаге Котецу под смех товарищей замахал ладонями, слишком сильно крутя головой. Глядя на него, хмурый Какаши скрестил руки на груди и негромко пробубнил себе под нос: — Я, вообще-то, тоже… — Да брось, давайте все вместе покажем силу нашей юности! Я так воспылал, что, кажется, вода прямо сейчас закипит! — Гай, если это случится, не думаешь, что нам придётся отложить соревнование до следующего раза? — Генма усмехнулся в ответ на пламенную речь своего товарища. — Да ладно вам, садитесь давайте, вместе веселее! — Асума со смешком похлопал ладонью по водной глади, наблюдая, как Генма пытается запихнуть сопротивляющегося Котецу в воду. Когда несчастный Ханаге, наконец, оказался под водой, и, с громкими воплями барахтаясь так сильно, что потерял не только извечную повязку со своего носа, но и полотенце, которое, проплыв немного по поверхности колышущейся воды, задетое очередным «па» в исполнении Майто Гая, камнем пошло на дно водоёма, наконец, понял, что не тонет, и перестал беспощадно хвататься за вопящего Генму, оба парня расслабленно выдохнули. Асума и Какаши, с ног до головы обрызганные водой так, словно их целенаправленно поливали из тазика, нахмурив брови, смотрели на последствия только что развернувшейся перед их глазами баталии местного масштаба. Спустя пару мгновений тишины самая дальняя от небольшого деревянного домика сторона водоёма разразилась громких смехом четырёх голосов, привлекая всеобщее внимание и косые взгляды в свою сторону. На столь «весёлой» ноте Какаши предпринял попытку незаметно покинуть источник, но тут же был пойман сильной дружеской рукой за плечо. — Отлично, Какаши, а теперь, наконец, начнётся наша великая битва! Итак, на данный момент счёт 18:18! Кто же будет победителем в этой полной юношеской страсти борьбе?! — Давай отдадим победу Котецу и просто тихо посидим, а? — юноша всё ещё не терял надежды расслабиться перед предстоящим вечером, однако здравый смысл и опыт общения с этими парнями говорил, что его мечтам не суждено воплотиться в жизнь. По крайней мере, сегодня. — Ни в коем случае! Настоящий мужчина не может отступить перед такой мелочью, иначе как же мы преодолеем настоящие тяготы судьбы, друг мой? Мы слишком молоды, чтобы упускать такой шанс! Какаши смерил оценивающим взглядом подхватившего очередной порыв энтузиазма Гая под ухмылки товарищей и покорно опустился в воду по самую шею, закрыв глаза. «Пусть уж лучше это произойдёт сейчас, чем он снова опозорит меня перед Саюри…» — Отлично! Раз мы всё выяснили, значит, начинаем наше соревнование «Железная задница!» — со спокойным лицом произнёс Генма, торжественно махнув сенбоном. — Какое дурацкое название… — пробормотал себе под нос Какаши, глядя куда-то в сторону. «Надеюсь, она об этом не узнает» После нескольких минут споров юные шиноби, наконец, нашли самый горячий угол источника. — Жар лепит даже сильнее дисциплины! — с громким криком, в очередной раз привлекающим в свою сторону косые взгляды других посетителей бани, Гай, героически упирающий руки в бока и сверкающий своей фирменной белозубой улыбкой, первым перебрался туда, занимая самое, на его взгляд, горячее место. И тут же стал похож на варёного рака. — Как прекрасно бурлит юность в моей крови! — глаза его так округлились, что, казалось, вот-вот вылезут из орбит, а стиснутые зубы, каким-то неведомым образом едва ли не до крови прикусившие нижнюю губу, напряжённо пытались выдержать «Улыбку Пылающей Юности», которая сейчас больше походила на гримасу сдерживаемой боли. Но свою оценку Копирующий ниндзя решил оставить при себе, дабы не дать очередной повод для шумной дискуссии, от которой и без того было уже никуда не деться. Да и кто Какаши такой, чтобы вешать ярлыки? — А ты уверен, что это юность, а не что-то другое? — хмыкнул всё ещё недовольный мокрый Котецу, обречённо следуя за Гаем и с опаской поглядывая на товарищей за своей спиной. Остальные переглянулись между собой и (Какаши с тяжёлым вздохом) снова погрузились в воду в надежде, что им больше не придётся прыгать по всему онсэну, и стали ждать, кто же из них сдастся первым. Прошло совсем немного времени и, несмотря на абсолютно расслабленное лицо Генмы, зубочистка у него во рту начала вибрировать. — Горячо… горячо… мне нормально… нормально… О, чёрт… — Тихо бормотал Асума, точно также, как и Ширануи, пытаясь делать вид, что ему совершенно «нормально», пока