Глава 10. Когда Враги не нужны. Часть 2. Допрос

Проплывающий над поверхностью источника пар, окутывающий, словно туман, последних посетителей онсэна, тёплый, как прозрачное невесомое одеяло, погружал вместе с мерными тихим плеском чуть колышущейся воды в разморённое теплом и влагой состояние, когда кажется, что лень преобладает над всеми другими эмоциями и чувствами. Чуть солоноватый запах воровато забирался внутрь, через ноздри проникая в самые глубокие уголки лёгких, словно распирая их до максимально возможных границ, заставляя дышать полной грудью уставших ниндзя, привыкших за время боёв хватать воздух лишь на полвдоха; доносил куда-то внутрь сознания странно-непривычное ощущение кумара и спокойствия, а затем, будто выполнив свою задачу, покидал тело, оставляя во рту лёгкое послевкусие с ароматом серы и влажных камней. Глухой ровный стук сисиодоси, словно метроном, ласкал слух, сливаясь с журчащей тонкой струйкой, наполнявшей полый бамбук, а затем звонко стекавшей на камни и после капавшей с деревянных бортиков в горячую воду. Тело действительно словно обновлялось, погружённое в казавшуюся мыльной воду, успокаивающую кожу, смягчающую застарелые и совсем свежие шрамы, будто бы по капле вытягивая усталость и тяжёлые мысли. То ли из-за пара, то ли из-за запаха серы от источника и доносившегося лёгким порывом ветра аромата листвы и хвои, то ли благодаря, наконец, наступившей тишине, голова казалась тяжёлой, тело расслаблялось, и думать ни о чём не хотелось. Как и двигаться с места. Глаза сами собой закрывались, только слух по привычке ещё пытался концентрироваться, но фокус невольно смещался с доносившихся из-за территории онсэна голосов и шагов на тихое капанье воды и умиротворяющий стук бамбуковой трубки. Какаши отстранённо подумал о том, что если бы кто-нибудь захотел напасть на шиноби и застать их врасплох, то лучшего места, чем горячие источники, придумать нельзя. Стоило только его товарищам успокоиться и замолчать, как невероятная магия стала овладевать постояльцами рёкана и посетителями онсэна. Приходя в такое место, было невероятно глупо сопротивляться обволакивающему пару, и, как Какаши ни пытался, оставаться сосредоточенным ему становилось всё сложнее. А Гай ещё как-то умудрился в таких условиях устроить соревнование. Впрочем, если бы не шум, Какаши вполне мог бы в нём победить: сейчас, погружённый в тишину и такой же туманной дымкой, что стояла перед глазами, расплывающиеся в голове мысли, он абсолютно никуда не хотел идти. И если бы его покой никто не нарушил, парень мог бы находиться здесь ещё очень долгое время. Но нестройные размышления прервал голос по соседству, владелец которого, видимо, абсолютно не умел молчать дольше пятнадцати минут. И, на удивление, этим человеком оказался совсем не Гай: — Кстати, я слышал, что наши генины неплохо показали себя на экзамене, — лениво проговорил Котецу, не открывая глаз. — Ага, говорят, второй этап прошли две или три команды, — так же расслабленно отозвался Генма. — А сколько всего их было? — Кажется, пять. — Две-три команды из пяти, неплохой показатель, — кивнул Асума. — А как с другими деревнями? — Ха, я слышал, что Туман и Камень опять чуть не подрались. Говорят, их разнимала полиция. — У-у-у, значит теперь они на карандаше у Учих, не завидую, — усмехнулся Котецу. — Так, итого сколько у нас потенциальных чуунинов? Шесть-девять из Конохи? Что дальше? — Туман в принципе прислали только две команды. И там есть совсем мелкие, даже младше, чем были мы, когда сдавали экзамен. Неужели Мизукаге думает, что они справятся? — К слову сказать, слышал, что те мелкие как раз и прошли. — А вторые? — Гай внимательно посмотрел на своих товарищей. — Не знаю, — пожал плечами Котэцу, — я не слышал ничего про них, но ходили все довольные. — Зато Камень прислал, наверное, полдеревни. — Они просто хотят реабилитироваться после поражения в войне, — хмуро заметил Генма. — Старейшины тоже так считают. Говорят, Ива хочет показать, что у них много сильных шиноби, но по итогу в Лесу Смерти, кажется, справилось только две команды, — Асума неожиданно стал серьёзным. — Третий говорил, что в них нет слабаков и, поговаривают, что они владеют какими-то секретными техниками. — Эх, хотел бы я посмотреть на это со стороны, не думая о том, пройду в следующий этап или нет. Повезло тебе, Какаши… — Почему? — парень, который до этого момента молча слушал разговор товарищей, лениво приоткрыл один глаз, стараясь побороть внутреннее напряжение, ведь тема экзамена была очень тесно связана с Саюри, а раз друзья обсуждают не только своих генинов, то и до её команды, так или иначе, скоро тоже дойдёт очередь. — Ты же как АНБУ наверняка будешь наблюдать за экзаменом, да? — Не знаю, пока приказов не поступало, — пожал плечами юноша и впервые задумался: у него ведь действительно есть возможность посмотреть на её бой. Если, конечно, опять не отправят на очередное задание за пределами деревни. — А вот из Полей ребята оказались слабыми, я слышал, вылетели все. — Вроде как их уделали парни с Прибоя. Причём всех. Уж не знаю, то ли им так «повезло», то ли Поля шли следом друг за другом и одни за другими наталкивались на тех ребят. Кажется, среди них есть самурай. При упоминании Прибоя Какаши едва заметно напрягся. — Самурай? В ниндзя-деревне? А вот это уже интересно. Хотел бы я сразиться с настоящим самураем. Как думаете, что сильнее: кендзюцу или тайдзюцу? — Не знаю, меня больше их девчонки заинтересовали, видал, какие красотки? Особенно та рыжая. — Это которая с короткой чёлкой? — Не-е-е, та, которая с большими си… глазами. Ну эта, в короткой кофте… — Я