6. На пороге

– Кхм, здравствуйте, многоуважаемые правители и боговеличия! Я, Её Боговеличие Воды Виз Аквасандра, с радостью приветствую нового короля Калампоки Хэймона Миро! Желаю его стране... – женщину с аккуратной причёской из двух коротких хвостиков и хаотичной асимметричной чёлкой, одетую в домашнюю одежду, отвлекают двое детей с такими же иссиня-чёрными волосами, как и у их матери. – Мама! А сделай бассейн! Мы хотим пла-а-а-вать! Богиня вздыхает и лёгким движением руки наполняет жидкостью комфортной температуры пустой резервуар. Подростки, мальчик и девочка, с радостью прыгают в воду в купальниках и начинают играть в борьбу. – Хм, – девушка в бассейне призадумалась, – а чем сейко занят Каннелла? Я понятия не имею, что он делает по пустым сферам... – Лисиюм, – плескается юнец, и брызги попадают в глаза сестре, – что за вопросы у тебя? Влюбилась? – Да нет, Содиюм, просто странно... Мы вроде друзья, но он мне не говорил этого никогда... – Ну, он не обязан тебе ничего рассказывать. Успокойся и давай плавать. Кто первый проплывёт три пролёта, тот выиграл! Тот получит... – Леща от мамы за брызги повсюду, – вмешивается в разговор Виз. – Мама! Не шути так! *** Мужчина с длинными волосами, собранными в аккуратный хвост, в чёрной форме с трепетом смотрит на птицу, севшую ему на пальцы, и кормит её с рук. На его симпатичном лице с правильными чертами, на котором уже успело появиться несколько морщин, светится лёгкая улыбка. Животное, хоть и с интеллектом куда ниже потолочного, понимает эмоцию хозяина: скоро придёт их с ним госпожа. – Назифулла, сейко, через полцайта, должна прийти она. Йир Террасандра. Готов? Грач внимательно смотрит в фиалковые глаза своего владельца, и в этом взгляде таится всё, что неизвестно посторонним, но для них давно стало общей истиной. Позади двоих загорелся зеленоватый свет. Ильсур оборачивается и видит яркий энергетический всплеск: знак того, что Она здесь. – Приветствую, – спокойным тоном говорит богиня, – пора репетировать. – Хорошо, госпожа Террасандра! – воодушевлёно восклицает седовласый, – Сейко налью чай. Лучший в стране, выращенный на тауларских склонах в свете нашей печи Инусеку. Они ступают вместе с неразлучным пернатым компаньоном на богато украшенную кухню, где в углу висит портрет Йир. Та замечает его и задерживает взгляд, пока потолчанин заваривает чайник. – Ага, Вы всё-таки до сих пор держите картины со мной по всему особняку. – Конечно, а как иначе! – заявляет Ильсур, поставив чашку на стол с заметным стуком, и богиня отвлекается от изображения, садясь пить чай. – Ваша система, подсмотренная на Земле, кажется, безупречна! Эта теократия, возможно, есть путь к Вашему завоеванию власти. – Ага, власти, – богиня потягивает напиток, – не сколько власть мне нужна, сколько свобода. Если мне удастся своим проектом в лице Вилаята Таулар впечатлить Овклию, то тогда Отдел по контролю богов отдадут мне. Но я не буду им руководить, мне и Таулара достаточно. Но если я не впечатлю её, – женщина опускает свой взгляд на фарфор, – она мне даст невыполнимое задание. Я ведь не просто богиня, я заявляла, что превзойду её по влиянию, но... Если я не сдержу своё обещание, мне придётся платить за свои слова. – Ох, понятно... Когда Вам дадут это задание? На 45-лигтие? – Угу, – кивает Йир, – и оно скоро. Совсем...скоро... *** Тем временем в актовом зале в столице Кинайи парень неписанной красоты в изящних шортах и рубашке репетирует со всей отдачей свою речь. В помещении не горит свет, и единственный зритель – молодая девушка в берете и синими волосами, смотрящая на сцену с немым восхищением. – Знание, что есть знание в нашем мире?! Может, Вы знаете? А Вы? Но я уверен и готов со всей ответственностью вас заверить, что вам НЕИЗВЕСТНА сущность знания. Знание – это не простые факты в ваших черепных коробках, которыми вы светите при каждом удобном вам случае! Это лишь иллюзия знания. Симулякр! Истинная природа знания намного глубже, намного непостижимее! Знание есть архитектура реальности, есть то, почему всё так, а не иначе. Знание – это то, что наполняет нашу Сияющая Сеть, то, что