полностью взмокший Котецу тихо молился, прося Божественность Пруда проявить милосердие. Какаши же абсолютно равнодушным взглядом скользил по своим друзьям, взбаламутившим обычно спокойную поверхность воды, и молчал со свойственным лишь ему одному этим скучающим видом, выражающим бесконечное желание, чтобы о его существовании просто забыли. — Ему что… правда всё равно?.. — Да быть не может! Он ведь живой… — пробормотал Асума, теряя терпение и временами ёрзая. — Конечно, не клон же какой-нибудь… — Тихо проговорил Котецу, и тут же все взгляды устремились на сидящего чуть поодаль парня. — Э-э-э, вы… чего? — Какаши-и-и… Брошенное кем-то из товарищей полотенце угодило прямо в лицо. И Какаши тут же взорвался, превратившись во множество маленьких горячих капель, обрызгавших не только друзей, но и отдыхавших неподалёку нескольких взрослых мужчин. Судя по количеству свежих шрамов — тоже ниндзя, скорее всего, недавно вернувшихся после миссии. — Эй, вы четверо! Спокойнее будьте! — грозный бас заставил подростков притихнуть и хмуро переглянуться между собой. — Малолетки совсем обнаглели, творят что хотят… — пробормотал товарищу другой мужчина, бросая ещё один угрожающий взгляд в сторону неприлично шумной для источников компании. — Да уж, нужно провести им воспитательную беседу, чтоб неповадно было. Недовольные разговоры уже потонули в лёгком шуме волны, когда взявшийся словно из ниоткуда Какаши тихо присел на несколько лежащих на бортике камней. Поражённый Гай резко подскочил, по-прежнему оставаясь багрово-красным, со свойственной ему пламенностью тыча пальцем в абсолютно спокойного АНБУ: — КАКАШИ, ЭТО ОБМАН! Вздохнув, парень склонил голову всё с тем же привычно-усталым взглядом: — Я называю это стратегией. — Какой, к чёрту, стратегией? — возмутился Котецу, не выдерживая, и вылез на бортик аналогично Какаши, прикрывая бёдра полотенцем и расслабленно выдыхая. — Ну посмотрите на себя. У всех вас пар уже из ушей идёт, а у меня нет, — пожал плечами юноша. «Я не могу позволить себе так расклеиться… сегодня…» Он не заметил, как его чуть скользнувший куда-то в сторону взгляд заставил Асуму задумчиво прищурить глаза. — Значит, победа присуждается Гаю? — хмыкнул парень, докуривая сигарету. — Значит, так, — помедлив пару мгновений, ответил Какаши. — Значит, счёт 19:18 в мою пользу? — без энтузиазма проговорил Гай, разочарованный тем, как быстро и легко его вечный соперник сдался в этот раз, что было ему совсем несвойственно. Что ни говори, а Какаши привык быть лучшим. Именно это и подначивало неугомонного парня раз за разом бросать ему вызов. — Нет. Счёт 19:19. — Но… Как? — Потому что до этого счёт был 19:18 в мою пользу. — Этого не может быть, я точно помню, что мы с тобой сравнялись! — Ты явно забыл наш последний вызов, — Какаши вздохнул, слегка краснея и бросив быстрый укоряющий взгляд на Асуму, который только через пару минут усиленных размышлений, наконец понял, что имеет ввиду его друг. — А ведь точно, Гай. Ты тогда продул всухую. Хотя, должен сказать, Какаши тоже недалеко от тебя ушёл, но всё же ты пал первым, — он усмехнулся, переводя насмешливый взгляд с одного соперника на другого, присоединяясь, наконец, к товарищам на берегу небольшого водоёма, и расслабленно выдохнул, чувствуя, как тёплый ветерок обдувает покрасневшую кожу. — Так, а с этого места поподробнее, — Генма уселся рядом с Асумой, устраиваясь за спиной Котецу, и вытащил изо рта зубочистку, с любопытством склонив голову. — Асума… не надо… — Какаши умоляюще посмотрел на бывшего одноклассника, взгляд которого говорил о том, что им не скрыть своего позорного соревнования, о котором Гай, к его великому счастью, вообще ничего не помнил, а самому Какаши абсолютно не хотелось вспоминать. — Вы ещё не знаете? В прошлый раз эти двое соревновались в том, кто выпьет больше саке. Видимо, наши хорошие парни решили пройтись по трём табу шиноби, да? — Какаши и Гай растерянно переглянулись под дружный хохот трёх голосов. — Да быть того не может. Это же… это так неправильно… Совсем не соответствует Юности… — пробормотал поражённый парень, глядя на своего вечного соперника, который только со вздохом опустил взгляд, ловя на поверхности воды искажённое рябью своё же отражение. — Ну надо же, я от вас такого не ожидал, — продолжал хохотать Котецу до тех пор, пока так же громко смеющийся Генма не свалился ему на шею, и