II

Мавуика так сильно брыкалась и больно кусалась зубами, что в конечном итоге Капитано принял решение крепко связать девушку верёвками. Да, это было не очень-то и гуманно, учитывая, что мужчина собирался жениться на ней, но что ещё оставалось делать? Капитано также не сомневался, что эта сумасшедшая женщина выбросилась бы за борт и вплавь добралась бы до берега, не запри он её предусмотрительно. Потом одна клетка сменилась другой. Мужчина запер девушку в большом доме с внутренним двориком, засаженным душистыми цветами, посреди которого он обещал построить для неё красивый фонтан. Окна всех комнат первого этажа, в особенности спальни Мавуики, выходили как раз в этот дворик, так что она могла любоваться им издалека. Забота! В Испании существовал обычай проводить жаркие месяцы в комнатах первого этажа, прохладу в которых поддерживали, поливая плиточный пол, именно поэтому Мавуику временно разместили там. Первое, на что она обратила внимание, так это на красивую и необычную мебель, а также на полы, выстланные плиткой. Капитано даже весь напрягся, когда иноземка вдруг притихла и начала разглядывать красиво написанные картины на религиозную тематику, тяжёлые сундуки из резного дерева, турецкие ковры и многие другие необычные для её взора вещи. Но она снова взбунтовалась, стоило небольшому штату прислуги по приказу приблизиться. Они силой усадили её на небольшую подушку перед туалетным столиком, достав затем сундучок со всем, что требуется для наведения красоты. Всё было куплено и доставлено в срочном порядке. — Г-госпожа, прошу, спокойно. Мы не обидим вас, — одна за другой говорили бедные девушки, которые не были готовы к такой вот невестке господина. В их глазах та виделась обычной дикаркой с дальних островов, которой почему-то они обязаны прислуживать, преклоняя чело. В конце концов Мавуика позволила им сделать своё дело, вдруг осознав, что таким поведением только заставляет всех кругом увериться в якобы дикости её народа. Служанки своими умелыми ручками творили настоящее искусство на теле майя. Сначала они нанесли основу всего макияжа — свинцовые белила, после чего без всякой меры разукрасили щёки в пунцовые цвета, и так обильно, что Мавуика нахмурила брови. А её губы и вовсе, накрасив, покрыли лёгким слоем воска, который придал им блеск. Делали служанки всё аккуратно, стараясь лишний раз не трогать её, чтобы не провоцировать. От неё пахло амброй, когда Капитано наконец вошёл в комнату. Перед взором его холодно-голубых глаз тут же предстала прекрасная испанка, наряженная в платье бордового цвета. Глядя на Мавуику, трудно было сказать, что в ней течёт ещё и кровь майя. — Я желаю вернуться домой, — вскинув голову, уверенно и дерзко заявила она. Капитано не стал разбираться в её словах. Он лишь подошёл к Мавуике и, запустив пальцы в рыжие пряди, обдал прекрасное личико томным шёпотом: — Ты прекрасна... После Капитано наклонился и, прикрыв глаза, вторгся в красиво очерчённый рот девушки поцелуем. Его язык хозяйничал у неё во рту, пока вдруг Мавуика не укусила мужчину за губу аж до крови. Даже в таких сладких моментах она проявляла непокорность, смеряя испанца ненавистным взглядом, который весьма красноречиво говорил: «Я никогда не подчинюсь тебе». Для Капитано это был вызов. Он протянул руку, отчего Мавуика тут же напряглась, ожидая, что мужчина собирается ударить её за непослушание. Но тот лишь нежной хваткой вцепился в юное девичье лицо и приподнял подбородок, заставив взглянуть на себя. — Ты подчинишься мне, ведьма. Последующие события Мавуика помнила лишь отрывками. Помнила, как мужчина, не дождавшись покорности, сам завалил её на громадную кровать. Помнила, как рвал (о боги, сколько же в нём силы?!) на ней дорогое на вид платье, весьма красивое. Помнила, как смотрел сверху с предвкушением и... разочарованием. Было тошно и неприятно. Капитано с какой-то извращённой любовью глубоко втягивал губами её соски, издавая при этом громкий звук. Наверное, он думал, что это нравится всем женщинам. Потом собственноручно