07

— Теперь ты — член пятого особого дивизиона. И я твоя непосредственная начальница, — произнесла Макима, её голос звучал уверенно и решительно.     — Пятый особый дивизион? Звучит гордо, — ответил я, стараясь придать своему тону непринужденность, хотя внутри чувствовал лёгкое волнение. Это было чем-то совершенно новым, а неизведанное всегда вызывало опасение.     Сидя за столом, я погрузился в потоки бумаг, которые передо мной разложила Макима. Каждая страничка казалась нагромождением официальных форм, испещрённых мелким шрифтом и строгими манифестами. Трудовой договор, страхование, согласие на обработку персональных данных, техника безопасности… От всех этих форм просто веяло рутиной. Я пробегал глазами по строкам, но слова начинали сливаться в одно неопределённое пятно.     — Жуть! Сколько же бюрократии, — пробормотал я, небрежно ставя крестики, не вникая полностью в смысл того, что подписываю. Мой разум блуждал где-то далеко.     Макима наблюдала за мной с проницательным взглядом, который заставлял чувствовать себя под микроскопом.     — Не забывай, что теперь ты представляешь не только себя, но и наш отдел, — сказала она, и в её голосе звучала нота строгости. — Веди себя подобающим образом, Арт, — добавила она с весом, оставив эти слова повисшими в душном воздухе кабинета.     Я ненадолго поднял на неё взгляд и затем вновь опустил его на документы. В кабинете стояла лёгкая душность, что вынудило меня поправить воротник своей белой рубашки, на ощупь простой и привычной, но всё же мешавший свободным движениям.     — Арт, где твой галстук? — спросила она с лёгким налётом насмешки в голосе. — Он же был на тебе с утра.     — Я его снял, — тихо ответил я, не желая углубляться в детали. — Мне не нравятся эти удавки. Ошейники напоминают.     — Удавки или ошейники, как бы ты их ни называл, Арт, — произнесла она, и в её голосе прозвучало уверенное, почти авторитетное звучание, — символизируют честь и дисциплину. Ты должен понимать своё место и выполнять свои обязанности.     Она встала со своего места и сделала несколько шагов в мою сторону, явно намереваясь устранить эту «маленькую проблему». В её движениях было что-то целеустремлённое, а уверенность, с которой она подходила, не оставляла сомнений: она точно знает, чего хочет от меня.     — Мне не нужно объяснять, почему такие вещи важны, — её голос стал тише, почти шёпотом. Я ощутил, как её слова будто накрыли меня, заставляя задуматься. — Ты и сам это понимаешь.     Я не был готов сдаться так легко, и это решительно подстёгивало мой ум.     — Но ты сама говорила, что тебе нравится, когда я выгляжу немного неряшливо, — бросил я в ответ, стараясь придать нашей беседе лёгкий налёт пренебрежения.     Макима усмехнулась, и в её глазах блеснуло лукавство, которое моментально привлекло моё внимание.     — Это так, Арт, — согласилась она, подойдя ещё ближе. Я ощутил её тепло, когда она ступила мне за спину и лёгким прикосновением коснулась моих плеч. — Но сейчас речь не о моих предпочтениях. Речь идёт о том, чего от тебя ждут другие люди.     Её слова, несомненно, были исполнены глубокого смысла, но меня не покидало ощущение, что за ними скрывается нечто большее, чем просто забота о моём внешнем виде. Она отпустила мои плечи, сделала шаг назад. Я тут же повернулся к ней, пытаясь поймать оттенки её настроения. Макима смотрела на меня внимательно, словно стирая пелену неряшливости с образа, который я упорно отказывался принять.     — Как твой начальник, я обязана следить за тем, чтобы ты выглядел подобающим образом, — продолжила она, и её голос стал строже, напоминая о всей ответственности, что теперь ложилась на мои плечи. В глубине души я понимал: её слова касаются не только внешнего облика, но и внутренней уверенности.     — А как твой партнёр, — добавила она, и её тон заметно смягчился, открывая искреннюю заботу, — я хочу, чтобы ты сам чувствовал себя комфортно в этой роли.     С этими словами она вдруг легко достала галстук из моего кармана. От этого простого жеста меня охватило недоумение и лёгкое смущение. Её движение было уверенным, но с едва уловимой нежностью, когда она вернула его на мою шею. Я инстинктивно потянулся к галстуку, но она уже отступила, оставив меня наедине с собственной неуверенностью.     