Глава 14

~~~~~

Феликс неспеша направлялся в сторону комнаты Чана и неожиданно встретился в коридоре с Анной, которая шла ему навстречу. Они поприветствовали друг друга, перекинулись парой формальных фраз и девушка поспешила дальше по коридору. Феликс невольно проследил за ней взглядом. Анна постучала в номер к Хёнджину и тот мгновенно открыл, кажется, нетерпеливо схватив девушку за руку втянул в свой номер и дверь за ней тихо закрылась. Феликс лишь глубоко вздохнул, наблюдая подобную картину в который уже раз и пошел дальше к Чану. О чем с ним хотел поговорить лидер у него не было ни малейшего представления, но он даже был рад провести этот вечер в компании своего «австралийского бро», а не в грустном одиночестве, как это случилось часто в последнее время. С Чаном они тепло общались еще со времен трейни, когда только он мог поговорить с ним на родном языке и только с ним парень делился своими тревогами. Со временем Феликс освоился, стал свободно владеть корейским и общаться со всеми ребятами, особенно сблизившись с Хёнджином и с Чаном они стали не так уж часто беседовать, но сохраняли какую-то особую родственную связь. Когда Феликс тихо постучал, Чан радостно встретил его:       — Заходи, Ликс. Налить тебе вина?       — Не откажусь. — парень осматривался и пытался понять тему разговора. Чан протянул ему бокал и присев рядом на диван внимательно посмотрел на парня.       — Ну как твои дела? Давно мы так с тобой не общались…один на один. Феликса немного смутил прямой взгляд лидера. Ему показалось, что Чан мог заметить тревогу и печаль в его взгляде и, возможно, хотел выяснить причину, за этим его и позвал. Придав себе как можно более радостное выражение лица парень ответил, мило улыбнувшись.       — Да все хорошо, вроде бы. Устал немного за последние дни — попытался он предугадать вопросы и придумать сразу оправдание — А в целом все хорошо.       — Да, работы много было… ты выглядишь немного бледно. Кушай хорошо, ладно? — заботливо добавил лидер, заметив какую-то тревогу в глазах парня. — Как твоя спина? Не беспокоит?       — Да нет… все в порядке. — заверил его Феликс, отпивая вино чтобы расслабиться. — А ты как?       — Да ничего. Тоже устал… — не вдаваясь в подробности честно, но коротко ответил Чан. — А как там остальные? Интересно знать твое мнение, кажется, мне они не всё рассказывают… я в последнее время на нервах… да и склоки их надоели уже… я не слишком жесткий с ними, как думаешь?       — Все в порядке. Никто на тебя не жаловался… Все понимают, что тебе тяжело и без того, а они еще лишние проблемы создают.       — А как там Хёнджин? Я часто на него срывался… и кажется он меня как бы… избегает или что? Он в порядке? Ты же с ним общаешься… Феликс сделал еще большой глоток вина. Вопрос про Хёнджина задел его и вызвал беспокойство. Он старался не показывать вида и отвечал, как можно ровнее, не придавая интонации никакого оттенка.       — Хёнджин? Да не знаю... Он, как обычно вроде бы… Я с ним не особо часто сейчас общаюсь…       — Да? А я думал вы с ним близко дружите. — удивился Чан.       — Ну сейчас работы много… нет времени и сил общаться… хочется просто спать в основном… — попытался выдавить из себя улыбку парень и сделал еще глоток вина. Отвечать на вопросы про Хёнджина он особенно не хотел.       — Он не обиделся на меня? Как думаешь, я перегнул палку с ним?       — Я так не думаю… кажется его занимают совсем другие вещи… — обобщенно ответил он, но понял, что зря так выразился и занервничал. Феликс подумал, что Чан пытается выяснить, не ведет ли Хёнджин опять игры способные навредить работе (и его репутации), подозревая снова какие-то его проступки. Сдавать Хёнджина, наводить на него вновь гнев лидера и вероятность отправиться в рест парень бы точно не хотел и решил отвечать максимально обтекаемо.       — Это какие например? — уточнил Чан       — Да, ну… искусство всякое… картины там… ничего нового… Я не думаю, что он обижается на тебя. — пытался выкрутиться парень. Чан не знал, как ему перейти к вопросу про Анну. Ему не хотелось задавать вопрос в лоб, но он ничего не мог придумать.       — А не знаешь, чем он занимается сейчас в свободное время? — сформулировал Чан.       — Да ничем таким особенным не занят… думаю просто отдыхает, смотрит аниме или рисует… как обычно… — ответил парень, отпивая из бокала. Чан не мог понять, тот действительно не знает про связь Хёнджина с Анной, или Феликс намеренно скрывает отношения друга, или же это он сам накрутил себя словами Хана и на самом деле у них абсолютно ничего не происходит. Он решил все-таки спросить конкретнее, так как не был уверен, что парень понял на что он намекает.       — Слушай, а ты не замечал, что у Хёнджина за переглядывание с Анной? Они с ней общаются или что у них за отношения? — стараясь говорить как бы между делом, будто только что об этом подумал, небрежно спросил лидер, подливая вино в бокал парня. Феликс широко раскрыл глаза. Ему самому совершенно не хотелось знать «что у них за отношения» и он старался не задавать себе этот вопрос и не анализировать это. Поняв, что вопрос поставил парня в тупик, но он явно что-то знает, Чан решил пояснить, для чего ему эта информация и быть честным перед другом.       — Я просто хочу понять, у них что-то есть или я это придумал? Мне нравится Анна, но я заметил… — Чан смутился и не знал, как объяснить свое беспокойство на этот счет — Я просто хочу знать… может ты знаешь, что у них происходит? — вздохнул он. — Или я заразился паранойей от Хана? — смущенно улыбнулся он, поджимая губы и вопросительно заглядывая в глаза Феликсу. Феликс наконец понял, что это и было основной причиной для встречи и что вопрос для Чана личный. Он вдруг осознал, что лидер просто переживал из-за Анны и почувствовал сочувствие к нему… Анна была так похожа на Хёнджина, а он прекрасно знал, что любить таких, как они — это врагу не пожелаешь. Он считал девушку совсем не лучшим выбором для Чана и посоветовал бы ему держаться от нее подальше, но кто он собственно был такой чтобы отговаривать друга, ведь он и сам был в положении не лучше его… к тому же у него уже путались мысли от выпитого вина и волнения вызванного этими вопросами. Он не знал, что именно ему рассказывать, по сути он и сам ничего не знал, а точнее не хотел знать.       — Я сам мало что знаю… — опустив взгляд на бокал в своих руках тихо начал он, сердце выпрыгивало из груди — Ну они общаются… часто вечерами пьют в баре… Я знаю, что Хёнджин рисовал Анну… и несколько раз видел, как она заходила к нему в номер или выходила из него… и кажется — он хотел добавить «Хёнджин всерьез увлекся Анной», но самому себе было тяжело признаться в этом и тем более облечь в слова — и кажется на этом всё… — решил завершить он, так как остальное было бы уже догадками, а разводить сплетни он не хотел. — Хёнджин мне не рассказывает никаких подробностей своих отношений… точно я больше ничего не знаю. Зная хорошо Хёнджина, он конечно был уверен, что у них с Анной сильно более близкие отношения, чем он описал Чану, но ему было бы слишком больно говорить об этом, да и он привык уже не анализировать эти вещи. Проще было делать выводы только о том, что он видел собственными глазами, а где он свечку не держал, в том нельзя быть уверенным — так убеждал он самого себя и это помогало ему не сойти с ума от боли все эти годы. Из этого рассказа Чан понял, что к сожалению его предположения не совсем беспочвенны и Анна действительно параллельно ведет какую-то дружбу или игру с Хёнджином, о которой Чану она не рассказывала, и даже те немногие вещи которые поведал ему Феликс были сильно больше, чем он знал накануне. Подозрений и вопросов стало только больше. Феликс, увидев в глазах Чана тень беспокойства и тревоги, решил разрядить обстановку и сменить тему разговора.       — Так как там продвигается работа над новой песней? Ты ведь говорил, что у тебя есть пара интересных идей для следующего альбома. Покажешь? Может, что-то уже получилось? Чан был рад, что Феликс спросил. Больше говорить насчет Анны у него не было желания, а новых идей у него действительно было много и он был рад показать наработки своему другу. Они погрузились в этот творческий диалог, больше не возвращаясь к напряженной теме отношений.

