Глава 5

Глаза не хотели открываться, даже если она правда проснулась. Боль была ощутимой, оставляя особый отпечаток на душе. Она чувствовала себя ужасно. Как будто внутренности пытаются отвоевать для себе больше места в её теле. Боль. Именно из-за неё, чувствовала, что что-то не так. Будто она потеряла кое-что... Родное. Долгожданное. Положила руку на живот, где обычно ощущала... То, что должна... Но сейчас этого нет. И догадка о смерти ребёнка тут же появилась в голове. Не хотелось в это верить до последнего. Мозг отказывался принимать эту информацию. Ей нужно было заставить тяжелые веки открыться. И она открыла их, тратя слишком много усилий на такое простое действие. Получилось не сразу, но сдаваться не хотела. Тело слишком тяжелое, будто что-то тянет её вниз. Практически не хотело слушаться. Сквозь тёмные шторы пробивался солнечный свет, а благодаря открытом окну можно было услышать пение птиц. Кажется... Всё это было просто сном. Тогда... почему она чувствует себя настолько... пустой? Догадки о причине состояния совершенно не радуют её. -Вы уже проснулись, Ваше Высочество? - сказал лекарь, который, кажется, не отходил от неё всё это время. Хотела была что-то сказать, но голова резко заболела из-за воспоминаний о произошедшем. Как Император держал меня, как на это отреагировала внезапно вошедшая Джион. А ещё момент падения и ужасная боль, пронзившая её тело, особенно живот. Так же много крови. -Скажите.... Я ведь... потеряла своего малыша? - сжала одеяло, которым укрывалась, что бы он не простудиться, пока спит. Сердце сжалось от страха. Неужели её опасения превратятся в реальность? По выражению лица лекаря всё становиться предельно ясно. - Мне очень жаль, Ваше Высочество. Ей становиться противно от того, что её догадка оказалась верной. Крови... было даже слишком много. А малыш.... -Я... смогу ещё иметь детей? - возможно это могла быть девочка с её цветом волос, но его глазами. Или же мальчик, полная копия отца. -Боюсь... Что из-за вашего хрупкого состояния здоровья это... маловероятно... Мне очень жаль, Ваше Высочество. Да... Она догадывалась... Мало того, что потеряла мать в очень маленьком возрасте, а сейчас Бог отобрал у неё ребёнка. В душе нарастает пустота. Словно вместе с ребёнком унесли желание жить в этом проклятом мире. Единственное, что так отчаянно пыталась защитить. Даже если он её не любил, то всё внимание уделила бы малышу. Не важно, родись мальчиком или девочкой - любила бы всей душой. Ну... Постаралась бы точно. Попросила бы помощи у холодного отца, что был так заботлив последнее время. А сейчас... То, благодаря чему она нашла смысл жизни, исчезло. Да, он беспокоил её утренней тошнотой и постоянным головокружением. Но... она грела надежду увидеть его спустя полгода. "-Позаботьтесь о Королеве!" - в голове всплывает его голос, который, словно фоном, отозвался в её памяти. Нет. Из-за этих двоих её дитя не стало. Нету ничего, подтверждающего его существование. Она даже не успела подумать над именем. Какое бы ему лучше всего подошло? Она не знает. Никогда не узнает. -Вы можете быть свободным. - сухо говорит она, уставившись в потолок, не замечая, как одинокая слеза катиться вниз. Не замечая и взгляд лекаря, который тут же поклонился. Возможно, она выглядит слишком жалкой, после потери малыша. -Да, Ваше Высочество. Пожалуйста, берегите себя. Лекарь ушёл. "-Холодная женщина." Вспоминается его голос, который снова и снова бил по её душе. Только теперь сильнее. У такой холодной и упрямой женщины не должен был быть ребёнок. Даже тогда, когда ещё можно было спасти его не только с помощью лекаря, но и его поддержкой... Он всё равно повернулся к ней спиной. "- Не думаю, что твой ребёнок может быть не от меня. Ты слишком горда и принципиальна для подобного." Возможно, но... если бы он уделял внимание только ребёнку внутри неё, а ней ей, то... Она бы смогла его частично простить. А сейчас? Что ей делать с этими негативными чувствами? Аккуратно села, игнорируя боль, но свернулась калачиком на кровати. Запах благовоний раздражал, а не успокаивал. Хотелось уничтожить здесь всё. Сжечь дотла. Что бы остался один лишь пепел. Она целый месяц пела этому малышу колыбельную. Закрывает лицо руками, не желая жить на этом свете с этим чувством пустоты, пожирающий её изнутри. Оно словно забирало всё хорошее, что было с ней. Будто уничтожая светлые крупицы счастья. -Ненавижу. - слёзы идут против её воли, чувство, которое захлестнуло с головой, ощутила впервые. Оно напоминало тьму, которую так боялась в детстве, но сейчас, кажется, протягивала руку, желая помочь. Дверь резко открылась, заставляя поднять голову. Это был отец, который стал часто навещать в последнее время. Стало более родным его лицо. Серебристые волосы и встревоженные синие глаза, родные. Как всегда одетый в военную форму, что соответствует его статусу как "Командиру" отряда. -Отец... - чувствует себя потерянным ребёнком, который ищет поддержки. И синие глаза смотрят снова по другому. Как будто в ледяной глади появились трещины из-за тепла. Она никогда не видела столько тепла в его холодных глазах. -Тебе нужно отдохнуть. - аккуратно заставляет лечь на кровати, укрывая, а в его глазах видит боль. Наверное, её вид желает лучшего. И это вполне себе логично. Она... А сколько дней она спала? -Сколько дней я была без сознания? - голос хриплый, незнакомый, тихий, словно не её. - Трое суток, если верить словам врача. - скорее всего перехватил в коридоре. Трое суток... И он ни разу не навестил её. В этом не нужно даже сомневаться. Он слишком холоден к ней, что бы переживать за неё и выкидыш. В памяти всплывают моменты с ним. Как он холодно отреагировал на весть о ребёнке, не заботясь толком о её состоянии. Руки сжимают в кулак одеяло, которым была укрыта. Это был не только её, но и его ребёнок тоже. Слёзы снова стали идти по лицу. Даже тёплая рука отца на её руке не утешала. Слишком больно и обидно. Нет сил сдерживать эмоции при себе. -Отец.... -Я слышал, что случилось в тот день. Как и то, что его Величество тебя оттолкнул. И... Именно поэтому у тебя случился выкидыш. Но это могут быть лишь слухи. Я хочу узнать с твоих слов. Это правда? - отец никогда не верил слухам, поэтому и спросил это, а она видела горечь в его глазах. По привычке хотела было оправдать его, но что-то в ней надломилось, после всего этого осознания. Она лишь удобный инструмент, которым все слишком хорошо воспользовались. И скорее всего выкинут за ненадобностью. А может выжмут всё до последней капли, не давая покоя. Сколько ещё ей придётся это терпеть? Неужто будет вынуждена склонять голову перед ними и дальше? -Да. - она не хочет прикрывать этого человека из-за которого погиб её ребёнок.

