2. Розовый профессор

Темнота окутала всё вокруг, когда безлошадные экипажи проехали через ворота школы и с гулом пронеслись мимо хижины Хагрида. Аромат вечнозеленых растений из Темного леса проникал в открытое окно и застревал в волосах Андреа. Выйдя из кареты, она подняла взгляд на тысячи сверкающих звезд, отражавшихся в водах Черного озера. В Лондоне, из её квартиры на Косом переулке, она не могла насладиться таким зрелищем. Хотя ей нравилась суета волшебников, входящих и выходящих из чайной матери внизу, ничто не могло сравниться с естественной красотой и тишиной дикой природы Хогвартса. Андреа последовала за потоком студентов в черной одежде, которые взбежали по каменным ступеням и прошли через распахнутые деревянные двери главного входа в школу. Проходя под аркой Большого зала, она все еще могла видеть звездное небо, великолепно изображенное на потолке над сотнями плавающих свечей. Сев за стол Когтеврана рядом с одним из больших каминов, она оглядела преподавательский стол в поисках профессора МакГонагалл. Трансфигурация была ее любимым предметом, и последние несколько лет она работала с профессором над секретным проектом. Андреа была полна решимости обсудить с профессором МакГонагалл некоторые важные детали как можно скорее. Девушка поймала её взгляд, и та слегка улыбнулась, быстро кивнув, что означало, что она поняла желание Андреа поговорить позже. Затем профессор встала и стремительно покинула Большой зал, вероятно, чтобы провести первоклассников на церемонию распределения. Андреа хотела стать анимагом, уметь превращаться в животное по желанию было непростым достижением и считалось довольно рискованным. В двадцатом веке лишь семь человек были зарегистрированы как анимаги, включая МакГонагалл, поэтому девушка была уверена, что никто не сможет лучше помочь ей в обучении. Большой зал наполнялся гомоном сотен молодых ведьм и волшебников, не говоря уже о множестве призраков, скользящих по воздуху. Среди общего шума она услышала голос одного из близнецов: — Может лучше на Филче проверим? Андреа вздохнула, закатила глаза и удивилась, что эти парни не могут прожить и года, не устроив при этом хотя бы несколько серьезных неприятностей. Наблюдая за тем, как студенты заполняли четыре длинных стола в зале, она заметила, как вошли Джинни, её брат Рональд и Гарри Поттер. Поттер расссказывал, что видел возвращение Сами-Знаете-Кого в конце прошлого учебного года. Эта тема часто поднималась в разговорах студентов и была спорной, особенно после трагической гибели однокурсника Андреа, Седрика Диггори, от рук Сами-Знаете-Кого, как утверждал Поттер. Однако девушка верила в это. Она не знала почему, но верила. К тому же Альбус Дамблдор, директор школы и величайший волшебник своего времени, также полностью поддерживал эту точку зрения. — Андреа, привет! Мы таааак давно не виделись!— закричала Джейми, симпатичная рыжеволосая ведьма с Когтеврана, учившаяся на одном курсе с Андреа. — Я по тебе соскучилась! Видела Элизу и Роджера? — Девушка встала чтобы обнять подругу. Ближайшими друзьями Андреа были Джейми, Элиза и Роджер Дэвис, но по какой-то причине она не встретила их в поезде. — Элизу не видела, — ответила Джейми, усаживаясь рядом с Андреа, — А Роджер минуту назад был за столом преподавателей. Он что-то обсуждал с обеспокоенным Флитвиком. Кристалл подняла глаза и увидела профессора МакГонагалл, которая вела группу первокурсников по центральному проходу между длинными столами. В руках она держала деревянный табурет и распределительную шляпу. Поставив шляпу на табурет, она отошла в сторону и стала ждать. В Большом зале воцарилась