Глава 12: Освободители

      

Освободители

      Критерии отбора воинов, что войдут в новый и, по надеждам всех, последний отряд освободителей быстро изменились. Были учтены ошибки прошлого, и теперь отряд не собирались сформировывать так, чтобы он мог выполнить любую поставленную задачу. Ведь задача, как таковая, была всего одна — уничтожить Веррадера. В связи с этим главным параметром, по которому теперь отбирались кандидаты, стала максимальная сила удара, способность нанести колоссальные повреждения за короткий промежуток времени. Оснований для столь серьёзного отбора было предостаточно, не считая самой сути операции и её важности. Во-первых, было выяснено, что Веррадер — крайне живучий противник, и большая часть классического оружия духов не способна причинить ему каких-либо видимых увечий. Во-вторых, крупные габариты чудовища в первое время после его пробуждения повергли непутёвых защитников в самый настоящий шок: Веррадер оказался невероятно проворным для своего веса и размеров. В-третьих, оружие предателя соответствовало параметрам своего заклинателя, будучи крайне тяжёлым и смертоносным для любого существа, будь то свет или тьма. Все эти пункты сформировали у Белого Защитника чёткое видение образа воителя, идеально подходящего для столь важной битвы. Дух должен быть тяжело вооружён, наподобие двуручного клинка Соласа, а также ловок и быстр, как Ангани. Тяжёлое оружие помимо того, что наносило обширные повреждения противнику, ещё было в теории способно отразить удар Веррадера, что также было немало важно. Исходя из всех определённых параметров, Нибеки смог отобрать пять духов, лучших из лучших.       Ещё с самого начала было определено, что членство в отряде Освободителей непременно будет обеспечено Соласу — он казался эталоном воина для свержения Веррадера. Тяжёлый клинок этого Светлого моки обеспечивал ему невероятную мощь в ближнем бою, а до совершенства отточенные техники и могучие энергетические спец-приёмы обеспечивали абсолютную гибкость в выборе стратегии на поле битвы. Внимания также был достоин и его личный энергетический щит, что оказался способным выдерживать весомое число мощных попаданий практически любого оружия. Солас стал первым, кто получил ещё один, внеочередной дар от Ивы, который впоследствии получил название «дар внутренней силы». По словам Великого, он был призван пробудить совершенно новые способности, которые при обычных условиях были недостижимы или же недопустимы. И теперь всё было ясно. Солас получил возможность совершать заряженный рывок к выбранной цели с проведением специальной атаки, что вкупе со способностью заряжать двуручный клинок давало впечатляющую синергию и одновременно с этим предельно смертоносную комбинацию.       Ангани стала Соласу опорой в это новое, тёмное время, когда в любой момент вся твоя семья может оказаться зверски убита. Её яркая личность стала для этого светлого моки греющим лучиком солнца на чистом безоблачном небе, её имя буквально означало «небо» на тайном рунном языке духов Нивена, недоступном остальным. Уже успевшая завязать крепкие романтические отношения с Соласом, Ангани не пожелала оставаться в стороне, пока её любимый будет рисковать своей жизнью где-то там, на чужой земле, а потому всячески противилась словам Белого Защитника и всё же смогла настоять на членстве в новом отряде Освободителей. Её поражающие воображение ловкость и скорость будут очень кстати, когда придётся вести маневренный бой с особо опасным противником. И дело не ограничилось одними только этими параметрами. Ангани смогла пробудить в себе уникальную силу Разящего клинка духов, с которой её основное оружие приобрело совершенно уникальные параметры, такие как стойкость к механическому воздействию и лучшая режущая способность. Это произошло не без помощи Ивы, само собой, ведь сама по себе дух никак бы не смогла определить нужную последовательность действий, но всё же это удивляло.       