смотрю, ты всерьёз задумался над укреплением междеревенских связей, а, Котецу? — атмосфера источников вновь была нарушена смехом четырёх голосов, и только один юноша, единственный из всех, молча отвёл взгляд в сторону. — Нет, ну а что? Я на прошлой неделе позвал Ами на свидание. Купил два билета в кино. — Это, наверное, был фильм про боевые искусства! — радостно перебил Гай, вскинув кулак над головой. — Да подожди ты. И что дальше? Что она ответила? — перебил товарища Генма, с нескрываемым любопытством ожидая продолжения. Какаши, стараясь не привлекать к себе внимания, чуть сдвинулся в сторону. — Сказала: «Я подумаю». Я пришёл, наверное, за час до начала фильма. — А она? — Она… не пришла… И я пошёл в кино один… И фильм оказался документалкой про рыб, — юноша печально вздохнул, поправляя влажную повязку на своём носу. — И ты ходил смотреть рыб один? — Ну… они были милые… — А вот если бы пригласил её на фильм про боевые искусства, она бы точно пришла! Какаши отвёл взгляд, не обращая внимание на спор друзей о том, какие фильмы больше нравятся девушкам, и вспоминая своё собственное волнение в тот момент, когда он приглашал Саюри на свидание и думал, что она откажется. Но она пришла. И позвала его снова. Сегодня. Он бросил взгляд на небо: солнце уже давно покинуло зенит и лениво катилось по небосклону в сторону запада, предвосхищая, пусть и не скорое, наступление сумерек. — Я тоже пытался как-то впечатлить девушку. Решил показать ей всю свою юношескую страсть! — Гай, ты же не… — Что? — Ну… это… ты же не приставал к ней? А то девушка может принять тебя за извращенца… Какаши чуть не подавился воздухом, вспоминая жаркие поцелуи на её подоконнике. Неужели он… — Что? Да как ты мог такое подумать? Я хотел подарить ей цветы! С другого берега реки! И, чтобы сиять в её сердце ярче любой звезды, я перепрыгнул через обрыв, чтобы сорвать те цветы для неё! А потом обратно. Правда, на обратном пути я немного не рассчитал… — Не долетел? — Долетел. — Цветы не долетели? — Долетели. Но я чуть-чуть неверно рассчитал траекторию… и врезался в дерево. — А цветы? — А что цветы? — Ну… ты подарил их девушке? — А?.. Да… она посмеялась, сказала, что цветы красивые. И что можно было не напрягаться. И показала мне на точно такие же цветы, растущие прямо под тем деревом, в которое я врезался. Парни молча переглянулись между собой. — Ну ничего! В следующий раз я достану для неё цветы с самой верхушки во-о-он той горы! — Гай вскочил на ноги, обрызгивая товарищей тёплыми каплями, и в одной из своих любимых героических поз, в данный момент выглядевшей ещё более нелепо, чем обычно, указал пальцем на скалу за территорией деревни. Ту, где Какаши в детстве тренировался, когда отец уходил на миссии. — А ты не думаешь, что после такого фиаско второго раза просто не будет? — Нет! Я абсолютно уверен, что покорил её своим горячим сердцем! — Гай… — Она сказала, что это было забавно! — Это не равно второе свидание! — Равно, если ты полон решимости! А я всегда решителен. Какаши нахмурил брови. А ведь точно. Он хотел подарить Саюри цветы. Как хорошо, что не додумался нарвать те ядовитые «колокольчики»: после такого подарка она бы точно не позвала его на второе свидание. Какаши почувствовал едва ощутимый жар на щеках, но списал это ощущение на влияние горячей воды. Надо будет поискать что-то такое же красивое, но менее… смертоносное… Парень сам усмехнулся своим мыслям. Куноичи. «Смертоносные цветы». Она, может быть, в разы опаснее этой самой… кажется, Цунаде-сама сказала, «медузы»… — ЭЙ, КАКАШИ! Громкий крик Майто Гая, резко ворвавшийся в сознание, заставил задумчивого юношу подскочить от неожиданности: — Чего вам? — недовольно пробурчал он, окидывая товарищей «отстаньте-уже-от-меня» взглядом. — А ты как считаешь, если Куренай наступила Асуме на руку, это и был тот самый «первый шаг», или ей просто нужно больше тренировать координацию? — Я считаю, что падать перед Куренай на колени — изначально рискованный план, — невпопад ответил Какаши, разводя руками с самым равнодушным взглядом, на какой только был способен в данный момент. — Я же сказал, что просто выковыривал камень из сандалия! — возмутился Асума. — Какаши, ты нас вообще слушаешь? — Нет, — честно ответил юноша, вновь погружаясь в раздумья, из которых его вырвал очередной товарищ. — Ты сегодня странно себя ведёшь. — Для вас все, кто приходит в источники, чтобы просто спокойно отдохнуть, ведут себя странно. — Конечно! Ты должен пылать энергией юности, а не бурчать, как старый дед! — Никогда не думал, что скажу это, но я согласен с Гаем, — усмехнулся Котецу, — если ты будешь постоянно смотреть на мир с таким выражением лица, то уже к тридцати станешь похож на Данзо. — Я не… — попытался оправдаться Какаши, но не закончил. Всё парни дружно поёжились, очевидно, представив эту картину, а после громко рассмеялись, вновь нарушая столь долгожданный покой источников. — Иногда мне кажется, что самый большой враг для Конохи — это он, — поддержал Котецу Генма, ковыряя сенбоном в зубах, словно зубочисткой. — Я не удивлюсь, если у него есть своя подпольная армия, — усмехнулся в ответ Асума, но взгляд его был, на удивление, серьёзным. Какаши посмотрел на своё отражение. По штабу АНБУ иногда ходили слухи о том, что у Данзо есть своё собственное секретное подразделение, но эти слухи были одними из тех, что быстро пресекались начальством, а потому обсуждались коротко, завуалированно, исключительно шёпотом в раздевалках и коридорах подальше от крыла, в котором располагалось руководство штаба, и прерывались тут же, стоило лишь услышать вдалеке чьи-то шаги. — А если серьёзно, важно