Это была последняя капля.

А ведь она с отцом готовились к тому, что бы не смотря на пол, забрать дитя в поместье Моник. Лишь бы уберечь от Имперского Дворца своё дитя, думала даже о том, что бы работать там до конца своих дней. Отец молча смотрел ей в глаза. Она не имела сил даже улыбнуться, поэтому поддерживала зрительный контакт. Конечно, как член императорской семьи она не должна была этого говорить, что бы не опозорить Империю и императорскую семью, но малыш был её последней каплей. Вместе с положением несостоявшейся "матери". Она потеряла веру во что-то. И он это видел. Его хватка усилилась. -Я поговорю с Его Величеством и заберу тебя. - с небывалой решимостью сказал он. Отец... Никогда не шёл против воли покойного и нынешнего Императоров. Даже когда возникла вражда между фракциями, которые продвигали её и Джион, "девушку из пророчества", на место "Императрицы", где самой Аристии досталось место "Королевы", он не высказал и слова против кронпринцу. Принял всё со стойким, холодным, выражением лица. -Но ты же... - не успела договорить, смотря на него с шоком. -Ты моя дочка. - перебил он её, прекрасно поняв, что она хотела сказать. - И я очень жалею, что позволил тебе войти во Дворец, а не сделал наследницей нашего дома. Если бы я только знал.

