Часть 1

      Была глубокая ночь, когда Северус получил послание от Дамблдора. Хогвартская сова влетела в открытое окно и с громким уханьем бросила записку на голову Снейпа. Северус хмуро посмотрел на птицу и, развернув клочок пергамента, пробежал глазами единственную строчку. Не медля, он вышел из старого дома родителей, чтобы аппарировать за пределами защитных чар.         Отвечать на вызовы Дамблдора было гораздо более приятно, чем на вызовы Тёмного Лорда - после первых Северус возвращался домой на своих ногах. В плохом настроении, но целым и невредимым.         Северус больше не анализировал свой моральный облик, он был предателем для одной стороны и пятном на репутации другой. Его душевные терзания не имели никакого значения, если они могли искупить ошибку, которую он сделал, рассказав Тёмному Лорду о пророчестве.         Какая именно информация понадобилась директору Хогвартса на этот раз, Северус не знал, но был готов предоставить её в любое время дня и ночи.         Ворота Хогвартса встретили его тихим скрипом отворяющихся засовов. На территории школы было ветрено и мокро, как обычно в начале мая.               Дамблдор ждал его в кабинете.         - Северус, - директор выглядел рассеянным, его задумчивый взгляд молча прошёлся по Снейпу, - спасибо, что пришёл так быстро.         Северус кивнул, оглядывая кабинет. Он наткнулся взглядом на плетённую корзину на столе Дамблдора, в которой находилось что-то живое, судя по движению ткани сверху.         Дамблдор не спешил начинать разговор или задавать вопросы, молча рассматривая Северуса так, будто решал сложную головоломку. Северус ещё раз оглядел кабинет на всякий случай и уставился на директора, стараясь скрыть свою нервозность:         - Профессор...         Дамблдор прервал его, поднявшись из-за стола. Его мантия была покрыта россыпью ярких звёзд.         - Сегодня вечером, - начал Дамблдор без привычных вступлений, - Хогвартс предупредил меня, что у ворот замка находятся живые существа, которым нужна защита.         Северус кинул взгляд на корзину на столе и поднял бровь. Вызов Дамблдора становился все более загадочным.         - Каково было моё удивление, Северус, когда я нашёл у ворот двух прелестных младенцев, - взгляд Дамблдора стал очень мягким, когда он взглянул на корзину и улыбнулся всё ещё невидимым Северусу детям.         Северус подумал, что Дамбддор, должно быть, сошёл с ума, если, найдя младенцев у порога замка, вызвал его. Он не был ни целителем, ни нянькой.         - Я не...         - Кто-то принёс их сюда, зная, что здесь они будут в безопасности. С ними была записка, - вновь прервал его Дамблдор и кивком указал на пергамент, лежащий на столе.         Северус подавил вздох и подошёл к столу, чтобы взять пергамент. Сон был делом гораздо более интересным, чем разгадывание сигналов Дамблдора.         Из корзинки на него смотрели двое крошечных идентичных младенцев. По крайней мере, Северусу они показались идентичными, но он не сильно разбирался в младенцах, так что мог ошибаться. Он поймал взгляд одного из детей, хотя казалось, что ребёнок смотрит сразу во все стороны, и почувствовал прикосновение сырой магии к его разуму, детской, но мощной.         - Дети поразительны, неправда ли? - нежно заметил Дамблдор, словно ничего лучше младенцев в жизни не видел.         Вместо ответа Северус поднял пергамент, посмотрел на него, затем поднял взгляд на Альбуса, снова опустил его на пергамент и снова поднял. По собственным ощущениям, он никогда в жизни не тормозил так сильно.       Северус почувствовал как холодеют пальцы, вцепившиеся в пергамент. На нем были только три слова: "Принадлежат Северусу Снейпу".         Мысли Северуса наконец собрались в единый пазл.         Нет - нет - нет - нет - нет.         Этого, блять, просто не могло происходить.         Северус в панике перевернул пергамент, надеясь найти что-то ещё, но на обратной стороне было пусто. Он посмотрел на Дамблдора, слишком спокойного на его вкус:         - Я не могу быть их отцом! - ужас захватывал его разум цепкими пальцами и Северусу пришлось глубоко вздохнуть и приложить все усилия, на которые он был способен, чтобы вернуть себе остатки спокойствия. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, и захлопнул его, затем снова открыл и снова захлопнул. - Они не могли появиться по волшебству.         Альбус-чёрт-его-побери-Дамблдор хихикнул и, блеснув глазами, посмотрел на Снейпа:         - Нет, Северус, дети обычно появляются из-за другого.         