1: Исчезнувшие в мгновение ока

Флэш Сентри отстукивал быстрый ритм каблуком. Для нетренированного уха он должен был предположить, что это звучало как нетерпение или невнимательность — и, честно говоря, он видел Рэйнбоу Дэш без риталина: сходство было поразительным — но это потому, что нетренированное ухо не слышало, как он отсчитывал такты или придумывал тексты в своей голове. В любой день на занятиях у него в голове крутилась как минимум одна песня, умоляющая выпустить её, но в дни, проведённые в стрессе, такие как сегодня, музыка почти совершала побег из тюрьмы. Зал ожидания Amnesty Hospital не был самым худшим местом, чтобы застрять на неопределённый срок. Ультрасовременный ремонт сделал ресепшн больше похожим на вестибюль шикарного, высококлассного отеля, в котором Флэш мечтал останавливаться и выезжать во время турне. Атмосфера могла бы быть получше, но персонал был пятизвездочным. Мускулистая колоссальная медсестра толкала пустые носилки через зал ожидания, но остановилась, чтобы нанести Рэйнбоу Дэш совершенно специфическую серию ударов кулаком. — Дэринг Дэш! Эй, как твоё плечо? Несмотря на себя, Дэш хихикнула и ответила на их тайное рукопожатие. — Хе! Всё ещё издаёт этот странный щёлкающий звук! Тем не менее, её энтузиазм угас на высокой скорости. Стежки, прорезавшие её левую бровь, мешали ей нахмуриться. Вместо этого она наклонилась, чтобы посмотреть мимо него, и сжала кулак, словно разминая перчатку кэтчера. — Эй, эй, Таламус, ты знаешь, как там держатся мои друзья? Я уже могу их увидеть? Медсестра покачала головой и похлопала по плечу. — Извини, Двойная Д. Придётся подождать. Пока он катил пустые носилки через какие-то качающиеся двойные двери, Рэйнбоу издала шумный вздох, перешедший в громоподобное ворчание. — Конечно. Подождать. Точно. Она плюхнулась на мягкое сиденье рядом с Флэшем, и он точно знал, что она чувствует. Тяжесть обнимала его грудь уже больше часа, когда они остались только вдвоём. Это не значит, что он хотел, чтобы она чувствовала это. — Эй. Хочешь пойти и найти Пинки? Я могу остаться здесь и написать тебе, когда мы сможем увидеть остальных. — Нет... может быть, — голова Рэйнбоу откинулась на спинку стула, чтобы она могла бросить на него подозрительный взгляд, — Что она делает? — В последний раз, когда я проверял, она была с детьми, которые снимают стресс. Вероятно, это действительно подняло бы им настроение, если бы они провели день с двумя настоящими супергероями. Плюс, это дало бы тебе возможность заняться чем-то другим, кроме как часами ожидать, — он провёл рукой по своим напомаженным волосам, что было лучше, чем проверять ритм бас-бочки в голове на стоящем рядом фикусе в горшке. На какое-то мгновение она выглядела так, будто вот-вот встанет со своего места и побежит за Пинки Пай и детьми (которых она, без сомнения, сделает почетными Рэйнбумс), но затем в её ярко-розовых глазах промелькнуло что-то твёрдое. Дождь барабанил по окну у её головы. — Спасибо за предложение, но, думаю, я остыну здесь. Это может показаться немного безумным, но сейчас я не хочу быть где-то ещё. Он поделился улыбкой, полной смысла. — Да. Мы сумасшедшие. Коротать время было немного легче, когда на плоском экране шли новости, но Флэшу хотелось, чтобы они переключили канал. Местный диктор новостей, Good Tomorrow, лепетал глубоким звучным, хорошо поставленным голосом, как будто он обладал всеми полномочиями по шокирующе важным и в высшей степени шокирующим событиям в центре города сегодня: группа бездельниц, мстительных девушек подстрекала плохого актера напасть на их справедливый город, что привело к катастрофическим результатам. Кадры B-roll городского парка, разрушенного и находящегося в руинах, подчеркивали его закадровый голос. Двойные колеи, выжженные в грязи, возникли из-за следов пары кроссовок известных марок. Статуя основателя города Эппл Сида утонула в траве, как будто её отбросило в сторону что-то похожее на отпечатки рук у головы. Дрожащая камера, которая явно была снята на телефон прохожего, поймала Твайлайт, бегущую и тяжело дышащую, когда она яростно возилась с высокотехнологичной перчаткой, работающей на геоде. Прежде чем она успела ею воспользоваться, взрыв за кадром заставил оператора отдёрнуть телефон. В следующем кадре Good Tomorrow он вёл репортаж с места событий, потому что небо над городом приобрело поразительную новую особенность. Неровная трещина портила городской горизонт там, где был разорван портал. Девушкам удалось закрыть его, но небо всё ещё выглядело как зашитая рана в пространстве-времени, которая ещё не