Гавань Ли Юэ

Стоя на палубе, Фирн с уставшей задумчивостью глядела вдаль, где уже виднелись очертания гавани Ли Юэ. Было жарко. Да, местные жители, возможно, опровергли бы это утверждение, обратив внимание на закрывающие солнце облака и поднявшийся ветер, но уроженок Снежной это вряд ли бы переубедило. Им уже пришлось поснимать свои тулупы и телогреи, хотя некоторые девушки всë ещё не хотели расставаться с меховыми шапками. Наталья стояла рядом с сестрой, перекинувшись через фальшборт. Беднягу укачивало, и, будто назло ей, ветер только усиливался, намекая на возможный шторм. Сëстры могли лишь надеяться, что, по крайней мере, корабль успеет высадить пассажиров до его начала. — Отвратительно — вдруг отозвалась брюнетка о своëм состоянии, когда очередной приступ морской болезни пошëл на спад — Даже думать не хочу о том, как я сейчас выгляжу... Фирн тяжело вздохнула, то ли подтверждая сказанное сестрой, то ли сетуя о чëм-то своëм. Отмерев, когда Наталья еë слегка толкнула, призывая отпустить угольные локоны, она перевела взгляд на черноволосую, а после взглянула на других девушек, прощающихся со скромным завтраком. — Уж точно лучше, чем они — апатично отметила девушка, намекая на то, что, в отличие от Натальи, никто не оберегал куртизанок от попадания волос в рот. — Вот уж достижение... — устало протянула брюнетка и посмотрела туда же, куда ранее смотрела сестра. В начале этого "путешествия" прибытие в гео регион вызывало в ней стах неизвестности, но сейчас у Натальи попросту не было никаких сил бояться. Хотелось лишь поскорее оказаться на твëрдой земле да нормально выспаться. Ещё раз вздохнув, Фирн, глубоко солидарная с сестринскими желаниями, снова посмотрела вдаль.

***

Похоже, в этот день Гео Архонт находился в хорошем расположении духа: мольбы сестëр были услышаны, и те сошли с корабля, не столкнувшись со штормом. Порт Ли Юэ встретил беглянок южным теплом, шумом толпы и запахом свежей рыбы, которую уже практически полностью распродали. Встретил сестëр и один незнакомец, в ожидании стоявший возле пришвартовавшегося корабля, вскоре подошедший к трапу. В нëм легко угадывался выходец из Снежной, однако черты его лица обладали чем-то нехарактерным для крио региона: кожа неизвестного была будто бы немного желтоватой, а глаза обладали необычным прищуром. Должно быть, метис. Передав мужчине записку Розы, в ответ Феодора получила долгий презрительный взгляд и недовольный цык, но была с миром отпущена. Раздражëнно закатив глаза, девушка подхватила Наталью под руку и чуть ли не потащила вслед за толпой туристов и местных жителей, возвращавшихся в город. Несколько мгновений спустя черноволосая нежным прикосновением намекнула Фирн, чтобы та еë отпустила. Ведомые человеческим потоком, сëстры поднялись по одной из широких каменных лестниц и пошли вдоль пока небольших, скорее всего нежилых зданий, вскоре сменившихся более крупными домами. Некоторое время спустя толпа начала распадаться, и бывшие аристократки обнаружили себя на более широкой улице, что уже заставляла глаза разбегаться, полная как более-менее крупных лавок и ресторанчиков, так и скромных буквально тележек, переоборудованных для торговли или готовки каких-то закусок. Абсолютно всë в этом месте отличалось от привычных картин родины: от необычной архитектуры с этими странными изогнутыми крышами до банального отсутствия снега на улице, от обилия туристов до лëгких одежд и желтоватых лиц местных жителей. Глубина и величие культуры гео региона была видна невооружённым взглядом, и это... Не вызывало в Феодоре того восхищения, которое она от себя ожидала. Буквально неделю назад путешествие аж в другой регион заставило бы еë чуть ли не светиться энтузиазмом, а сейчас... — Так... И что теперь? — снова вывела сестру из раздумий Наталья, когда та вдруг сбавила скорость, пустым взглядом рассматривая причудливые завитки черепичных крыш. — А? — Голубоволосая заметно вздрогнула и растерянно посмотрела на брюнетку, пытаясь осознать, что она только что сказала — Эм... — Я спросила, что нам делать теперь — устало повторила женщина — Ты сегодня какая-то рассеянная. Всë в порядке? Фирн смущëнно отвела взгляд — Да, я... Должно быть просто устала — ответила она. Да, этот путь отнял у неë действительно много сил, так что такое странное состояние не должно вызывать беспокойство. Всë в порядке. Девушка приняла более уверенный вид — Нам надо найти ломбард или что-то подобное, а потом — постоялый двор или гостиницу. Наталья кивнула, то ли отвечая на неловкие оправдания сестры, то ли выражая своë согласие со слудующим шагом их непродуманного плана — Спросим у кого-нибудь дорогу? — Стоило бы... — задумчиво протянула Феодора, осматривая улицу уже осмысленным взглядом. Заметив мужчину в чëрной броне поверх жëлто-охристой одежды, она указала сестре на него — Это, должно быть, один из тех, кто следит за порядком в городе... Наталья посмотрела в указанную сторону. Человек, свободно расхаживающий по городу с оружием и одетый во что-то, похожее на форму, и ей показался кем-то из хранителей законопорядка, так что девушки не раздумывая подошли к нему. Как оказалось, такие как он в Ли Юэ звались миллелитами. Мужчина отнëсся к, как он думал, туристкам весьма радушно и с лëгкостью не только ответил на вопрос о продаже украшений, но и рассказал где можно найти временное жильë. Решив, что информацию об оформлении местных документов они всë равно уже не запомнят, сëстры отложили это дело до того, как нормально отдохнут. Быстро поблагодариа миллелита, они пошли по указанному пути. Найти ломбард им всë же удалось, хотя под конец пути обе сестры начали сомневаться, правильно ли поняли данные им указания. За бескаменные золотые украшения оценщик предложил Феодоре куда больше, чем она ожидала, а потому те оказались проданы самыми первыми. Расставаться с кольцами, браслетами и брошью было даже практически не жаль: всë равно Фирн никогда не считала, что золото ей идëт. Полученная сумма оказалась достаточно крупной, так что остальные ювелирные изделия было решено пока что оставить у себя. Ещё некоторое время сëстры побродили по Ли Юэ в поисках гостиницы не слишком кусающейся цены и с нормальными условиями. Потратив на это все оставшиеся силы, они наконец нашли себе временное жильë и, оплатив номер, отправились спать, даже несмотря на раннее время суток.

***

С момента прибытия в Ли Юэ сестëр, по новым документам — Соболевских, прошëл месяц. С самого начала своего пребывания в гео регионе они разделили обязанности: пока Фирн искала дом, который сëстры могли бы себе позволить, заодно исследуя город и интересуясь возможностями устроиться на работу, Наталья полностью посвятила себя смене жëлтых билетов на нормальные документы и изучению законов страны контрактов. Честно говоря, Феодора чувствовала себя... Странно. Во многом это проявлялось в изменившемся в неприятную сторону ощущению времени. С одной стороны часы и минуты, как и похожие друг на друга дни, текли вяло, как течëт едва движимая, густая, жаркая магма, а с другой — летели со скоростью ветра в буран. Фирн изнывала от скуки, осматривая очередной продающийся дом или собеседуя с новым возможным работодателем, но, стоило ей только присесть, чтобы отдохнуть от вечного предвзятого отношения к иностранке с непонятными документами, — по ощущениям, почти мгновенно проходил весь остаток дня, оседая в душе горьким осознанием того, что можно было сделать намного больше. Однако, закрыв глаза на эту неприятность, она могла сказать, что в некотором смысле ситуация даже налаживалась. Небольшой, но более чем достаточный для двух человек домик, бывший владелец которого требовал вполне оправданную цену, всë же был найден, и, хоть покупка и ударила по карману, у сестëр ещё оставалась мора в запасе. Более того, процесс получения местных документов, как оказалось, можно было ускорить. Наталья даже успела найти человека, готового помочь сëстрам и недолго побыть еë мужем. За определëнную плату, естественно. Очередная ситуация с браком ради выгоды оставляла неприятное послевкусие, да и расставаться с ещё большим количеством моры, не имея стабильного заработка, Фирн не нравилось, но в целом... Что же, всë шло лучше, чем могло бы. Тем более, что Наталья с хитрой улыбочкой и весело прищуренными глазами убеждала сестру, что уже нашла себе "стабильный заработок", аккуратненько намекая на постоянную текучку кадров под началом некого Нефритового Равновесия. Нетрудно было догадаться, что женщина нацелилась на Цисин, и Фирн была уверена, что та добьëтся своего. В том, что сможет задержаться на хорошем месте, тоже: всë же опыт работы с документами у брюнетки имеелся — спасибо графу Ржевскому, что скидывал всю макулатуру на жену. У самой Феодоры в этом плане всë было не так радужно. В своëм музыкальном таланте уверена она не была: из всей семьи труды Феодоры хвалили разве что Наталья, Мария и, очень редко, старая репетиторша. Все трое были достаточно сердобольны, чтобы из жалости завысить свою оценку, так о том, что кто-либо примет еë в сфере искусств, девушка и не мечтала. В других же сферах ищущие сотрудников жители Ли Юэ, даже особенно в них нуждающиеся, не хотели брать иностранку, с подозрением относясь к еë желанию "найти себя" в гео регионе. ...