~~~~~

Анна разминувшись с Феликсом в коридоре быстро постучала в номер Хёнджина. Тот мгновенно открыл и, нетерпеливо схватив ее за руку, втянул в номер.       — Ну наконец-то ты пришла. — спешно проговорил он, обжигая ее своим горячим взглядом, будто договаривались они не о разговоре, а о чем-то более интересном. — Я уже заждался. Даже пить начал без тебя…       — Мне тоже наливай. Такое без пол литра не расскажешь… — пошутила она в ответ, так же даря ему теплый взгляд. Свечей на этот раз не было, но мягкий свет прикроватных ламп и тихая музыка создавали уютную атмосферу.       — Я никуда не спешу, можешь не торопиться. Нас никто не побеспокоит — тихо заверил он Анну и, вальяжно располагаясь на диване и поджимая под себя ноги, протянул ей наполненный бокал. Хёнджину не терпелось узнать, какую же тайну скрывает эта девушка и что так ранило ее, но и давить на нее он не хотел. Анна хотела поделиться с ним всей историей и своими сомнениями, но не знала с чего начать. Она практически залпом выпила бокал и Хёнджин налил ей второй. Он мягко взял ее за руку, показывая свое расположение и не торопил с рассказом. Она пила вино, разливающееся теплом под ее кожей, и смотрела на этого парня. Сегодня он показался ей даже красивее, чем обычно. Его идеальные черты, небрежно собранные в хвост волосы, спокойное выражение лица и расслабленная поза придавали ему особое очарование. Анна невольно улыбнулась, ощущая, как вино подогревает её чувства и заставляет смотреть на него с ещё большим восхищением. Он заметил её взгляд и посмотрел на неё с мягкой улыбкой, его глаза светились теплом и пониманием. Парень слегка наклонился вперёд, явно желая услышать её рассказ. Она пила бокал за бокалом чтобы расслабиться и набраться смелости для предстоящего тяжелого рассказа, ощущая его близость и тепло. Он тоже пил, слушал музыку и кажется был погружен в свои мысли, однако между ними не чувствовался дискомфорт, просто он давал ей время собраться с мыслями и был рядом. Наконец, достаточно выпив, она начала, мягко кладя ему голову на плечо:       — Знаешь… я совсем запуталась… может ты мне подскажешь что-нибудь… — тихо проговорила она, делая очередной глоток из бокала       — Я весь внимание. Постараюсь помочь. — кладя руку ей на плечи заверил он.       — В общем… до этого тура у меня был тур с Тхт… и у меня был роман… с Ёнджуном… — Хёнджин удивился, но вида не подал. — История долгая… я постараюсь рассказать подробнее, чтобы ты понял детали. Она начала с самого начала — со звонка из бара и закончила последним разговором из-за звонка Чана, не утаив причины их расставания из-за условий компании, что принесло им обоим столько боли и стало причиной той холодности в начале тура, которую заметил Хёнджин. Затем она рассказала, что сейчас сближается с Чаном и что сомневается и в перспективе их отношений и в себе из-за своих чувств к Ёнджуну. Хенджин слушал ее с большим вниманием, задавая уточняющие вопросы периодически. Анна рассказывала максимально искренне. Некоторые вещи он интуитивно уловил с самого начала их знакомства, но причины стали ему ясны только сейчас. Он чувствовал свое сходство с Анной, но и их различия стали ему понятны после ее рассказа. В отличии от него Анна искала постоянных отношений… либо обманывала сама себя их поисками. Этого он пока еще не понял.       — Вот такая история… теперь ты знаешь всё. — завершила рассказ девушка и вопросительно посмотрела на парня в ожидании его комментариев и советов — Что думаешь?       — Ну, во-первых капец ты жесткая… надо было мне сразу рассказать, я бы тебя за километр обходил… — пошутил он, хитро ей улыбнувшись. Затем принял серьезное выражение лица и подумав немного продолжил. — А если серьезно и ты хочешь мое мнение, то мне не понятно, с чего ты взяла, что любишь Ёнджуна? Я не большой эксперт по части любви, но из твоего рассказа, кажется, что между вами была только физическая связь — страсть и желание, подогреваемые флером запретности, придающем им особую остроту. Твои страдания это скорее чувство вины, за его разбитое сердце и боль которую ты ему причинила. А какие были между вами чувства, если убрать физическую составляющую? Когда он уехал, так ли часто ты о нем думала? Так ли много общего между вами? Анна задумалась. Его вопросы были удивительно точными. Пока она была с Ёнджуном, она действительно не думала, что влюблена в него и сама же сказала ему фразу о том что «страсть это не любовь». Только после расставания она почувствовала жгучую тоску и желание быть рядом с ним, но опять же… рядом. И по сути ей не хватало его именно физически: его прикосновений и близости. Увидев как Анна анализирует его слова в голове, Хёнджин продолжил.       — Можешь не отвечать мне, ответь на эти вопросы сама себе и найдешь ответ. — она кивнула и он перешел ко второй части ее сомнений — Что насчет Чани… тут другое дело. Явно он тебя не так сильно привлекает физически, скорее то чувство, что он дарит тебе когда рядом. Ваши отношения строятся на помощи, доверии друг другу и просто комфорте рядом. Тут больше перспектив, на мой взгляд, если ты ищешь отношений.       — Да… но что за перспективы? Они же такие же, как и в первом случае… что это за отношения? Как они возможны? Вы уедете и дальше что? Чатики месяцами без возможности увидеться?       — Послушай, Чани это не Ёнджун… он многое может сделать… Если он захочет, то решит все проблемы, поверь мне. Можешь доверить это ему, он точно что-нибудь придумает, если ты этого захочешь… Тут основной вопрос: чего хочешь ты сама? — пожал плечами он, продолжая обнимать Анну и не фокусируясь ни на чем взглядом, обдумывая еще раз все сказанное девушкой. Анна погрузилась в свои мысли. В ее душе была тупая боль от воспоминаний о Ёнджуне и тех горячих чувств, которые будоражили всё ее существо рядом с ним, и одновременно теплая нежность к Чану, желание поддерживать его и чувствовать его надежную защиту. Хёнджин, поразмыслив немного и еще выпив вина, добавил:       — Неужели ты действительно думаешь, что тебе подходит Ёнджун? С самого начала ваших отношений, он только и делал, что ныл и жаловался, а ты решала его проблемы и утешала… а потом просто выжгла его своим огнем… Он же слишком слабый для тебя, разве ты не поняла это сразу? Это же все равно, что мне крутить Мией, которая не понимает даже правил игры и совершенно наивна… это либо слишком жестоко, либо глупо…       — Да… ты прав… ты во всем прав… — устало закрывая глаза уткнувшись в его плечо шептала Анна. Оба они уже изрядно много выпили. — Я поддалась сочувствию и его неопытной трогательности и в результате разрушила его… мне больно от этого и от своей жестокости к нему…       — Ну… может это сделает его сильнее и научит жизни. В конце концов ты спасла его карьеру, хоть и сама заварила эту кашу… Но лучше не играй с теми кто не понимает правила… это мой основной принцип…       — Я давно уже не отношусь к этому, как к играм… еще до Ёнджуна у меня был парень, с которым мы жили вместе и собирались пожениться… но потом он решил уйти, из-за этой моей работы… когда я не бываю дома месяцами. Он поставил ультиматум и я выбрала работу, а не отношения с ним… Кажется этого я никому не рассказывала…было очень тяжело тогда… но работа помогала мне держаться на плаву.       — Ну тогда, тебе больше подходит айдол, а не обычный парень. — улыбнулся он, хлопая ее по плечу. За разговором они допили уже вторую бутылку вина, а время давно перевалило за полночь.       — Может ты и тут прав… А с играми я еще в университете завязала, когда стала жить с тем парнем… но может оно и напрасно. Ты заставил меня вспомнить эти волнующие ощущения. Игры хотя бы не приносят боли и разочарования… Анна совсем напилась и расслабилась, она могла рассказать ему все что угодно, ведь он действительно так хорошо понимал ее. Прижимаясь к Хёнджину девушка уже клевала носом и проваливалась в сон. Заметив это парень тихо спросил:       — Останешься сегодня со мной? , — но ответа не последовало и он почувствовал, как она обмякла под его рукой. Он аккуратно подхватил ее на руки и, переложив в кровать, укрыл одеялом. Она была такая маленькая и легкая, но сколько разрушительного огня было в ней, подумал парень, разглядывая ее милое лицо. Глядя на неё, он в очередной раз восхищался её красотой. В этом спокойном сне её черты стали мягче и нежнее. Светлые локоны рассыпались по подушке, придавая её лицу невинность. Резкие линии, характерные для её обычного облика, теперь сгладились, оставляя только плавные изгибы и мягкий контур. Она выглядела хрупкой, словно нежный цветок. Сложно было поверить, что это она могла покорять и сводить с ума мужчин, заставляя их страдать своей жестокостью. Он размышлял о том, как сложно будет ей найти постоянные отношения, несмотря на её стремление к этому. Он не был уверен, сможет ли она перестать играть и оставить это в прошлом, чтобы построить что-то прочное и искреннее с кем-то. Хёнджин не мог сопротивляться желанию сделать несколько набросков этой милой сцены, ведь Анна сейчас была совсем иной, не такой, какую он рисовал прежде. Он достал блокнот и карандаш, сел в кресло у кровати и начал рисовать. Линия за линией, штрих за штрихом на бумаге появлялся образ спящей Анны. Ее дыхание было ровным и тихим, и он старался запечатлеть эту хрупкость момента, передать тепло и нежность, которые она сейчас излучала во сне. Закончив последний штрих, он с удовлетворением посмотрел на рисунок и улыбнулся — ему понравилось, что удалось передать на бумаге ее мягкость. Аккуратно отложив блокнот на стол, он только сейчас почувствовал усталость — в глазах уже щипало от долгого напряжения и недостатка сна, ведь на часах уже было три. Он медленно поднялся, стараясь не шуметь, тихо подошел к кровати и осторожно лег рядом с Анной, стараясь не потревожить ее сон. Тепло ее тела и исходящее от нее спокойствие быстро убаюкали его, и вскоре он тоже уснул, ощущая рядом с собой ее тихое дыхание.

~~~~~