Часть 1

      Юбилей — памятный день. Друзья и родственники поздравляют именинника, вручают подарки, общаются, выпивают. Словом, веселятся от души, ненадолго забывая о личных трудностях в жизни. Эверли пригласила бы кучу гостей на свое торжество в огромный особняк, но позвать некого.       Кроме единственного близкого человека — старшего брата. Сколько она себя помнит, он всегда был рядом: приходил на выручку, улаживал проблемы; прикрывал ее в любой ситуации. Странно, что воспоминания отрывочно-короткие — за последние несколько лет, связанные только с ним, будто до него ее жизнь не существовала.       Она списывает это на стрессы из прошлого и старается не углубляться в суть, а жить настоящим. Жить в удовольствие. Так проще, намного лучше. Сайлас может превратить каждый ее день в сказку. Совсем не удивительно, что он так добр, когда весь остальной мир воспринимается потенциально враждебным.       На его наставлениях и советах Эверли выросла той, кем она является сейчас. Часть нее — настоящая почему-то прячется среди теней, не являясь на свет до последнего момента, а та, что по жизни притворяется, выстраивает ограничения. Это стало своего рода игрой. Театром.       Или отголосками — зовом сердца.       Для Сайласа нет рамок, ведь у него безграничная власть. Лидер Оникайнуса построил свою империю на незаконном оружии эвола и сделках с Protocore. Он в совершенстве знает свое дело. На его преступных разборках Эверли была свидетельницей. Это постепенно вошло в привычку. Нечто обыденное. Кровь давно перестала ее пугать, в целом, как и вопли, наполненные невообразимой болью.       Со временем эмоции притупились, сочувствие росток за ростком отмерло, наполнив душу чернотой. Эверли наблюдала за страданиями незнакомцев с равнодушием на лице. Абсолютная, холодная отстраненность. Ее не беспокоили чужие жизни — в этом она точная копия своего брата...       — Зарядился с утра пораньше адреналином под двести километров в час? — указывает девушка на его одежду мотоциклиста.       — Я бы разбудил тебя, но ты спала сном невинного котенка.       — Хорошее оправдание.       Сайлас хитро щурит лисьи глаза и кивком приглашает сестру присоединиться к нему на кухне.       — Спасибо, я не голодна.       — Еще не вечер.       С терпеливым вздохом девушка проходит вперед, затем встает рядом с братом плечом к плечу. Правда, с высоты его роста она достает ему плечом где-то до локтя.       — Я бы выпила.       — С таким выбором ты быстро свалишься под стол, милая, — посмеивается мужчина, размешивая блюдо в кипящей кастрюле. Для него это медитация — способ снять напряжение. В другое время правитель зоны N109 выпускает пар на боксерской груше или доводит сестру в постели до полного изнеможения. — Впрочем, сегодня твой день. Отрывайся, — призывает он с помощью своего эвола бутылку шампанского, апельсиновый сок и лед. — Как насчет мимозы?       Виртуозно управляя силами, Сайлас откупоривает пробку от шампанского. Та с хлопком не успевает и на метр отлететь, перехваченная темно-алой энергией. Игристый напиток он разливает по двум бокалам, после этого добавляет в пропорциях сок, но лед не добавляет. Один бокал протягивает Эверли. Она догадывается, какое ему применение придумал брат.       При дегустации мужчина затуманивает разум сестры чувственно-глубоким голосом:       — Побудешь моей помощницей?       Когда Сайлас знает, что она не любит стоять у плиты и возиться готовкой часами ради того, что можно заказать или банально принять на работу служанку. Рубиновые глаза озорно сверкают; кончиком языка он облизывает свои губы, смакуя дорогое шампанское на вкус. Он может себе позволить что угодно и устроить для самого близкого человека пышное торжество.       Перед его очарованием невозможно устоять, чем, в принципе, Сайлас на постоянной основе пользуется. За это она его немного ненавидит. Ненавидит, принимая за слабость. Год за годом брат учил младшую сестру выживать в жестоком мире, приспосабливаться к любой среде обитания и использовать свои преимущества.       Учил никому не доверять, особенно ему самому.       — Ты не злишься за Мика?       — Какой смысл? — тихо посмеивается Сайлас. На губах играет хищная улыбка. В голове Эверли зарождаются худшие опасения. Итог для ее кавалеров предрешен. — Видишь ли, котенок, вчера произошел всего-навсего минутный момент мелочности, — поднимает он свой бокал с шампанским, сверкает взглядом на сестру и крупными глотками допивает всё содержимое.       В висках начинает биться пульс, а пальцы подрагивают. Эверли следует примеру брата и залпом допивает игристое. На глазах наворачиваются слезы. Ругаясь, девушка пытается справиться с приступом кашля; в горле саднит, словно по стенкам полости рта прошлись наждачной бумагой.       — Ты же знаешь, мы верны только друг другу, — голос понижается на октаву, когда Сайлас наклоняется к уху сестры. — Незначительные мелочи не изменят этого. Я прав?       В ответ звучит еле внятное: «Да».       — После завтрака покажу новые ограничители. Попробуем все и потом скажешь, какие из них тебе больше понравились. Веревки или ремни? — вдруг переходит он к откровенной теме разговора и прямым вопросом сбивает именинницу с толку. Их связь длится больше года, но Эверли безумно нравится испытывать эти острые ощущения с ним, — всегда как в первый раз.       — Ремни.       Им обоим предпочтительнее материалы из натуральной кожи.       — Что скажешь насчет маленькой шалости под названием: «Кто заставит другого извиваться сильнее»? — волнующе-длинные пальцы обхватывают челюсть сестры и запрокидывают ее голову вверх, чтобы встретиться с ним взглядом.       — Сайлас...       Она всегда звучит так, словно нуждается в нем больше всего на свете. Что по сути — простая истина.       — Да?       С ее губ срывается только хриплый вздох.       — Блинчики.       Бли...       — Чего? — переводит она взгляд на тумбочку с кухонной утварью. — А, завтрак. Вспомнить бы рецепт...       — Могу подсказать, — шепчет мужчина, приподнимая края ее бесформенной футболки. Ладони скользят по бокам, очерчивая изгибы точеной фигуры. — Основное блюдо оставим напоследок, — оставляет Сайлас цепочку поцелуев вдоль шеи сестры к мочке уха. — Я знаю, какая ты сладкая...       Ряды зубов сверкают на коже, когда он сосет нежную плоть, наслаждаясь ее вкусом.       — Рецепт, — пытается Эверли сосредоточиться на готовке чертового завтрака, ощущая теплые ладони под ребрами, где неистово колотится сердце.       — Смешай в емкости муку, сахар, яйца и молоко, — наслаждается Сайлас девичьим вздохом, резко щупая за сосок. — Затем добавь корицу и мускатный орех — для дополнительной остроты, — обводит он языком за ее ушной раковиной. — И не забудь при подаче полить сверху сиропом. Всё запомнила?       — Нет...       Натянутые струной мышцы под кожей вибрируют от смешка мужчины.       — Сироп не будет вкуснее на моем теле? — провокационно встряхивает Эверли золотистую жидкость в бутылке. Не завести брата до предела — выше ее сил. К тому же, она знает, какой у него любимый десерт.              — Не буди спящего дракона, сестренка.