Наступила тишина. Мы какое-то время сидели молча, погружённые каждый в свои мысли. Я ощущал, как тиканье времени за стенами кабинета замедляется, и вопрос о моём месте в глазах окружающих всё острее вставал в сознании. С каждой секундой это молчание заполняло пространство, становясь неотъемлемой частью нашего общения.     — Разве ты не должна быть занята? Зачем помогаешь мне сейчас? — спросил я, нарушая затянувшуюся паузу.     — На тебя у меня всегда найдётся время. Почти, — Макима погладила край одного из документов, словно подтверждая, что дел действительно много. — Я хотела бы провести с тобой чуть больше времени, прежде чем ты займёшься своей работой.     Я продолжал убеждать себя: я не создан для этой работы. Хотя Бюро общественной безопасности предлагало множество привлекательных перспектив: специальные льготы, расширенные полномочия, высокий уровень зарплаты и даже уменьшенный подоходный налог. Но все эти преимущества были ничтожны в свете той смертельной опасности, с которой приходилось сталкиваться ежедневно. Смертность среди охотников была катастрофически высокой. Каждый день мог стать последним, каждое задание — пусть даже казавшееся рутинным — таило в себе потенциальную угрозу. Ты мог быть раздавлен, расчленён или даже съеден. Никакие бонусы не могли развеять этот осадок неопределённости, который всегда витал в воздухе вместе с запахом крови и гари.     По этой причине мой разум не находил покоя, и я не мог избавиться от чувства, что попадание в эту организацию — просто ошибка. Как Макима могла подписать меня на это? Её действия всегда оставались загадкой, и это лишь усугубляло мою тревогу. Быть может, в её глазах я представлял собой какую-то ценность или просто очередной инструмент для достижения её целей. В любом случае, несмотря на все свои колебания, я оказался здесь, погружённым в очередной водоворот событий.     Когда я упомянул о высокой зарплате, надо признать, что немного приукрасил действительность. В моем случае слова "высокий доход" звучали скорее как насмешка. Я не получал ни единой йены. Все деньги, которые я зарабатывал, немедленно поступали на счет Макимы, в уплату моего неисчерпаемого долга — колоссальных 950 миллионов йен. Эта сумма была столь огромной, что любая другая моя задолженность, например, перед уличными бандитами, которые когда-то поджидали меня на углу, казалась просто каплей в море. Можно сказать, я оказался в финансовом рабстве, из которого не видно выхода.     Но, к счастью, это обстоятельство пока что не слишком меня огорчало. Макима проявляла понимание; она не требовала с меня каждую мелкую монетку. Я часто шутил, что она раздавала мне карманные деньги, словно родитель, заботящийся о своём ребёнке, и я, конечно, старался извлечь из этого максимум. В такие моменты, когда моя жизнь хоть немного напоминала жизнь обычного человека, я чувствовал себя довольным.     — Аки, ты сейчас в офисе? — спокойно спросила Макима, прижимая телефон к уху. — Зайди ко мне. Сейчас.     Я уже подписал все бумаги и в данный момент просто сидел, наблюдая за окружающей обстановкой. Чувствовал, как напряжение постепенно отступает. Однако упомянутое Макимой имя показалось мне знакомым, хотя в памяти не мог вспомнить, когда именно его слышал. Аки? Короткое и приятно звучащее имя. В голове проскользнула легкая шутка: "Имя, которое специально дано для стонов". Ха-ха… Ладно, стоп.     Не успел я углубиться в свои размышления, как через минуту в дверь кабинета Макимы постучали. Я обернулся и увидел, как в комнату вошёл молодой охотник. Сразу же заметил знакомую косичку и катану на его поясе. Конечно, это был он! Тот самый парень, которому я передавал своё письмо. Помнится, с ним тогда была задорная одноглазая девушка, которая острословила на каждом шагу. Кажется, Аки Хаякава — доверенное лицо и надёжный охотник. Однако его взгляд выдал нечто большее, чем просто физическая усталость. Он выглядел измученным, словно давно не спал. Впрочем, учитывая его работу, это вполне вероятно.     — Аки, это Артур, — произнесла Макима, оборачиваясь ко мне с мягкой, подбадривающей улыбкой. — Он только сегодня присоединился к нашей команде.     Она перевела взгляд обратно на Аки и продолжила:     — Артур, это Аки Хаякава, сильнейший Охотник на Демонов. – На секунду повисла пауза. – Также известный как Человек-Огнестрел. Если у тебя появятся вопросы, обращайся к нему. Он поможет тебе адаптироваться к новой роли.     Его взгляд пересекся с моим, и я почувствовал его ожидание. Я кивнул Аки в знак приветствия.