полностью зажила. Good Tomorrow стоял слева от камеры, чтобы продемонстрировать трещину позади него справа от камеры. — Как вы видите, мы переживаем странные погодные условия, которые создают оптическую иллюзию, что небо сломано. Если вы спросите этого репортера, это подходящее совпадение в тот день, когда наш славный город был преступно осквернён. Как всегда стойкие, зеваки собрались, чтобы сфотографироваться под этим прекрасным чудом природы. Флэш чуть не выругался вслух. Хорошо, что это были только местные новости, и просьба к отцу оказать ему услугу могла легко снять историю с эфира. Быть сыном шефа полиции города Кантерлот Флэш Магнус иногда имел свои преимущества. Но фотографии? Телефонные кадры Твайлайт? Это опасно выходило из-под контроля. Вышло из-под их контроля. Всё, что потребовалось бы, чтобы этот ребёнок с телефонными кадрами пошёл на какую-нибудь крупную сеть или выложил их в сеть, прежде чем они смогли бы подать анонимный иск о нарушении авторских прав, и бум. Весь мир узнал бы о существовании магии. Сансет Шиммер станет первым в мире потусторонним захватчиком. У девочек силой отнимут их обычную подростковую жизнь. Конечно, если какая-нибудь теневая, тайная правительственная операция не заберёт их сначала на допрос. Если они не были серьёзно ранены сегодня. Если они будут на занятиях в понедельник. Если они сейчас ни о чём не беспокоятся. Он покачал головой. По одной проблеме за раз. К счастью, его внимание привлёк свист у входа. Молодой парень ввалился, засунув руки в карманы куртки-бомбера из овчины с лесным узором. Он даже не потрудился надеть штаны, а вместо этого выбрал фланелевые пижамные штаны с узором в виде маленьких зелёных головок инопланетян по всей длине. Когда он наклонился над стойкой регистрации, он вытащил из кармана небольшой пакетик конфет. — Добрый вечер, мэм! Ходят слухи, что кто-то здесь, возможно, немного сладкоежка. Кто-нибудь любит мармеладных грифонов? Пока администраторы хихикали, Рэйнбоу Дэш села рядом с Флэшем и ухмыльнулась. — Тимбер Спрус? Чувак! Долго же ты так идёшь! Флэш нахмурился, когда она подбежала. — Он остановился по пути, чтобы купить закуски? Лёгкая, летняя улыбка Тимбера оживилась, когда он увидел приближающуюся Рэйнбоу. — Привет, герой! Слышал, у вас, девчонки, был тяжёлый день в офисе. Потирая затылок, который, несомненно, был поврежден из-за огромной скорости, с которой она мчалась ранее в тот день, Дэш вздохнула со смехом. — Э-э, да, можно сказать и так. Они пока не разрешают нам увидеть остальных девочек. — Мы ждём уже несколько часов, — сообщил ему Флэш, сохраняя выражение лица. В основном ради Тимбера. Последнее, что Флэш хотел сделать, это затеять драку, когда их эксперты по дружбе должны были отдохнуть, но, по крайней мере, внутренне, он должен был признать, что ему не нравились флюиды, исходящие от этого ребенка. Такой... небрежный. — Ну, отлично. Похоже, я не пропустил ничего интересного, — он оставил жевательные конфеты на столе, затем постучал по пакету, подмигивая, — Это Спаркл с одним «к». Убедитесь, что у неё лучшая комната, хорошо? Он повернулся к Дэш и принял позу сержанта, выпрямившись и заложив руки за спину. — Ладно, солдат. Каковы новости? Со времён кадетства ВВС Дэш явно знала, как правильно отдавать честь. — Последнее, что я слышала, Эпплджек зашивают. В основном это просто растяжение лодыжки, но у неё также есть жуткий синяк, которому я, возможно, немного завидую. Пинки ушла оттачивать свои навыки подбадривания, пока не увидит остальных. На ней ни царапины. Немного странно. То же самое и с Флаттерс, поэтому она вызвалась пойти и рассказать всем «ренты», потому что она, вероятно, сможет лучше всех рассказать им об этом, не наказывая нас всех. Я думаю, она предложила, чтобы пойти обнять кролика или что-то в этом роде. Тимбер кивнул. — Модница? — Отключилась, когда я её сюда принесла, — пробормотала Дэш. Тёмные грозовые тучи нависли над её взглядом, и Флэш не мог её винить, — Док сказал мне, что с ней всё будет в порядке. Никакой черепно-мозговой травмы или чего-то ещё, так что это хорошо, просто выглядело страшнее, чем было на самом деле. Я видела, как Рарити всё время притворялась, что падает в обморок, и я знаю, что она всегда бледная, но... вау, вы знаете? Оказывается, она очень плохая актриса. Всё это совсем не похоже на правду, — она хмыкнула, покачав головой, — Всё произошло так быстро. Если бы я не вбежала как полная идиотка, с ней всё было бы в порядке. Может, всё бы... Флэш поморщился, и не только потому, что он снова сел в жёсткое кресло в зале