Часть 1

      Ночь окутала сад поместья плотным туманом, словно сама природа пыталась скрыть тайны проклятого места. Полная луна, бледная и холодная, висела в небе огромным немигающим глазом, наблюдала за происходящим внизу. Величественный силуэт особняка вырисовывался острыми углами, которые, казалось, легко могут впиться в плоть, переломать все кости, а шпили вспарывали усыпанные звездами небеса.              Тишина, царившая вокруг, была почти осязаемой. Ее нарушал лишь едва уловимый шорох — звук, который мог бы принадлежать случайному ночному зверьку, если бы не его целенаправленность. Ветки куста встряхнулись, будто сами по себе.              Лили Эванс, скрытая дезиллюминационными чарами, осторожно пролезла сквозь заросли боярышника. Ее тело, видимое не больше, чем капля воды на стекле, сливалось с окружающим пейзажем, растворялось в стакане чернил. Только при очень внимательном взгляде можно было заметить легкое колебание воздуха — единственный признак ее присутствия.              Палочка в руке Лили едва светилась, испуская мягкое голубоватое сияние, словно одна из звезд упала сверху и зацепилась за кончик. Этого хватало, чтобы аккуратно ступать в ночи, но было недостаточно, чтобы привлечь нежелательное внимание.              Сердце Лили билось часто, но ровно — волнение мешалось с решимостью. Адреналин пульсировал в венах, обостряя все чувства. Каждый шорох, каждое движение ветвей заставляли замирать, вслушиваться. Она даже старалась дышать как можно тише.              Влажная от тумана трава холодила голые лодыжки над простецкими маггловскими кедами. Лили любила практичность, потому выбрала сегодня джинсы и спортивную обувь. Запах мокрой земли наполнял ноздри, смешиваясь с легким ароматом ночных цветов.              Впереди, сквозь просвет в ветвях, Лили увидела часть фасада Малфой-манора. Тусклый свет, распространяющийся на целый ряд окон, привлек ее внимание. Здесь, судя по схеме, должен располагаться парадный зал. Тень промелькнула за стеклом — кто-то находился внутри.              — Вот черт, — прошептала Лили еле слышно. — Надеюсь, у них там не очередное сборище.              Она замерла перед оградой поместья и сделала глубокий вдох, собираясь с мыслями. От ее действий зависели жизни не только пленников, но и всех членов Ордена, участвующих в операции. Слова Грюма все еще звенели в ушах: «Вы для них лишь крысы!» Она вспомнила вчерашнее напряженное собрание Ордена Феникса в гостиной Лонгботтомов. Грюм тогда был безжалостно прямолинеен — любое неверное движение может стоить им жизни. Пожиратели с ними церемониться не будут.              Перед глазами Лили всплыла словно отпечатавшаяся на сетчатке трехмерная проекция манора, которую Грюм использовал для объяснения плана. Доркас и Гидеон были где-то в подвалах. «Охрана завтра будет минимальная», — сказал тогда он. Лили надеялась, что его источники правдивы.              Она глубоко вздохнула. Старый аврор назначил ее идти первой — она была лучшей в тихом снятии защитных чар. Ответственность давила, но Лили была к ней морально готова.              Внезапно она заметила движение: четыре едва различимые фигуры двигались по узкому проходу между оградой и кустами. Лили узнала характерную походку Джеймса, который поигрывал с торчащими ветками, прежде чем их отвести, пружинящие шаги Сириуса, осторожные движения Ремуса и немного неуклюжую поступь Питера.              Она поднесла палочку к губам и тихо свистнула — звук, неотличимый от пения ночной птицы. Фигуры замерли, а затем начали двигаться в ее сторону, ориентируясь на тусклый свет ее Люмоса. Когда они приблизились, Лили увидела их напряженные лица.              Джеймс молчаливо коснулся ее полупрозрачной руки. Сириус спрятал метлы, на которых они прибыли, в ближайшие кусты. Ремус прошептал: «Восточное крыло чисто. Двое патрульных в западном». Лили кивнула и, сообразив, что ее не видно, показала взмахом палочки, что готова.              Питер нервно облизнул губы и достал из кармана мантии маленький мешочек. Лили знала, что внутри — перуанский порошок мгновенной тьмы. На случай, если придется быстро отступать.              «Ну же, — подбодрила себя мысленно, — покажем всем чистокровным снобам, на что способна грязнокровка».              Ее палочка описала в воздухе сложную фигуру. Губы беззвучно шевелились, произнося заклинание, которое они с Ремусом разработали специально для этой миссии. Воздух перед ней задрожал, словно от жара. На мгновение в чугунном частоколе появилось едва заметное мерцание — достаточное отверстие, чтобы человек проскользнул внутрь.              Лили набрала воздух в легкие и шагнула во временный проход. Она почувствовала, как защитные чары манора прошли сквозь нее, словно обдало холодным душем. Мурашки пробежали по коже, но барьер ее не остановил — заклятие сработало как надо.              Оказавшись у особняка, Лили зарылась спиной в живую изгородь, пока вглядывалась в темноту. Двор был устрашающе открытым — ни закутков, ни кустов, за которыми можно притаиться. Только аккуратно подстриженный газон и несколько статуй, зловеще белеющих в лунном свете.              Они впятером двинулись к боковому входу, скользя как тени. Каждый шаг был выверен, а сплоченность Мародеров позволяла понимать друг друга без слов. Сколько подобных шалостей было за плечами? Впереди их ждала неизвестность и опасность, большая, чем когда-либо, но там находились их друзья, нуждающиеся в спасении, а это придавало сил.              Лили уже открыла рот, чтобы произнести отпирающее заклинание, когда раздался звук, от которого кровь застыла в жилах — скрип открывающейся двери. Все они замерли, словно попали под Петрификус.              На пороге появилась фигура в черной мантии. Мужчина зажимал в зубах сигарету, вспыхнувший на палочке огонек выхватил из тьмы молодое лицо с упавшими на него черными волосами. Регулус Блэк.              Что-то шлепнулось рядом. Питер выронил свой мешочек — похолодела Лили. Регулус вскинул голову. Время, казалось, замедлило свой ход. В глазах младшего Блэка промелькнуло узнавание, за которым последовало секундное колебание. Лили видела, как его рука, сжимавшая палочку, дрогнула.              — Рег… — начал было Сириус, но договорить не успел.              Яркая вспышка заклинания разорвала ночную тишину. Лили так и не поняла, кто атаковал первым. Двор Малфой-манора погрузился в хаос.              — Прорываемся! — крикнул Джеймс, отражая очередное заклятие.              Лили бросилась ко входу. Двери, будто по собственной воле, начали закрываться.              — Бомбарда Максима! — выкрикнула она.              Взрыв оглушил. Регулус едва успел броситься в сторону и прикрыться щитом. Осколки разлетелись фейерверком. Вспышка осветила холл. Застывшие лица Пожирателей. Много.              Секунда тишины. Затем — ад.              — Ступефай! — крикнула Лили.              — Круцио! — донеслось в ответ.              Холл, в который они ворвались, наполнился криками и всполохами заклинаний. Лили уворачивалась от смертоносных лучей и отвечала своими атаками. Краем глаза она отслеживала Джеймса, который сражался с двумя противниками разом. Его лицо было искажено яростной решимостью. Ремус и Питер прорывались к лестнице, чтобы попасть вглубь манора, добраться до подземелий.              — Инкарцеро! — веревки, вылетевшие из палочки Лили, опутали очередного противника.              Она понимала, что они в меньшинстве, но не бежать же! Где-то в глубине этого проклятого дома заточены их друзья, и Лили была готова отчаянно драться, чтобы спасти их. Они углублялись в особняк.              Сердце запело от радости, когда через сбитые с петель двери на метле влетели Фрэнк и Алиса. Подкрепление! Учитывая, скольких не ожидавших нападения врагов Мародеры уже вывели из строя, силы уравнивались.              Парадный зал Малфой-манора, некогда воплощение аристократической роскоши, превратился в поле битвы. Огромная хрустальная люстра, гордость семейства Малфоев, разлетелась вдребезги от случайного заклинания. Тысячи осколков тягуче застыли в воздухе, словно время остановилось, а затем посыпались вниз сверкающим звездопадом, отражая вспышки заклинаний и превращая хаос боя в жуткое, завораживающее зрелище.              