тишина: все сосредоточились на церемонии сортировки. Шляпа неподвижно сидела, а затем задрожала и начала петь: В стародавние дни, когда я была новой, Те,что с целью благой и прекрасной Школы сей вчетвером заложили основы, Жить хотели в гармонии ясной. Мысль была у них общая — школу создать, Да такую, какой не бывало, Чтобы юным познанья свои передать, Чтобы магия не иссякала. "Вместе будем мы строить, работать, учить!" - Так решили друзья-чародеи, По-иному они и не думали жить, Ссора — гибель для общей идеи. Слизерин с Гриффиндором - вот были друзья! Когтевран, Пуффендуй — вот подруги! Процветала единая эта семья, И равны были магов заслуги. Как любовь несогласьем смениться могла? Как содружество их захирело? Расскажу я вам это — ведь я там была. Вот послушайте, как было дело. Говорит Слизерин: «Буду тех только брать, У кого родовитые предки». Говорит Когтевран: «Буду тех обучать, Что умом и пытливы и метки». Говорит Гриффиндор: «Мне нужны смельчаки, Важно дело, а имя - лишь слово». Говорит Пуффендуй: «Мне равно все близки, Всех принять под крыло я готова». Расхожденья вначале не вызвали спор, Потому что у каждого мага На своём факультете был полный простор. Гриффиндор, чей девиз был - отвага, Принимал на учёбу одних храбрецов, Дерзких в битве, работе и слове. Слизерин брал таких же, как он, хитрецов, Безупречных к тому же по крови. Когтевран — проницательность, сила ума, Пуффендуй — это все остальные. Мирно жили они, свои строя дома, Точно братья и сёстры родные. Так счастливые несколько лет протекли, Много было успехов отрадных. Но потом втихомолку раздоры вползли В бреши слабостей наших досадных. Факультеты, что мощной четвёркой опор Школу некогда прочно держали, Ныне, ярый затеяв о первенстве спор, Равновесье своё расшатали. И казалось, что Хогвартс ждёт злая судьба, Что к былому не будет возврата. Вот какая шла свара, какая борьба, Вот как брат ополчился на брата. И настало то грустное утро, когда Слизерин отделился чванливо, И, хотя поутихла лихая вражда, Стало нам тяжело и тоскливо. Было четверо - трое осталось. И нет С той поры уже полного счастья. Так жила наша школа потом много лет В половинчатом, хрупком согласье. Ныне древняя Шляпа пришла к вам опять, Чтобы всем новичкам в этой школе Для учёбы и жизни места указать, — Такова моя грустная доля. Но сегодня я вот что скажу вам, друзья, И никто пусть меня не осудит: Хоть должна разделить я вас, думаю я, Что от этого пользы не будет. Каждый год сортировка идёт, каждый год… Угрызеньями совести мучась, Опасаюсь, что это на вас навлечёт Незавидную, тяжкую участь. Подаёт нам история сумрачный знак, Дух опасности в воздухе чую. Школе «Хогвартс» грозит внешний бешеный враг, Врозь не выиграть битву большую. Чтобы выжить, сплотитесь — иначе развал, И ничем мы спасенье не купим. Всё сказала я вам. Кто не глух, тот внимал. А теперь к сортировке приступим. Предупреждающая песня? Какой замечательный способ начать семестр. Распределение прошло быстро, и когда Дамблдор начал свою традиционную речь, Андреа погрузилась в глубокие размышления. Она понимала, что песня, вероятно, была связана с возвращением Сами-Знаете-Кого к власти. Это было одной из причин, по которой она так отчаянно стремилась стать анимагом. Возможно, она стала немного параноидальной, но слышала о жестоком обращении с магглорожденными и, возможно, даже с полукровками до того, как Гарри Поттер одержал победу над Сами-Знаете-Кем. В последние месяцы также ходили все более частые слухи о пропавших. Став анимагом, Андреа чувствовала, что сможет обеспечить себе большую безопасность и, возможно, защитить семью. Её