настолько развило наше сознание, и то, что делает безжизненную кучку нейтронов за окном, отбивающую свой, никем не навязанный ей ритм, в наших глазах хронометром. Я, Его Боговеличие Знания, великий и мудрейший Сайонек Эс, сердечно поздравляю нового короля Калампоки Хэймона Миро со вступлением в должность. После паузы в пару-тройку тиков, парень добавляет с выражением чистого экстаза: – Знание – это то, что твердит мне: Ваше правление будет из тяжёлых, Хэймон Миро. – В-а-а-а-у, – хлопает в ладоши леди, – как круто. Но последней фразы не было в сценарии. Удалить! – Ой, да какая разница, Корентайн, я ж правду говорю! Хотя, ты права, такое лучше не говорить, а то я в глазах Овклии сразу же перестану быть прилежным. – Ага, Сайонек, вот о чём и я говорю. А можно мне порепетировать? Мне есть что сказать. – Ах да, конечно, Корентайн. Сейко, спущусь с сцены, – бог меняется с девушкой местами. Та встаёт под софиты, теребит в руках микрофон и начинает: – Здравствуйте, господа и дамы, я Корентайн Грам, Её Боговеличие Грусти. Я здесь, чтобы напомнить: без печали радость вам быстро приестся, и вы потеряете к жизни интерес. Белая полоса должна сменять чёрную, а чёрная – белую. Именно баланс сделал наш хрупкий, прекрасный мир таким, какой он есть. Звёзды рождаются и гибнут, даруя вселенной свою драгоценную пыль, наш родной центральный квазар, поглощая вещество, высвобождает энергию, благодаря которой мы возникли. Без потерь нет в жизни нашей и приобретений. Я желаю королю Калампоки Хэймону Миро понять эту истину жизни как можно быстрее, чтобы стать по-настоящему, не иллюзорно счастливым. – Лекции по философии вроде как я читаю, а не ты, – бурчит белокурый. – А вот и нет, Сай, – с насмешкой парирует богиня. *** – Так, под конференцию хан Мунхдалай выделил нам помещение в своей резиденции, и моя задача тут всё обустроить, – брюнет в роскошном белом костюме окидывает комнату взглядом голубых словно ручей глаз, – в целом, почти готово. Осталось принять заказ на кастельский сок, 5 дождевиков чая и закуски. Чув, позови Кресцентию и Каприччию. Они в коридоре где-то ошиваются. Мальчик с ледяным серым взглядом смотрит на отца долю тика, слезает со стула, попутно убрав телефон в карман брюк и выходит в поисках девушек. – Кресцентия! Каприччия! Вас Карл Роузбенг зовёт! На зов откликаются красавицы, не похожие друг на друга совсем, но имеющие одну общую черту. В их взгляде чувствуется полное неподчинение и озорство. Выше всех оказывается Каприччия, своим высоким для девушки ростом 8,5 буханок и крепким телосложением она напоминает скалу. Открыв рот, по всему коридору сразу же раздаётся громкое уверенное контральто: – Чув, ему нужна помощь с программой конференции! Мы в курсе, и сейко как раз к нему собирались. Я ему должна подобрать музыку под тему сходки. Что ж, думаю, "Айзеншнур" ему зайдёт. На лице подростка читается паника, и он пытается переубедить барышню: – Ты уверена, что ему стоит включить ЭТО? – Ха-ха, конечно уверена, дорогой Чув. Его проблемы, раз он доверил Её Боговеличию Любви подбирать плейлист. Я ж и не такой жестяк слушаю, – Каприччия достаёт мобильник и листает список своих песен, – "Айзеншнур" ему зайдёт. А то у меня тут есть Марта Дэке, группа "Паштет", и даже полнейшее лютейшее наслаждение для ушей, Ширин Гусберри с его очень-очень специфическим стилем! – О да, – встречает в разговор Кресцентия, – ты настоящая богиня любви. Никто на моей памяти так сильно не горит каким-то делом, как ты роком. – Ах да, спасибо! А я никогда не видела никого, кто также любил бы эти земные развлечения "казино" как ты, Кресца. Дойдя до помещения, девушки врываются внутрь. Каприччия с такой силой открывает дверь, что её синяя шапка слетает с её коротких рыжевато-розовых волос. – Карл, мы тут. Я тебе уже подобрала плейлист для конфы, включить? – Да-а, включай, госпожа Валенок. Богиня присоединяется к колонке и врубает на полную громкость песни группы "Айзеншнур", да так, что у мужчины широко раскрываются глаза, а руки тянутся захлопнуть уши. – Валенок, мне кажется, что настолько громко включать музыку не стоит... И