оба опять не оказались в горячей воде, в очередной раз обрызгав Асуму. Тот, чертыхнувшись, начал искать способ вновь зажечь промокшую сигарету. — И на сколько же вас хватило? — с любопытством уставился на виновников «мокрых посиделок» Котецу, как только вынырнул на поверхность и прокашлялся от попавшей в горло воды. — О-о-о, это надо было видеть! — усмехнулся Асума, снова переводя взгляд на краснеющих от стыда Зелёного Зверя и Копирующего Ниндзя, — Гай спал под столом уже после третьей чашки. Какаши же чуть-чуть не дотянул до дна токкури. — У-у-у, да вы, парни, абсолютно не умеете пить! — поддразнил красных, как варёные крабы, товарищей Генма, играя зубочисткой в зубах. — Можно подумать, ты умеешь, — буркнул себе под нос Какаши, скрещивая руки на груди, — я изначально говорил, что это плохая идея… — Именно поэтому больше подобных соревнований мы не устраиваем! Во всяком случае, пока нам не стукнет восемнадцать, или пока кое-кто не научится пить. Потому что больше Гая до общаги я не потащу! Замучился потом форму отстирывать, — нахмурил брови Сарутоби, бросив попытки поджечь промокшую сигарету и потянулся к лежащей на бортике пачке, чтобы достать новую: целую и сухую. Конечно же, под очередной взрыв хохота. — А вот интересно, если сигарету подержать над паром, будет ли вкус мягче? — Или просто мокрее, — пожал в ответ плечами Генма. — Я сказал «подержать над паром», а не «помыть» — потёр подбородок Сарутоби, бросая взгляд на одну уже промокшую сигарету. — Удивительно, что твоя команда вообще дожила до чуунинов, — усмехнулся, наконец, расслабляясь, Котецу, и перевёл хитрый взгляд на двух вечных соперников, один из которых казался настолько же разочарованным, насколько второй — уставшим от постоянной болтовни вокруг. — И что будет следующим? Кто потратит больше денег в Ичираку? Или кто быстрее добьётся согласия от девушки пойти на свидание? — Но это совсем не Цвет Юности, это очень грубо и вульгарно! — размахивая руками прокричал Гай, и благодаря этому никто не заметил, как Какаши, едва не подавившись, отвёл в сторону взгляд, наблюдая за расходящимися по поверхности воды кругами. Почти никто. — А пить саке, значит, юно? — поддел Гая Асума, наблюдая, как бровастый парень ещё больше краснеет, пытаясь сделать вид, что причина его реакции — горячая вода, и тут же переводит тему. — И вообще. Нет ничего лучше, чем горячий источник, для Пламенной Закалки Юного Духа! — Гай, — сухо ответил Какаши, глядя на товарища, — ты говоришь так каждый раз, когда видишь чайник. — Да! И благодаря этому прекрасному изобретению я натренировал свою «Стойкость Кипятка» до такого уровня, что мне никакие клоны не нужны! Или ты уже забыл, что в этом раунде победа осталась за мной? Какаши демонстративно вздохнул под общий громкий хохот, разрезавший гармоничную тишину онсэна в очередной раз, но от наблюдательного взгляда Генмы не укрылось, как он сжал кулак под водой. Всё-таки, что ни говори, а этот парень любил побеждать. — А что, Какаши, может, ты хочешь реванш? — Глупости, — отвёл взгляд Хатаке, думая о том, что его товарищи не умеют вовремя остановиться. Впрочем, он сам в этом плане тоже далеко не безгрешен. — У тебя есть идеи?! «Никто и не сомневался, что первым загоришься этим именно ты, Гай» — Есть, — совершенно спокойно проговорил Генма с видом умудрённого опытом старейшины. — Как насчёт самого высокого всплеска? Заодно и выясним, кто из нас сильнее. — А что, идея неплоха, — задумчиво протянул Асума и, наученный опытом, заранее отложил сигарету подальше от бассейна до того, как его перебил неугомонный Гай. — Идея просто великолепная! Начинаем сейчас же! Парни, весело смеясь, стали бросать в практически опустевший угол небольшие камушки, которые находили на бортике природного «бассейна». Какаши, несмотря на сопротивление, тоже пришлось принять участие, потому что Гай всё ещё не был удовлетворён тем, как быстро соперник сдал ему соревнование. Прошло совсем немного времени и молодые шиноби увлеклись до такой степени, что поднятый ими над водой туман создавал впечатление, что в этом месте проходило не дружеское состязание, а как минимум битва ранга А. Благо, никаких разрушений сие действо после себя не оставило. Пока. Но другие посетители всё ещё продолжали бросать на них недовольные взгляды, а некоторые даже поспешили покинуть источники от греха подальше. — Я покажу вам мою