размышления внезапно прервались, когда она осознала, что Дамблдор больше не говорит. Вместо него к Большому залу обратилась высокая женщина с скрипучим голосом. Кристалл пропустила большую часть её слов и едва могла сосредоточиться на том, что она говорила, так как внешний вид женщины сильно отвлекал её. Она была невысокой, полностью одетой в розовое, и её лицо напоминало большую жабу, которая ещё не совсем освоила использование румян и помады. К тому же, её короткие вьющиеся каштановые волосы были украшены ужасным бантиком. Её глаза жадно скользили по комнате, когда она говорила болезненно-сладким тоном, который, как Андреа была уверена, никто из присутствующих не мог воспринять как искренний. Розовая дама закончила свою речь, драматично откашлялась и вернулась на своё место. — Спасибо, профессор Амбридж, — Произнес Дамблдор и жестом пригласил всех к пиршеству. Хотя Андреа пропустила большую часть её слов, у неё сложилось стойкое впечатление, что эта женщина из Амбридж пришла в Хогвартс исключительно для того, чтобы утвердить своё господство. Почти все за столом Когтеврана хотели обсудить нового преподавателя во время роскошного банкета, который появился на длинном столе. Андреа слышала от других, что эта женщина из Министерства Магии и должна преподавать Защиту от Тёмных искусств. Несмотря на то что мысль о том, что эта ужасная маленькая женщина будет учить защитной магии, вызывала любопытство, Андреа была особенно рада, что решила не изучать З.О.Т.И. в этом учебном году. Андреа с удовольствием съела несколько пирожков, стоявших перед ней, и с радостью проигнорировав своих однокурсников, которые расспрашивали шестикурсницу Чжоу Чанг о том, верит ли она, что её покойный парень, Седрик Диггори, был убит Сами-Знаете-Кем в прошлом году во время Турнира Трёх Волшебников, как утверждал Поттер. Праздник пролетел незаметно, и вскоре Андреа направилась в конец Большого зала, чтобы дождаться момента, когда она сможет провести новых первокурсников в их гостиную. Роджер подошёл к ней у двери. – Андреа! Как лето? — спросил парень, — Мы с девочками скучали по тебе в день рождения Элизы. — Извини, — ответила Андреа. — В тот день мне нужно было помочь родителям в чайной. Кто-то устроил свадебный вечер и привёл тридцать человек, хотя нам сказали, что их будет всего восемь. — Ужасно, — сказал Роджер, зевая. — Хочу спать уже. — Я тоже. Этот день должен закончиться,— сказала Андреа, потянувшись. — Я стараюсь сохранять позитивный настрой после того, как узнала, что у нас здесь есть старая ведьма из Министерства, такая, как Амбридж. Я надеялась, что этот год мы проведём лучше всех остальных.. — В любом случае, — добавила она с вздохом, — Я отведу первокурсников. Хочу первой в душ. — Без проблем, — ответил Роджер. Студенты встали, когда Дамблдор пожелал всем спокойной ночи и отпустил их. — Первокурсники Когтеврана! Быстро сюда! — кричала Андреа быстро двигаясь. — Молодцы! Идём за мной. — ХУУУУ! — прокричал высокий, хриплый голос прямо над толпой, когда они вышли из-под арки в вестибюль. Андреа, которая вела первокурсников, подняла глаза. Примерно в двадцати футах над ними парил школьный полтергейст Пивз. Он держал на ладони большое, покачивающееся деревянное ведро, словно показывая цирковой трюк. — УУУУУ! — снова закричал Пивз, привлечённый их вниманием. — КТО ХОЧЕТ ПОДОЙТИ? Пивз жутко ухмыльнулся, переворачивая ведро прямо над тем местом, где стояла Андреа и ещё три первокурсника. — ОСТОРОЖНО! — закричала Андреа, закрыв лицо руками и бросившись бежать. Но было уже слишком поздно. Она учуяла это прежде, чем успела осознать. В воздухе витал