лучше подойдёт что-то спокойнее по типу Марты Дэке. – О, господин Роузбенг, тебе повезло, что у меня много её треков, в том числе и для тебя! Сейко включу тебе что-нибудь, потише, как ты и хотел, – из динамиков льётся приятная бодрая музыка. – Ох, госпожа Валенок, спасибо. Это оставим. Вот, держи 14 ва, – организатор мероприятия протягивает девушке несколько зелёных купюр с фиолетовыми узорами. – Ура! Наконец-то деньги на концерт "Паштета". Да и на продукты, что уж скрывать... – Каприччия, – вмешивается в разговор Кресцентия, поправляя разноцветные пряди,  – тебе нужно походить на уроки по финансовой грамотности. – Кто бы говорил, лудоманка! – Ну, я же всегда выигрываю, – с уверенностью отвечает девушка, – богиня удачи как никак. – Так, "богиня удачи как никак", – перебивает их Карл с ежедорасонником в руках, – от тебя я жду увеселительных мероприятий, а я пойду покурю. Трясущийся мужчина прячет книгу в сумку и выходит погулять. Выйдя на улицу, принимается бродить по живописным улицам Цэцэг Хота, попутно доставая из пачки сигарету и затягиваясь. "Ох-х, сразу же легче становится. Спасибо тем, кто разработал сигареты из листьев "Энергобомбы", спасибо. Теперь я могу курить, даже будучи богом и к никотину не восприимчивым. Это же так стильно." – думает голубоглазый, делая очередную неспешную затяжку, – "Интересно, какую программу разработала госпожа Глюк, и как на неё реагирует мой сынок..." *** – Так, Кресцентия, ты уверена, что это хорошая идея? – Разумеется, малыш Чув! Твоему папе понравится, он же бог веселья! – Хорошо, так, – парень записывает в блокнот идею пёстроволосой богини, – рулетка божьей воли... Ещё какие мероприятия будут? – Ну-у... – Извините, – перебивает богиня любви, – у меня рабочая встреча с Лучаром. Нужно присутствовать, ну вы сами понимаете. *** – Лучар, привет, – от былой лучезарности Каприччии не осталось и следа, её сменили мрачность и тревогу. Спокойный парень с пучком взглянул на богиню, в его пурпурном взгляде читается понимание. – Боишься конференции? – Да-а-а, ты прав. Боюсь и не знаю, как себя вести... Это ж моя первая конфа правителей и боговеличий, мало ли что обо мне подумают... Мне так страшно, – её громкий голос превратился в шёпот. – Ах, Каприччия. Всё будет хорошо. От того, как ты себя покажешь, не зависит твоя жизнь. Это просто формальность, не более. И не думаю, что ты сделаешь что-то вопиющее, что на тебя Овклия обратит внимание. Мужчина подходит к ней и поднимает на неё свой взгляд, так как примерно ей по нос ростом. Она смотрит с выражением чистого ужаса. – Мне кажется, меня другие боги ненавидят. Я слишком сильно зациклена на музыке, и других это очевидно бесит. От меня, как от богини любви, ждут, что я буду более...покладистой что ли... Но что поделать, если моя любовь не тихая, она как ураган, как квазар, как... я не знаю... – Ох, – Лучар лучше всех знает, каково это, когда энергия бога является жгучей и неуправляемой, – твою боль я чувствую. И я понимаю, что глупо было бы тебе давать советы по типу "не обращай на них внимания". Ты ж меня знаешь, по молодости я то и делал, что обращал внимание... Ох, Кап, тебе нужно выплеснуть на чём-то свои эмоции. Разорви подушку в клочья! Играй так импульсивно, чтобы струны лопались! Позволь себе этот гнев. С ним нужно учиться жить, а не бороться. – Да-а-а, Лучар, звучит шикарно! Спасибо тебе, лучший психолог Потолка, дай я тебя... – богиня сжимает парня с такой силой, что у него хрустят кости. – Кап...хорошо. *** – Так, Каннелла у Торяши, Фиерия спит, я могу спокойно порепетировать, – вздыхает привлекательный мужчина с ярко-красными волосами, похожими на языки пламени, – Здравствуйте, дорогие правители и боговеличия, я, Его Боговеличие Огня Фастер Игниссандра, с радостью поздравляю короля Калампоки Хэймона Миро с инаугурацией и желаю его стране мира и процветания... Бог замолкает, в его взгляде – обжигающая паника, а руки дрожат. – Ох, в конце я звучал неуверенно... Ну, конечно, я же не верю в то, что этот ребёнок исправит ситуацию. Правительство Калампоки уже давно стало раковой опухолью. Фиерия... – рыжий произносит это имя шипя, – пойду чаю сделаю... По пути из небольшого дворика на кухню у Фастера завибрировал телефон в кармане. Это звонок. Он достаёт устройство и видит имя пользователя "Торяша" – Его ещё не хватало, – мужчина нехотя ответил на звонок и прислонил мобильник к уху, – здрасте... Что случилось? – Привет, Фастер, – голос Виктора звучит устало, нам нужно встретиться. – Зачем? Зачем тебе меня видеть? – Ну, там дело такое... Нам нужно изучить энергию огня. Мужчину одолевает тремор, он неуверенно бормочет: – М-м-м, не знаю... Потом... Мне нужно к конференции готовиться и...