Часть 7. Смеющиеся киты

***

Как только Шепард получила срочное задание от адмирала Хаккета выяснить причины необычной активности организации «Цербер» на спутнике Арвуна планеты Дранен, находящейся в системе Айзур, «Нормандия» немедленно отправилась в путь. Шаттл «Нормандии» приземлился рядом с базой «Цербера», и высадившийся отряд полностью зачистил ее, однако не нашел никакой информации на терминалах локальной компьютерной сети и не получил ее от сотрудников, которые уничтожали себя сразу после того, как им были заданы наводящие вопросы. После этого Шепард вместе с Гаррусом и Лиарой направились в близлежащее небольшое поселение с необычным названием «Кэти Ридентес», что в переводе с латыни означало «смеющиеся киты». При входе в городок отряд встретил согбенного старичка с длинной седой бородой, который сразу с приветствием подошел к ним, не выражая никакой враждебности, и надел на их головы венки из свежих, только что сорванных ромашек, васильков и лютиков. — Мы давно вас ждали! — воскликнул старец в длинном потрепанном одеянии. — Очень приятно, — ответила капитан, подумав, что об их приземлении могли доложить сотрудники «Цербера». — Не могли бы вы провести нам экскурсию по вашему поселению? — Конечно, Шепард, — ответил старик. Мандибулы Гарруса тут же разошлись в изумлении. Они не предупреждали о своем визите и еще не успели представиться. Команда, переглядываясь друг с другом, движимая любопытством, последовала за пожилым человеком. Маленький городок погружал в атмосферу безмятежности и благополучности. Небольшие одноэтажные белые домики расположились в одну круговую улицу. Первым им встретился житель с длинными волосами до плеч, которыми он подметал землю — он шел на руках и весело хохотал при этом. Его руки были весьма мускулисты, что говорило о том, что он ходит на руках достаточно долго. Он прошел мимо, совершенно не замечая новоприбывших. Второй была женщина в ветхой одежде, поливавшая землю напротив окон низенького домика, на которой не росло ни травинки. Она таскала тяжелые десятилитровые ведра с водой в обеих руках и выливала их снова и снова, и вся принесенная ей вода проникала через трещины в земле, оставляя землю лишь слегка влажной. — Скоро зацветет! — сказала женщина и снова ушла к бившему неподалеку источнику. — Что она делает? — движимая научным любопытством, спросила у старца Лиара. — Разве непонятно? — удивился тот. — Она поливает землю. — Но на ней ничего не растет! — возмутилась азари, осознавая, что без должного ухода, и собственно, без наличия самого растения, ничего не вырастет. — Вот именно. Она ждет, пока что-нибудь на ней не вырастет, — старец был абсолютно спокоен. — Вам не кажется, что это занятие достаточно бесполезно? — Лиара была уже готова взорваться. Шепард и Гаррус переглянулись. — Конечно, нет, — невозмутимо продолжал провожатый. — Достаточно интересно, когда здесь что-нибудь вырастет и когда у женщины лопнет терпение, которое она тренирует день за днем. — Вы самый главный в этом поселении? — спросила коммандер, вспомнив, что забыла спросить его об этом. — Нет. Я отведу вас к нему, — ответил старец и они последовали за ним. Следующими на пути команды попались двое мужчин, один из которых рыл землю, используя при этом руки, а другой зарывал яму обратно маленькой ложкой. — Что вы делаете? — спросила коммандер, подходя к поселенцам. — Я пытаюсь найти золото, — ответил один из них. — А я пытаюсь ему помешать, — ответил другой. Рядом на лавочке сидел мужчина, пытающийся поймать солнечные лучи в ведро. Когда пушистые облака заслоняли солнце, он огорчался. — У вас в поселении все люди так себя ведут? — уточнила Шепард. — Вам кажется это странным? — посмотрел на нее старик. — Они уверены, что совершают нечто важное в своей жизни и это дает им желание жить. Разве вы не делаете то же самое? Гаррус задумчиво свел мандибулы. — Вполне возможно. Например, некоторые коллекционируют модели кораблей или заводят рыбок, чтобы потом тратить время впустую на собирание моделей и на ежедневное кормление рыб. — Гаррус? — Шепард быстро обернулась к нему. — Это в чей огород был камушек? — Что за огород и какой камушек? — искренне удивился турианец. — Хорошо, не забудь напомнить мне о том, чтобы я просветила тебя в области земной фразеологии. Следующими на их пути были женщины, высыпающие горох, бобы и фасоль в траву, а затем их разбирающие в отдельные мешочки. — Похоже, им больше нечем заняться, — отметил Вакариан. — Может быть их поведением заинтересовался «Цербер»? Надо взять на анализ воздух и сделать пробы воды, — сказала Лиара, доставая колбочку. — Если воздух Арвуны заражен какими-либо галлюциногенами, то нам нельзя оставаться здесь надолго. — А также нельзя пить воду, — добавила Шепард.