ожидания. — Да, это... это довольно плохо. Но вам не о чем беспокоиться. Я имею в виду, девочки теперь в надёжных руках, так что всё будет хорошо? Когда всё это закончится, мы все хорошо посмеёмся, верно? Говорить то, во что он не совсем верил, не было так обнадёживающе, как он надеялся. Он никогда не был особенно убедительным оратором: всё, что он мог составить, меркло в сравнении с речами о дружбе, которые могли произнести Твайлайт, Сансет или, чёрт возьми, даже Рэйнбоу Дэш. Но в тот момент Рэйнбоу Дэш, похоже, не могла много вдохновлять на слова. Она снова схватилась за бок, движение, которое он постоянно ловил на ней, когда она думала, что его не заметят. Казалось, что сегодняшний день выбил из неё волю к борьбе, и она делала всё возможное, чтобы не показывать этого, но, с другой стороны, она могла прятаться только так долго. Вот почему Флэш не понял, как Тимбер не мог этого увидеть. Он не понял Тимбера. Он должен был знать этих девушек почти так же хорошо, как Флэш, верно? Разве он не чувствовал это в воздухе? Разве он не видел поражение в глазах Рэйнбоу? И всё же парень вошёл, его волосы были развеваемы ветром и растрепаны, словно он только что вернулся с дня, проведённого на пляже, на песке и на волнах. Не то чтобы у Флэша были проблемы с красивыми парнями. Не совсем грубая красота горца здесь даже не была проблемой, как и гибкое и высокое тело пловца. Он просто не доверял никому, кто только делал вид, что заботится о девушках. После того, что случилось, у него были все основания защищать их, и да, ладно, он никогда не сможет защитить их от страшных вещей. Сегодняшний день показал это совершенно ясно. Но он, по крайней мере, мог отпугнуть придурков, которые отпускали шутки в больничных залах ожидания. Тимбер обнял Рэйнбоу за плечи, потому что, конечно, он не заметил, насколько нежен её бок. — Эй. Как думаешь, как быстро ты бежала сюда? Спорим, ты побила какой-то рекорд, а? — Серьёзно? — подумал Флэш, — Вот что ты услышал из всего этого? Чувак. Дэш ухмыльнулась, и из неё вырвался смех. — Эй, да! Я промчалась через весь город! Я бежала так быстро, что, наверное, врезалась в машину скорой помощи по пути! Трудно сказать, когда я еду достаточно быстро. Тимбер указал на неё. — Ужасно, но это самая крутая вещь, которую я когда-либо слышал. Опасно до невероятия, но круто. — Единственный способ, которым я могу быть, когда мои друзья нуждаются во мне, — сказала она, ухмыляясь. По крайней мере, Рэйнбоу Дэш знала, как обращаться с этим клоуном, но Флэш не был уверен, что хочет, чтобы другим девочкам пришлось мириться с комедийной рутиной Тимбера, пока они ещё восстанавливаются. Громкий треск пластиковой упаковки привлёк его внимание, когда Тимбер жевал ещё немного своих мармеладок и предлагал их Дэш и Флэшу. — Голодные? Флэш нахмурился, подняв руку. — Нет, мужик. Я в порядке. Дэш прогрызла себе путь через несколько невинных жевательных грифонов, как будто они лично были нелояльны к ней. Флэшу пришлось признать, что ей, вероятно, было полезно что-то съесть, даже если Тимбер буквально не мог выбрать ничего с меньшей пищевой ценностью. По иронии судьбы, Спрус технически заботился о своих друзьях лучше, чем Флэш. Отлично. Оскорбление раны — раны, которую он даже не мог помочь исцелить. Их поздний ужин прервал звук армейских ботинок, шаркающих по полу. Сансет Шиммер ввалилась в зал ожидания, выглядя так, будто бросила вызов небу на кулачный бой и проиграла молнии. Её фирменная кожаная куртка была опалена и потёрта, на коже, которую он мог видеть: крест-накрест виднелись злые красные отметины, и она смотрела вперёд в контуженном оцепенении. Рэйнбоу Дэш вскочила на ноги, и Флэш последовал её примеру. В отличие от него, Дэш, казалось, знала, что делать, и обняла Сансет за плечи, словно солдат, помогающий раненому командиру. — Ого! Эй, земля зовёт СанШим. Ты в порядке? Не похоже, что ты так уж хороша. Флэш неловко развёл руки, думая, что это может помочь, если она упадет, но не совсем уверен, в какую сторону она упадёт, даже если упадёт. — Хочешь сесть? Может, тебе стоит сесть. Ты выглядишь так, будто хочешь сесть. Тимбер поднял бровь. — Это что, подсознательное сообщение? Сансет схватилась за голову и застонала, от чего сердце Флэша упало в груди. Если Сансет ударилась головой — если на этот раз она нанесла серьёзный ущерб — он не хотел думать обо всех способах, которыми она могла бы пострадать или даже хуже, и не помогало то, что она шаталась, чтобы удержаться на ногах. Она открыла свои мелкие бирюзовые глаза и поморщилась. — Милая Селестия, я облажалась.