Третьм членом отряда Освободителей согласился стать Нгуву, мастер тяжёлой дуги духа. Соласу уже было известно о существовании подобного оружия у некоторых духов под названием Дуга. Как никак, Фулани, тот самый сверстник-выскочка, что когда-то бросил светлому моки вызов, владел именно этим оружием. Или всё-таки нет? Как позже пояснил сам Нгуву, его основное и по факту единственное оружие было абсолютно уникальным среди духов Нивена, и никто прежде не мог овладеть подобной силой. Слова были подкреплены делом, когда Нгуву призвал свою тяжёлую дугу и произвел выстрел куда-то в землю, недалеко от наблюдателя. В точке попадания огромной стрелы тут же вспыхнула яркая вспышка, а затем раздался мощный грохот, словно бы туда ударила молния. Представление на этом не закончилось, и Нгуву тут же превратил своё оружие из Дуги духа в тяжелый клинок с двумя лезвиями по разные стороны одной рукояти в центре. Как потом объяснил сам дух, это оружие называлось глефой, и вполне могло конкурировать с двуручным клинком Соласа. Пусть глефа была менее мобильна, чем оружие Светлого моки, и несильно годилась для нападения, она прекрасно показывала себя в защите, а когда дело дошло до вопроса непременного нанесения урона по Веррадеру, Нгуву вновь удивил всех наблюдателей, разделив огромную глефу на два тяжёлых одноручных клинка, отчасти подобных тому, что был у Ангани. В таком состоянии этот удивительный дух и вправду мог стать опасным противником для предателя, а посему членство Нгуву в отряде даже не обсуждалось.       Красавица Нишати стала четвёртой, кого Белый Защитник определил в отряд Освободителей. Казалось бы, удивительное дело — дух не владеет ни одним энергетическим оружием… да где такое видано вообще и как это возможно? Почему она получила статус полноправного защитника Нивена несмотря на столь критичный дефект? Всё оказалось одновременно и намного сложнее, и намного проще. Стихией Нишати не было ведение боя с помощью привычного всем оружия духов. Вместо этого она обожала поливать противника перекрёстным огнём с помощью боевых заклинаний самых разных типов, начиная со сверхточных энергетических копий и заканчивая мощнейшими залпами по выбранной площади. Нишати легко могла вести бой как на ближней дистанции, легко лавируя меж атак противника, так и с дальней, прикрывая товарищей плотным огнём и оставаясь при этом в безопасности. Она, ровно, как и Ангани, не отличалась высокой живучестью и стойкостью к получению любого урона, но зато имела в сравнении с другими духами практически неограниченный запас энергии и возможность нести больше рун и амулетов различного назначения. Столь яркие плюсы и определили Нишати как идеального кандидата на помощь Соласу и его отряду в критически важной миссии по уничтожению Веррадера.       Как очень быстро выяснилось, Нишати состояла в романтических отношениях с могучим духом по имени Укута, который также изъявил желание покарать предателя Света. Его главным оружием стал тяжеленный двуручный молот, а главным достоинством — феноменальная стойкость. Он не имел какого-либо другого оружия в своём арсенале, но зато мог похвастаться выдающимся количеством различных спец-приёмов для молота, с помощью которых мог крошить любого противника в ближнем бою и при этом не быть беспомощным, если цель предпочтёт отдалиться. Удивительное, в самом деле, сочетание: хрупкая Нишати, которая могла быть поистине смертоносной только на дистанции, и непоколебимый Укута, которому палец в рот не клади, да позволь только сблизиться с противником, как этот дух тут же выбьет из него всю дурь. Две противоположности на потенциальном поле битвы, они превосходно дополняли друг друга, закрывая слабые стороны и лишь укрепляя сильные.       Освободители узнали о своём негласном лидере всю правду практически сразу, в первый же раз, как только собрались все вместе. Это казалось просто невозможным: как такое создание, что пусть и не было духом буквально, но всё же сотканным из света, могло быть прямым потомком вероломного душегуба, что предал саму суть света и даже осквернил её, скрестив с тьмой во имя создания могущественного биологического оружия? Нгуву, Нишати и Укута не сразу свыклись с этой информацией, но всё же смягчились, когда осознали, что эту страшную правду от них никто не стал скрывать, а рассказал её самолично сын предателя, не утаив ничего. Ни своего прошлого, ни горечь от потери тех моки, которых он всегда будет помнить как родных родителей, ни собственного мнения касаемо сложившееся ситуации. Всё было ясно как день. Веррадер почувствовал зарождение силы внутри своего отпрыска и пробудился вновь, но как только осознал, какой природы была эта сила, постарался на славу, чтобы уничтожить всё, что было дорого Соласу. Отец его был убит на месте, а мать — превращена в химеру, сотканную из чумы и гниющей плоти. Дом и все его окрестности оказались поражены сильнейшей инфекцией, способной пробиться даже сквозь сильнейшую энергетическую защиту. У Соласа более не было пути назад, он должен покончить с отродьем по прозвищу Веррадер и наконец озарить оба континента рассветом эры мира.       