пылающую силу, поднимающую в воздух целые фонтаны! Нет, ГЕЙЗЕРЫ! ГЕЙЗЕРЫ ИЗ БРЫЗГ! — Если ты это сделаешь, в онсэне точно не останется воды, а нас сюда больше никогда не пустят. Комментарий Какаши заставил парней задумчиво замолчать. — А ведь правда… Учитывая силу Гая, отдых придётся перенести в другое место. — И ТАМ БУДЕТ ЕЩЁ БОЛЬШЕ ВОЗМОЖНОСТЕЙ ПОКАЗАТЬ МОЮ СТРАСТЬ! — Нет Гай, мы же сошлись на том, что сегодня проведём день именно здесь, чтобы Какаши мог расслабиться после отравления. «Я не настолько немощный, каким вы меня считаете» Парень сам не заметил тихий тон обиды в своём внутреннем голосе. Однако, перспектива таскаться за ними по всему городу выглядела значительно хуже. Особенно пугал риск быть замеченным одной черноглазой куноичи из Деревни Прибоя. Асума придвинулся поближе к явно скучающему АНБУ, слегка ткнув его локтём в ребро. — Что-то мне подсказывает, что ты сейчас совсем о другом думаешь. Уж не о той ли безделушке, которую рассматривал в раздевалке? — шепнул он на ухо товарищу и хитро прищурился, наслаждаясь произведённым эффектом. Какаши с удивлением посмотрел на него, широко раскрыв глаза — хитайате осталась в предбаннике вместе с остальной одеждой. — Асума, ты… — слова Какаши потонули в очередном всплеске воды и громкой возне. — Простите, парни. Не знаю, что со мной творится. Но в последнее время, каждый раз, когда я вижу пар, мне кажется, что это дымовая шашка и где-то рядом уже организована засада, — Генма виновато опустил взгляд. — Ага, я тоже постоянно ищу ловушки вокруг, — вздохнул Котецу, опираясь спиной о бортик, — даже в собственной кровати уже расслабиться не могу. — Это называется профессиональная деформация, друг мой, — усмехнулся Асума, вновь затягиваясь сигаретой, которая каким-то чудом не погасла, пока дожидалась своего часа на ботике. — Просто ты недостаточно натренировал себя! Нужно пройти испытание Трёх Сотен Ловушек, чтобы перестать их бояться! Тогда ты будешь рефлекторно не искать ловушки, а обходить их! — Пожалуй, я предпочту пока переживать о вреде потенциальных ловушек, а не реальных. Смех вновь наполнил источники, а после, наконец, наступила долгожданная для Какаши и ещё десятка отдыхающих мужчин тишина. Правда, ненадолго. Котецу первым нарушил молчание: — Слышали: на шиноби хотят выдать новые ботинки? — А зачем? — четыре пары глаз с любопытством уставились на него. — Наверное, чтобы мы не падали, когда бежим по стенам, — усмехнулся Котецу, но его тут же перебил Асума: — Лучше бы дали премию, чтобы купить нормальную еду, — хмыкнул Асума, делая очередную затяжку. — Эх, хотел бы я уметь готовить еду на костре быстро, да ещё и чтобы это было вкусно. Интересно, есть ли кто-то такой в деревне? — Есть! — С гордостью ответил Гай, — Косуке Марубоши! Я слышал, он мастер! — Это тот, которого называют Вечным Генином? — Асума сделал очередную затяжку. — Он самый! — А я бы предпочёл владеть техникой, с помощью которой можно сушить форму за три минуты. Я задолбался ждать, — Генма. — Есть такая техника. Называется «купить вторую форму», — усмехнулся Асума, которого поддержал Котецу. — Точно, та самая Легендарная Техника Резиденции Хокаге. — Видимо, они решили её популяризировать и начали с ботинок. — Главное, чтобы не додумались дизайн менять, а то многие уже стали носить повязки на лбу набок, типа круто. Даже генины из Тумана так делают. Генма обернулся на него: — И что они этим выражают? — Отсутствие стиля, — пробормотал себе под нос Какаши, скользя взглядом по отдыхающим. — МОЙ СТИЛЬ — ЭТО МОЙ ТАЙДЗЮЦУ! — громогласно заявил Гай, в очередной раз привлекая к своей компании лишнее внимание, которого Какаши совсем не желал. — Хорошо, что на это смотреть не больно, — Котецу небрежно бросил в сторону, косо глядя на одного из хмурых мужчин, кажется, того самого, который хотел «преподать малолеткам урок». Мужчина, нахмурив брови, отвернулся. — Кстати о боли, — продолжил Ханаге, вновь оборачиваясь к товарищам, — хотел я на днях показать крутой трюк с сюрикенами. Бросил. — Промахнулся? — Да нет, попал. В штанину. Свою. Мне давно так стыдно не было. Мальчишеская компания вновь разразилась хохотом. — Поверь, ты не один такой. Я сегодня тренировал броски куная. Один отскочил мне в лоб. Генма хмыкнул, вытаскивая изо рта сенбон и указывая одним его концом в тонкий, практически незаметный шрам на лбу Сарутоби. — Судьба бьёт там, где