я хотел чай налить. – Но, Фастер, это важно! Когда ты можешь встретиться со мной? – Не имею понятия... Давай потом поговорим, – воплощение огня сбрасывает трубку, тяжело вздыхает и направляется дальше на кухню. *** – Сука, – сквозь зубы шипит Виктор. – Папа, ругаться нехорошо, – тянет за длинную белую прядь сын. – А-а-а, Юру, тут дело такое. Я звонил Фастеру, а он, в общем, отказался встретиться. – Ох, – парень поник, его печнушки темнеют. Для отца это важный знак. – Юру... Тебе нужно попить чай и спать... А Каннелла... Кажется, что ему сегодо не следует возвращаться домой. Пускай у тебя в комнате перетемнует, а под рабочую сферу разберёмся. Хорошо, сыночек? – Угу, я ему покажу своё произведение. Я писать начал. На усталом лице Виктора засияла улыбка. – И правильно. Давай тебе чай заварю, потом ты пойдёшь к себе, а я буду к конференции готовиться... А то поздно уже, надо порепетировать. – Хорошо, папа, – Юру прижимается к груди отца, слышит его успокаивающее сердцебиение, похожее на ритм пульсара. Тот же кладёт руку на его голову и гладит его мягкие сиреневые волосы. *** – Каждый раз, – под уставший и раздражённый голос мужчины с сероватыми печнушками, стоящего в космосе в отдалении от Потолочной тверди, начинает свой взрыв сверхновая, – одно и то же. Я вынужден готовиться к этим конференциям, хожу на них для галочки, – бог перемещается, и по щелчку его пальцев крошится планета, затем другая... Затем и само их светило резко раздувается, а затем следует её невзрачный конец, – смысл мне на них ходить, раз за разом, из лигацита в лигацит... Он перемещается к активной сверхмассивной чёрной дыре. Наблюдая, как закручивается аккреционный диск вокруг всепоглощающей пустоты, его буря внутри утихает. Его рука тянется к смертоносному монстру, но он не в силах прикоснуться. – Хоть ты меня, надеюсь, понимаешь, элвешка. Источник нашей жизни...и, возможно, смерти. Проведя у квазара ещё 10 цайтов, бог возвращается домой на Небеса, и начинает репетицию: – Раум Райтобурю, Его Боговеличие Катастрофы... *** Конец тёмной сферы. На хронометре на прикроватной тумбочке время 05:28. В постели лежит женщина с короткими волосами, чёрными у корней и синие на кончиках. Свет печи из окна падает на её лицо, придавая ему золотистые оттенки. Оттенки богатства, которых в её доме всегда было и остаётся в достатке. – Госпожа Копера, – в комнату входит служанка в чистой отглаженной форме. Она выглядит свежо, хоть и не спала всю тёмную сферу, – время подъёма. Богиня открывает глаза и бодро встаёт, отпивая заранее приготовленный её работниками стакан особой энергетически заряженной воды. – Ах, вкус свежести. С пробуждением. Сегодо важный дорасон. Что у меня на завтрак? – На завтрак у Вас салат из сиенолэндского эндивия, котлета из кастельской дичи на пару, крутоны из ржаного кваклинского багета и чай "Энергобомба" с угольных станций, госпожа Копера. – Хорошо, я пойду прихорошиться. Потолок должен видеть меня в лучшем свете. Она идёт принять ванную, почистить зубы и умыться, наносит уход на волосы. Во время своих процедур она не замолкает ни на тик, повторяя свою пламенную речь. – Сотрудничество есть отказ от хаоса во имя общего блага. Даже если этот отказ будет принудительный. Я, Её Боговеличие Сотрудничества, Овклия Копера, покажу вам, ради какого блага мы избавляемся от хаоса. Ради всенебесной справедливости, проникающей в каждый дом. Как богиня сотрудничества и глава Отдела по контролю богов, я сделаю всё возможное для достижения нашей цели.