***

      Набор более, чем пяти членов в отряд Освободителей оказалось технически невозможным из-за фундаментальных свойств печати, с помощью которой был заточен под куполом Веррадер. Печать была создана наспех и с множеством изъянов, одним из которых стала чувствительность к свету духов внутри неё. Одна только Ангани была сравнима по этому показателю с двумя могучими воинами поражённого континента, что уж говорить про остальных, которые могли сойти и за троих. Печать могла быть автоматически снята, если внутри окажется достаточное количество духовного света, и тогда Веррадер уж точно не сможет быть ничем остановлен. А ввиду недостаточной подготовки тогдашних воинов предатель был всё ещё жив и даже способен без непосредственного участия продолжать забирать жизни любого, кто попадётся на пути.       Но теперь всё должно было быть иначе. Освободителей было куда меньше, чем раньше, но недостаток количества воинов с лихвой компенсировался качеством их боевой подготовки. Кроме того, каждый воитель был снабжён передовыми рунами и осколками как на личное усмотрение, так и по требованиям Ивы. В число обязательных к применению оказались артефакты на повышение живучести и запаса энергии, ровно, как и могущественный осколок, способный временно снабдить носителя непробиваемым личным щитом поверх любой другой технологии защиты, которой дух уже мог к этому моменту владеть.       Из всего перечня доступных артефактов Солас первым же делом решил прибрать к рукам Фокусирующую линзу, способную в разы ускорить зарядку всех его особых способностей, таких, как рывок к противнику с проведением специальной атаки. Сам по себе моки был весьма медлителен на фоне любого духа, так что возможность быстро выполнять специальные удары была как раз кстати, чтобы сравняться с ними. Ещё одним взятым у Ивы предметом стал осколок, который был способен даровать Соласу возможность делать простой рывок в сторону так, как это могла делать Ангани. Единственным недостатком столь полезного артефакта оказалось требование в несколько секунд для подготовки к повторному использованию. Разумеется, это время было небольшим, всего три-четыре секунды, но в условиях реального боя придётся точно высчитывать окна, когда можно будет правильно применить осколок и при этом не быть уничтоженным в ту же секунду на новом месте. А вот взять осколок на увеличение энергетической силы Солас уже не смог. Всему виной стал риск перегрузки артефактами, из-за которой моки мог стать крайне уязвимым для любой атаки противника, что явно не годилось для воина ближнего боя.       Остальные же духи не стали долго думать над тем, какие дары Ивы использовать для предстоящего боя. Кто-то набрал осколков на увеличение мощности боевых заклинаний и их точности, как, например, Нишати. Кто-то решил полностью уйти в укрепление живучести и стойкости к любым повреждениям, то есть Укута. Нгуву же выбрал осколки, аналогичные по механизму действия Фокусирующей линзе, и всё для того, чтобы ускорить трансмутацию оружия и повышения его базовых характеристик. А что Ангани? Она не смогла выбрать хоть что-то боле подходящее для себя, чем то, что было обязательно к использованию. Ловкость? Ангани и так превосходила по этому показателю любого духа Нивена. Скорость? Ещё бы кто-то решился вызвать её на гонку, когда и так всё было предрешено! Что же до особенностей Клинка духа, то она раскрыла столь удивительный потенциал своего оружия без применения соответствующих артефактов, а продолжать наращивание энергетической мощи может быть очень опасно. Ангани согласилась взять разве что осколок, который был способен снабдить носителя направленным личным щитом, как у того же Нибеки, чтобы гарантированно отражать нападение с одной стороны. Что же, это лучше, чем ничего, но всё равно у Ангани оставалась возможность взять ещё один осколок, которую она так и не смогла реализовать.       