тонко. — И где мало мозгов, — кивнул Котецу. — Вот за это в следующий раз я вас обоих заставлю таскать мишени! — А почему хитайате не защитила твой лоб от срикошетившего оружия? — О-о-о, а я решил, что на тренировке во дворе дома она мне ни к чему. Я же чуунин, что может случиться от обычной тренировки с кунаями? Ага. Пришлось идти в медчасть. Видели бы вы, как надо мной хихикали медсёстры, когда я рассказал им, что случилось. — Медсёстры? Красивые? — Ага, симпатичные, если, конечно, у тебя отсутствует один глаз. — Ну спасибо… — Прости, Какаши, я не про тебя, — извинительно выставил ладони вперёд Асума, держа пальцами одной из них всё ещё дымящую сигарету, от дыма которой Гай громко чихнул, обрызгав Генму слюнями. — Я к тому, что если не видишь половину, то они очень даже ничего… Для тех, кому за сорок… Впрочем, была там одна милашка, которую я попытался пригласить на свидание. — О! Ты познал силу любви, друг мой! — Нет, она просто действительно милая, — ответил парень, чувствуя на себе взгляд четырёх пар глаз, одна из которых выглядела уже не такой равнодушной, как ещё минуту назад. Или, может быть, ему так показалось. — И что она тебе ответила? — Что в медицинском центре поставили новые экраны для анализов. — … — Круто. Голос и взгляд Какаши вернулись к своему привычному состоянию и в данную минуту выражали мнение всех присутствующих. Кроме, пожалуй, Гая: — Теперь техники лечения будут ещё эффективнее! Котецу только недовольно фыркнул: — Знаешь, что они сказали мне, когда я пришёл с порезом? «Подождите два часа, у нас очередь». — Там всегда очередь. Даже если ты пришёл с оторванной ногой. — Мне кажется, у медиков тоже есть свод правил, первым в списке которых значится: «Независимо от обстоятельств, держи пациентов в узде, пусть знают своё место» — ЭТО НАСТОЯЩАЯ ТРЕНИРОВКА ВЫНОСЛИВОСТИ! Я ПРИДУМАЛ! КАКАШИ, ДАВАЙ НАШЕ СЛЕДУЮЩЕЕ СОРЕВНОВАНИЕ ПРОВЕДЁМ В БОЛЬНИЦЕ! КТО ДОЛЬШЕ ПРОДЕРЖИТСЯ С ТЯЖЁЛЫМ РАНЕНИЕМ В ОЧЕРЕДИ СРЕДИ ПОСЕТИТЕЛЕЙ И СОХРАНИТ СТОЙКОСТЬ! — А может я сразу пойду служить к Данзо, а? — Какаши окинул сначала Гая, а потом товарищей взглядом, говорившим, что умереть на поле боя гораздо проще и даже, возможно, менее мучительно. — Хороший вариант, я слышал, что он вчера снова ворчал на собрании, что молодёжь слишком расслаблена, — хмыкнул Асума. — Ха! Я покажу ему расслабленность! Завтра пробегу тридцать кругов вокруг деревни на руках! — Данзо скажет, что ты слишком шумно бегаешь. — Да он даже сам себе не нравится, — кивнул Котецу и вся компания с ним единодушно согласилась. — Да, не завидую тому, у кого он был джоунином-наставником. Не хотел бы я у такого учиться. — ТЯГОТЫ ЗАКАЛЯЮТ МУЖЧИНУ! — Для это не обязательно терпеть именно его вечно-недовольную рожу. Эх, хотел бы я хоть раз потренироваться под руководством Цунаде, — мечтательно прикрыл глаза Генма. — Да, она крутая. — И всего лишь убьёт, если сделаешь что-то неправильно, — с усмешкой поддержал Асума. — Ну… это тоже мотивирует. — Отец говорит, она всегда такой была. Джирайе вечно доставалось. — Я когда-то дрался с ней, — негромко сказал Какаши, поднимая взгляд к небу. — ЧТО?! — Она тебя тренировала?! — Ну… не то чтобы тренировала… Скорее… дала возможность выпустить пар. Это было ещё на первом курсе академии, когда… — Какаши осёкся, опуская взгляд. — Неважно… — Ого, ты был так юн! Я восхищаюсь тобой, мой вечный соперник! И как? — Да как… Она отходила меня, даже не напрягаясь. В итоге в меня срикошетил мой же собственный разряд. Парни поморщились: — Оу… — Это, наверное… — …очень больно… — Да, приятно мало… — А вы видели этих кендо-малышей? Они такие серьёзные, — перевёл тему Асума, почувствовав, как разговор уходит в тревожном направлении. — Младшие шиноби всегда серьёзные. А потом они взрослеют… и вот что получается. — Ага, горячие источники и странные разговоры, — поддержал Котецу Генма. — И ДУХ ЮНОСТИ! — М-да, — буркнул Какаши, вспоминая, какими серьёзными они сами были на первом курсе академии. Видимо, в воспоминания ударился не только он. — Помните нашего учителя истории? — Который спал во время урока? — И будил себя звонком? — Но он учил нас важному — дисциплине! — Он учил нас, как правильно храпеть. Парни дружно рассмеялись, а после источники наполнила тишина. Было слышно лишь плеск падающих на поверхность капель воды, расслабленное дыхание, негромкие, едва слышные голоса других