быть готовым ко всему, — сменил тему Генма, — даже если враг — просто старый знакомый. — Особенно, если враг — старый знакомый, — Асума поднял вверх указательный палец. Какаши под полотенцем сжал губы, вспоминая, как отправился вслед за Саюри во время их импровизированной «охоты» и, кажется, не на шутку напугал её. От мысли, что однажды может случиться так, что ему придётся сражаться против неё, внутри что-то неприятно сжалось. — Ты выглядишь так, словно тебе совсем не интересно с нами говорить. Друзья должны быть более открытыми, — Гай скрестил руки на груди, устремив серьёзный взгляд на Какаши, но тот, словно уставший кот, который задремал на солнышке после сытного обеда, но был беспардонно разбужен, медленно моргнул, выражая своё равнодушие с ноткой недовольства. — Серьёзно, Какаши, неужели тебе совсем не интересно, каким будут финальные бои на экзамене? — Генма расслабленно облокотился спиной о бортик и блаженно закрыл глаза. — Я бы вот хотел посмотреть на генинов из других стран, и у тебя есть такая возможность, а ты… — Ничего нового, — устало перебил его юноша, отводя взгляд на небольшой каскадный водопад в нескольких метрах от себя и думая о том, что расслабление и отдых на сегодня для него уже закончены. — Конечно, ты же у нас всё знаешь из первых уст, — хмыкнул Асума, наслаждаясь тем, как Какаши тут же вопросительно поднял брови, чувствуя неладное. — Что ты… — А ну точно, ты же у нас ученик Четвёртого, наверняка он тебе всё рассказывает, — с едва ощутимой завистью в голосе протянул Котецу. — Да тут, парни, совсем в другом дело… — Асума бросил на Какаши загадочный взгляд, и заинтригованные мальчишки подсели поближе, предвосхищая какую-то невообразимую новость. — Это в чём? — Асума… — предупреждающе протянул Какаши, опасно сощурившись, и чуть наклонился вперёд, но внезапно порозовевшие щёки только притянули к нему взгляды друзей. — Или в ком. Какаши чувствовал, как вода вокруг него словно закипает, когда недоумение на лицах друзей стало медленно сменяться пониманием, а в их глазах появился хитрый огонёк. — Таааак… — То-то ты так странно себя ведёшь… — Я просто хочу отдохнуть. — И потому ты притащил с собой ту странную штуку, выпавшую у тебя в раздевалке, — внимательное замечание Котецу заставило Хатаке нервно сглотнуть. — Кстати, ты так и не сказал, что это такое, — ухмыльнулся Асума, закуривая очередную сигарету. — Оружие, — Какаши вздохнул, надеясь, что этой части правды его друзьям будет достаточно. — Какое оружие? — Эм… Обычное. Я вообще-то, в отличие от некоторых, иногда ещё и тренируюсь. — Вам выдали новое оружие? — глаза Гая загорелись таким энтузиазмом, словно он был готов в этот самый момент выскочить из источника, чтобы проверить, насколько его кулаки превзойдут силу металла. — Нет, — одним недовольным фырканьем парень разбил в пух и прах все надежды товарища, который с расстроенным видом, наконец, опустился обратно в воду. — Я знаю, что это, — Котецу потёр подбородок, устремив взгляд к небу, словно что-то вспоминая. — Очень напоминает боевой веер, как-то раз доводилось видеть такой во время миссии. — Веер? Ты что, был в Стране ветра? — Ух ты, сувенир! Я всегда знал, что в душе наш Какаши очень сентиментальный! — Не неси чушь. — Тогда кто тебе дал эту безделушку? — хмыкнул Асума. Какаши хотел было ответить, но запнулся, что не укрылось от направленных на него внимательных взглядов. Отвернувшись в сторону, он всё же негромко произнёс: — Нашёл на тренировочной площадке. — М-м-м, значит, боевой трофей? — Так и запишем: «подарок неизвестной», — делая вид, что пишет что-то на полотенце своим сенбоном, словно ручкой в блокноте, Генма хитро стрельнул глазами в сторону Какаши, а потом перевёл взгляд на Асуму, наградившего его одобрительным кивком. Какаши сжал зубы. От одной мысли, что кто-то узнает о его встречах с Саюри, стало не по себе. Не говоря уже о том, что ему ещё предстоит серьёзный разговор с болтуном Саето, когда отряд вернётся с миссии. — Эй, Какаши… а она блондинка? — К-какая она? — заикаясь переспросил парень, слишком резко дёрнувшись, из-за чего обрызгал всех присутствующих, включая Асуму с его сигаретой, — пусть и маленькая, но месть за слитую информацию. — АГА! СЛЫШАЛИ? ОН СКАЗАЛ «КАКАЯ»! ЗНАЧИТ, «ОНА» СУЩЕСТВУЕТ! Гай, казалось, готов был взорваться от переполняющих его чувств: на это намекали расходящиеся в стороны от него слишком сильные круги по воде, больше напоминавшие маленькие волны. Генма вновь сунул себон в рот, Котецу с любопытством подвинулся ещё ближе, сужая и без того узкий круг, а на заднем плане всей этой угрожающей картины нахально ухмылялся Асума, уже смирившийся с бесконечно промокающими сигаретами и читающий во взгляде зажатого в угол друга совершенно неприкрытое: «Я тебя убью». — И кто же она? — ухмыльнулся Генма. — К-кто? — Девчонка, кто же ещё! — Не вмешивайте меня в ваши глупости, — Какаши отвёл в сторону взгляд, анализируя источник на предмет путей для отступления, как и диалог на наличие возможных лазеек, позволяющих перевести разговор в другое русло. — Дай угадаю: она шиноби? — Или наоборот, гражданская? — Нет, точно шиноби, с гражданской Какаши даже поговорить будет не о чем. «Вообще-то есть много других тем для разговоров, помимо будней ниндзя,» — мысленно вздохнул Какаши, но вслух ничего не сказал. — Тогда другой вопрос: с какой она команды? — Может быть из следующего выпуска после нас? У них там много девчонок. — А может быть, она из АНБУ? — Котецу бросил на Какаши подозрительный взгляд, и другие товарищи, за исключением всё ещё хитро ухмыляющегося Асумы, тут же последовали его примеру, заставляя