Часть 1

***

- " Ну что там, милая?" - вопрос слетел с уст молодого мужчины в очередной раз. В месяц по 2-3 раза он задавал его своей жене, выходящей из ванной комнаты с маленькой полосочкой в руках. Судя по тому, что на ее лице, как и все прошлые разы, не было улыбки, да хотя бы чего то, Грегори понял, что снова ничего. Врачи говорили, что оба они абсолютно здоровы и могут иметь детей, но с момента, когда они решили зачать ребенка, прошло уже восемь месяцев и это было тяжело для обоих. Карен на этом фоне немного похудела и реже гуляла, читая книги про женское здоровье и журналы на тему беременности и материнства. За окном где-то гулко капали крупные вертикальные капли с водосточной трубы. Это было начало декабря, но холодная погода не шла в их тихий городок. Семейная молодая пара жила в уютном доме в хорошем и благополучном районе. Проще говоря - Рай на земле. Тук-тук…. Тишина разбавлялась только звуком дождя. Девушка, лет двадцати двух, сидела на диване в гостиной небольшого дома, смотря на тест на беременности, где снова была одна полоска. «Отрицательно» Карен с детства хотела семью. Ее семья большая - родители, она и еще три сестры и два брата. Мистер и миссис Закхем были счастливы вместе. Довольно религиозная семья, дружная и полная. Каждое утро завтрак на улице, независимо от погоды, а также ужин в большой столовой дома в тепле камина. Воскресные службы были особенно любимыми для Карен. Ей нравилось ощущать мурашки на позвоночнике, стоило голосам всех прихожан слиться в унисон в утренних молитвах. -"Прости, Грег.." - произнесла рассеянно, не смотря на мужа. Из глаз едва не крапали слезы, заставив блестеть их, а пальцы нервно переплетались и заламывались, в попытке отвлечься. Мужчина сел рядом и положил руку на хрупкое плечо. Он прекрасно помнил, как была возбуждена возлюбленная при согласии завести детей. Карен буквально щебетала, как птичка. Но, оказавшись в ловушке отрицательных тестов на беременность, словно в золотой клетке, ее пыл утих и девушка стала отстраненнее, тише и не такой уверенной. На лице сложнее было вызвать улыбку, а глаза больше не сияли привычным блеском, таким живым и таким родным. -"Карен, что ты… В этом нет твоей вины. Мы будем пытаться снова и снова, пока не придем к нужному результату" - он ободряюще обхватил ее плечи руками и мягко повернул к себе, целуя в лоб, - "я обещаю тебе, у нас будет большая и крепкая семья. Только верь мне" Карен лишь измученно улыбнулась, натягивая уголки только ради того, чтобы успокоить мужа. Пасмурная погода лишь нагнетала атмосферу, вызывая чувство беспомощности. - "Я завтра снова схожу на службу. Хочу помолиться на наше здоровье и на здоровье наших детей.." Грегори не был против этого. Наоборот, он был рад, что жена находит утешение и отвлечение хотя бы в таких вещах, как Господь Бог и слепая, как он считал, вера в высшие силы. Сам мужчина был из семьи атеистов, но никогда не смел перечить любимой, дабы не забрать у нее единственную надежду на лучшее. Солнце начало скрываться за верхушками деревьев. Его теплый свет разлился по окрестностям, лишь создавая иллюзию тепла. Снаружи же на деле было холодно. Облака пол конец дня размылись и открыли чистое голубое небо взору жителей города. Грегори Вэнс покинул дом и подошел к машине, мокрой после дождя. Лужи под ногами были как осколки одного большого зеркала. Увидеть можно было небо и следы развеявшихся облачков. Мужчина улыбнулся в одно такое «зеркальце» и позже наступил на него. Будучи мальчиком лет пяти, он обожал прыгать по лужам в резиновых сапожках, которые были у него синего цвета, прямо как его «Опель Антара». Такие кроссоверы любил его отец и эта любовь передалась к Грегу. Синий благородный цвет радовал глаз, напоминая об ушедшем детстве, о резиновых сапожках, о любимом вечернем платье его мамы. Сев в машину, в голову вдруг врезались мысли о матери. Миссис Вэнс не стало два года назад и Грег с мистером Вэнсом старшим все еще остро ощущали эту потерю. Втроем они жили раньше счастливо вместе, до момента, как он не уехал учиться в город, в котором сейчас живет. Известие о смерти матери пришло внезапно. Вчера он звонил родителям и обещался приехать на выходных вместе с Карен, а после ранним утром его разбудили звонком из морга, где подтвердили смерть Миссис Элайзы Вэнс. Уже хотев смахнуть слезу с глаз, Грегори вдруг ощутил запах висящей «елочки» на зеркале переднего вида. Это была типичная «пахучка», как ее просто называли, с ярким шлейфом баббл-гама. Это вызвало мимолетную улыбку и он отвлекся, наконец. Рев мотора и гул автомобиля нарушил тишину, воцарившую в их жилом комплексе с еще двух десятков таким же домов, как и их сам. Карен помахала их окошка и скрылась за белым тюлем, вероятнее всего идя на кухню, чтобы приготовить ужин к возвращению мужа. Это был ранний вечер. Точнее темнело рано и быстро, так что скорее был еще день, около четырех часов дня, раз уж закат начал расстилаться за горизонтом, расстилаясь оранжевыми полотнами по небу. Вэнс поехал в столь поздний час для декабря, с учетом раннего потемнения, только чтобы купить фрукты к столу. Карен вычитала в каком-то журнале, что фрукты помогают забеременеть. Очередная недоказанная учеными информация, распространяющаяся через женщин со скоростью света, заставило мужчина хмыкнуть. Глупость ведь. Конечно, питание влияло на репродуктивную функцию женщины, но несерьезно, чтобы она сразу же смогла забеременеть, съев, условно, килограмм яблок, как утверждали в статье. Но спорить с Карен было бесполезно, точнее Грег не хотел рушить ее последние надежды, ниточки которых сводятся к мечте о детях.