Аллея памяти

Конечно, еще ничего не закончилось. только началось. Быть может Фиску и грозят импичментом, но он всё ещё мэр, он всё ещё при власти. Копы-коррупционеры всё ещё разгуливают по участкам, а Пойндекстер... Всё ещё в бегах. Им предстояло ещё много работы, но пока что, после сражения с отрядом спецназа, серийным убийцей и Фиском, можно было взять передышку и обдумать следующий шаг. С толикой грусти Карен смотрела на дверь, где когда-то был вход в Nelson, Murdock & Page. Сейчас помещение арендовали под прачечную, всё давным-давно переоборудовали и от прежнего офиса не осталось и следа. Мэтт стоял рядом, и хотя место давно пропахло химикатами, стиральным порошком и мылом, здесь всё ещё ощущался знакомый запах. Не настоящий, скорее тот, что дополнял общую картину и создавал нужную атмосферу. Это был запах не чего-то конкретного, но скорее даже абстрактного, чего-то давно утраченного. Дань прошлому и надежда на будущее. Он тяжело вздохнул и вновь взял Карен под руку, невербально предлагая ей пойти дальше. Она слегка поёжилась от холодного ветра и начала свой медленный шаг в сторону, ведя Мэтта за собой, и сама она ещё не совсем представляла, куда идти. Проходя по знакомым улицам было сложно не обратить внимания на всё то, что было так дорого сердцу и чего тут осталось так мало. — Тут многое изменилось, — Карен прервала долгое молчание. — Всё такое... Ухоженное и чистое. Совсем не похоже на Адскую Кухню. Словно она растеряла весь свой шарм. — Да, есть такое, — ответил Мэтт. — Запах другой, звуки другие... Люди другие... Но как бы то ни было, это всё ещё Адская Кухня. Наша Адская Кухня. — В плане? — У этого района всё то, за что мы его помним, в его ДНК. От некоторых вещей не может избавиться даже масштабная государственная программа урбанизации, — усмехнулся он. — Может, это не заметно, но на самом деле, я чувствую, что всё также как и прежде. Я чувствую дом. Карен грустно улыбнулась. В её голове вновь промелькнули короткие воспоминания о всех тех годах, проведённых здесь. И быть может, всё и вправду поменялось, историю этого места не отнять. Память будет жить ещё долго и витать в воздухе, насыщая местных лёгким флёром ностальгии. — Что мы будем делать дальше? — спросила она шёпотом. — Мы? — удивился он. — А что насчет Сан-Франциско? — Знаешь, быть может там и хорошо. Но ведь и здесь есть океан, да и буду честна, я привыкла справлять Рождество в аутентичной форме. Со снегом. — Хочешь сказать, что переезжаешь обратно в Нью-Йорк? — Да, но это займет время. Но пока я здесь, этим моментом надо пользоваться, — она выпустила руку из кольца его локтя и взялась за его ладонь. Не крепко, робко, но взялась. — Так и что мы будем делать? — Я думал над тем, чтобы сделать себе новый костюм, — признался он, подняв голову вверх, будто глядел на небо. На самом деле, кожа его ощутила первые снежинки, маленькие, не заметные, но он не мог упустить момент. — Надо же? Я думала, твой нынешний всё ещё в хорошем состоянии. — Дело не в этом, — отмахнулся он. — Фиск работает над моим имиджем больше, чем я. Мне стоит взять это в свои руки. — Станешь символом сопротивления? — хихикнула Карен. — Справедливости, – поправил Мэтт. – А для этого нужен... Свой бренд, скажем так. — Большая буква D на груди? — и снова залилась звонким смехом. — Глупость, знаю, но... Звучит как что-то, что вернёт людям доверие. — Из вигилантов в супергерои, — задумчиво произнесла Карен. — Это определённо рост. Неплохой обход новых законов, мистер адвокат. — С такими указами приходится идти на хитрости. К тому же, у меня есть контакт с парой Мстителей. Обеспечу себе полную защиту от преследований, — отшутился Мэтт. — А дальше что? — В ближайшей перспективе, у меня в планах только... Провести время с тобой. А уже потом можно будет решить, что дальше... И они вновь смолкли. Щёки Карен покрылись румянцем и она смущённо опустила глаза. Он покачалась