Да, скорее всего, Наталья тоже столкнулась с этим явлением, и девушка прекрасно это понимала, но... Как бы она ни пыталась, избавиться от чувства, что все в этом мире ополчились именно против неë одной, не получалось. Ситуацию осложняло ещё и то, что Наталья оказалась достаточно проницательной, чтобы заметить состояние бывшей княжны. — Феодора? — однажды за ужином обратилась к сестре брюнетка. — Фирн. Пожалуйста, зови меня только Фирн — в который раз поправила еë голубоволосая. Бывшая графиня вздохнула. Она знала, почему в билете у Феодоры было написано иное имя, в то время как она сама осталась Натальей, но искренне не понимала, почему сестра не хочет слышать своë настоящее имя, когда они наедине — Хорошо... Фирн — всë же не стала спорить Наталья — Я бы хотела с тобой поговорить. Выгнув бровь, голубоволосая отложила столовые приборы и вопросительно посмотрела на сестру, внутри молясь, чтобы этот разговор обошëл серьëзные, неприятные темы стороной. Наталья немного прокашлилась — Меня... Несколько беспокоит твоë самочувствие... Знаешь, в последнее время ты как будто бы стала более... Отчуждëнной — тщательно подбирая слова начала она — Ты... Словно избегаешь разговоров со мной, а когда они всë же случаются — ты всë больше молчишь, и... Это на тебя не похоже. У тебя всë хорошо? Фирн пристыженно опустила голову и прикусила губу. Она действительно стала больше избегать сестру, помня своë обещание и боясь на неë сорваться — Я, эм... Понимаешь... — девушка затихла, чувствуя, как и без того малая решимость сказать хоть что-то покидает еë тело. Наталья встала со своего места и, подойдя к сестре, мягко взяла еë за руку, ободряюще заглянув в глаза, но ничего не сказала, давая той время собраться с мыслями. Голубоволосая лишь отвела взгляд. Спустя минуту молчания она, тяжело вздохнув, с виноватым видом покачала головой, так и не смея посмотреть на сестру — Не думаю, что это важно. Мне просто нужно отдохнуть. Извини, что заставила волноваться — ей хотелось бы выговориться. Правда. Вот только в этот момент собственные проблемы вдруг показались ей такими мелочными и надуманными, что становилось откровенно стыдно — Но... — слова девушки больно резали сердце Натальи. Еë отказ делиться своими переживаниями заставлял женщину чувствовать себя беспомощной, желая помочь, мысленно гадая, что именно беспокоит Феодору, и перебирая всë более и более плохие варианты. Брюнетке хотелось настоять на своëм, заставить сестру расколоться, но... За всю свою жизнь Наталья ни разу не видела, чтобы принуждение сделало кого-либо счастливее — Ладно... Хорошо. Отдохнуть так отдохнуть — пытаясь успокоить себя, черноволосая нежно погладила чужую руку — ...Знаешь, я слышала, что скоро состоится Церемония Сошествия... — Да, я в курсе... — поддержала Фирн смену темы, чувствуя одновременно и желание, и нежелание вернуть себе свою конечность — Из-за этого в гавань прибывает всë больше туристов. — Верно... А ты хотела бы сходить посмотреть на Гео Архонта? Всë равно в день Церемонии работают только Цисин. Даже торговцы остаются на своих местах только из надежды, что Моракс заинтересуится ими. Голубоволосая натянуто улыбнулась, всë же мягко высвободив руку из сестринской хватки. Она понимала, что Наталья предлагает провести время вместе, и была благодарна за старания, но... — Было бы славно. — Вот и замечательно — приняв согласие за чистую монету ответила брюнетка — Может быть что-нибудь ещё? У нас не настолько мало денег, чтобы так сильно затягивать пояса, как это делаешь ты. Мы могли бы сходить в ресторан или заняться культурным просвещением... Вряд ли в Ли Юэ популярно фигурное катание или балет, но, я уверена, здесь есть ещё на что посмотреть. — Нет-нет-нет, не стоит — поспешила отказаться Феодора — Если хочешь, то, конечно, иди, но я... — она отвела взгляд и неловко сложила руки на столе, уже давно вынашивая идею об одной покупке. Собираясь продолжить, девушка вдруг осеклась, задумавшись. Она не знала, есть ли массовое производство музыкальных инструментов хотя бы в Снежной, что уж говорить про Ли Юэ, где не было даже заводов... Зато помнила несколько мастерских родины, в одной из которых изготовили и еë скрипку, как помнила и то, что стоило это удовольствие, по их нынешним меркам, безумно дорого. Конечно, от чего-то эксклюзивного, созданного на заказ, ожидать иного было бы глупо, но всë же... Нет, она не могла себе этого позволить — Я пойду прогуляюсь, хорошо? — спросила она, будто отпрашиваясь, и встала из-за стола. — А? Да, конечно... — удивлëнно ответила Наталья, провожая сестру взглядом.