отдыхающих и нетерпеливое сопение Гая, который явно не мог сидеть спокойно слишком долго. Но нарушил тишину первым, на удивление, не он, а Генма. Парень говорил спокойно, не торопясь, и даже не открыл глаза. — Кстати, я сегодня в канцелярии слышал новый приказ: отчёт на миссии теперь должен быть на трёх листах. — Отлично! Три листа — три возможности для ярких описаний молодца Гая! — он, наконец, нашёл повод перестать молчать. Казалось, парень единственный был рад очередным изменениям. Остальные же печально переглянулись между собой. Взгляд Какаши был полон страданий. — Это слишком… — Всё так плохо? — полюбопытствовал Котецу, поворачиваясь к другу. — Я должен в отчёте писать не только о ходе миссии, но и о том, как проявил себя каждый из участников моей команды. А их у меня, на минуту, сейчас девять человек. — С ума сойти! Это сколько времени ты тратишь на отчёты? — Зависит от того, сколько человек принимало участие, и какой была задача. В разведке и зачистке как правило страниц 5-6… Было. Раньше. Уходит на это часа два-три, если никто не дёргает. А теперь даже представить боюсь. Думаю, начинать писать можно будет, уже сидя в засаде, — парень, подпирая подбородок рукой, перевёл взгляд на поверхность воды, подёрнутую разбегающимися в разные стороны кольцами лёгкой ряби. Отчёты всегда были одной из его нелюбимых частей заданий. С другой стороны, когда Какаши писал доклады, его никто не беспокоил, потому что от качества выполненной миссии зависит дальнейшая работа команды. Бывали случаи, когда отряды расформировывали и перемешивали участников между собой для более успешных результатов. Как ни крути, а команда Ро, несмотря на абсолютно разные возраст и характеры, работала очень слаженно: у каждого из парней было своё место и своя роль. Поэтому Какаши как капитан всегда подходил к отчётам с той же ответственностью, что и к самим миссиям. — Я вчера писал отчёт целых пять часов! ПЯТЬ! — Это потому что ты каждое предложение начинал со слов «В пылу юности…» — не открывая глаз, лениво протянул Асума, делая, наконец, последнюю затяжку скуренной практически до фильтра сигареты. — И в конце поставил подпись фломастером, — хмыкнул, перебивая товарища, Котецу. — Хокаге сказал, что у него от тебя уже голова болит. — Отчёты о миссиях — это отдельный вид искусства. Особенно, если речь идёт о миссиях D-ранга. Отец иногда берёт некоторые особенно длинные домой, читает их перед сном. Хотя я после такого точно не смог бы уснуть. Либо от ужаса, либо от хохота. — Выходит, выполнить миссию — полдела, нужно ещё и отчёт составить так, чтоб не стать посмешищем. — Конечно. Хотя иногда никакие писательские навыки не спасут, если задание само по себе абсурдно. Помните ту миссию с фермером, который утверждал, что его кукурузу похищают демоны? — Это та, которую никто не хотел брать? — Ага. Оказалось, что это был его сосед. — Как выяснили? — А он сам признался, когда пара генинов-новичков показала ему кунай. Если верить отчёту их джоунина-наставника, то они ему даже не угрожали. — Прикиньте, а нам вчера дали миссию — охранять туалет! — возмущённо вмешался в разговор Котецу. — Туалет? От кого?! — От мужика, который пытался туда незаконно подселиться. Говорил, там «дух унитаза с ним разговаривает». — Он просто общался не с тем духом! Вот если бы в нём заговорил Дух Ю. — Вот я знал, что некоторые люди сумасшедшие, но это… новый уровень, — растерянно пожал плечами Асума, бросая косой взляд чуть приоткрытого глаза в сторону товарища. — Гай, ты ведь не собираешься селиться в чужих туалетах? На последнем вопросе Какаши подавился воздухом, вспоминая один очень давний случай, связывающий его с Гаем. — Какаши, а у тебя было что-нибудь подобное? — Да вы что, он же у нас АНБУ! Он берёт миссии ранга А или S, там такого точно нет. — Ну почему же… — задумчиво произнёс Какаши, вспоминая одину из самых необычных задач, которые ему когда-либо давали. — Когда я только вступил в АНБУ мне поручили охранять… арбуз. — ЧЕГО?! — Гай, кажется, даже забыл о своём Духе Юности, внезапно подскочив. — Гай, сядь, — Генма перевёл любопытный взгляд с товарища по команде обрантно на Какаши. — А почему тебе? Неужели им мало генинов? Или на худой конец чуунинов? — Нет, клиент упрямо настаивал, что эту миссию должен выполнять исключительно ниндзя уровня АНБУ. По его словам, это был «очень важный арбуз». — Бред