Не сделал главой дома "Моник".

Так вот, что его всё это время тревожило. Только вот в этой ситуации виновата и она сама. Вместе со своей слепой влюбленности, желанием доказать, что она чего-то стоит. А ведь у него из детей есть только одна она. И эту линию мог бы продолжить её ребёнок. Даже если будет связан кровным родством с Императорской семьёй. -Папа... - неосознанно сказала она, видя как после этого синие глаза стали ещё темнее, а взгляд тяжелее. Слёзы шли, не желая останавливаться. Когда она в последний раз вообще плакала? Перед кем изливала боль накопленную в душе слезами. -Отдохни хорошенько. - видно, что ему эти слова труднее всего. Но сейчас... Она больше всего не хотела, что бы он куда-то шёл. Какое-то непонятное чувство посетило её душу. Неосознанно схватила его за рукав, не желая отпускать. Ей не нравилось это предчувствие. Ужасно не нравилось. Словно... -Всё будет хорошо. - сказал он, улыбнувшись ей, положив вторую руку на её. А она понимает, что никогда не видела как он улыбается. Возможно, заставляет себя, да бы успокоить её. И ей стыдно. Она чувствует, как он целует её в лоб. На душе... Стало так тепло, но так же очень горько. Она очень жалеет, что раньше они так тепло не общались друг с другом. -Отдыхай. - и отпускает его, за что будет себя очень винить, видя лишь спину отца с фамильным гербом рода Моник, в виде снежного барса, на его плаще. *** К сожалению, ей не удалось заснуть. Да и не хотелось видеть тот день в качестве собственного кошмара. Не хочется переживать эту боль снова. Даже если она будет во сне. Сидела за столом рассматривая гортензию, которая упрямо продолжала цвести, игнорируя даже тот странный чай, который пару раз выливала по привычке, но быстро спохватилась, не желая что бы такой красивый цветок по итогу был просто выкинут. Накинула на себя аккуратно теплую меховую накидку и собиралась выйти, что бы слуги принесли ей воды. Надо полить цветок. Только вот шёпот сплетниц остановил её. - Ты слышала новость? -Какую? -Я слышала от старшей, - словно не боится, что их могут услышать, - что Императрица беременная! Она застыла, боясь сказать хоть что-то или двинуться, словно спугнёт источник информации. -Я слышала так же то, что Император был очень рад этой новости. Хочет даже организовать пышный приём и пригласил всех жителей Империи. - продолжила служанка, добивая её всё сильнее и сильнее. Воспоминания снова стали производить картинки прошлого перед глазами. Как он бросил её на служанок и прибывшего врача. Просто сказал позаботиться о ней, при этом убежав за Джион. -Даже Храмы проводят молитву, что бы благословить долгожданного ребенка Империи.

"Долгожданное дитя Империи"

