6. Каждой племяннице — дядю под боком!

      Братишка-а-а, я так скучаю по тебе, братишка!       Братишка!!!       Дикая радость охватила меня, когда я, выйдя утром во двор Красного замка, где должны были состояться проводы тела Отто Хайтауэра в Старомест, увидела рядом с закрытой повозкой с его телом симпатичного рыжего парня, которого мигом узнала по второму сезону сериала.       Гвейн Хайтауэр!       Старший брат Алисенты Хайтауэр!       Мой братишка-а-а-а!!!       Он мне очень понравился в сериале — такой классный рыжик с голубыми глазами, приятным лицом, всегда позитивным настроем и очень трезвой оценкой происходящего. Это его: «Вы никак боитесь, сир?» — «Хуже! Я рационален!» перед боем у Грачевника просто в сердечке, да и потом ещё моментики были… Обаяха он! Моложе здесь, правда, себя сериального — ну так там плюс двадцать лет, но обаяха уже!       Даже жаль, что такой красивый парень — мне родной брат, а мы не Таргариены, у нас инцест не принят...       И совершенно не жаль, что он именно брат, моя ближайшая тут родня. Я что-то вообще про него не вспоминала те два с половиной дня, что пробыла тут. А ведь его Деймон выбил на поединке, причём не ударив в грудь, а подставив подножку лошади, так что сначала на брюхо упала она, а потом с неё слетел Гвейн и плашмя шлёпнулся в грязь. Вроде бы даже сознание потерял, так что его другие с поля утащили. Но сейчас я смотрю на него, и он твёрдо стоит на ногах, активно двигает руками, так что не сломано ни то, ни другое. На лице, правда, запекшаяся и частично синяя рана во всю правую щёку, висок и часть лба, но опять же, правый глаз целый. И улыбнулся мне Гвейн обеими половинами лица, когда заметил, так что скула и челюсть не сломаны.       Дёшево отделался, в общем. Не сверху всё-таки летел. Видимо, Деймону было главное опрокинуть его именно в грязь на глазах у Отто, а не как-то серьёзно покалечить, чтобы потом Визерис не нудел.       Я подбежала к нему на расстояние шага и во все глаза уставилась на него. Радость при этом почему-то у меня была такая, будто я и впрямь встретила очень близкого и важного родственника.       — Сестра, — кивнул он, разглядывая меня.       — Как ты, Гвейн?       — Ну… Уже хожу, как видишь, — пожал плечами он. — Думаю, у меня на лице всё написано.       Он ещё и иронизирует! Вот кто у нас живая рыжая иллюстрация к самому понятию «оптимизм». Мне до такого ещё расти и расти.       — А то, что ниже лица? У тебя… — я не договорила.       Тут он прищурился:       — Интересует что-то конкретное? — с подозрением уточнил он.       — Очень хочу тебя обнять, — сказала я ему правду. — Но боюсь навредить.       Потому что ну правда: такой клёвый парень стоит передо мной, да ещё и мой родич, а я обожаю обнимашки и особенно более редкие — мужские. И повод есть: мы с ним одни от нашей семьи остались.       — О, — покивал он, потом поозирался. — Что ж, моё тело спереди, откровенно говоря, сплошной синяк, но как я могу отказать своей любимой сестре? — и он приветливо раскинул в стороны руки.       Солнце! Просто солнце.       Я с сомнением покусала губу и предложила:       — Лучше всё-таки ты меня. Чтобы тебе не было больно.       Он на это просто подошёл ко мне вплотную и действительно обнял. Я с удовольствием устроила подбородок на его плече, ощущая на своих плечах и спине его уютные руки и старательно не прижимаясь к нему спереди. Кроме подбородка ещё осторожно коснулась ладонями его лопаток.       — Сзади ты меня можешь обнимать совершенно спокойно, — сообщил Гвейн мне на ухо. — На спину я не падал.       Я тут же обняла его спину как следует и насколько дотянулась.       