***

В центре деревни на круглой, вымощенной плоскими камнями, площади рядом с фонтаном молодые парень и девушка занимались любовью. Остальные жители проходили мимо, словно совсем не видели их. Рядом играли дети, засовывая головы в воду в фонтане. — Утопи меня! — Нет! Ты утопи меня! — просил один у другого. Один из мальчиков засовывал голову в воду, а другой долго держал его там, не давая вдыхать воздух. Шепард подбежала к одному из детей, который уже бился в конвульсиях, и вытащила его из воды. — Вы вообще следите за своими детьми? — грозно спросила коммандер. — Что у вас тут происходит? — Мы не мешаем детям играть, не ограничиваем их свободу, — пояснил старик. Дальше отряд следовал с все нарастающим беспокойством. Поведение людей казалось уже не просто баловством, а было просто пугающим. По дороге им встретился мужчина, закопанный в землю по плечи. На его лицо, смазанное медом, садились мухи и осы жалили его. Гаррус стал немедленно отгонять насекомых от его лица. — Вы мешаете ему! — воскликнул старик. — Это его желание. Команда попыталась привести мужчину в чувство и освободить его из земли, но он оказался уже мертвым. По улице шагал мужчина, ведя на поводке маленького мальчика, который прыгал, лаял и кусал прохожих. Мужчина и женщина, с венками на головах из свежих цветов, взявшись за руки, спрыгнули с обрыва. Шепард, Гаррус и Лиара подошли к обрыву ближе, надеясь увидеть за ним насыпь земли. Однако за обрывом они увидели скалы и бушующие волны океана. — Что они наделали! — воскликнула Лиара. — Они скрепили себя узами брака. Навсегда, — ответил старик. — Они никогда не узнают разочарования друг в друге, горечи ссор и измен. Когда команда завернула за угол, то увидела стоящую рядом с большим домом огромную клетку, в которой находились маленькие дети. Большинство из них спало, другие же сидели, глядя вокруг отсутствующим взглядом. Рядом с ними лежали разные местные фрукты, поражавшие своей необычностью. Один из детей потянулся к кувшину и стал пить из него. Шепард метнулась к ним и открыла клетку, чтобы выпустить из нее детей. Но малыши продолжали сидеть, молча смотря на нее. Их глаза были подернуты странной поволокой. — Что вы творите с детьми?! — воскликнула Лиара. — Разве вы не пытаетесь ограничить своих детей от различных опасностей? — удивленно спросил старец. Гаррус взял кувшин и втянул содержимое в нос. Питье пахло крепким алкоголем. Возмущенно сдвинув мандибулы, Вакариан протянул кувшин Лиаре. Она перелила содержимое в колбу, но и без анализа было ясно, что это. — Необходимо связаться с Хаккетом, чтобы изъять и эвакуировать детей и помочь остальным жителям. Однако системы связи не работали, жалобно издавая писк. — Кто-то глушит сигналы, — заключил Гаррус. Старик наконец подвел команду к большому дому, выкрашенному белой известкой, на котором была прибита табличка с выцветшей надписью «Дом мудрости». В дальнем помещении за большим столом, засыпанным бумагами, сидел человек маленького роста с непропорционально маленькими кривыми конечностями и большой головой. Он разрывал бумаги на длинные маленькие бумажки и рисовал на них цифры со множеством нолей. Когда Шепард и компания подошли к нему вместе со старцем, карлик стал раздавать им бумажки, рассыпая их по всему помещению. — Я оплатил вашу работу, можете быть свободны, — сообщил он. — Где мы можем увидеть мэра этого поселения? — спросила Шепард, глядя на старика, который казался самым адекватным. — Это он и есть, — развел руками старец. — Разве ваше руководство выглядит иначе? — Думаю, что представители Совета Цитадели органично вписались бы в это общество, — хмыкнул Гаррус.