молодого джоунина напрячься ещё сильнее, чем раньше. — Гляньте, он напрягся. Что, правда из АНБУ? — Или… может быть… а что, если она из другой деревни? — Не дури Гай, это слишком опромет… Какаши громко подавился воздухом в самым неподходящий момент, заставляя Генму замолчать на полуслове, а Котецу удивлённо присвистнуть. — Ну надо же. Никогда бы не подумал. И откуда? — Точно не Туман, — Генма начал загибать пальцы, отметая самые абсурдные, на его взгляд, варианты. — Камень тоже вряд ли… — Вы не… — Подозреваю, что это та красотка из Прибоя, — хмыкнул Асума, полностью уничтожая все попытки Какаши избежать разговора на столь личную тему, как девчонки. Ему было достаточно того, что их с Саюри уже застали вместе парни из отряда и Цунаде-сама в компании сэнсэя. От одних только воспоминаний об этом щёки и уши тут же начинали пылать. На этот раз уже громкий свист растворился в облаке пара. — Какая красотка?! — Та самая, с которой ты ему чуть свидание не сорвал. Ведь так, Какаши? — Асума… — Ты мне должен за это, помнишь? Мы хотим ответов. Рассказывай. — О-о-о! Это похоже на тайную миссию с дамой сердца! — Гай радостно всплеснул руками, готовый приступить к расследованию прямо на месте, не покидая источника. Какаши почувствовал, что ещё сильнее краснеет под любопытными взглядами друзей, и опустил взгляд, изучая рябь на воде. — Подожди, Асума, ты только что сказал «Какаши» и «свидание» в одном предложении? — Котецу перевёл взгляд на друга, словно желая убедиться, верно ли он расслышал. — Да быть того не может, чтоб Какаши… и с девчонкой, — задумчиво протянул Генма и внимательно окинул взглядом красного до корней волос товарища, чьё смущение, видимое даже несмотря на махровый аналог маски на лице, красноречиво говорило о том, что Сарутоби не совсем сошёл с ума. — Похоже кто-то явно пытается скрыть, что ему нравится девчонка, — Котецу положил локоть на плечо Гая, не сводя взгляда с Какаши, не знающего, куда деть руки и всё чаще блуждающего взглядом по воде, камням, редким посетителям источника, но не смотрящего друзьям в глаза. — С чего вы взяли? — Все признаки указывают на девчонку: смущение, краснение, чужое оружие в твоей сумке, и ты не можешь объяснить, как оно там оказалось, — словно зачитывая отчёт, Генма водил пальцем по полотенцу, будто отслеживал строчки, которые «записывал» несколькими минутами ранее. — А ещё ты отводишь взгляд, когда речь заходит о девчонках и свиданиях, — Гай задумчиво постучал пальцем по щеке, оценивая поведение друга во время их разговора. — И ведёшь себя так, будто ты не с нами, — уверенным тоном добавил Котецу. — Всё время витаешь в облаках, думаешь о своём… — Я всегда о чём-то думаю, — тихо пробурчал в ответ Какаши, но его словно никто не услышал. — И особенно заметно краснеешь при упоминаниях Нагисы, — сделав акцент на последнем слове, Асума с победной ухмылкой забил финальный гвоздь в крышку гроба, заставляя Какаши, и так красного, как краб, зажмурить глаза от внутреннего чувства смущения и беспомощности, чем он только подтвердил домыслы своих товарищей. — Значит, она участница экзамена, — подытожил Генма, указывая одним из острых концов иглы в сторону Какаши. — Я этого не говорил. — То есть ты хочешь сказать, что это кто-то из джоунинов-наставников? Не знал, что тебе нравятся женщины постарше. Какаши казалось, что Котецу просто над ним насмехается. — Нет. — Значит, всё же участница. Утвердительный тон Асумы окончательно выбил Какаши из колеи: если друзья продолжат в том же духе, то рано или поздно они могут узнать больше, чем им позволено. Только он хотел возразить, как Гай удовлетворённо подытожил: — Отлично, с этим разобрались. Значит, участница экзамена. Из Нагисы. И, если мне не изменяет память, то у неё длинные чёрные волосы, да? — Не… — Совершенно верно, — ответил за Какаши Асума, отчего парню захотелось скрыться под водой в тот же миг. Или врезать Сарутоби, чтобы тот не болтал лишнего. Последний вариант казался сейчас невероятно соблазнительным. — Во-о-от, это уже что-то, а то совсем никакой информации. И долго скрывать собирался, а, Какаши? — Мне нечего скрывать, — фыркнул в ответ выдернутый из своих мыслей о воспитательной беседе с сыном Третьего юноша, недовольно нахмурив пепельно-серые брови. — Конечно, нечего, — спокойно кивнул Асума, — кроме прогулок в парке Сенджу с иностранной красоткой. И странного оружия, которым ты раньше не пользовался. — Ладно, Какаши, — с тяжёлым вздохом произнёс Генма, бросив взгляд на товарищей, словно спрашивая их согласия, — мы тоже кое-что скрывали. Мы тоже встречаемся с девушками. И ходим на свидания. — Да ну тебя, кого ты обманываешь? — усмехнулся Асума, но Котецу шикнул на него так, будто их друг не сидит сейчас рядом и не слышит ни звука из их перепалки. — Тихо! Это тактика! — Котецу тут же обернулся в сторону Какаши. — Видишь? Это нормально. Признавайся! Но тот лишь молча нахмурил брови ещё сильнее, из-за чего на лбу залегла морщинка. — Какаши, в этом нет ничего такого. — Генма со знанием дела кивнул головой. — Вот Анко вчера, например, съела мой данго. Мой. Личный. У меня в руках. Я только взял его, а она съела. Просто взяла и съела. — Так это же Анко, — перебил его Котецу, кажется, совсем не удивлённый подобным поведением девушки. — Но знаете, что самое странное? Она сказала: «Спасибо, милый», и ушла. — МИЛЫЙ?! — Гай поперхнулся воздухом, становясь таким же красным, как Какаши. — Я тоже удивился. Потом вспомнил, что обещал купить ей данго неделю назад. Видимо, она решила, что это как раз для неё. Какаши негромко фыркнул: Саюри наверняка не стала бы делать подобных вещей. — А я