Как же хорошо! И какой он хороший! Повезёт в Вестеросе какой-то девчонке, которая выйдет за него, и тут я что будет от меня зависеть — помогу во всём. Братишка заслуживает только отличную девчонку и жену! Не Рейниру, конечно, — на неё у меня в планах попытаться свести её с сиром Харвином, потому что это даст гарантировано отличный союз с детьми, любовью и верностью. Но кого-то достойного Гвейну подберём.       Между тем, он, вероятно решив не тратить время, произнёс:       — Мне сказали, наш отец скончался при тебе.       — О… да, причём как-то очень быстро: вот он схватился за грудь — и через пару мгновений уже лежит на полу. Мёртвый.       — Сочувствую, что ты это видела.       — Мёртвая королева Эймма была страшнее. Отца хоть никто заживо не резал.       Тут Гвейн отстранился и заглянул мне в глаза.       — Ну да, девушку вроде тебя такое задело бы сильнее.       — Не позволяй мейстерам резать твою жену ради ребёнка, когда женишься, Гвейн, — попросила я его.       — Обещаю, что такое мне даже в голову не придёт, — заверил он.       Потом взял меня за руки. У него они очень тёплые оказались. Не то что у меня — лягушки. И добавил:       — Я также слышал, что король позволил тебе остаться в Красном замке и жить со всеми прошлыми привилегиями.       — Рейнира его об этом попросила, и он распорядился, — подтвердила я. — Так что да, я остаюсь, ей нужна моя поддержка, а мне — её. Но ты отправляешься в Старомест. Надолго ли?       — Это как распорядится лорд Хоберт Хайтауэр, — неопределённо пожал плечами Гвейн. — И куда отправит меня. Велит явиться сюда — я приеду.       — Я бы очень этого хотела, Гвейн. Даже просто знать, что ты, мой старший брат, где-то рядом, и тебя можно увидеть, поговорить, — это бесценно.       Он на это вздохнул.       — Буду тебе, значит, писать, чтобы ты не скучала.       — Буду ждать! — искренне обрадовалась я.       Какой же он клёвый! И добрый. Эх, и почему я о нём раньше не вспомнила? Могла бы проведать, пока он после турнира лежал, ещё бы поговорили о чём-нибудь…       А сейчас вон во дворе появились Визерис с малым советом и идут сюда. Рейнира чуть в стороне от них, но тоже идёт. Деймона, правда, среди членов малого совета нет, но было бы странно и неискренне, если бы он поминать Отто пришёл. О! А ещё у Лионеля на груди блеснул знак десницы, всё-таки выбрали его, как я и ожидала. Но вот никого нового в составе этой группы нет, хо-хо.       Я посмотрела на Гвейна, он с видимой неохотой отпустил мои руки.       — Не скучай здесь, сестра, — пожелал он.       — Буду ждать нашей встречи, брат, — ответила ему я.       Пара секунд последних переглядываний, и я пошла к уже приблизившейся почётной группе. Тем более что у меня к её лидеру было дело, и обстановка очень располагала.       — Сир Гвейн, — кивнул моему брату Визерис.       — Мой король.       — Леди Алисента.       — Ваша милость, — вежливо поклонилась я, потом посмотрела на других: — Милорды, — и на Рейниру: — Принцесса.       Официоз — так официоз!       И снова со всей доступной мне грустью уставилась на короля. Он ответил сомневающимся выражением лица, но поскольку я перекрывала для них вид на повозку с телом, он отыскал в себе вежливость.       — Мои соболезнования вам обоим. Полагаю, понадобится время это пережить.       — Это большая потерь, государь, — вежливо ответила я ему. — И для нас с братом, и, как вы вчера сказали, для государства.       — Это так, — подтвердил Визерис.       — Но я понимаю, что жизнь продолжается. Пройдёт время — и я справлюсь с горем, и всё пойдёт дальше. И для меня, и для страны. Для страны я вижу, что уже был выбран новый десница. Поздравляю вас, лорд Лионель, — обратилась я к нему. — Мой отец всегда высоко отзывался о вас.       — Благодарю вас, леди Алисента, — вежливо кивнул тот. — Я продолжу дело сира Отто со всем возможным старанием.       — Уверена, что так и будет, — далее я обвела взглядом других (Бисбери, мейстер Меллос, Корлис) и изобразила удивление. — О, а мастера над законами не…       Я вопросительно посмотрела на короля.       — Он ещё не выбран, — подтвердил Визерис. — Пока не успели определиться.       — О, так может… — начала говорить я, но оборвала себя. — Хотя нет, простите, это вовсе не моё дело, нет.       И в смущении торопливо ушла к стоявшей сбоку Рейнире.       — Что ты хотела сказать, Алисента? — громко бросил мне вслед Визерис, причём ровно с такими интонациями, с какими меня разводил на признание Деймон.       Вот видно же, что они братья! Видно!       И так легко попадаются на такой простенький приём пробуждения любопытства.       Я, конечно, сразу остановилась, повернулась к королю и с опущенной головой, нервно потирая пальцы, смущённым голосом сказала:       — Я просто подумала, что мой дядя Хоберт Хайтауэр, лорд Староместа, очень хорошо разбирается в законах, государь. И если бы ваше величество дало ему шанс как-то проявить себя на этой должности, просто небольшой шанс, я уверена, дядя Хоберт служил бы вам так же преданно, как мой отец, — тут я подняла глаза на внимательно слушающего Визериса и, сглотнув, тихо добавила: — В память о моём отце.       Он на это наморщил лоб, покосился на других членов совета и отметил:       — Что ж, Алисента, а ведь это неплохая мысль. И если у моего совета не будет возражений…       В короткую паузу вся четвёрка замотала головами.       — Нет…       — Нет, никаких…       — …Тогда действительно стоит попробовать.       Есть!       И ведь со стороны Визериса это действительно разумный ход — и из чувства вины/сочувствия перед Отто, у которого так болело сердце от переживаний за трагедию в королевской семье, что не выдержало и остановилось. И потому, что Хайтауэры — это очень богатый и могущественный Дом, и если он резко потеряет всё влияние в малом совете, это создаёт дисбаланс. Мастер над законами — не десница, конечно, но всё равно важный и почётный пост для Голоса Староместа.       Тут я с надеждой улыбнулась:       — Правда?       — Да, — Визерис повернулся к моему брату. — Сир Гвейн, передайте вашему дяде, лорду Хоберту, что я жду его здесь после похорон. У меня есть должность для него.       — Это честь, мой король, — поклонился Гвейн. — Разумеется, я передам.       — Ну а теперь, вы можете отправляться в путь.       Гвейн в этот момент бросил прощальный тёплый взгляд на меня и ушёл к лошадям, стоявшим впереди повозки. А я по наитию быстро подошла к ней и, коснувшись ладонью стенки, тихо сказала:       — Прощай, отец.       И опустила голову, потому что защипало в глазах. Причём в действительности больше от того, что мой брат уезжал на неопределённый срок, а мне было жаль упущенной возможности получше узнать его.       Несколькими секундами позже меня молча обняла Рейнира и увела от повозки, пока по моим щекам текли слёзы. Мы ещё постояли с ней возле остальной группы прощающихся, пока повозка не скрылась за воротами Красного замка, а потом все стали расходиться, а меня моя подружка потащила за руку в богорощу.       — Я распорядилась, чтобы нам там положили подушки и принесли поесть, — поведала она.       — Это ты отлично придумала. Я действительно давно не ела.       Вообще, если так подумать, я ела вчера в обед и совсем мало, потому что яд на Отто подействовал быстро. Маловато калорий для моего организма! И наверняка поэтому у меня так легко получается заплакать.       Что ж, будем восполнять. Тем более что всё совсем хорошо стало, Хоберта пригласили на службу, и будет интересно поработать с ним, когда он приедет.       