из стороны в сторону и взялась за руку Мэтта крепче. Их дыхания участились и только сейчас они вдруг поняли, как на самом деле скучали друг по другу. Как они жаждали этой беседы и всех тех редких реплик, что были до. Зачем они вообще пошли в Адскую Кухню, напомнили себе о всех этих эмоциях? И Мэтт, и Карен пообещали себе, что останутся непреступной крепостью друг для друга, ради друг и друга и самих себя. Но так уж повелось, что обещания свои они не сдерживали. И единственное, чего не хватало, это ещё одного сердцебиения, ещё одного голоса, ещё одной улыбки. Фогги. Его здесь не было. И не могло быть. И осознание этого вдруг ударило их обоих с такой силой, что хватка их рук стала каменной. Без него — всё это не имеет смысла, не имеет ценности, не имеет того же веса. Мэтт и Карен чётко осознали момент, когда глаза их намокли. Но трагедия не должна уничтожать всё. Не в этот раз. В этот раз они поступят иначе. Станут сильнее. Мэтт прервал напряженную тишину первым. — Может, хочешь выпить? — Я не думаю, что мне хотелось бы сейчас быть там, где много шума, — ответила она. — Боже, нет, я имел в виду, что у меня дома есть пара бутылок, скотч, вино. Только ты и я... Тайская еда...? Она нервно посмеялась. — Это не нарушает дружеский кодекс? — саркастично уточнила Карен. — Хотелось бы верить, что нет. — Тогда... Звучит как план.

***

Новая квартира Мэтта была столь же просторна, сколь и дороже на вид. Грубые кирпичные стены превратились в стерильно-белые, не скрипучий пол, всё довольно миленько и даже будто более заполнено, чем его место в Адской Кухни. Особенно Карен приглянулся граммафон с целой коллекцией пластинок. — У тебя телевизор? — удивилась она. — Я может и слепой, но слушать-то я умею. Ну и скажем так, это удобнее, чем искать новости вручную на ноутбуке или телефоне, — Мэтт копошился в полке на кухне в поисках алкогольного напитка. — Я смотрю ты тут совсем обжился, — продолжала Карен, проходя по гостиной. — Погоди, это же принтер из нашего офиса, не так ли? — Да, я... Я забрал оттуда много всего. Посчитал, что выкидывать всё это добро было бы кощунством. Быть может я просто себя так утешал, но... Было приятно иметь под рукой хотя бы частичку того, что было раньше. — И кресло тоже оттуда, — Карен провела рукой по кожаной обивке мебели, что стояла у них в комнате ожидания для клиентов. — Что ещё ты оттуда вынес? Мэтт отложил бутылку вина в сторону. Разливать было еще рановато, они только заказали еду и курьер будет лишь через 15 минут. Он прошёл в спальню, зашёл в гардероб и вынес в гостиную обувную коробку. Положив её на столик, он снял крышку и позволил Карен взглянуть на содержимое. — Моя кружка! — воскликнула она в восторге, доставая кофейную кружку с забавной надписью "Лучший следак в NYC", которую ей подарили благодарные клиенты на Новый Год. — А это... Быть этого не может! — Что там? — поинтересовался Мэтт. — Помнишь, мы один раз так напились, что решили украсть пару бильярдных шаров из «У Джози»? — звонко смеясь припомнила Карен. — Боже, неужели мы их так и не вернули? — Фогги сказал, что это трофей. Джози тогда переоткрывала бар в новом месте. Напоминание о прежнем. Следующим Карен достала небольшую керамическую фигурку цветка в горшке, который долго стоял в старом офисе. Она принесла его на третий день своей работы в «Нельсон и Мёрдок», чтобы оживить это место, раз на настоящие цветы не было ни денег, ни времени. Клубок разноцветных резинок, ручки, коробочка от леденцов, где на самом деле хранились булавки и кнопки. Карен копошилась в коробке и она казалась бездонной и полной приятных воспоминаний. Она пробежалась глазами по сложенной газете, где была опубликована её первая статья в Bulletin. А вот старые разбитые очки Мэтта. Пожелтевшая, покрытая пятнами салфетка, на которой было написано от руки: «Нельсон, Мёрдок и Пейдж». Чего только в этой коробке не было. И вот, наконец-то добравшись