I

Эта странная женщина, так сильно выделяющаяся на фоне остальных «черноволосых дикарей», была похожа на снизошедшую до людей богиню. Не будь Капитано реалистом, он бы с лёгкостью поверил в это. Но нет, мужчина считал, что та плод кровосмешения. Иначе и не объяснишь, откуда на столь дальнем острове взялась рыжеволосая девица с загорелой на солнце кожей. В ней, однако, были как испанские, так и майские черты. — Ты и твой народ либо подчинятся, либо будут стёрты с лица земли, — шептал на испанском Капитано, самозабвенно обсасывая прекрасную грудь женщины и издавая при этом беспорядочные звуки. Мавуика, которая за долгое пребывание здесь испанских конкистадоров успела выучить какие-то слова и фразы, ответила с сильным акцентом: — Ты не получить меня, мразь. Ей вдруг захотелось громко рассмеяться. Пока остальные вели свою войну против государств цивилизации майя, этот человек мечтал вонзить в неё свой эрегированный и напряжённый член, на котором яростно пульсировали кровеносные сосуды. Остальной экипаж представлял себе богатые земли, золото и рабов, а этот сумасшедший представлял одну лишь голую Мавуику, лежащую на зеленистом покрове с раздвинутыми ногами. Он так и сказал своему командованию, которое возлагало на Капитано, опытного воина, большие надежды: «Мне не нужны деньги или земли. Я лишь заберу с собой в Испанию эту рыжую ведьму. За это я покончу с Юкатаной раз и навсегда». Мавуика тщетно пыталась сопротивляться, но Капитано был сильнее. На миг он даже представил, что стоит на поле брани лицом к лицу с врагом, но потом, отбросив это наваждение, тяжело вздохнул. Под ним лежала всего-навсего обычная женщина, которая, хоть и пыталась кусаться, была не достойна того, чтобы её обзывали врагом. — Я люблю тебя, — прошептал Капитано, а после больно укусил за винно-розовую ареолу бедной девушки. Испанский конкистадор истязал Мавуику своими отвратительными поцелуями, покрывающими девичье тело. Она же в ответ противилась, царапалась, брыкалась и пыталась раз за разом хорошенько так цапнуть зубами. Но борьба лишь сильнее заводила мужчину. Это было животное желание покорить, сломить и пометить. — Нет! Аргх... Нет! — кричала она на своём языке, чувствуя, как его член входит во внутрь, разрывая её на части. — Я убью тебя! Убью! Невзирая на угрозы девушки, движения поясницы Капитано, которые начались с сильных толчков, стали более хаотичными. Член мужчины быстро скользил внутри влагалища Мавуики. Её внутренние стенки при этом сильно сжимались, отчаянно пытаясь вытолкнуть член, но в конце концов они широко раскрылись, крепко обхватив его толстый ствол. Думая об этом, трудно было сдержать тихий смешок. — Ты первая женщина, которую я возжелал. Никто и никогда так сильно не трогал моё тело и душу. Она абсолютно не понимала весь тот бред, который нёс испанец. Мавуика могла лишь думать о боли и чужом члене, который без разрешения вторгся во внутрь неё. Сейчас большой по обхвату половой орган ударял в передний свод влагалища, заставляя Мавуику издавать болезненные стоны и чуть выгибаться. Ей были противны звуки ударов их плоти друг о друга. Противило также и влажное хлюпанье. — Ты труп! — толкая его в грудь, кричала Мавуика. — Я вырезать твоё сердце! Отрезать голову! Ответом ей было тяжёлое дыхание и обезумевшее «да... продолжай, пожалуйста». Он и помыслить не мог, что внутри женщины может быть так жарко и приятно одновременно. С этой мыслью испанец вышел полностью из неё, затем заставил майя перевернуться и лечь на живот, после чего приподнял мягкие ягодицы и скользнул обратно. Его мазолистая и большая рука при этом болезненной хваткой вцепилась в огненные волосы Мавуики. Красная, налитая кровью плоть сводила мужчину с ума. Не сдержавшись, другой рукой он сильно ударил по ягодице, оставив алый след. Женщина, к сожалению, сдержала стон боли и всего лишь вздрогнула. Оставив внутри дразняще лишь головку, Капитано снова вонзился до самого основания. Он проделал это несколько раз прежде, чем удовлетворился, продолжив потом снова бешено вбиваться в ставшее податливым тело. Всхлипы и крики утихли, вместо них Капитано услышал тихие стоны не то боли, не то удовольствия. Может всё-таки боли. В конце концов, женщин нужно любить, холить и лелеять, потому он сунул руку ей между ног и потёр опухший бугорок плотными подушечками своих пальцев. Движения были медленными и сводящими с ума. Мавуике в тот же миг стало ясно, что её решили унизить ещё и другим способом. Влажные губы вдруг впились в мочку уха, после чего раздались жестокие слова: — Я заберу тебя в Испанию. Невообразимый жар поднялся внутри её трясущегося тела и в итоге лопнул как пузырь, подарив странные, еле ощутимые, но приятные ощущения. Именно в этот момент Капитано резким движением глубоко вогнал свой член, после чего хлынул липкий поток мужского семени. Мутная белёсая субстанция, вышедшая вместе с ним, тут же стала красиво вытекать из измученной промежности «дикарки». Истерзанная, девушка абсолютно голая лежала на траве, с ненавистью взирая на него, пока Капитано поправлял свою одежду. — Ты примешь католическую веру и выйдешь за меня замуж. Ты понимаешь меня, ведьма? Ничего, скоро поймёшь. Он предлагал ей стать не жалкой рабыней, а верной супругой, что разделит с ним под сводами католического собора и веру, и жизнь. Мавуика лишь плюнула ему в лицо.