вчера сказал Ами, что она красиво заплела волосы, — Котецу поддержал товарища, вспоминая ещё один недавний случай. — Ну, похвалил, как нормальный человек. Девчонки же любят такие вещи, верно? — И что? — Она сказала: «Спасибо». А потом поправила мне чёлку. Пальцем. И добавила: «У тебя тут беспорядок». — Оу-у-у, — глаза Гая засверкали ярче, чем отполированные до блеска кунаи. — Это был романтический пальчик! — Романтический? — с возмущением всплеснул руками Котецу. — Да она меня причесала так, будто готовила к похоронам! Источники вновь наполнились мальчишеским смехом, а Какаши неосознанно коснулся кончиками пальцев пепельной чёлки, вспоминая, как Саюри случайно смахнула с его головы протектор во время их первого поцелуя. Только слегка остывшие, казалось бы, щёки вновь налились румянцем, и Какаши надеялся, что парни этого не заметят. Или примут за жар от горячей воды. Впрочем, надежда на это была слабой: они уже успели распознать его смущение даже несмотря на скрывающее лицо полотенце и обволакивающий тёплый пар от источника. Пока юноша размышлял над тем, что побег в середине разговора будет лишь подтверждением не совсем далёких от реальности предположений друзей, в разговор вступил Асума. — Я тут на днях встретил Куренай. Долго думал, как подойти к ней поближе. В итоге решил спросить, что она думает о моём новом шампуне. Я думал, она пошлёт меня в лес медитировать, но она наклонилась, понюхала и говорит: «Аромат приятный… но через десять минут ты всё равно будешь пахнуть табаком». Через мгновение источники вновь сотрясались от безудержного хохота. — Это было жестоко! — едва не уйдя под воду от смеха, произнёс Котецу. — Ты обязан в следующий раз использовать двойную порцию шампуня, чтобы доказать Куренай обратное! — Гай всплеснул руками, вновь подняв в воздух столб брызг. — Я не собираюсь никому ничего доказывать, — фыркнул в ответ Асума, но уже давно потухшую сигарету изо рта всё-таки убрал. Какаши, тоже не удержавшийся от тихого смешка, внезапно вспомнил, как нашёл Саюри по аромату апельсинов, которым пахнет её кожа. Негромкий вздох услышал только Генма, сидевший ближе всех, но виду не подал. Лишь наклонился к нему и негромко, словно собирался доверить тайну уровня запретного свитка, произнёс: — Какаши… мы уже всё выяснили. Какаши мгновенно напрягся, искоса бросив на него взгляд, но помимо этого, как он сам надеялся, ничем не выдал своего беспокойства: — Не думаю. — Мы знаем, кто она, — заговорщическим тоном произнёс Котецу. — Нет, не знаете, — он перебил быстрее, чем хотел бы, и тут же пожалел о своей поспешности. — Ага! Значит, «она» точно существует! — Конечно существует, мы же видели их вместе, — хмыкнул Асума. Трое парней довольно переглянулись между собой, а мерный звук сисиодоси в это мгновение тишины показался Какаши слишком частым и невыносимо громким. Только сейчас парень заметил, что товарищи окружили его, подойдя слишком близко для обычного купания в источниках. Мысленно констатируя, что он непроходимый идиот, юноша закрыл лицо рукой под очередные комментарии Гая про бурную молодость и горячее сердце. — Точно существует только негативное влияние пара на ваши мозги, — Какаши сжал под водой кулаки, глядя на прозрачную поверхность и судорожно прокручивая в голове дальнейшие возможные вопросы и ответы на них. К сожалению, в отличие от боёв, предсказывать ход мыслей противника в бессмысленной болтовне Какаши не умел. — Если у тебя никого нет, почему ты отводишь взгляд? — Потому что ваши рожи пугающие, — Хатаке закатил глаза, но взгляд на друзей так и не вернул. — Уходишь от темы. Запишем как признание, — Генма с ухмылкой вновь принялся «писать». — Может хватит? — Хорошо, раз он молчит, значит, придумываем сами. Не успел Какаши ничего сказать, как предположения посыпались одно за другим, и все четверо товарищей буквально впились в него взглядами, наблюдая за реакцией. Джоунин в очередной раз за день пожалел, что позволил друзьям затащить себя в эти источники. — Она явно младше, — предположил Котецу, пытаясь вспомнить лица участниц экзамена из Деревни Скрытого Прибоя. — И точно симпатичная, — кивнул Асума, наблюдая, как Генма сосредоточенно «стенографирует» добытую информацию. — И С ОГНЁМ В ГЛАЗАХ! — Перестаньте! — впервые в жизни настолько смущённый, Какаши запустил пальцы в растрёпанные серые волосы, тем самым окончательно сдавая себя с потрохами. — ХА! Значит, мы угадали? — Отлично, парни! Идём дальше! Итак, объявляю блиц-допрос! — Гай удовлетворённо хлопнул в ладоши, словно готовился не задавать вопросы, а проводить очередной спарринг. Если предыдущие вопросы казались Какаши слишком быстрыми, то теперь парни вышли на новый уровень, — он даже не успевал вставить ни одного слова. Ещё немного и этот диалог точно выйдет из-под контроля. — Как её зовут? — Сколько лет? — Она сильнее тебя? — Ты уже держал её за руку? — А… а за талию? — Как вы познакомились? — Это её веер, да? — Ты ей нравишься? — Вы все… невозможны… — Какой у неё уровень чакры? — А голос мягкий или громкий? — А взгляд какой? — А она… гладит тебя по голове? — Я… Ч-ЧТО?! — Ха, гляньте, он запинается, — усмехнулся Котецу. — Я бы после такого тоже запнулся, — хмыкнул Генма. — Это что ещё за «она гладит тебя по голове»? — Это знак близости двух юных сердец! — Не отвлекаемся. Как часто вы видитесь? Асума, словно вспомнил что-то, хитро посмотрел на Какаши: — Кстати, мне казалось, она беспокоилась о тебе. Навещала в больнице? Юноша в ответ лишь пробормотал что-то невнятное. — Запишем как «да». — Она серьёзная? Или забавная? Или загадочная? — Зачем ты забрал её оружие? — О чём вы разговариваете? — Как