до дна, она затаила дыхание и её восторг внезапно пропал. — Что такое, Карен? — взволновался Мэтт. — Боже, Мэтт... Она взяла в руки рамку с фотографией, внимательно на неё посмотрела , а затем положила себе на коленки и закрыла лицо руками, пытаясь сдержать порыв слёз. — Что это? — Мэтт сел рядом и погладил её по спине, в надежде утешить. — Ты помнишь..? Это было после того, как мы впервые победили Фиска. День Святого Патрика... Мэтт тяжело вздохнул. Конечно, он помнил. Они втроем взяли выходной под предлогом того, что ирландские корни Мэтта не простят ему, если он проведет этот день за работой. Вместо офиса, Мэтт, Карен и Фогги предпочли провести вечер в баре, правда, не у Джози, ибо она редко когда запаривалась над тематическими вечеринками. Вместо этого, они нашли аутентичный ирландский паб. Втроём они вырядились в зелёное. Карен надела ободок с торчащими трилистниками, Мэтт надел свитер с таким и где-то даже раздобыл очки с зелеными линзами, а Фогги нашел старый шарф и глупую вязанную шапку. Спонтанная фотография, которую им помог сделать добродушный посетитель паба, на которой все трое расплылись в дурацких улыбках. Фогги держал кружку полную ирландского стаута. Приобнявшись, они стояли с гордо приподнятыми головами. Сквозь слёзы, Карен описала фотографию Мэтту, ведя его пальцы по всем упомянутым деталям, чтобы он лучше представил фотографию в своей голове. Это был момент, когда их первый триумф был всё ещё свеж, когда они были полны сил и надежд, когда они были счастливы, и вряд ли понимали, что это станет последним на долгие годы моментом, когда они вот так соберутся все вместе. Втроём. По щеке Мэтта потекла скупая слеза. Он изо всех сил сдерживался, не зная, хватит ли ему духа. Карен окончательно согнулась в плаче, и Мэтт нежно обхватил её в кольцо своих рук и уткнулся лицом в плечо. Они бы отдали всё на свете, чтобы Фогги сейчас был рядом и вспоминал все радости и невзгоды через которые им пришлось пройти. Постепенно, они утешались, и сопя, всё ещё с красными лицами и глазами полными слёз, дурацки улыбались, прямо как на фотографии. — Это странно, наверное, но... Весь этот год я молился о том, чтобы всё это оказалось неправдой. Что Фогги всё ещё с нами... — надрываюшимся голосом прошептал Мэтт. Карен наконец-то обняла его в ответ. — Ох, Мэтт... — Половина всего живого испаряется и возвращается обратно спустя столько лет. Да и на своём опыте я знаю, что... Разве глупо полагать, что он всё ещё может быть жив? — Я тоже очень хочу в это верить, Мэтт. Но до той поры, у нас только мы с тобой. И эта коробка... Она расцепила объятия, чтобы посмотреть ему в глаза. И хотя она знала, что Мэтт всё также слеп, как и раньше, ей показалось, что он посмотрел ей в ответ. Карен приложила руки в его колючим щекам и прильнула лбом к его лбу. Он, в свою очередь, робко взял её за плечи. — Может быть, пока ты переезжаешь, поживешь у меня? — вдруг сказал Мэтт с ощутимым страхом. — А потом мы вместе полетим в Калифорнию за твоими вещами. Заодно, заглянем в ЛА, за новым костюмом, ладно? — Мэтт... Я даже не знаю... — Пожалуйста. Мне просто нужно... Нужно, чтобы ты была рядом. — И я буду, Мэтт. Конечно... Конечно, звучит как идея. Только как мы всё это перевезём из Сан-Франциско сюда? — Карен, мы же в 21-м веке. Закажем грузчиков или что-то типа того. Благо, я могу позволить такую доставку. В тот же момент раздался треск дверного звонка. — Говоря о доставке... — она остранилась, чтобы поправить волосы. — Это не... — Мэтт не закончил мысль, уже вскочив с дивана и направившись в прихожую. Он выхватил очки из кармана и ловко надел их, стремительно приближаясь к двери. Мэтт знал, кто стоит за порогом, потому даже не утрудился спросить кто там. С недавних пор, это сердцебиение стало... В некотором роде особенным. Дверь распахнулась и Мэтт прокашлялся. — Мистер Мёрдок, — донёсся грубый и уверенный голос. — Офицер Норт.