холод и жуткий аромат гниющей листвы и рыбы. Вестибюль заполнился студентами, все смеялись: кто-то хихикал сочувственно, а кто-то надменно. Когда она подняла глаза, Пивз уже умчался, а Андреа с ног до головы была покрыта чем-то, что, по-видимому, было илом с мелководья черного озера. Ее желудок скрутило. Пятикурсник Слизерина Драко Малфой, окружённый пятерыми приятелями, окликнул её. — Как кстати! — протянул Малфой. — Молодец, Пивз! Теперь она пахнет, как и её грязный отец-маггл! — Все слизеринцы стали спускаться со смехом в подземелье. Андреа кипела от злости, её голова закружилась, когда она увидела всё ещё стоящих рядом, трёх первокурсников, которые тоже были мокрыми. Роджер подбежал к ним. — Не повезло, — произнес он, переводя дыхание и покачивая головой. — Ты в порядке? Нам нужно в башню. Роджер отступил на шаг назад, увидев её яростное выражение лица. — Может, я лучше один их отведу? — предложил он. — Ты не спеши.. Роджер вместе с первокурсниками поднялся по Главной лестнице, в то время как остальные ученики разошлись по гостиным. Андреа откинулась спиной к стене и сползла на пол, обхватив голову руками. Она пыталась сдержать слёзы ярости, которые молча катились по её лицу. Тупо уставившись на стену напротив, она старалась взять себя в руки. Звуки других учеников постепенно стихали. Она подняла глаза и увидела, как последние студенты поднимаются по лестнице. Среди них были Фред и Джордж, весело разговаривающие с небольшой группой гриффиндорцев. Джордж оглянулся, прежде чем пройти под каменной аркой к Главной лестнице, и заметил Андреа. — Эй, ребята! Смотрите, там огромный, грязный старый садовый гном! Возле дверей! — крикнул Джордж, — Наверное, забрел с капустной грядки Хагрида. Андреа медленно подняла голову, повернулась к толпе и обожгла Джорджа взглядом полной неистовой ярости. — Черт возьми, — произнес Фред с дрожащим смехом. — Это была Андреа, Джордж. Джордж сглотнул. — Я… я.. Встретимся в гостиной.. — сказал он, смущённо морщась и обращаясь к Андреа. — Мне нужно срочно что-то придумать.. Остальные ушли дальше, тихо смеясь, а Джордж подошёл к Андреа и плюхнулся рядом. — Что случилось? — воскрикнул он, рассматривая коричневую пасту на рукаве её мантии. — Я сначала даже не заметил тебя здесь! Подожди – черт возьми! Ты плачешь? Андреа вытерла слёзы чистым уголком мантии. — Я в порядке, правда, — ответила она, выпрямившись. Джордж с сомнением поднял бровь. — Пивз решил, что будет весело вылить ведро с тинным соком на первого неудачника, который выйдет из Большого зала, — наконец произнесла Андреа после длительной паузы. — А этот мальчишка Малфой решил подколоть моего отца, сказав, что мой он тоже грязный или что-то типа того. — Малфой — скользкий мерзавец, — сказал Джордж, вытаскивая из волос Андреа довольно большого водяного жука. — И Пивз тоже придурок. Да и в школе тебе пришлось несладко. Выглядишь, как одинокая петунья на грядке с луком. Наклонись вперед, пожалуйста, там ещё сзади. Андреа постепенно отпускала свою ярость и задумалась, не предлагает ли он ей открыться. Она украдкой взглянула на сосредоточенное лицо Джорджа, который пытался распутать очередного жука из её кудрей. Она глубоко вздохнула. — Просто… у меня был очень долгий день, — призналась она, подавляя нарастающее смущение, когда Джордж уже начал вытаскивать кусочки растений. — Сначала я опоздала на поезд, потом вы заставили меня думать об Оливере, потом Амбридж, и теперь вот это. Я просто так устала. Джордж встал и помог Андреа подняться на ноги. Они медленно пошли к лестнице, оставляя за собой мусор и грязь. Вместо того чтобы идти в гостиную