часто вы остаётесь наедине? — Какаши, ты влюбился? — НЕТ! — и вновь он ответил быстрее, чем успел осознать. Юноше даже не нужно было видеть своего отражения, чтобы понять, насколько у него сейчас красное лицо и растерянный взгляд. И реакция друзей только подтвердила худшие опасения. — Слишком быстро ответил, — хмыкнул Генма. — Это равносильно признанию, — Асума согласно кивнул, скрещивая руки на груди. От переизбытка чувств Гай вновь вскочил на ноги и принялся бегать вокруг, отвлекая Какаши от очередного потока каверзных вопросов. Лишь после десятка кругов он внезапно остановился прямо перед своим соперником. Этот момент мог бы стать идеальным для соревнования в духе «кто больше смущён». И в нём Какаши бы сегодня точно победил с большим отрывом. Гай, словно собирался вытащить из друга сверхсекретную информацию уровня S-ранга, наклонился к нему настолько близко, упираясь кулаками в бока, и заглянул в раскрытые глаза так проникновенно, что допрашиваемый не знал, что заставляет его испытывать большую неловкость: сами вопросы или же усердие товарища, которое выражалось в полнейшем игнорировании его личного пространства. — Вы… вы… целовались?! Внезапно наступившую тишину нарушил кашель, когда Какаши, поскользнувшийся на одном из подводных гладких камней, с громким бульканьем ушёл под воду, тут же мгновенно выныривая обратно и избавляясь от попавшей в горло воды. Восстанавливая дыхание, он буквально кожей чувствовал, что друзья всё ещё не сводят с него удивлённых взглядов. Лишь через пару мгновений Генма пришёл в себя. — Да ладно… — ОНА ТЕБЯ ПОЦЕЛОВАЛА?! — хор четырёх голосов разорвал пространство онсэна, наверное, никогда не видавшего такого шума и хаоса в своём оплоте гармонии и спокойствия. Какаши, чувствуя, как под несколькими любопытными взглядами редких посетителей источника у него горят щёки и уши, закрыл глаза рукой. Напряжённые плечи опустились от осознания безвыходности и очевидности ситуации: он попался. Попался на дурацком вопросе, как какой-нибудь генин-новичок. Самоуверенному шиноби никогда ещё не было так стыдно. — Разок… может… два. Победные возгласы, раскатившиеся над поверхностью воды, звучали так, словно эта новость о поцелуе была отчётом о блестяще выполненной миссии S-ранга, а сам результат — общая командная заслуга. — Ну что, парни, каков вердикт? — Асума довольно потирал ладони, всё ещё не сводя взгляда с прижавшегося лбом к невысокой каменистой горке на берегу Какаши. Генма ухмыльнулся, вновь зажимая свой неизменный сенбон между зубами, и сделал вид, что внимательно перечитывает записанные на полотенце «материалы дела». — Диагноз однозначный: влюблён! Очень опасный. Срочно лечить свиданием! Какаши закрыл глаза и тяжело вздохнул под одобрительные смешки товарищей. Тяжёлую ладонь на своём плече он почувствовал не сразу. Лишь после нескольких минут, показавшихся вечностью, проведённых в попытках успокоить дыхание и собрать сбежавшие из-под контроля, словно природная чакра, эмоции, он, наконец, открыл глаза и повернулся к своим друзьям, чьи довольные взгляды и хитрые улыбки не оставляли сомнений в том, что самое страшное ещё впереди. — Так когда у нас следующее свидание? — Асума слегка похлопал его по плечу, видимо, думая, что так быстрее получит ответ. — Ты можешь рассказать нам сам. Или мы можем продолжить допрос. Выбор за тобой. Какаши вновь окинул товарищей взглядом и утомлённо вздохнул. — Вечером. Громкое «О-о-о» разнеслось над водой. — Мы должны помочь Какаши в этой романтической миссии! — Или случайно разрушим всё, — усмехнулся Асума, посмотрев на друга, чей непривычно умоляющий взгляд переходил с одного шиноби на другого с явно читаемой надеждой на то, что всё происходящее — просто плохой сон. — Так! Сейчас мы обсудим боевую готовность, прежде чем кто-то пойдёт на секретную миссию! — Гай, это не миссия. Он просто встречается с девушкой, — вздохнул Асума, устало качая головой. — Так ведь это самая настоящая миссия сердца, она ещё более опасна, чем любая другая! Генма негромко усмехнулся: — Если это миссия, то я не хочу знать детали. — Предлагаю стратегию: разведка, наблюдение, оценка угроз… и комплименты, — с едва уловимой ноткой зависти в голосе добавил Котецу. — ЭЙ, ТЫ КУДА?! А НУ СТОЯТЬ! — Гай в последний момент бросился к Какаши, который под шумок успел добраться до противоположной стороны онсэна и уже одной ногой стоял на ступеньках, ведущих к помывочной, схватил его за ногу и с оглушительным плеском стянул за собой в воду. Пока «вечные соперники» барахтались под водой, к ним подошли оставшиеся трое, помогая обоим встать на ноги. Гай и Какаши, отплевавшись от попавшей в рот воды, наконец, успокоились и огляделись вокруг. Чувствуя, что чего-то не хватает, Какаши похлопал себя по бёдрам, но пропажи так и не нашёл. Выискивая прищуренными глазами потерю где-то под водой, он услышал слишком довольный голос Асумы. — Какаши, не это потерял? — тот с ухмылкой потряс белым полотенцем. — Да, спасибо, — юноша облегчённо вздохнул и протянул руку за потерей, но Асума мгновенно среагировал, как и подобает шиноби, и сделал несколько шагов назад. — Нет, не спеши. Мы не отдадим его тебе, пока не выслушаешь хотя бы три совета. — Три — это слишком мало! Не нужно недооценивать моего вечного соперника! Тридцать, не меньше! — Сколько? — в отчаянии прошептал Какаши, оглядывая качающих головами товарищей. — Нет, тридцать — чересчур много… — Думаешь, свидание закончится раньше, чем он успеет ими воспользоваться? «Они что, всерьёз считают меня полным неудачником? Или идиотом?» — А можно я уже просто пойду? — проговорил он вслух, на самом деле не