Северус зло прищурился и рявкнул:         - У меня не было секса с..., - он резко замолчал и почувствовал, как кровь отливает от лица. - Когда они родились?         - По словам Поппи - тридцатого апреля.         Два дня назад. У него был секс ровно девять месяцев и два дня назад. И он, ради Мерлина, помнил его с трудом.         Кабинет директора погрузился в молчание, пока Северус абсолютно пустым взглядом смотрел на крошечные лица младенцев. У них были чёрные глаза.         Если это действительно происходило, это было катастрофой, абсолютной непреодолимой катастрофой, конечно, если Дамблдор не пытался подкинуть ему чужих детей.         Ухватившись за последнюю ниточку здравомыслия, Северус прочистил горло:         - Нужно зелье родства.         Дамблдор кивнул без возражений, словно ожидал этого:         - Мы можем подождать до утра, чтобы найти его в Косом Переулке, - Альбус остановил возражения поднятой рукой, - или лаборатория в твоём распоряжении, ты можешь приступить ут...         - Сейчас.         С этим Дамблдор тоже спорить не стал, сообщил пароль от лаборатории зелий и вернулся за стол:         - Мадам Помфри присмотрит за ними, - сообщил он в спину Снейпу.         Северус оглянулся, в последний раз кинул взгляд на корзинку, откуда высунулась маленькая рука, и сбежал из кабинета директора.         ***         Северус с трудом мог сосредоточиться на варке зелья, крутя в голове одни и те же мысли.         Во-первых, у него не могло быть детей.         Во-вторых, он не мог их растить. Он был двойным шпионом, ради Мерлина, у него не было ни денег, ни дома, пригодного для жизни с детьми, ни безопасности, ни желания. Северус не хотел детей и, тем более, их не планировал.         Это был полный и беспросветный пиздец.         Северус порезался дважды, пока подготавливал ингредиенты, чего не случалось с ним буквально никогда.         Он не мог растить детей, это было опасной и самой тупой идеей. Это был секс на одну ночь, он был слишком пьян, чтобы вообще его запомнить. Единственный чертов раз, когда он напился, обернулся грёбаной катастрофой.           Зелье было готово меньше, чем через два часа, за несколько часов до рассвета.         Северус упал на стул в лаборатории и обхватил голову руками, вцепившись в волосы. Он смертельно устал. Каждое его действие оборачивалось ошибкой. Он поссорился с Лили, отдал ее Поттеру, присоединился к Тёмному Лорду, поставил Лили под удар, напился в день когда у неё родился сын.         Похоже, теперь у него было в два раза больше детей, чем у неё.         Уголок губ дёрнулся, стоило Северусу представить веселье Лили, узнай она об этом. Когда-нибудь он ей расскажет, если она захочет с ним говорить.         Когда-нибудь, когда кончится война.         Северус перелил зелье во флакон, отправился в кабинет директора и, на полпути вспомнив, что младенцы должны были быть у мадам Помфри, сменил направление движения.         В Больничном крыле было пусто, только в кабинете целительницы горел свет. Мадам Помфри склонилась над корзиной с детьми и что-то щебетала им, пока они размахивали руками. С абсолютным ужасом Северус понял, что не чувствует ничего, кроме желания как можно скорее забыть об этом.         Хотел ли он детей когда-либо? Последний раз лет в четырнадцать, когда всерьёз думал, что матерью его детей может быть Лили. Он представлял себе небольшой дом в Хогсмиде, где не было бы и следа его родителей и свидетельств его ранней жизни.         После четырнадцати он отлично понимал, что будет дерьмовым отцом.         - Зелье готово.         Мадам Помфри подпрыгнула от неожиданности, обернувшись к Снейпу, стоящему в дверях.         - Северус, - она укоризненно покачала головой, - я рада тебе видеть.         Она всегда была добра к нему, даже когда никто другой не был, с самого первого курса. Возможно, она была добра со всеми, но это не имело значения, потому что Северуса волновало отношение к нему самому. Он неловко кивнул и нахмурился:         - Мне нужна их кровь.       Целительница ловко сделала крошечные надрезы на таких же крошечных пальцах детей и перенесла капли крови в открытый флакон. Больничное крыло наполнилось яростным плачем детей.         Северус скривился от громкости и, не медля, добавил свою кровь в зелье. Зелье стало ярко-синим, подтвердив его мысли.         Он был прав.         