Ей больно осознавать, что его больше беспокоило то, как бы сделать Джион своей, чем их не родившийся ребёнок. Конечно, недолюбливал её, но дитя здесь ни при чём. Особенно в обстоятельствах, при которых начал развиваться. Он ни в чём не виноват! Так в чём разница между её и Джион ребёнком? Они же оба были бы его детьми! -Это же просто восхитительно! Наконец-то у Империи появится наследник! - продолжает говорить она. А возможному рождению её ребёнка никто не радовался. Резко открывает дверь, заставляя слуг смотреть на неё с испугом. Смотрит на них с холодом, немного задрав нос. -Вместо того, что бы сплетничать, лучше б принесли воды. Почему я должна искать вас? Одна из слуг икнула, возможно слишком сильно испугала. Смотря на неё изумрудными глазами. Новенькая, которую видела последний месяц в этом проклятом месте. -Вы уверенны, что можете нам приказывать? - с поднятым верх носом сказала другая, заставляя кровь закипать в жилах. Медленно дышит, да бы не дать эмоциям взять верх. Хотя очень хочется указать ей её место. -Всё таки вы в более невыгодном положении, чем Императрица. - с усмешкой сказала она, а ей хотелось содрать кожу с её лица. - Которая носит наследника под сердцем. Не замечает как рука поднялась и ударила служанку по лицу. Та с непониманием смотрела на неё, сидя на полу. Конечно, ведь никогда не подымала руку на людей, но сейчас... Она не в себе. Не всё в порядке. -Я такая же часть Императорской семьи, как и Императрица. Или вы ставите выбор Императора под сомнение? - раньше она никогда бы не позволила поднять руку на прислугу. Девушка смотрит на неё испуганным взглядом. Скорее всего, Императора слуги не хотят как либо огорчать. Особенно в момент такой радостной новости. -Если так, то скажите это ему прямо в лицо. Так же можете подставить под сомнения все мои заслуги и труды во имя Империи. Хотите расстроить его в такую минуту? Или же лучше, что бы я напомнила собственное происхождение? Их социальный статус ниже моего. В нашей Империи несколько домов, которые носят титул "Герцог". "Ласс" и "Верита" практически у самой вершины, так как их основоположники приложили руку к основанию страны. Немного больше домов с титулом "Маркиз". Дом "Моник" имеет этот статус, но на несколько порядков выше остальных, так как считаются "верными псами Императора" много поколений. Многие задавались вопросом: "Почему им не дали титул такой же, как и у других домов, который так же приложили руку в основании страны?" -Н-нет. - сказала она. -Не сердитесь Ваше Высочество! Мы сейчас принесём вам воды! - тут же вмешалась другая девушка, которая напоминала ей дрожащего зайчонка. -Я жду. - говорит, уйдя в своих покоях. Послышалось шуршание и звуки удаляющихся шагов. Она посмотрела на свою руку, которая ещё дрожала. Вполне себе естественно, что её репутация опустилась ниже плинтуса. И она впервые подняла руку на слугу.

"-Императрица беременна."

Осознание того, что Джион беременна... И её дитя все очень ждут, а так же получает всеобщее обожание... Злит. Во Дворце ни намёка на траур, особенно, если судить по поведению слуг. Всем плевать на неё. Это ладно. Но дитя то тут причём? Стоит ли ей позволить ребенку Джион родиться? Встряхивает голову, еле как дойдя до своей кровати. Ни её малыш, ни дитя Джион не виноваты в ситуации, при которой стали жертвами обстоятельств. Если за ребёнка, который был внутри неё, никто не будет мстить. То за дитя Джион будет Император, а это плохо скажется на семье Моник. Нельзя. Скрипит зубами от злости. Она всё ещё член Императорской семьи. Поэтому Император в праве делать с ней всё, что захочет. В том числе, если она сделает что-то непоправимое - навредит Джион и их общему ребёнку в её утробе. Позже пришла служанка и дала воды. Комнатной температуры. Свежая. Радует, что не отравлена. Часть ушла на полив цветка, который ей впервые приглянулся. Такой красивый, необычный, притягивающий к себе внимание. -Что-нибудь ещё Ваше Высочество? - сказала девушка с зелёными глазами, а той, что дала пощёчину, не было. Возможно, она старалась загладить чужую вину собой. А ведь ею могут так само пользоваться. Её готовили к титулу Императрицы с детства, а теперь занимает позицию "Королевы", которой бессовестно пользуются. -Если будешь всех прикрывать, то тебя попросту будут и дальше использовать. Даже благодарности в свою сторону не услышишь. - говорит, не понимая, почему говорит это именно ей. Она смотрит на неё своими зелёными глазами, передающие весь шок, который только возможен. Не может сказать точно, что именно цепляет в этой девушке, которая напоминает ей крольчонка. -Можешь идти. - сказала, после того как прочистила горло. Она снова поклонилась, после чего удалилась. Легла на кровать, укрывшись одеялом. Почему она сказать эти слова? Обычно не позволяет себе такие вольности с посторонними. За раздумьями не заметила как уснула. Но снов она не видела, так же не ощущая тепла, находясь под тем же одеялом, которым укрывалась, будучи беременной. Хотелось уйти следом за своим малышом. Да бы больше не испытывать боли. Ни физической, ни моральной.