Лили укрылась за перевернутым столом. Волосы растрепались, на щеке кровоточил порез.              — Фрэнк, слева! — крикнула она.              Фрэнк рядом резко развернулся:       — Протего!              Заклинание отскочило, вспороло пол. Новая волна атак. Разноцветные вспышки освещали лица.              — Экспеллиармус! — вскинула палочку Лили.              Пожиратель, взметнув длинными светлыми волосами, отлетел к стене. Лили позволила себе секунду, чтобы оглядеть зал.              Кипела битва. Джеймс и Сириус, спина к спине, отбивались от трех Пожирателей одновременно. Их движения были слаженными, словно у единого организма. Ремус хромал, но не сдавался, вел дуэль с высоким Пожирателем в маске, которого Лили узнала по характерной боевой стойке с чуть развернутой внутрь ступней — Долохов.              Заклинания летели во всех направлениях, рикошетили от стен и пола. Древние гобелены, которыми так гордились Малфои, горели, наполняя воздух едким дымом. Антикварная ваза династии Мин разлетелась на куски, когда в нее попало шальное заклятие.              — Инсендио! — крикнул кто-то, и занавески вспыхнули, добавляя к хаосу битвы языки пламени.              Алиса едва увернулась от Круциатуса Беллатрисы. Безумный смех той перекрывал шум боя.              — Авада Кедавра! Круцио! — кричала она, размахивая палочкой. Ее шикарные черные кудри развевались от порывов носящегося по залу ветра.              Зеленые и алые вспышки летели во все стороны. Члены Ордена прятались за любым укрытием.              — Надо к подземельям! — крикнул Фрэнк. — Доркас и Гидеон там! Принесем им палочки.              Лили кивнула и приманила к себе потерянную палочку какого-то Пожирателя. Глубокий вдох.              — На счет три, — сказала она. — Раз… два…              Они побежали сквозь зал. Заклинания сталкивались в воздухе рядом с ними. Красные и синие искры разлетались во все стороны, обжигали плечи. Лили чувствовала, как магия вибрирует.              Из бокового коридора выскочил Регулус Блэк. Он впился лихорадочным, больным взглядом в Сириуса. Непонятно было — хочет он вступить с ним в бой или, напротив, отчаянно не хочет.              Тем временем хаос в зале достиг апогея. Воздух был наполнен пылью и магией, создавая густую, почти осязаемую взвесь. Заклинания, выпущенные десятком волшебников, оставляли глубокие борозды, врезаясь в стены Малфой-манора. Те стонали. Сначала это были лишь мелкие трещины, но с каждым новым заклинанием они расширялись, ветвились, как молнии на ночном небе.              Лили уже подбегала к боковому коридору. Движение над головой. Огромный кусок лепнины, украшавшей потолок, отделился и начал падать прямо на сражавшихся.              — Джеймс! Сверху! — закричала она.              Джеймс, спасибо годам квиддича и тренировкам аврора, среагировал мгновенно. Он отпрыгнул в сторону, и лепнина рухнула туда, где он стоял секунду назад, подняв облако пыли.              Регулус, воспользовавшись всеобщим замешательством, отступил к винтовой лестнице, ведущей на верхние этажи. Поднявшись на несколько ступеней, он оглядывал бой. Поджав губы, вскинул палочку и начал высматривать себе жертву как можно дальше от брата.              Фрэнк глухо вскрикнул и замер на полушаге. Лили затормозила и обернулась. Его свитер был продран на груди, словно полоснули огромными невидимыми когтями. Сквозь прорехи медленно проступало алое. Лили кинулась было к нему — нужно помочь, спасти! — но внезапно воздух наполнился нарастающим гулом. Она почувствовала, как волосы на загривке встали дыбом.              — Всем укрыться! — крикнул кто-то.              Мощнейшее взрывное заклинание сотрясло Малфой-манор до основания. Стены задрожали, словно от землетрясения. Лили бросило на пол ударной волной. С оглушительным треском часть потолка обрушилась, разделяя сражающихся облаком пыли и грудой обломков.              