***

Фирн не знала, куда она идëт. Она просто искала место, где будет как можно меньше людей. Позднее время сподвигло некоторых разойтись по домам, но что туристы, что местная молодëжь, казалось, о темнеющем небе нисколько не беспокоились. В какой-то момент девушка заметила, что шум торговых улиц стих, и, оглянувшись, обнаружила себя на террасе Юйцзин. Величественные здания с позолоченными крышами возносились вверх, не выражая ничего, кроме гордости и безразличия. Мелодично шуршали красноватые листья и зелëные иглы эстетично-кривоватых деревьев, движимые лëгким ветерком, приятно шумел высокий водопад неподалёку. Запах шелковицы и распустившихся глазурных лилий, смешиваясь с сосновым, успокаивал разгорячëнные мысли. Люди ещё ходили туда-сюда, но старались не рушить благодатную тишину, да и держались вдалеке от того закутка, в котором оказалась Феодора. Глубоко вдохнув приятный тëплый воздух, девушка, краем глаза заметив стоящий справа деревянный столик, с удивлением посмотрела на расположившийся на нëм чайник. Подойдя ближе, она обнаружила ещё и несколько пустых пиал. Подумав, что это просто какой-то человек решил выпить чаю, любуясь прекрасным видом, и уже ушёл, а уборщицы ещё не успели навести здесь порядок, Фирн отошла чуть в сторону и села на ещё не успевший остыть каменный бортик ближайшего зелëного насаждения, погрузившись в раздумия. Обстановка располагала к рефлексии. На самом деле, самокопанием было бы неплохо заняться ещё в тот момент, когда голубоволосая заметила странности за собой, но... Лучше поздно чем никогда, не так ли? Для начала, Фирн действительно хотелось рассказать о своих чувствах сестре, которая всë же была старше и, в теории, могла бы чем-то помочь или, по крайней мере, поддержать... Но было несколько "но". Во-первых, девушка не хотела добавлять сестре проблем. Наталья была так счастлива, что их жизни медленно, но верно двигались в лучшую сторону... В кои-то веки Феодора увидела в глазах сестры искреннюю радость. Уже ради этого стоило прикусить язык и натянуть улыбку. А вот во-вторых... Это заставляло Фирн чуть ли не ненавидеть себя, но факт остаëтся фактом: она завидовала сестре, эгоистично обижаясь, что сама подобную радость не испытывает. Искренняя любовь к сестре мешалась с обидой и чëрной завистью, вызывая раздражение, злость, отвращение и страх. К этой смеси добавлялись усталость и потерянность, не связанные с Натальей, но и не облегчающие жизнь, и получившийся коктейль неприятным, склизким, холодным комком оседал где-то в груди. Девушке не хватало музицирования: раньше искуссто всегда помогало если не абстрагироваться от проблем, то хотя бы выплеснуть эмоции. Сейчас же негатив всë продолжал и продолжал накапливаться, словно... Словно в душе Феодоры образовалась странная пустота, которую необходимо было заполнить. Внезапная ассоциация породила догадку, что заставила девушку вздрогнуть и схватиться за голову. И как только она могла забыть про Глаз Бога?! О этот проклятый кусок бирюзового камня! И какой бог вообще подумал, что связывать душу человека с каким-то артефактом — хороший подарок?! ...А может, Глаза Бога и вовсе не задумывались как дары? Фирн локтями оперлась о колени. Если бы она не побрилась налысо — часть шикарных голубых локонов уже была бы безбожно выдрана, но сейчас пальцы лишь бессмысленно скользили по короткому ëжику волос. Осознание, что она оказалась настолько сильно зависима от какой-то блестяшки, заставляло еë чувствовать себя поистине жалкой, не испытывая по этому поводу ничего, кроме презрения. Хотелось кулаками, болью вытравить из себя эту отвратительную слабость, и в то же время... С пониманием причины проблем в глубине сознания зародилось предательское, жалкое желание вернуться