глава 1

Утро. Бледное солнце начинало показывать свои едва заметные лучи, ранее скрытые тучами. В роскошном убранстве комнаты, освещённой тусклым утренним светом, стояла гробовая тишина. Тем временем, на улице царила жизнь. Присев на деревья, птицы громко щебетали. Бодрые, отдохнувшие растения радостно вторили пернатым, шелестя множеством листьев. Чуть был слышен гомон подчинённых, спешащих по делам в столь раннее время. Неподалёку журчала прохладная речка, призывая к себе утомившихся путников напиться воды. Рыбки в этой речушке весело плескались, сверкая на лучистом солнце разноцветными чешуйками. Совсем рядом находился ещё один водоём. В нём цвели лотосы, озаряя природу своей яркостью и красотой. Вид на прекрасное утро, ещё не затмлённое людским трудовым зноем, открывался из просторной терассы, выходящей из богато убранной комнаты. В ней было много дорогих тканей, украшений и других изяществ, что демонстрировали особое социальное положение хозяина помещения. Лучи солнца, проникающие в комнату, заставляли её переливаться самыми разными цветами. Посреди всего великолепия стоял небольшой столик. Тяжело навалившись всем телом на него, лежал раненный мужчина, не способный даже пошевелиться. Вокруг него растекались лужи крови, проникая в ткань одежд человека. Устрашающая красная жидкость выливалась ручьями из головы убитого, где зияла большая небрежная дыра. Длинные тёмные волосы мужчины погрязли в пучине пролившейся крови. Красно-чёрные одежды, в которые был облачён мужчина, были также испачканы. Сам же пострадавший предсмертно хрипел, в надежде позвать помощь, но не мог сказать ни единого слова. Из его рта тоже сочилась кровь. Язык мужчины был отрезан убийцей. Издавая глухие болезненные стоны, брюнет не терял надежды на выживание. Он хотел сделать что-либо, чтобы его услышали, пришли на помощь. Когда он приподнялся, под его рукой оказалась бумага. На ней живым и слегка небрежным почерком было написано несколько строк: "Мой любимый А-Ян, ты уже совсем вырос...". Мужчина взял его в испачканные чернилами руки и прижал к себе, словно позабыв, сквозь помутневший разум, что его меча перед ним нет. Раздался странный звук, и хрип прекратился. Нанесённый удар по голове окончил жизнь вместе с предсмертными муками и последней горькой улыбкой на губах. Стоявший за спиной мертвеца паренёк держал окровавленный меч убитого. Тёмные волосы юноши растрепались, что создавало ему вид неряшливого и безумного человека. Одет он был также неприлично по всем меркам культурного общества. Лишь один слой ярких одежд с пламенными узорами легко покрывал тело юноши, предоставляя ему свободу движений. Лицо парня исказила хищная улыбка. Быстро взяв свой меч, юноша, смеясь, скрылся с места преступления. Вновь в помещении воцарилась тишина. Всё замолкло, будто осознавая смерть человека. Птицы не пели, листья перестали шелестеть, лишь гомон рабочих был не пресекаем. Эти люди, отдающие свою жизнь работе, чтобы обеспечить себя и свою семью, даже не подозревали, что в любой момент их жизнь могла оборваться, как и жизнь этого мужчины. Спустя некоторое время, тишина прервалась осторожными шажками, что глухо доносились вне комнаты. После тихого стука, довольно громко раздавшегося по мёртвой тишине комнаты, послышался нежный девичий голос: -Господин Чжао, я могу войти? Не дождавшись ответа, юная дева всё же вошла в помещение. Её изумлённым глазам открылся вид на роскошную комнату, в которой не осталось ничего живого. Во взгляде девушки читался неистовый ужас и страх. Возможно, девчушка впервые видела смерть своими глазами. Сглотнув ком в горле, она закричала. На крик сбежались другие слуги, что были неподалёку. Заметив труп, люди начали паниковать. По территории Наана начали разноситься слухи, которым народ отказывался верить, однако тревожное зерно уже упало в их сердцах. Услышав о страшных вестях, сын убитого, Чжао Ян, в страхе бежал из родного города, Мейли, в неизвестном направлении. Вскоре, по всему миру разнеслась весть о том, что правитель Наана, Южного Государства, мёртв, а его сын, наследный принц, сбежал, оставив после себя лишь кучу загадок и терзаний народу, который был потрясён потерей правителя.