Это был полный и беспросветный пиздец.         ***         - Я не могу забрать их, - сообщил Северус Дамблдору, едва ворвавшись в его кабинет, - это исключено.         Альбус, также не ложившийся в постель, как и сам Снейп, удивлённо посмотрел на него:         - Почему же, Северус?         Он, блять, даже не знал, с чего начать:         - Я Пожиратель Смерти.         - У многих Пожирателей есть дети, - Дамблдор выглядел почти весёлым, словно разговаривал с неразумным первокурсником.         - И никто из них не работает на вас! - рявкнул Северус, не представляя, чего Дамблдор пытается добиться. -  Когда об этом узнают - детей убьют раньше меня. У меня нет работы, я понятия не имею как воспитывать детей, Мордред, я их даже не хотел! - конец вышел громким.         Директор всё так же спокойно рассматривал его поверх очков-половинок, на его лице не дёрнулся ни один мускул от крика Снейпа.         -  Я уверен, что видел пару патентов на твоё имя в последних выпусках "Вестника Зельевара", Северус, - наконец произнёс Дамблдор, проигнорировав последнюю фразу Снейпа: всем было очевидно, что ему следовало лучше следить за защитой, если он не хотел детей. Альбус замолчал ещё на несколько мгновений, раздумывая. - Гораций покинет свой пост в этом году, я собирался предложить тебе его место.         Снейп непонимающе смотрел на Дамблдора, пытаясь понять, действительно ли тот его так хреново услышал. Паника вновь начала возвращаться в его мысли:         - Я действующий Пожиратель, - вновь повторил Северус, на этот раз по слогам, - я нахожусь в штабе Тёмного Лорда большую часть времени, если кто-то узнает, что у меня есть дети... - его голос сорвался, - я не могу разобраться с этим сейчас. Пожалуйста. Их может вырастить кто-то другой, из Ордена...         - Нет, - отрезал Дамблдор и поднялся из-за стола, теперь возвышаясь над Снейпом, - я знаю тебя достаточно - ты не сбегаешь от ответственности за свои действия, Северус, - его взгляд немного смягчился. - Это твои дети, ты вырастишь их, - директор поднял руку, прерывая протест, готовый сорваться с губ Снейпа. - Но я позабочусь о них до тех пор, пока твоя жизнь не станет более безопасной.         Северус упал в кресло позади себя и обессиленно откинул голову назад. Дамблдор понятия не имел, какое облегчение он испытывал в данный момент.         Северус прочистил горло и заставил себя выдавить:         - Спасибо.         Повисло долгое молчание. Через время к глазам Альбуса вернулось привычное мерцание, он взмахнул палочкой и перед Северусом зависла чашка с ароматным кофе и тарелка с леденцами:         -  Ты должен дать им имена, Северус.         Им. При всём факте наличия детей, Северус не придавал значения той маленькой детали, что их было двое. Мерлин, даже наличие одного было бы больше, чем нужно.         - А мы не можем просто найти их мать?         - Боюсь, их мать дала понять, что их судьба её больше не интересует.         Северус пристально посмотрел на Дамблдора и промолчал, но директор отлично понял вопрос. Он вздохнул и мягко подался вперёд:         - Они вырастут, Северус, с тобой или без тебя. Вопрос в том, хочешь ли ты, чтобы их вырастил кто-то другой? - Дамблдор сделал паузу, словно не был уверен, хочет ли говорить следующую фразу. - Чтобы в их мыслях звучал голос другого взрослого?         Северус не ответил, он бы послал Дамблдора, если бы осмелился - было очевидно, что делает старый волшебник, и Северус должен был признать, что, мать его, это работает. Он бы не вынес, если бы однажды столкнулся со своими детьми, а они оказались идиотами.         ***          В Больничное Крыло они переместились через камин из кабинета директора. Мадам Помфри готовилась ко сну, двойная колыбель, трансформированная из корзины, стояла у нее в кабинете. Младенцы спали.         Северус остановился на пороге, насупившись, и хмуро уставился на люльку. Он сделал пару шагов вперёд и посмотрел на детей. На первый взгляд они были одинаковыми.         - Николас, тот что справа, - наконец произнёс Северус, не веря в происходящее, - и Адриан.         Закончив, он резко обернулся к Дамблдору, наблюдающему за ним с порога:         - Я не хочу, чтобы о них знал кто-то, кому нельзя доверять.         Альбус погладил бороду и легко кивнул:         - Значит те, кому нельзя доверять, не узнают.         Не произнеся больше ни слова, Северус вылетел из кабинета, не попрощавшись с мадам Помфри и, воспользовавшись камином, перенёсся в Дырявый Котел.         