***

    Артур, подчиняясь просьбе начальницы, тихо вышел из кабинета, оставив двух охотников наедине. Дверь за ним закрылась, и в комнате ненадолго воцарилась тишина. Макима, изучая Хаякаву, заметила, как бледность его лица и тяжесть в глазах выдают сильное утомление.     — Аки, ты выглядишь немного уставшим, — произнесла она, делая шаг в его сторону. Её голос звучал мягко, но в интонации проскальзывала настойчивость. Она положила руку ему на плечо, словно подчёркивая свою власть. — Всё в порядке? Ничто не помешает тебе выполнять свои задачи?     Её вопрос был более чем доброжелательным, но в нём ясно слышались нотки требования. Она знала: Хаякава не мог отказаться от работы, даже если бы захотел.     — Всё в порядке, — произнёс он, стараясь звучать уверенно, но его голос выдал дрожь. — Я просто немного утомлён. Много задач одновременно.     Макима склонила голову, словно обдумывая его слова. В её глазах мелькнуло нечто, что заставило Хаякаву почувствовать: она в какой-то мере рада его усталости. Для неё это означало лишь одно – он добросовестно выполняет свои обязанности.     — Ты знаешь, что усталость в нашем деле — это нормально. Но помни, у нас есть цели, и я рассчитываю на тебя. — Её голос оставался спокойным. — Если из-за усталости ты будешь допускать ошибки, последствия могут быть серьёзными.     Хаякава вздохнул, ощущая, как давление её слов давит на его грудь. Он знал, что в её глазах он должен быть безупречным инструментом, способным выполнять любые задания без колебаний. И хоть внутренне он сопротивлялся, он понимал, что ничего не сможет с этим поделать.     — Я справлюсь, — сказал он, поднимая подбородок. — Просто дайте мне немного времени.     — Конечно, Аки. Ты знаешь, что всегда можешь обратиться ко мне, если возникнут трудности. — Она улыбнулась ему.     Она задумчиво посмотрела в окно, за которым лениво проплывали облака, а затем вернулась к разговору, сменив тему.     — Скажи, какие у тебя впечатления о новом сотруднике? — спросила она, уставившись на него с ожиданием.     — Честно говоря, мне нужно больше информации о нём, — произнёс он, встретившись с её взглядом, в котором отразилось её внимание. — Возможно, у него есть хорошие навыки, но я не уверен, что он справится с работой. Он выглядит немного... неуверенно.     Макима кивнула. Она хорошо знала, как успешно Артур производил впечатление слабого и беспомощного человека. Никто бы не заподозрил в этом коротышке грозного и коварного индивида. Но именно такая внешность могла быть его лучшим прикрытием. Да, она сама когда-то попалась на этот крючок. Может, он и потерял память, но она точно помнила, какая сила в нём скрыта.     — Я понимаю твою точку зрения, Аки. Но не стоит предвзято относиться к людям, прежде чем они покажут, на что способны, — мирно произнесла она, стараясь вложить в слова уверенность. Она знала, что людям часто бывает трудно разгадать истинную природу другого. — Возможно, он сможет удивить тебя, — добавила она, передавая парню толстую папку с отчётами, от чего её голос прозвучал ещё более настойчиво.     — Что это? — спросил он, поднимая листы.     В отчётах подробно описывалось ужасающее открытие, сделанное на кладбище охотников: в могилах были найдены останки демонов. Более того, часть из них на момент обнаружения были всё ещё живы, хотя и сильно изувечены. В бесчисленных захоронениях, скрытых под толщей земли и тяжёлых гробов, в железных ящиках покоилось около тридцати существ. Их жизнь поддерживалась человеческой кровью, медленно стекающей к ним на протяжении длительного времени.     — Интересная находка, не так ли? Спрятать демонов прямо на кладбище охотников... Кто бы мог такое придумать?     Ему не составило труда уловить её намёк.     — Вы же не хотите сказать, что это он? — произнёс он, осознавая, к кому именно направлена её мысль.     — Бинго! — произнесла она, и её голос стал твёрже. — В то время ему пришло в голову подделать документы и устроиться работать на кладбище охотников. Перед каждыми похоронами он прятал в могилах останки тех демонов, которых сам победил. Артур держал их там, живыми и страдающими, позоря их существование — взращивая их боль и не позволяя им умереть.     — В это... очень тяжело поверить, — выдохнул Аки, закрыл папку с шумом, напоминающим звук захлопнувшейся могильной плиты, и положил её на стол.     Она сделала паузу, стараясь найти нужные слова, прежде чем продолжить сдержанным тоном:     — Да, трудно поверить, что такое возможно. Но это правда. Артур действительно сделал это. Сейчас он даже не помнит об этом, его память была стёрта. — Макима посмотрела на Аки, её глаза искали в нём понимание, но, возможно, встречали лишь растерянность. — Но его способности всё ещё при нём. Если правильно направить его силы, он может стать мощным инструментом в руках бюро.

***

    Не так давно Киото постигло бедствие — повторное нападение Демона Огнестрела, обрушившее на город волны смерти и разрушения. Этот ужасный инцидент произошел так же внезапно, как и в прошлый раз, когда демонические силы спустились на землю, но на этот раз его последствия оказались ощутимее. В зловещем всплеске деструктивной энергии, прорвавшейся в мир, пострадал и весь кабинет министров Японии, собравшийся для обсуждения ключевых вопросов экономики и социальной политики. Уничтожение высшего руководства в одно мгновение оставило страну на грани хаоса. Позже газетчики, стремясь передать всю трагичность момента, окрестили это событие "Выстрелом в голову". Действительно, меткое название, ставшее своеобразным символом этого трагического эпизода.     Ситуация усугублялась международным скандалом, обострившим отношения между Японией и США. Как это часто бывает в такие моменты, вся вина пала на американскую сторону. Обвинения в агрессии и недальновидности раздавались со всех сторон, пока люди искали объяснения произошедшему.     Подоспевшие Охотники, вооруженные знаниями и опытом, старались сократить ущерб и остановить дальнейшее распространение хаоса. Огнестрел не оставил камня на камне, и когда, казалось бы, ситуация достигла своего пика, на арену вышел другой демон — Демон Бензопила. Он появился так же внезапно, как и его собрат, мгновенно победил Огнестрела и так же бесследно исчез, оставив лишь шепоты среди выживших после катастрофы.     Никто не знал о его текущем местоположении. Он стал новым героем? Или же очередным воплощением силы, способной направить свою энергию на уничтожение? Но вот что действительно можно сказать с уверенностью: в тот день Япония смогла подчинить себе сильнейшего Демона современности. Это чудовище, что внушало страх, было вынуждено пойти на сделку. Теперь, в обличье Человека-Огнестрела, оно призвано служить на благо страны, обретя новый смысл в этом странном и изменчивом мире.     — Слушай, а у тебя прозвище не Аки-47? – Пошутил я, стоя рядом с Человеком-Огнестрелом. Он держал сигарету в руке, его лицо оставалось серьёзным, но в глазах иногда проскальзывала искорка.     — Пха-ха-ха-ха!!! – рассмеялась Химэно, чуть ли не поперхнувшись табачным дымом. Её смех звучал искренне, наполняя пространство вокруг нас лёгким весельем.     Сейчас мы стояли на улице, совсем рядом с офисом. Было обеденное время, так что мы вышли на перекур. Утренняя работа постепенно истощала нас, и сигарета казалась лёгким способом отвлечься от рутины. Конечно, своих сигарет у меня не было, поэтому я стащил пачку «хай-фай» из пальто Макимы. Не думаю, что она заметит — всё-таки сейчас у неё были более серьёзные дела.     