рассчитывая на положительный ответ. — Ты не можешь пойти на свидание неподготовленным! — И это мне говоришь ты? — устало вздохнул Какаши, глядя на Котецу и вспоминая, что за весь разговор тот не рассказал ни об одной встрече с девушкой, которая закончилась успешно. — Какаши! Встань перед нами, как честный ниндзя! Мы твоя команда по духу! — Я не просил такую команду. — А вот тебя никто и не спрашивал. Нас больше, значит решаем и задаём вопросы здесь мы, — хмыкнул Генма, хлопая Какаши по плечу и подталкивая его подальше от выхода в небольшой закуток источника, где Асума уже победно размахивал полотенцем. Смущённому юноше осталось лишь подчиниться. Как только выход из источника оказался на безопасно недосягаемом, с точки зрения самопровозглашённых «экспертов», расстоянии, а Какаши вновь был окружён во избежание очередной попытки побега, словно он вражеский шпион, друзья смотрели на него с такими угрожающими лицами, что левый глаз с Шаринганом неприятно задёргался. — При встрече обязательно улыбнись… но не слишком. А то девушка может подумать, что ты сумасшедший, — Асума, имевший больше всего опыта общения с девушками (не просто так же его частенько видели в компании Юхи Куренай), с лицом познавшего все секреты запрещённых ниндзюцу первым озвучил крутившиеся в голове советы. — Главное, не бойся проявить страсть! Девушки любят эмоциональных и уверенных в себе. — Гай прав. Когда идёшь рядом, держи спину ровно, плечи — спокойно. — Грудь вперёд! Покажи ей всю свою силу духа, чтобы у неё не осталось сомнений в твоей решимости! — А я бы подошёл и сказал: «Ты сегодня выглядишь круто», — Генма пожал плечами. — Коротко и лаконично. — А я бы… ну… предложил поесть. Все любят поесть, — вставил Котецу под аккомпанемент своего желудка и негромкие смешки товарищей. — А я… Я бы подарил ей пытающий букет цветов! — Гай, ты так уже однажды девушку испугал. — Она просто не была готова к моей юности! Асума со скептическим выражением лица окинул взглядом Гая, а затем повернулся к Какаши. — Главное — не говорить слишком много. Но его тут же перебил Генма: — Нет, наоборот. Говори, но загадочно. — И иногда молчи. Девушки любят, когда молчишь красиво. Какаши негромко вздохнул: — Она… нормально относится к тишине. Одобрительные смешки были прерваны пламенной речью Майто Гая: — Слова — это ещё не всё! Не забывай про взгляд! Смотреть нужно страстно! С жаром юности! Как на достойного соперника! Какаши вопросительно поднял брови. Генма прыснул. Котецу только покачал головой: — Если ты так на неё посмотришь, она сбежит ещё до того, как ты успеешь что-нибудь сказать. Асума освободил руки, положив полотенце товарища на самый верхний камень, подальше от временного владельца, и лениво затянулся очередной сигаретой. Каким дзюцу он защитил оставшееся содержимое пачки от воды, для Какаши и остальных осталось загадкой. — Не слушай его. Спокойно надо смотреть. Без этой… — он махнул рукой на Гая, — …весенней агонии. Как смотришь на костёр после дождливой миссии. Уже тепло, хорошо и никуда не хочется уходить. На секунду в источниках стало неожиданно тихо. — Это вообще-то… неплохо, — признал Генма. Асума самодовольно хмыкнул. — Нет, лучший взгляд — это взгляд генина на первое задание, — вставил Котецу. — Там всё сразу: и восторг, и ужас, и потные ладони, и предвкушение, и ощущение, что сейчас тебя убьют. — Очень романтично, — проворчал Какаши, закатывая глаза. Генма лениво вытащил сенбон изо рта, поворачиваясь к Котецу. — Да он, наверняка, и так на неё смотрит как студент Академии на хитайате. Всё одновременно подняли на него вопросительные взгляды. — Будто полжизни мечтал получить, а теперь боится даже руками потрогать. Гай хлопнул ладонью по воде так громко, что с близрастущего дерева вспорхнули птицы: — ТОЧНО! Какаши, у которого от всех этих нелепых сравнений вновь заалели щёки, опустил взгляд на покрытую рябью поверхность воды и тихо пробормотал: — А вариант смотреть на неё просто… как на девушку, которая мне нравится, существует? Все четверо переглянулись: обычно Какаши очень редко откровенничал с ними. Усмехнувшись, Генма невозмутимо ответил: — Не-а. Слишком скучно. — Вы закончили? — Нет. Мы ещё не обсудили, как нужно держать её за руку. — Пожалуйста, остановитесь… — Ну, если рядом идёте, можно случайно задеть рукой, — казалось, друзей абсолютно не волнует равнодушие, с которым Какаши принимал их советы. — Главное — не вздрогнуть. — Ага, и не отдёргивать руку сразу. — Я не собирался… — А вот это плохо! — Я согласен с Гаем. Сохраняй спокойствие, но не будь слишком сдержанным. Девчонки любят уверенность. Просто будь собой… но чуть лучше, — Асума как «самый взрослый» окинул Какаши взглядом, и выпустил в небо колечко серого дыма, которое, поднявшись над их головами, рассеялось в воздухе, сливаясь с наводящим морок горячим туманом. Но мнимое спокойствие, длившееся лишь краткое мгновение, вновь было нарушено зычным голосом Гая, у которого, кажется, открылось второе (а может, даже, четвёртое) дыхание. Парень рассуждал так, словно речь шла не о свидании, а о боевом задании: — Именно! Ты должен явиться на свидание с пламенной решимостью! Кричать не обязательно, но можно! И сделай пятьсот отжиманий перед встречей, чтобы сиять энергией юности. — Если я буду сиять, она подумает, что я загорелся. — А разве это не прекрасно? Вместо ответа Какаши лишь покачал головой, бросив косой взгляд на своё полотенце, мирно покоящееся за спиной Асумы. Между тем, Котецу и Генма продолжали разрабатывать стратегию: — Продумай запасные темы разговора. На случай, если вдруг замолчите. Например… погода? — Или спроси, любит ли она