Побег ощущался как отсрочка неизбежного.         ***         Позже, стоя рядом с трупом магла, над которым поиздевалась Беллатриса, Северус сообщил Темному Лорду, что Дамблдор ищет замену Горацию Слизнорту.         Еще позже, сдерживая рвотные позывы от особо жестокого рейда против мракоборцев и свои мысли за ментальными щитами, он получил приказ подать заявку на должность профессора Защиты от Тёмных Искусств. Странный план Темного Лорда, рассчитанный на то, что Дамблдор откажет в этой должности, но предложит должность Горация.         Должность и без того была его. Говорить об этом Темному Лорду Северус благоразумно не стал.         Мысли о детях настигали его в моменты, когда он оставался один. Он знал, что предложение Дамблдора позаботиться о детях было отсроченным кошмаром, отсроченным всего на несколько месяцев. Иногда директор Хогвартса ронял о них случайные фразы, давая понять, что дети в порядке, что они очаровательные и умные, как будто пытался уговорить Северуса подойти к дракону.         В особо плохие вечера Северус раздумывал, что расти в приюте не может быть так уж плохо, точно не хуже, чем с ним. Или с кем-то из Ордена. Может, там же, где дети уже находились сейчас. Он знал, что если сделает что-то подобное, то должен будет стереть себе память, потому что это знание он не сможет вынести.         Разум Северуса лихорадочно искал способы избежать реальности, в которой он растит детей, но найти таких не мог. Смириться тоже.              Он не помнил даже приблизительно о чем думал в ту ночь в баре и почему решил, что не использовать чары контрацепции просто отличная идея. Он напился, узнав о рождении сына Лили, и, как следствие, у него появилось двое собственных.         Какая ебучая ирония.       ***         Август наступил быстрее, чем должен был. Слизнорт освободил покои декана Слизерина и у Северуса больше не было оправданий, чтобы не появляться в Хогвартсе. Он должен был разобраться с учебными планами, составить списки учебников по зельеварению для семи курсов, узнать, кто сейчас учится на Слизерине.         Дамблдор, конечно же, не был так добр, чтобы дать ему время.         Он появился в его комнатах в компании мадам Помфри с двумя детьми на руках. Дети, удерживаемые одной рукой старого мага, беззубо улыбались. Один даже пускал пузыри.         Северус скривился.         Как очаровательно.         Он столкнулся со взглядом одного из детей - на него смотрели его собственные глаза с лица младенца. Северус моргнул. Это было... необычно. У второго ребёнка были идентичные глаза.         То, что он участвовал в их создании было очень, очень неправильной мыслью.         - Северус, - позвал Альбус. Просьба была очевидна.         Северус поморщился и, подойдя, протянул руки к одному из детей, чтобы взять его на руки. Так аккуратно он не держал даже флаконы с зельями, он замер на месте, скопировав хватку Дамблдора.         - Ты можешь двигаться, - хохотнула мадам Помфри, очевидно, находя все это очень забавным. Северус зло посмотрел на неё. - Это Адриан, и он сейчас заплачет.         Предупреждение оказалось своевременным - стоило целительнице замолчать, по ушам ударил громкий плач. Северус в ужасе смотрел как начинает сморщиваться лицо второго ребёнка.         - Как их успокоить? - он постарался перекричать плач Адриана.         - Для начала перестань его бояться, - Поппи вздохнула, - он тебя не проклянёт. Он плачет, потому что не знает тебя и ему страшно, - ведьма закатила глаза на его невпечатлённый взгляд. - Делай то же, что и Альбус.         Дамблдор справлялся лучше него: он развернул Николаса лицом к себе и теперь немного покачивал ребёнка, что-то тихо говоря ему. Он встретился взглядом со Снейпом и Северус мог точно сказать, что Дамблдор развлекался. И он бы никогда не позволил ему это забыть.         Северус сжал зубы и поднял сына повыше, повернув того лицом к себе. Он был самым молодым зельеваром, получившим звание Мастера; он входил в ближний круг Тёмного Лорда, отметившего его; он был двойным шпионом, а теперь ещё и деканом Слизерина, и ему ещё даже не исполнилось двадцать два. Не могло ведь воспитание детей быть сложнее всего этого?         Новый крик ударил его по ушам. Адриан надрывался так, будто его пытали.         - Я могу наложить Силенцио?         - Северус!         - Северус!         Нет так нет. Он всегда мог наложить полог тишины на себя.