Мимо проходили зеваки, даже не обращая на нас внимания. Для них мы были всего лишь частью уличной картины, фоном, не заслуживающим никакого внимания. Их безразличие усиливало ту атмосферу непринуждённости, которую я находил в нашей короткой передышке.     Я обратил внимание на Хаякаву, который, казалось, глубоко погрузился в свои размышления. Он закатил глаза и тяжело вздохнул, будто его беспокоило что-то важное, и наша шутка показалась ему особенно пустой и неуместной.     — Очень смешно, – саркастично отметил Аки, делая затяжку своей сигареты. Дым плавно вырвался из его губ, образуя лёгкие завитки в воздухе. – Если бы мне только платили за каждое новое прозвище. Или оскорбление.     Я недоуменно вскинул бровь. Его слова повисли в воздухе, как облако дыма, не находя выхода. Что он имеет в виду? Неужели так много людей пытаются задеть его?     — Аки не любят в бюро. Да и не только, – с сожалением произнесла девушка, её голос был тихим, но уверенным. – Охотники недолюбливают его из-за силы Огнестрела, а люди обычно винят в жертвах. Непросто ему теперь живётся. – Она замерла на мгновение, обдумывая сказанное, а потом, словно осенённая вдохновением, ткнула в мою сторону пальцем. – Точно! Я вспомнила!     Её оживлённость поразила меня. Как будто на мрачной сцене вдруг распустился цветок, способный засиять нежными оттенками. Она потянулась во внутренний карман пиджака с неожиданной торжественностью, а затем извлекла оттуда пару предметов, которые, казалось, перенесли много историй. Я чуть не уронил сигарету от удивления: это были мои старые паспорт и кошелёк. Те самые, которые у меня украли, что мгновенно создало атмосферу тревоги и недоумения.     — Это... Откуда они у тебя? – Произнес я, стараясь придать голосу хотя бы толику невозмутимости, но это не помогло скрыть моего шока.     — Так я же... Эм... Нашла их! – Ответила она, но слова её звучали неуверенно, словно у неё не было твердой почвы под ногами. Это заявление было обманчивым и хрупким, как стекло, готовое разбиться при малейшем давлении.     Ложь висела в воздухе, и я не мог не заметить её. Я начал сверлить её взглядом, пытаясь уловить хоть какую-то подсказку, хоть один намёк на правду. Хах, в гляделках у меня очевидное преимущество. Её лицо оставалось неподвижным, но я чувствовал, как в её единственном глазе проскользнула тень сомнения.     — Ну ладно! Признаю, стащила их у тебя при прошлой встрече. Но ты пойми, ты тогда выглядел пиздец как подозрительно! Можно сказать, ты сам меня спровоцировал.     Я перевёл взгляд на Аки. Его спокойное лицо ничего не выдавало. Он просто пожал плечами и, не задумываясь, потушил о стену окурок своей сигареты. Пепел осыпался на асфальт, оставив за собой немое свидетельство безразличия к окружающему.     — Допустим, – наконец произнёс я, продолжая прокручивать в памяти тот мимолётный момент, когда всё пошло наперекосяк. — Мне тогда пришлось импровизировать. – Я потер затылок и попытался вспомнить, как именно всё произошло. Уж слишком много эмоций тогда зашкаливало. – Наверное, ты права. Хах... Тогда получается, что травмы таксиста на твоём счету, — добавил я с лёгкой иронией.     Действительно, сейчас, когда я взглянул на всё это со стороны, всё казалось мелочью, но тем не менее, в тот момент, каждое мгновение, каждая деталь были важны.     — Какого таксиста? — переспросила она, не понимая, о чём я говорю.     — Неважно, — коротко ответил я, чувствуя, как нежелание продолжать разговор накатывает, как прилив. В этот момент я выбросил окурок своей сигареты, наблюдая, как он пролетел мимо брусчатки и завис на мгновение в воздухе, прежде чем коснуться земли. Этот жест подавал сигнал об окончании обсуждения — нужно двигаться дальше. Я собрался выйти из проулка, но...     — Э, нет, подожди! Расскажи поподробнее!