суши. — Или про то, как прошла её последняя миссия. — Или спроси, не знает ли она, почему эти три идиота дают тебе советы, — хмыкнул Асума, зажав непривычно медленно тлеющую сигарету между зубов. Какаши вновь поднял утомлённый взгляд на небо. Солнце даже близко не приблизилось к Западу. «Неужели прошло так мало времени? Если я пробуду здесь ещё немного, то точно наделаю глупостей сегодня вечером. Интересно, дурные идеи — это заразно?» — Ты уже придумал, что подаришь ей? — А? Что? — Ты снова витаешь в облаках, Какаши. — Ох, эта первая любовь, заставляющая сердце биться в бешеном темпе, а мысли уноситься за пределы деревни! — Мы спросили, ты уже придумал, что подаришь ей? — Девушки любят разные мелочи, и если это уже не первое ваше свидание, то… — Купи ей сладости. Многие девчонки любят сладости. — Но не покупай слишком много. Иначе подумает, что хочешь её откормить, — поддержал Асуму Генма, вновь ковыряя сенбоном между зубами. Котецу, желудок которого вновь решил напомнить о своём существовании громкой серенадой, поморщившись, закончил мысль, начатую товарищами: И не покупай одну! Одна конфета — сомнительно. Две — мало. Три — уже подозрительно. Четыре —… Какаши, уже успевший прийти в себя после нескромных намёков на прикосновения, окинул друзей равнодушным взглядом: — Может, мне просто предложить ей прогулку? Но все четверо представителей его «команды по духу» в ужасе переглянулись между собой: — Ты что! — Слишком просто! — Хочешь, чтобы она больше не пришла? — Неужели тебе нечем её порадовать? — ухмылявшийся большую часть времени до этого момента Асума выглядел неожиданно серьёзным. — Вообще-то… Я думал подарить ей цветы… — Ого! — Я же говорил! — Ну вот, это уже что-то, — одобрительно кивнул Генма. — Выбрал что-то конкретное? — Ещё нет. — Не бери слишком вычурное, она может решить, что ты пытаешься привлечь её внимание. — Наоборот, ты должен всеми вилами привлечь её внимание! Это должен быть огромный букет, который будет видно с другого конца улицы! — Я бы не был так уверен. — Ага. Таким букетом он сможет привлечь разве что насекомых. — … клана Абураме! — И не поспоришь, — тихий смешок Какаши потонул в громком хохоте друзей. — Ладно, думаю, с цветами Какаши сам как-нибудь разберётся, — кивнул Асума, ставя в данном вопросе точку. — Мой тебе совет: не бери с сильным запахом. У девушки может быть аллергия. А ещё, кроме насекомых, они могут привлечь одному из вас головную боль. — Вряд ли они смогут обойти вас на этом поприще. Но парни, сделав вид, что не услышали язвительный комментарий (а, возможно, и правда не услышали, потому как выглядели необычайно увлечёнными), перевели разговор в другое русло, заставляя Какаши в очередной раз заливаться краской от смущения. — Если момент подходящий… то можно её обнять. Но аккуратно. — Не как мешок с рисом. — И не как противника. Сгорающий от стыда Какаши вновь отвёл взгляд в сторону, изучая в воде своё отражение с покрасневшими щеками: — Я… знаю… — В таком случае, нам нет смысла тянуть, — хмыкнул Генма, совершенно беззастенчиво водя взглядом по смущённому товарищу. — Судя по твоим словам, весьма велик шанс, что дойдёт до поцелуя. И тут главное — не спешить. — И не делать резких движений. — И глаза не закрывать слишком рано. — Кто сказал, что мы будем?.. — Ну, раз она уже дважды тебя поцеловала, значит, наверное, ты не облажался. — Был второй поцелуй, значит, будет и третий. Если не будешь тормозить. — Зачем я вообще сюда пришёл? — Какаши устало моргнул в ожидании окончания пытки. Асума, бросив на него взгляд, выдохнул. — Ладно. Последний вопрос, — парень снисходительно посмотрел на друга и потушил очередную сигарету о камень. — Зачем ты взял её веер? — Тактический расчёт. — Шантаж? — Обмен? — РОМАНТИЧЕСКИЙ ВЫЗОВ?! Какаши уклончиво неопределённо повёл головой, но ничего не сказал. И это послужило причиной новой волны догадок. — Я понял! Он вернёт веер только если она согласится на ещё одну тренировку. — Или на прогулку. — Или на секрет. — ИЛИ НА ЖЕЛАНИЕ! Какаши резко поднял голову, и это стало фатальной ошибкой. Лица товарищей мгновенно расплылись в улыбках. — О-о-о. Мы угадали? — Я. Больше. Ничего. Не буду. Говорить. И слушать тоже. — А мы всё уже сказали, — усмехнулся Асума и протянул другу конфискованное ранее полотенце. — Теперь всё зависит только от тебя. — Беги к своей красотке, — кивнул Котецу под очередное урчание в животе. — Я, пожалуй, тоже пойду. Может быть даже приглашу Ами вместе поесть рамёна в Ичираку, — добавил он, немного подумав, и, следуя примеру Какаши, наконец свободно выдохнувшего, поднялся из воды, повязывая полотенце на бёдрах. — С вас обоих потом отчёты о миссиях, — хмыкнул Генма, наблюдая, как Какаши, махнув рукой и даже не обернувшись, направился в сторону небольшого деревянного домика. - Это не миссия, - фыркнул в ответ Котецу, провожая Какаши взглядом. - Учитывая, как мы сейчас его инструктировали, всё-таки миссия, - засмеялся Асума, облокачиваясь спиной о бортик и блаженно закрывая глаза. — УДАЧИ, МОЙ ДРУГ! ПУСТЬ ПЛАМЯ ЮНОСТИ УКАЖЕТ ТЕБЕ ПУТЬ К СЧАСТЬЮ! И в очередной раз за день покой источников нарушил неудержимый хохот, но уже почти никто не бросал сердитых взглядов на группу подростков, расположившихся в одном из дальних уголков онсэна. — Как думаете, у него это серьёзно? — задумчиво спросил Котецу, оборачиваясь к товарищам. — Мы ведь говорим о Какаши, — указав на занавеску, за которой скрылся парень, ответил Генма, — а если он решился на что-то такое, то это точно серьёзно. — Будем надеяться, что это взаимно, — Асума закурил очередную сигарету. В онсэне наконец наступила долгожданная тишина.