Ну а пока — дружеские посиделки двух несчастных девчонок на удобных подушках и покрывале у корней чардрева. Я даже залюбовалась этим деревом, когда мы к нему подошли. Очень красивое!       А вот дальше мы стали есть всякую выпечку, пить какие-то травяные настои и фруктовые соки, и на пару читать большую книжку о завоевании Дорна. С картинками. Похоже, ту самую, из которой Рейнира страничку уже выдернула. И нас обоих это достаточно увлекло, чтобы не плакать, погрузиться полностью в историю и обсуждать её вдвоём.       Так прошёл не один час — корзинку с едой и питьём нам обновляли трижды. И солнце уже за стены Красного замка зашло. У меня мелькнула мысль, что скоро нужно будет отсюда уходить, хотя бы ради позднего, но нормального обеда, как вдруг на тропинке в богороще возник Деймон. Во всём чёрном. И он шёл к нам.       Мы с Рейнирой замолчали обе, глядя на него, а я так вообще дыхание затаила — у меня почему-то мурашки пошли по коже от его очень сосредоточенного вида и его руки на навершии меча.       — Тебя не было на церемонии прощания, дядя, — обратилась к нему Рейнира, когда он остановился перед нами.       — Там хватило людей без меня, — ответил он ей. — Твой отец сейчас поддержал предложение лорда Корлиса о войне с пиратами за Ступени и выделил для этого войска, а лорд Корлис — корабли и своих людей, так что мы сегодня отправляемся туда.       — «Мы»? — переспросила Рейнира.       — Я полечу прикрывать наших людей на драконе. И у меня осталось незаконченное дело, должок перед твоей подружкой.       Тут он впервые бросил взгляд на меня, и я сглотнула. Почему-то начали гореть щёки. Он об этом говорит перед Рейнирой? Серьёзно?       — Что за должок? — не поняла Рейнира.       — Я победил для неё на турнире, но она ушла до того, как я смог её короновать. Чтобы исправить это, я возьму её в полёт на своём драконе.       — Что? — удивлённо пискнула я.       Удивлённо потому, что не ожидала, что он то обещание мне выполнит. Маленькая благодарность за убийство Отто. Да я сама именно про этот момент забыла со всеми этими переживаниями и актёрской работой. А он вон — помнит.       — Но дядя! — возмутилась Рейнира. — Я обещала сама Алисенте, что возьму её в полёт на своей Сиракс! Что она впервые поднимется в небо именно на ней! Скажи, Алисента?       — Да, ты так говорила, Рейнира, — подтвердила я.       — Твоей Сиракс расти ещё не меньше года, прежде чем она потянет второго наездника, — возразил Деймон. — А мне некогда придумывать что-то ещё, и улетать с долгом я не хочу.       — Но…       — Твоей подруге будет лучше в первый раз подняться с опытным наездником и на большом драконе, Рейнира, — сообщил он.       И добавил что-то на валирийском. Она ему ответила. Он ей. Она ему…       Мои два года изучения высокого валирийского на Дуолинго дали мне распознать только слова «печаль», «небо» и «счастье». Эх, надо было заниматься посерьёзнее! Знала бы я, что он мне пригодится в реальной жизни…       От досады меня отвлекла прикосновением к руке Рейнира.       — Алисента, а ты сама-то хочешь полетать с моим дядей? Или дождёшься меня?       — Я… — я выдержала паузу. — Наверное, я бы не отказалась. Он же действительно опытный наездник и может подсказать мне, как правильно держаться. Как я потом буду держаться уже за тебя.       — Тогда лети с ним, — улыбнулась Рейнира. — Я останусь здесь и посмотрю на вас снизу. Не забудь помахать мне рукой!       — Не забуду, — пообещала я.       Затем встала с подушки и расправила юбку чёрного платья. Как я вообще на дракона в нём залезу? Задерётся же! Юбка, конечно, широкая, но все равно.       — Идём, — скомандовал Деймон и пошёл первым.       «Ой», — подумала я, глядя ему в спину.       Что-то у него какой-то пугающе серьёзный настрой…