какой-то… — Я тоже так подумал, но отказать ему Хокаге не мог. Я упоминал, что это был сын какого-то даймё? Наследник клана, очень богатый и безумно влиятельный. Так вот, отправился я за ним в город. Когда прибыл, никакого арбуза рядом не было. Заказчик сказал, что я могу приступать и смылся. Я остался один посреди холла в его дворце, абсолютно не понимая, с чего начать. И никто никаких инструкций мне, естественно, не оставил. Хожу значит, разведываю. Добрался до кухни. Смотрю — арбуз. Огромный такой. Ну я, недолго думая, хватаю его и ухожу, пока повар стоит спиной и не видит меня. Только вышел из кухни, слышу крик: хватился. А арбуз большой, тяжёлый. Я давай его катить по полу, чтобы быстрее было. Укатил. Сижу в нише, прячусь. Кунай на всякий случай достал. Слышу шаги. Тяжёлые, неторопливые. Я готовлюсь обороняться. Из-за угла появляется мужчина. Немногим старше заказчика. Как я узнал уже позже, это был его старший брат. Смотрит на меня сверху вниз. Представьте: я сижу на каменном полу в тёмной нише, как в засаде. В униформе, с белой маской на лице, в обнимку с арбузом, ещё и кунай выставил. Он позже сказал, что я выглядел так, словно готов защищать этот арбуз до последней капли крови. Мужчина спрашивает у меня: «Ты кто такой?». Я молча нацеливаю на него кунай, второй рукой прижимаю арбуз к себе ближе. Он смотрит на меня с минуту молча, а потом начинает ржать. Я думал: задохнётся от смеха. Я едва различил что-то вроде: «Поверить не могу, что он всё-таки это сделал». Потом смотрит на меня, всё ещё улыбаясь, и спрашивает: «Ты ведь АНБУ Листа, верно?». Я молчу. Чувствую подвох. Он говорит мне: «Это не тот арбуз, оставь его и идём со мной». Я, естественно, ни в какую. — А дальше-то что? — В общем, оказалось, что заказчик начитался книг про ниндзя, про техники, шифры и решил, что мы сразу поймём его «тайный язык». Под арбузом он подразумевал свою беременную жену. И был уверен, что ещё во время разговора с Хокаге ниндзя будут знать, что именно нужно защищать на самом деле. Я в жизни не чувствовал себя таким идиотом. Когда сдавал отчёт Четвёртому, он чуть не рухнул со стула от смеха. Причём вместе со стулом. В жизни не видел, чтоб Минато-сэнсэй так смеялся. — Я видел, — усмехнулся Котецу. — После одной миссии надо было доложить о том, как всё прошло. Мы были жутко вымотаны после недельного скитания по лесам, но хотели казаться профессионалами. Заходим, значит, в кабинет Хокаге. Изумо докладывает. Я стою рядом и смутно понимаю, что он забыл упомянуть что-то очень важное, но не могу понять, что именно. И только к середине отчёта понимаю, что именно было не так. Изуто добрых двадцать минут рассказывал Хокаге подробный план того, как… правильно чистить хитайате. Источники, уже практически пустые, в очередной раз за день взорвались громким мальчишеским хохотом. — И… что он сказал? — полюбопытствовал Какаши — «Спасибо, Изумо. Это было… бесценно». — Кстати о снаряжении… Купил недавно «легендарный» набор сюрикенов. Со слов продавца — лучшего качества, — решил похвалиться Генма. — И как? — На первой же тренировке один согнулся. Второй рассыпался. Третий… укусил меня. Какаши выразил своё крайнее удивление лишь одной приподнятой бровью: — Как сюрикен может укусить? — Это был кот. Сел в коробку. Я не заметил. — Наверное, это был ниндзя-кот! — Нет, Гай, кот был самый обыкновенный. Толстый, ленивый, с ужасным характером. А я ещё думал, почему коробка с сюрикенами так много весит. — Да, хорошо, конечно, когда животные — твои союзники. — Не могу не согласиться, — поддержал Асума. — У нас тоже произошла забавная история на недавней миссии. — Рассказывай! — юноши один за другим залезли обратно в воду, чтобы согреться, и приготовились слушать товарища. — В общем мы должны были тихо проникнуть на базу бандитов. Мы прошли охрану, систему ловушек и сигнальные провода. И знаете, что нас выдало? — Что? — Петух. Не ниндзя. Самый обыкновенный петух. Проснулся, увидел меня и начал орать так, будто я должен ему денег. Естественно, бандиты сбежались. Миссия чуть не провалилась. Благо, они оказались не шиноби, а самым обычным отребьем. — Как вообще петух может спалить ниндзя? — Котецу снял с макушки полотенце и промокнул им успевшее вспотеть от горячей воды лицо. — Он был… чересчур наблюдательный. — Курицы вообще очень талантливые создания! — Ты хоть раз их видел? — Какаши лениво