в Снежную. Желание выкрасть, выторговать, да хоть на коленях вымолить у отца заветный артефакт... Девушка взвыла, закрыв лицо руками, и замерла, всеми силами пыталась заглушить разбушевавшиеся мысли, что резали душу не хуже осколков стекла... Вдруг чья-то небольшая, тëплая рука упала ей на плечо. — Ох... Я напугала тебя, дитя? — участливо спросила старушка в тëмно-зелëном платье, обеспокоенно смотря на тут же дернувшуюся в сторону девушку. Немного отдышавшись, Фирн поспешила встать — Нет-нет, что Вы, всë в порядке... Я просто не ожидала, вот и всë. Неизвестная расстроенно покачала головой, не поверив девушке — Ты уж прости меня, милая... Я лишь увидела, что ты плачешь, вот и решила подойти. Голубоволосая удивлëнно подняла брови — Плачу?.. — тихо-тихо переспросила она и аккуратно пальцами провела под глазами, действительно обнаружив там влагу. Тут же она достала из кармана белый платочек и промокнула слëзы. — Так что же терзает тебя, дитя? — ласково напомнила о себе старушка, когда кусочек ткани был убран— Быть может, старая женщина сумеет тебе помочь?.. Девушка, немного опустив голову из-за разницы в росте, пересклась с незнакомкой взглядом. Еë тëмные глаза были полны какого-то всеобъемлющего, подкупающего понимания, словно эта старая леди знала и видела куда больше, чем обычный человек. Несмотря на то, что она была для Феодоры совершенно чужой, отчего-то голубоволосой хотелось продолжить с ней общение — Ах, не стоит беспокоиться. Переезд в другой регион оказался несколько сложнее, чем я думала, не более того — всë же решила не впутывать посторонних Фирн — Но помочь... — она задумчиво отвела взгляд — Вы, случаем, не знаете, можно ли в Ли Юэ купить скрипку? Старушка ненадолго задумалась — Подожди-ка минутку... — протянула она спустя пару секунд молчания и, развернувшись, неспешно подошла к столику. Удивлëнно распахнув глаза, Фирн наблюдада, как потоки некой энергии буквально засасывают старушку в чайник, лишь чудом удержавшись и не раскрыв рот. Уверенность в том, что эта женщина действительно была той, за кого себя выдаëт, резко уменьшилась. Помотав головой, девушка прогнала желание заглянуть внутрь чайника и, сложив руки за спиной, стала ждать возвращения загадочной незнакомки. Возможно, старушка отсутствовала чуть дольше обещанной минутки, но, в любом случае, ожидание не затянулось: совсем скоро та же самая энергия выпустила еë из чайника, позволив голубоволосой увидеть в тонких морщинистых руках до боли знакомый инструмент. Девушка тут же потянулась к изящной скрипке, но в последний момент одëрнула себя — М-можно? — с надеждой и неверием в голосе спросила она и, получив в ответ добродушный кивок, недоверчиво взяла инструмент в руки. Внешне он ничуть не отличался от созданных обычными людьми — разве что не было подбородника, из-за чего держать скрипку было немного непривычно — и всë же Фирн старалась обращаться с инструментом как можно осторожнее, с почти благоговейным трепетом. Смычок коснулся струн, начав своë размеренное движение, и заиграла простенькая, но чистая мелодия. Фирн даже не была уверена, являлась ли она чем-то заученным ещё в далëком детстве или была всего лишь импровизацией. Девушка лишь знакомилась с инструментом, пробуя его звучания на вкус, впервые за месяц испытавая искреннюю радость. И результат не мог ей не нравиться. Остановившись, Фирн заглянула так и не назвавшейся старушке в глаза. Кажется, выражение лица голубоволосой выдавало еë эмоции с головой: недавняя собеседница лишь по-доброму посмеялась и помахала рукой, показывая, что дарит девушке инструмент просто так. Просто потому, что это лучше, чем если бы он безсмысленно пылился где-то в чайнике. На губах Феодоры расцвела счастливая улыбка — Спасибо...