Боковой коридор завалило. Что-то еще падало с потолка. Прямо перед ней лежал Пожиратель, а на его сбитую набок металлическую маску вытекала серая жижа из разбитого виска. Дезориентированная и оглушенная, Лили поднялась и, пригнувшись, инстинктивно бросилась к лестнице. В голове билась только одна мысль: добраться до пленников в подвале. Макушка Джеймса виднелась на противоположном краю зала, с облегчением заметила она. Целый.              Позади доносились крики и стоны. Рука вцепилась в перила. Внезапно — свист заклинания над ухом. Вскинула голову — Регулус свешивается через ограждение лестницы. Его палочка смотрит прямо на нее.              Не раздумывая, Лили отшатнулась в коридор первого этажа. Заклятие пронеслось мимо. Сердце колотилось как безумное, пока она бежала вперед, а звон в ушах перекрывал все звуки. Пыль скрипела на зубах, а во рту поселился привкус мела. Она влетела в первую открытую дверь и захлопнула ту за собой. Ей нужно лишь скинуть Блэка с хвоста, запутать следы.              Оказавшись внутри, Лили на мгновение застыла. Она попала в роскошный кабинет, явно принадлежащий главе семейства Малфоев. Массивный письменный стол из красного дерева доминировал в центре комнаты, окруженный кожаными креслами, которые, казалось, помнили еще времена королевы Виктории.              Но самым впечатляющим элементом интерьера был огромный шкаф, что занимал всю дальнюю стену. Его полки были заставлены загадочными предметами, каждый из которых излучал собственную ауру магии. Артефакты мерцали и переливались, словно живые существа.              Лили не успела перевести дыхание. Дверь распахнулась, и в комнату влетел Регулус Блэк с палочкой в руке. Он все же отследил ее маршрут. Лили мгновенно приняла боевую стойку.              Они застыли, глядя друг другу в глаза и тяжело дыша. Напряжение было почти осязаемым, но атаковать никто не решался. Капля пота медленно скатилась по виску Регулуса, оставляя блестящий след на бледной коже. Глаза Лили сузились, внимательно отслеживая каждое движение молодого Пожирателя смерти. В воздухе повисло почти осязаемое напряжение.              — Ступефай! — резко выкрикнула Лили.              Красный луч пронесся в миллиметре от уха Регулуса, оставил дымящийся след на дорогих обоях. Запахло паленой бумагой.              — Экспульсо! — мгновенно в ответ.              Синяя вспышка отбросила Лили назад. Она с силой врезалась в шкаф. Стекло треснуло, по его поверхности побежала паутина трещин. Артефакты внутри задрожали, словно пробуждаясь от долгого сна. Позвоночник едва не рассыпался на фрагменты, но Лили заставила себя подняться.              Дуэль разгорелась с новой силой. Заклинания во все стороны, рикошеты от стен и мебели. Письменный стол перевернулся, древние фолианты разлетелись по полу.              — Инсендио! — крикнул Регулус.              — Агуаменти! — парировала Лили. Огонь лишь облизал водяной щит и разметался в стороны вместе с брызгами.              Среди хаоса битвы кубический артефакт в шкафу начал пульсировать синим светом. Его ритм идеально совпадал со вспышками заклинаний, словно он питался их энергией.              Лили, уворачиваясь от очередного проклятия, заметила странное поведение артефакта. Ее глаза расширились от страха.              — Блэк, стой! — крикнула она. — Эта штука, она…              Но Регулус, полностью захваченный битвой, не обратил внимания на ее слова. Его следующее заклинание попало прямо в шкаф.              Время замедлилось. Куб словно поглотил всю вспышку. Осколки стекла медленно разлетались в воздухе, отражая пульсирующий свет артефакта. Лили видела каждую грань, каждый блик.              — Нет! — закричала она, бросаясь к шкафу с палочкой наперевес. Нужно поставить щит, остановить это!              Регулус, наконец осознав опасность, тоже рванулся вперед. Их руки соприкоснулись.              Яркая вспышка синего света заполнила всю комнату, ослепила и дезориентировала. Звук исчез, словно его выключили. На мгновение весь мир сжался. А затем — абсолютная тишина.              