***

— У нас сегодня пир в вашу честь, — сказал старец. — Пойдемте со мной — все уже должно быть готово. — Но мы только что пришли. У вас в поселении есть провидцы? — спросила Шепард. — Нет. Вы бы их увидели, если бы они были, — загадочно ответил старик, улыбаясь. За поселением уже был накрыт длинный стол. На больших блюдах были разложены разные фрукты, отдаленно напоминавшие плоды с Земли. Рядом с каждой тарелкой стояло по два фужера, в которых были уже разлиты напитки. Изящные графины так же стояли на белоснежной скатерти. — Как же хочется пить… — прошептал Гаррус. — Потерпи, — тихо ответила Шепард. — Нам надо выяснить, что здесь происходит. Шепард бросила взгляд на странное возвышение позади стола в виде пирамиды, щедро украшенное цветами и фруктами. — Хорошо, что мы не взяли Грюнта, — сказала Лиара и села за стол. Все жители поселения были уже тут. К Гаррусу, Лиаре и Шепард подошли юноши и девушки и надели на их плечи венки, сплетенные из листьев папоротника, крупных лиловых цветков, похожих на гладиолус, белого олеандра, алого гибискуса и вороньего глаза. Команда села за стол и усердно делала вид, что пьет из бокалов и употребляет фрукты, которые так и манили своей сладостью и сочностью. Шепард почувствовала странную эйфорию, ей захотелось смеяться. Она посмотрела на Гарруса и Лиару, те выглядели счастливыми и расслабленными. Жители поочередно стали вставать из-за стола и танцевать под музыку, что лилась из флейт, арф и лютен, певших в руках местных музыкантов. Спокойная, медитативная музыка усыпляла. Постепенно Гаррус, Шепард и Лиара, словно загипнотизированные, поднялись и задвигались в такт мелодичной, медленной музыке. — Гаррус, ты это чувствуешь? — спросила Шепард, у которой закружилась голова. — Кажется, да… — ответил он, удерживая ее за плечи. — Я сейчас упаду… — прошептала Лиара, подойдя к ним. Волна сонливости и головокружения накрыла их троих. Когда Гаррус открыл глаза, он обнаружил, что его руки и ноги были связаны. Он попытался пошевелиться и увидел лежащих рядом Шепард и Лиару. Они все лежали рядом с пирамидой, украшенной цветами и фруктами. Жители необычного поселения пели и водили вокруг них хороводы. Вдали Гаррус увидел несколько мужчин, которые точили длинные закругленные ножи, похожие на серпы. Турианец стал изо всех сил толкать рядом лежащую Шепард. Она пошевелилась и ужаснулась, открыв глаза. — Нас хотят принести в жертву! — прошептал Гаррус. Коммандер стала с усердием толкать Лиару, и скоро очнулась и она. — У нас отобрали оружие, — произнесла Шепард, глядя, как Гаррус безуспешно пытается порвать веревку об острый край стебля. Лиара применила биотику, прожигая веревку энергией нулевого элемента. Шепард медленно подползла к азари, подставляя ей руки и ноги. Когда пришла пора Гарруса, он пополз к Лиаре через Шепард и неуклюже дернулся, наклонившись на Шепард. Они оба повалились на пирамиду из цветов, кувыркнулись, падая и разрушая всю конструкцию. Блестящие голубые маслянистые шары, прятавшиеся под толстым слоем из собранных в причудливые букеты цветов и фруктов, покатились во все стороны, прямо под ноги водящим хоровод жителям. Они продолжили хоровод дальше, спотыкаясь ногами о шары, и падая наземь. Шепард и Гаррус, вместе катясь на причудливых сферах, удерживаясь друг за друга, поднялись на ноги. Воспользовавшись ситуацией, Лиара прожгла путы Гарруса и они, перескакивая через шары, пустились наутек. Почти сразу за ними двинулись мужчины с серпами. Шепард, Лиара и Гаррус бежали, пробегая через длинную улицу, не оглядываясь. Только некоторое время спустя команда заметила целую толпу бегущих за ними жителей, вооруженных топорами, серпами, лопатами и граблями, но Шепард, Гаррус и Лиара, пулей помчавшись вперед, успели оторваться от них и выбежать из проклятого поселения. Наконец, когда позади них уже никого не было видно, команда с трудом связалась с «Нормандией». Шаттл заходил на посадку, когда на горизонте возникла толпа бегущих к ним жителей. Отряд немедленно загрузился в шаттл, и он взлетел ввысь, покидая спутник, девяносто процентов поверхности которого составляли океаны. — Мы обязательно вернемся, — сказала Шепард.