насильно согнул девичьи коленки и широко развёл ноги в стороны, открывая для себя потрясающий вид, который будоражил разум. Впервые. Он бывал в борделях, но так и не смог ни с кем разделить ложе греха. Только в Юкатане Капитано понял причину своих провалов. Его плоть ждала только эту бесящую женщину. — А-а-ах!.. Не надо... Мавуика тщетно пыталась отстраниться, пока он входил в неё своим членом, причиняющим боль. В ответ на сопротивление Капитано крепко ухватился за женские бёдра и потянул на себя. Это была отчаянная борьба между мужчиной, который хотел покорить, и женщиной, которая хотела спасти себя. В итоге она проиграла. Капитано быстро толкался во влагалище Мавуики, не забывая при этом трогать всё её тело, а также пожирать губы, жадно засовывая язык внутрь. Он даже в один момент решил, что это хорошая идея — схватить женскую ручку и положить её на покрытую волосяным покровом промежность, чтобы пальчики коснулись входящей во внутрь горячей плоти. — Видишь? Ты моя, — прошептал тогда мужчина, смерив Мавуику хмурым взглядом. О боги, он был так красив, даже шрамы ничуть не портили эти черты лица, но все его действия отторгали девушку. Его член почти полностью вышел наружу, оставив внутри лишь гловку, а затем снова вонзился до самого основания. Проклятия Мавуики в итоге перемешались с всхлипами, на что он лишь закинул ноги на свои широкие и сильные плечи, чтобы те беспомощно болтались в такт толчкам. Странный и приятный стон в конце концов сорвался с карминовых губ, а после её звонко хлопнули по бедру. Капитано творил что-то ненормальное — щипал девушку за соски, игрался пальцами с её покрасневшим клитором и скользил ладонями по всему телу. Но почему-то весь этот ужас не спешил заканчиваться. Стоны Мавуики в итоге стали хриплыми, пока мужчина продолжал вбиваться в желанное тело. Она кончила из-за его умелых пальцев, теребивших возбуждённый бугорок, по крайней мере раза два, когда же сам Капитано за прошедшее время ни разу. Это словно продолжалось целую вечность, если сравнивать с самым первым разом и другим, произошедшим на корабле. От отчаяния Мавуика даже вцепилась в его чёрные волосы, не зная, куда себя деть. Она больно дёргала за них, но он, казалось бы, совсем этого не замечал. — Ах... Я убью тебя! — восклицала она. Ответом ей было объятие и задыхающийся стон прямо в ухо. Крепкое и мускулистое тело мужчины содрогнулось от нахлынувшего оргазма. Его семя снова было извергнуто во влагалище Мавуики, давая ей ясный ответ на один вопрос — Капитано хочет, чтобы она понесла от него ублюдков и как можно скорее. Очень хитрый ход — привязать к себе женщину с помощью детей. Мавуика думала об этом, когда служанки приводили тело в порядок после бурного секса, то и дело окидывая её странным взглядом. Они не понимали, им жалеть дикарку или насмехаться над той после всего услышанного. В скором времени они тихо поженились, но прежде её заставили принять христианство вместе с новым именем, которое, к слову, совсем не использовалось. Капитано так и продолжил звать возлюбленную Мавуикой. В это же время нанятый учитель, носитель испанского, пытался помочь ей выучить язык с помощью сопоставления названия с предметами и их свойствами. Постепенно лексический запас майя вырос и она смогла начать строить из слов более сложные конструкции. Особенно усиленно она потом запоминала ругательства, которые порой были слышны от прислуги. Мавуика оказалась весьма остра на язык. При разговоре она всегда держит себя вольно, переходя все границы скромности и порядочности. Это была вызывающая смелость, которая лишь сильнее будоражила Капитано. Правда, вскоре мужчина понял, почему вдруг эта ведьма усиленно начала учить испанский. В один из солнечных дней она попыталась сбежать. Поймали прямо на пристани, где та с сильным акцентом пыталась убедить отвезти её обратно на остров. Удивительно, но именно после этого события Мавуика понесла от него дитя. Это был плод наказания. Сколько не пытайся она грызться за свободу, Мавуике никогда её больше не видать.