прищурил глаза, недоверчиво поглядывая на своего вечного соперника и выражая всем своим видом полное сомнение в его адекватном восприятии реальности. — Конечно! Недавно мне поручили охранять цыплят! Прекрасная миссия для тренировки рефлексов! Но один цыплёнок сбежал. Генма с надеждой взглянул на товарища по команде. — Ты же его догнал? Но, к его огромному разочарованию, Гай, вновь воспылавший своим бесконечным и негаснущим энтузиазмом, ответил отрицательно, заставляя парня закрыть глаза ладонью. — Он бежал быстрее, чем некоторые генины! Мы сделали десять кругов вокруг курятника. Я проиграл. История Гая заставила смеяться всех, кроме несчастного Ширануи, решившего на ближайшей тренировке напомнить напарнику, как нужно выполнять такие задания. — Честное слово, я бы лучше цыплят погонял. Наша последняя миссия тоже завершилась полным провалом, — почесал затылок Асума и достал из лежащей на бортике пачки третью сигарету. Не раз пытавшиеся отучить его от дурной привычки товарищи лишь молча переглянулись между собой, понимая, что пробовать в очередной раз — бесполезно. — Никогда не думал, что нужно просчитывать наперёд столько всего. Мы сидели в засаде семь часов, ожидая преступника. Тихо. Максимальная концентрация. — Да! Сила терпения! — перебил друга Гай, победно вскинув в воздух кулак, будто бы это он сам просидел в засаде семь часов. Или победил в гонке с цыплёнком. Асума тем временем, мерно покуривая, продолжал, будто вещал не о том, как его команда облажалась, а о том, как они спасли мир. — Потом подошёл ребёнок и спросил: «Дядя, а почему ты играешь в камень?». И ткнул меня палкой. Между прочим, очень больно. — Подожди… он подумал, что ты статуя? — удивлённо спросил его Котецу, наклоняясь вперёд. — Нет. Что я играю в прятки. Преступник, разумеется, убежал. После этого мы посовещались и приняли решение в следующий раз не устраивать засады в деревнях. Что и вам советую. — Возвращаясь к теме странных заданий D-ранга. Мне тут как-то клиент дал палочку со словами: «Очень важная. Украдут — конец миру. Охраняй хорошо». — И что было дальше? — хмыкнул Котецу. — Я её уронил. Дважды. Мир, вроде, не закончился. Парни вновь засмеялись. Какаши, расслабленно прикрыл глаза думая о том, что, пожалуй, стоило бы, наверное, быть хоть иногда чуть ближе к друзьям. Только пореже. И подальше. И потише. — Какаши, расскажи что-нибудь такое… не супер-секретное. А то мы на твоём фоне чувствуем себя полными идиотами, — усмехнулся Асума, выдыхая колько дыма изо рта. — Говори за себя, — скрестил руки на груди Генма, поигрывая сенбоном в зубах. Какаши в ответ только негромко вздохнул нахмурив брови. Мысли о том, что посиделки с друзьями — хорошая идея, тут же покинули его светлую голову. Когда друзья уже решили, что парень им ничего не расскажет, тот негромко заговорил. Его тихий голос заставил парней замолчать и придвинуться поближе, словно товарищ рассказывал им страшно-секретную информацию. — Операция АНБУ, нужно проникнуть в укрытие союзного отряда. Пароли, как правило, часто меняют. Иногда слишком часто. Я подхожу, стучусь, временами оглядываясь по сторонам. Слышу за импровизированной, замаскированной под дерево дверью голос: — «Код?». Я так же тихо отвечаю: «Какой?». Дверь медленно открывается, и оттуда смотрит АНБУ в незнакомой мне маске и спрашивает: «Ты вообще кто?» Я молчу. Делаю шаг назад, демонстрируя ему форму. Он молчит. Мы так смотрели друг на друга секунд тридцать. Потом я вспомнил, что пароль в тот день сменили три раза, а мне сообщили только первый. — И как ты туда попал? Ты же попал? — Да. Мне повезло, что второй постовой оказался знакомым. Он спросил о том, что знали только мы двое, и впустил меня внутрь. Но весь их отряд смеялся надо мной до конца миссии. А потом рассказали моим. И уже мои смеялись ещё неделю. — Для шиноби нет ничего хуже сплетен, — важно заявил Котецу, прикрывая глаза и наслаждаясь горячей водой. — Точно. Их нужно добавить к Трём Табу Шиноби, — философски поддержал его Генма, настолько широко зевнув, что сенбон чуть не выпал изо рта. — В таком случае мы с вами только что их нарушили, — скучающим тоном завершил тему Какаши, обводя полупустой онсэн равнодушным взглядом с мыслью о том, что пора закругляться. Удивительно, но именно в этот момент никто не стал нарушать благословенную тишину: шиноби погрузились внутрь себя, размышляя каждый о своём.