Гриффиндора, Джордж повернулся вместе с Андреа к башне Когтеврана. — Тебе разве не в другую сторону? — спросила Андреа. — Да, но ты выглядишь так, будто тебе нужно с кем-то поговорить, а я никуда не тороплюсь. Идем, — сказал Джордж. Немного удивленная, Андреа продолжила: — Иногда мне кажется, что люди не считают меня достойной своего внимания. Я была вся в этой грязи, и никто из друзей не остановился, чтобы помочь мне. Кроме тебя, конечно. Но это больше напоминает мне о том, что я чувствовала большую часть прошлого года с Оливером. Андреа и Джордж внезапно остановились на полпути к лестнице четвертого этажа, когда призрак прошел сквозь стену перед ними, преградив им путь. — За все время наших отношений мне казалось, что он видит во мне лишь отвлечение от стресса квиддича. Мне не хотелось в это верить, но ситуация только ухудшилась, когда он закончил Хогвартс и начал играть в профессиональной команде. Он даже не удосужился отвечать на мои письма, так что в конце концов я просто перестала их писать, а он даже ничего не сказал! Теперь они приближались к двери, за которой находилась лестница к Башне Когтеврана, и замедлили шаг. — Фред думает, что я бросила Оливера ради того парня из Дурмстранга, с которым пошла на бал, но это совсем не так, — сказала Андреа с досадой. — Я бросила его перед балом, потому что он не хотел идти со мной. Он сказал, что он слишком занят. Я не видела его несколько месяцев. Это стало последней каплей, поэтому я и написала ему в ответ, что он мне не нужен и может убираться! Джордж тихо усмехнулся над ее словами и вдруг повернулся к ней лицом, загораживая дверной проем. — Андреа, я понимаю, почему ты так себя чувствуешь, но я не думаю, что люди тебя не замечают. Я постоянно обращаю на тебя внимание! — сказал Джордж, смеясь и нервно проводя рукой по волосам. — Вуд мог бы встречаться с вейлой, но он бы всё равно не проводил время с не! Этот парень, скорее всего, предпочел бы задушить себя щупальцем снарфалампа, чем отказаться от квиддича. У него перепутаны приоритеты. Джордж заметил, как Андреа неловко покачивалась на месте, всё больше стесняясь своего запаха и внешнего вида. — Ты же знаешь, что он не заслуживает тебя, — сказал Джордж, глядя ей прямо в глаза. — Не знаю… Может быть.. — ответила Андреа, слегка покраснев, с всё еще капающей с неё грязью. — Ты гораздо умнее его. Людям ты нравишься больше. Чёрт возьми, я никогда не слышал, чтобы кто-то сказал хоть слово против тебя! — добавил Джордж. Он посмотрел на неё с новым выражением и тихо произнёс: — Ты лучше, чем он. Джордж сделал медленный, осознанный шаг к Андреа. Он был совсем близко — еще один маленький шаг, и они будут всего в дюйме или двух друг от друга. Так близко, что Андреа представила, что чувствует его тепло, мягко исходящее от него. Она была парализована, неспособная заставить себя разорвать зрительный контакт, несмотря на нервы. Она была настолько застигнута врасплох, что забыла о том, как сильно она, должно быть, пахнет на таком расстоянии. — Вуд… он... идиот, — сказал Джордж, осторожно убирая кончиком пальца выбившуюся прядь волос с лица Андреа. Он уставился ей в лицо, его взгляд переместился с ее глаз на ее пухлые, красновато-коричневые губы. Его глаза задержались там на мгновение, затем он снова поднял их к её глазам и игриво улыбнулся. — Может, это и эгоистично с моей стороны, — сказал Уизли, внезапно отойдя на несколько шагов от Андреа и озорно ухмыляясь. — Но я даже рад, что Вуд такой болван… На это Джордж насмешливо подмигнул, помахал на прощание и побежал обратно по коридору, оставив Андреа стоять там ошеломленной и грязной.