***

      Времени на усиленную боевую подготовку всех членов отряда Освободителей оставалось всё меньше — то и дело с окраин и соседних с оной территорий прибывали разведчики, и все они твердили об одном и том же. Чума распространялась всё дальше, вглубь Нивена, при этом совершенно не заботясь о заражении земель вширь. Всё прямо-таки кричало об одном: Веррадеру действительно была подконтрольна эта зараза, и он всеми силами старался настигнуть своего отпрыска, который каким-то чудом сумел спастись в первый раз. Всё живое, что попадалось на пути Янтарной смерти, тут же умерщвлялось без возможности возвращения обратно к жизни. Сложно было сказать наверняка, каким именно был план Веррадера: уничтожить всю жизнь в Нивене? Захватить разум Соласа? Подчинить себе Иву и как-то использовать её силу? Вполне возможно, что всё и сразу.       Гадать было уже некогда — по наблюдениям лучших разведчиков и лично Ивы, чума пробиралась вглубь Нивена слишком быстро, по паре километров за день в среднем. При таком темпе распространения зараза доберётся до Края Ивы примерно за пару недель, а возвращение этих земель до исходного состояния никто не мог гарантировать. И это при условии того, что Веррадер будет стопроцентно уничтожен и источника у чумы как такового не останется. Значит, Освободителям придётся напасть на логово предателя в ближайшие пару дней, чтобы избежать обширного заражения по всему Нивену.       

***

      Последние сутки перед отправкой на земли предателя, край, что когда-то носил название Менаик, пятеро духов-освободителей решили закончить дружеской посиделкой у костра под ночным небом. Каждый хотел узнать друг о друге больше, узнать тех, с кем пойдёт в бой плечом к плечу. Было очевидно, что никто из присутствующих не желал слушать рассказы наподобие того, как Солас невольно стал свидетелем кошмара на окраинах Нивена — и без этого им придётся столкнуться с ним в ближайшие день-два. Всем хотелось отвлечься, расслабиться, очистить разум.       История Нгуву оказалась скучной до безобразия — избитый рассказ о тяготах обучения специальным боевым техникам под стать его экстравагантному оружию. Скукотища! И остальных не пришлось упрашивать сообщить рассказчику об этом. В ответ на подобное заявление в свой адрес могучий воин буркнул что-то невнятное и потребовал от своих новых друзей поведать что-то своё. Тогда красавица Нишати решила спасти положение, предложив Соласу поведать всем о том, как именно завязались его отношения с Ангани. Как ни удивительно, всем действительно оказалось интересно послушать, ведь до сих пор у многих духов Нивена не укладывался в голове факт возникновения столь необычного союза — Светлого моки и обыкновенного духа. Даже всегда серьёзный Нгуву проявил интерес, так что попытка не пытка.       — Разумеется, ключевым фактором для начала всего этого стала моя предрасположенность к Свету духов, — спустя пять минут увлекательного и даже умилительного рассказа подытожил Солас. — Не думаю, что хотя бы кто-нибудь обратил бы на меня внимание, будь я самым обыкновенным моки. А уж тем более её величество Ангани!       Возмущённая дух легонько стукнула любимого по плечу, а залившийся басистым смехом Укута, сев поудобнее, решил подыграть новому другу.       — Что верно, то верно, Ангани. В краю Ивы моки сейчас всё больше, и едва бы ты смогла выделить кого-то особенного средь этой шайки пушистиков. Ему пришлось бы из шкуры вон вылезти, чтобы проявить на тебя хоть какое-то впечатление. А тут вот, гляди, какой красавец. Сразу клюнула!       Теперь уже была очередь Укуты получить по шее от собственной пассии.       — Очень смешно, мальчики, — наигранно закатила глаза Ангани. — Справедливости ради, я должна отметить, что мне и до этого никто интересен не был. Я добилась того, чего хотела от жизни, и большего, по сути, мне и не надо было. Но тут действительно, словно из ниоткуда, появился этот удивительный моки, снующий по Нивену с костяным клинком на спине. Вот мне и стало интересно. А уже потом я поняла, что несколько заблуждалась в своих истинных взглядах на жизнь.       — А вот это реально интересно, — неожиданно вмешался доселе молчавший Нгуву. — Я был наслышан о стойкости твоих убеждений, а теперь ты заявляешь, что была в чём-то неправа. Вот, оказывается, какие чудеса любовь творит.       — Так, я что-то не поняла, — активизировалась Нишати. — Мы здесь собрались, чтобы стебаться над друг другом?       — А почему нет? У нас ещё вся ночь впереди. Так даже веселее, да и друг о друге больше узнаем. Если никто не против, разумеется.