***

             Ослепительная вспышка синего света растворилась, оставив после себя лишь легкое мерцание в воздухе. Лили и Регулус материализовались посреди кабинета Малфой-манора и рухнули на пол, словно внезапно упавшие на сцену актеры.              Лицо Регулуса выражало полное замешательство. Он медленно поднялся, опираясь на стену. Его ладонь оставила влажный след на тусклых обоях.              — Что… что произошло? — пробормотал он, непривычно хрипло в тишине комнаты. Нерешительно поднял палочку.              Лили не ответила. Ее взгляд метался по кабинету, отмечая знакомые, но странно изменившиеся детали интерьера. Следов их боя не было. Массивный письменный стол вновь стоял на своем месте, но его поверхность была покрыта царапинами, которых она не помнила. Кожаные кресла выглядели потертыми и выцветшими. Портреты на стенах, казалось, постарели на десятилетия, их обитатели смотрели еще более мрачно и настороженно.              — Я точно разбила этот шкаф, — сказала Лили, указывая палочкой на стеклянные дверцы рядом. Он стоял целый и невредимый, но полки его были пусты. Ни следа от загадочных артефактов.              Ее внимание привлекла газета, лежащая на подоконнике — раньше ее не было. Лили подошла ближе. Крупный заголовок гласил: «Министерство магии объявляет новые меры безопасности». Но не это заставило ее замереть. Дата в углу газеты: 15 мая 1998 года.              — Это какая-то шутка? — возмутилась Лили, однако ее голос дрогнул. — Блэк, посмотри на это!              Но не успел Регулус подойти, как они услышали приглушенные голоса из коридора. Шаги. Кто-то проходил мимо кабинета, негромко разговаривая.              Лили и Регулус переглянулись. В его глазах промелькнула неуверенность, однако он быстро взял себя в руки. Лицо младшего Блэка приняло привычное высокомерное выражение, и он по-хозяйски направился к двери.              — Куда ты? — прошипела Лили, хватая его за рукав. — Не видишь, что произошло что-то странное?              — Я как раз и хочу это выяснить, — процедил он, стряхивая ее руку. — В конце концов, это моя территория. Была только что. — Он запнулся, явно сбитый с толку ситуацией.              Регулус положил ладонь на дверную ручку, сделал глубокий вдох и потянул на себя. Лили колебалась лишь мгновение, прежде чем броситься следом за ним. Что бы ни произошло вместе со вспышкой загадочного артефакта, она не собиралась оставаться с этим один на один. Даже если ее единственным союзником оказался Пожиратель смерти.              Лили и Регулус двигались по коридору, словно две тени. Несмотря на бахвальство, Блэк вел себя осторожно. Эхо их шагов, как бы тихо они ни ступали, заставляло вздрагивать при каждом шорохе, отражалось от стен. Те, казалось, давили со всех сторон. Чужие голоса становились все отчетливее, но слов все еще было не разобрать.              Наконец, они достигли полуоткрытой высокой двери. Из-за нее лился тусклый свет свечей и доносился приглушенный гул голосов. Лили и Регулус осторожно приблизились, стараясь держаться в тени. Лили почувствовала, как по спине побежал холодок: перед их глазами открылся большой зал, заполненный людьми в черных мантиях.              Ее взгляд скользнул по лицам присутствующих, и вдруг она застыла. Глаза расширились от ужаса, а пальцы непроизвольно сжали палочку так сильно, что едва не переломили.              В центре зала, окруженная кольцом Пожирателей смерти — высокая фигура в черной мантии. Не человеческое существо. Бледное, почти белое лицо со змееподобными чертами. Плоский нос, узкие щели ноздрей. И глаза — ярко-красные, светящиеся в полумраке зала, словно угли в костре.              Волдеморт. Но не тот, которого они знали — холодный и высокомерный брюнет неопределенного возраста. Этот был ужасающим, нечеловеческим, словно сотканным из темной магии. Но сомнений не оставалось — это он.              Голос Волдеморта, холодный и пронзительный, словно острие кинжала, заставил волосы на затылке Лили встать дыбом. Кожа покрылась мурашками. Запах страха, исходящий от Пожирателей, был почти осязаемым, он смешивался с ароматом дорогих благовоний. Регулус рядом напрягся. Лили бросила на него быстрый взгляд. Его лицо застыло маской шока, в глазах читалось непонимание происходящего и ужас от того, во что превратился его «Лорд».              — Это… это невозможно, — прошептал Регулус так тихо, что Лили едва расслышала.              — Мой Лорд, — прошелестел хриплый надтреснутый голос, в котором с трудом угадывалась Беллатриса, — мы почти уничтожили их сопротивление.              Ее глаза блестели фанатичным огнем, а некогда роскошные волосы напоминали воронье гнездо. Она словно постарела на двадцать лет: пергаментная кожа облепляла острые скулы, женственная округлость ушла с ее лица.              — Отлично, Белла, — ответил Волдеморт благосклонно. — Люциус, что с северными границами?              Лили озадаченно уставилась на Малфоя. Когда-то надменный аристократ теперь выглядел как побитая собака, которую хозяин держит на коротком поводке. Под его глазами залегли тени, а на лице серебрилась давно не бритая щетина. Это был не тот уверенный в себе молодой мужчина, которого она знала.              Что, черт возьми, произошло со всеми ними? С этим домом? Единственный вывод, который Лили могла сделать, хотя он и поражал ее до глубины души — дата на газете правдива. Они действительно оказались на двадцать лет в будущем. И то выглядело совсем не так, как Лили могла бы предположить.              — Мой Лорд, мы… мы укрепили защиту, но… — голос Люциуса дрожал, как осенний лист на ветру.              — Но что? — в вопросе Темного Лорда прозвучала сталь.              Лили почувствовала, как Регулус вздрогнул. Она бросила на него взгляд — красивое лицо исказилось гримасой отвращения.              «Он тоже это видит, — промелькнула мысль. — Это будущее… оно ужасает нас обоих».              Внезапно — прикосновение к плечу. Лили застыла. Кто-то положил на него ладонь. Время словно остановилось, а затем понеслось вскачь. Она развернулась, готовая атаковать, палочка в руке вскинулась змеей.              Перед ней возникло лицо незнакомой девушки. Густые кудрявые волосы обрамляли его, словно непокорный ореол. Глаза девушки, карие и глубокие, с расширенными зрачками, светились тревогой.              Незнакомка приложила палец к губам, призывая к тишине. Она указала в сторону темного коридора, приглашая следовать за ней. Мягко, но настойчиво.              Лили бросила быстрый взгляд на Регулуса. Его глаза метались между девушкой и залом, где продолжал вещать змееподобный монстр. В них читалась та же смесь страха и любопытства, что бурлила в груди самой Лили.              Но желание убраться подальше от этого кошмарного зрелища незамеченными пересилило все сомнения. Лили кивнула Регулусу, и тот, поколебавшись мгновение, согласно дернул головой. Они двинулись за девушкой. Позади них, из зала, донесся смех Волдеморта — звон разбитого льда. Этот звук, казалось, преследовал их, катился следом.              Трое фигур скользили по коридору, ступая так осторожно, словно пол был усеян осколками. Лили чувствовала, как бешено колотится сердце, готовое выпрыгнуть из груди. Кто эта девушка? Куда она их ведет? И что, черт возьми, происходит в этом безумном будущем?              

***

             Пыль танцевала в лучах тусклого лунного света, проникающего сквозь грязное окно кабинета. Регулус взмахнул палочкой, и дверь за их спинами щелкнула, запираясь. Звук эхом разнесся по тесной комнате, заставленной книжными шкафами и старой мебелью. Свечи в бра зажглись, позволяя рассмотреть обстановку подробнее.              Лили, все еще с палочкой наготове, окинула незнакомку внимательным взглядом. Джинсы и простой маггловский свитер резко контрастировали с мрачными мантиями Пожирателей смерти.              — Кто ты? — голос Лили прозвучал резче, чем она намеревалась. — Ты не похожа на Пожирательницу.              Девушка открыла рот, чтобы ответить, но вдруг застыла, словно громом пораженная. Ее взгляд прикипел к груди Регулуса, где поблескивал старинный медальон. Карие глаза расширились. Она резко развернулась, и на ее лице отразилась целая гамма эмоций: шок, недоверие, проблеск надежды.              — Ты… Регулус Блэк? — ее голос дрожал, как натянутая струна. — Как ты…              Регулус отступил на шаг, инстинктивно закрыл ладонью медальон. Его лицо выражало смесь удивления и настороженности, словно он не мог решить, стоит ли доверять этой странной девушке.              — Откуда ты знаешь мое имя? — спросил прищурившись.              Лили переводила взгляд с одного на другого, чувствуя, как напряжение в комнате сгущается.              — Что происходит? — потребовала она ответа. — Кто-нибудь объяснит мне, что за чертовщина тут творится?              — Вы так молодо выглядите, — протянула девушка, внимательно изучая Лили. — Оба.              После этих загадочных слов на ее лице появилась решимость. Она глубоко вздохнула, словно собираясь с мыслями перед прыжком в ледяную воду.              — Меня зовут Гермиона Грейнджер, — начала она, — и у нас очень мало времени. Не знаю, как и почему вы здесь оказались. Судя по вашему шоку и непониманию, вы тоже не знаете. Наверно, так решила магия. Это шанс! То, что я собираюсь вам рассказать, изменит все.              Гермиона начала говорить, слова срывались с ее губ, как камни с горного склона — быстро и неудержимо.              — Война с Волдемортом… она никогда по-настоящему не заканчивалась, — начала она, нервно сжимая и разжимая кулаки. Ее глаза то и дело метались к двери, будто в ожидании, что та вот-вот распахнется. Лили отметила, что она не боится называть ублюдка по имени. — Все думали, что он погиб, исчез. Десять лет мы жили в мире, который казался безопасным. А потом… — она сглотнула, — он вернулся. Сильнее, чем прежде.              Лили почувствовала, как по спине бегут друг за другом мурашки. Регулус застыл рядом, словно статуя, и весь обратился в слух.              — Профессор Дамблдор, — продолжала Гермиона, — он понял, в чем дело. Но было слишком поздно. Волдеморт уже набрал силу, собрал старых сторонников, и теперь…              Она замолчала, глядя куда-то сквозь них, словно на невероятные ужасы, о которых не могла говорить. Регулус подался вперед, его голос звучал хрипло:       — Что же у него за сила, которая позволила вернуться из мертвых? Сделала его таким чудовищем?              Гермиона посмотрела ему прямо в глаза:       — Крестражи.              Это слово упало в тишину комнаты, как камень в глубокий колодец. Глаза Регулуса расширились, в них мелькнуло понимание, смешанное с ужасом. Лили нетерпеливо тряхнула головой:       — Что такое крестражи? Кто-нибудь объяснит мне?              Гермиона вздохнула, ее плечи поникли, словно придавленные тяжестью ее знания.              — Крестраж — это предмет, в который темный маг помещает часть своей души, — она говорила медленно, будто каждое слово причиняло ей боль. — Чтобы создать его, нужно совершить убийство, разделить свою душу. Это самая черная магия, какая только существует.              Лили почувствовала, как к горлу подступает тошнота. Регулус стоял бледный, как полотно. Гермиона повернулась к нему, ее глаза наполнились сочувствием и чем-то похожим на восхищение:       — Один из них уничтожил ты, Регулус.              Тишину, последовавшую за этими словами, казалось, можно было нащупать кончиками пальцев.              — Что значит «один из»? — переспросил Регулус напряженно. — Он что, сделал несколько?              — Семь, — ответ Гермионы прозвучал едва слышно.              Внезапно, словно резко поднявшийся смерч, она бросилась к Регулусу. Ее пальцы с силой вцепились в отворот его мантии. Регулус отшатнулся, но Гермиона держала крепко. В ее глазах плескалось отчаяние, граничащее с безумием.              — Только не делай этого! — ее слова дрожали и рвались, как кусочки пергамента. — Не ходи в пещеру один. Там ты умрешь! И абсолютно бесполезно — крестражей много!              На мгновение эмоции девушки прорвали барьер, и в сознании Лили промелькнуло видение. Темная пещера. Зловещее зеленое свечение. Бледные руки, тянущиеся из черной воды. Она моргнула, отгоняя жуткий образ.              Лицо Регулуса застыло маской шока и недоверия. Его глаза, широко раскрытые, казались двумя темными омутами, в которых отражался страх.              — Я не собирался… — его голос дрогнул. — Я вообще не знаю, о чем ты говоришь. Почему я должен тебе верить?              Он смотрел на Гермиону так, словно она была монстром, явившимся из его худших кошмаров.              — Я докажу. Этот медальон, — Гермиона чуть смягчилась и, отпустив его мантию, осторожно коснулась украшения на груди Регулуса. Ее пальцы дрожали. — Ты оставил его в пещере вместо настоящего крестража. Кричер просил отдать ему как напоминание о его любимом хозяине. Он так по тебе страдал…              Эти слова будто пробили брешь в стене неверия. На лице Регулуса застыла какая-то странная горечь. Лили чувствовала, как реальность вокруг них начинает трещать по швам. Она смотрела то на побледневшего Регулуса, то на Гермиону, чьи глаза блестели лихорадочно.              Тишина в комнате звенела от напряжения. Лили, наконец, нарушила ее:       — Кто ты такая? — прошептала она. — Откуда все знаешь и почему рассказываешь нам?              Гермиона глубоко вздохнула, словно собираясь с силами.              — Меня теперь называют нежелательным лицом номер два. Или называли до недавнего времени… — начала она, но вдруг замерла.              В коридоре послышались шаги. Все трое застыли. Лили даже перестала дышать. Губы Гермионы едва шевельнулись:       — Остался последний крестраж…              Дверную ручку задергали настойчиво. Гермиона, не теряя ни секунды, толкнула Лили и Регулуса к книжному шкафу, дернула бра рядом с ним. За шкафом открылся тайный ход.              — А ты? — переспросил Регулус, хватая Гермиону за рукав свитера.              — Я не могу уйти, — с какой-то непонятной горечью произнесла она. — Теперь мое место здесь.              Едва Лили и Регулус успели скрыться, как дверь распахнулась. В комнату ворвались Пожиратели смерти. Гермиона подняла руки, сохраняя удивительное спокойствие.              — Заблудилась, Грейнджер? — спросил молодой блондин, направляя на нее палочку. — Или ищешь, где бы еще напакостить?              Лили с удивлением отметила его сходство с Люциусом, хотя этому парню явно не хватало надменности старшего Малфоя. Прошлой надменности.              — У меня есть право свободно перемещаться, — Гермиона вздернула подбородок. Палочку у своего лица она игнорировала. — Боишься меня, Драко, даже безоружную? Я всего лишь шла в библиотеку.              — Только немного заблудилась, — Малфой-младший подозрительно осмотрел кабинет.              Лили вдруг осознала, как тесно прижата к Регулусу в узком проходе. Она чувствовала тепло его тела, а его дыхание щекотало ей шею. Она попыталась отодвинуться, но он недовольно посмотрел на нее и приложил палец к губам, призывая к тишине.              Сердце Лили колотилось так громко, что она боялась — его услышат даже в комнате. Но Пожиратели, казалось, ничего не заметили. Глаза Малфоя прошлись по книжному шкафу равнодушно и вновь сфокусировались на Гермионе.              — Уже неважно, — процедил он сквозь зубы. Его лицо застыло, словно вырезанное из мрамора. — Лорд изъявил желание тебя видеть.              Лили почувствовала, что Регулус напрягся рядом с ней. Через узкую щель в проходе они наблюдали, как Гермиону вывели из комнаты. Ее спина была прямой, а походка уверенной, но Лили заметила, как сжались ее кулаки.              Когда дверь за Пожирателями захлопнулась, Лили и Регулус обменялись долгими взглядами. В его глазах читалось сомнение, страх, но и решимость. Лили почувствовала, как в ней самой растет желание действовать. Они не могли просто бросить все это и забыть — Лили верила, что они оказались в этом будущем не зря. Странная девушка рисковала всем, чтобы предупредить их. Прежде чем искать способ вернуться назад, домой, стоило разузнать как можно больше.              Не говоря ни слова, Регулус кивнул в сторону темного прохода, и Лили поняла — они пойдут дальше. Они двинулись по тесному коридору. Пыль кружилась в воздухе, заставляя Лили напрягаться в попытке не чихнуть. Паутина цеплялась за волосы и одежду. Периодически Регулус задерживался, когда прислушивался и всматривался в глубины тоннеля, и тогда Лили едва не утыкалась носом в его спину. Кто бы еще недавно сказал ей, что она будет идти по скрытым ходам Малфой-манора вместе с Пожирателем — подняла бы на смех.              — Я, кажется, догадываюсь, куда ведет этот ход, — прошептал Регулус едва слышно. — Если я прав, мы сможем выбраться отсюда незамеченными.              Лили кивнула, не надеясь на свой голос. Они двигались вперед, во тьму неизвестности.