Город XIII

Первое ограбление банка для Альберта вышло совсем не таким, как он ожидал. В своих возвышенно глупых мечтах он надеялся на залихватский, дерзкий выход, например, по-кошачьи ловкой тенью прыгнуть с лечлейдской крыши на фоне ночи и грациозно соскользнуть по веревке прямиком в сейф. На деле он провел первые двадцать минут, стоя в холодной луже в грязном и темном закоулке неподалеку с вонючим пакетом сырого мяса в руках. - Ты уверена, что это необходимо, Скарлетт? - выдохнул он. - Почему бы тебе не влезть через окно и не взять это с собой? В темноте лицо Скарлетт было белым, как мел. Она прижималась к стене рядом с ним, поглядывая на освещенный участок главной улицы неподалеку. - Я же говорила. Нам нужно подождать, пока пройдет милицейский патруль. Хватит болтать. И держи этот сверток подальше от меня. - Он воняет, да? И почему я должен его держать? - Потому что это твоя задача. Мы партнеры, как ты сам сказал. Так что у каждого из нас своя задача, соразмерная нашим способностям, и твоя, дружок, в том, чтобы держать пакет. А теперь чшшш! Они идут. Альберт и впрямь увидел две идущие по улице фигуры в шляпах-котелках. У начала переулка горел фонарь, но Скарлетт и Альберт вжались в выемку в стене и остались незамеченными. Шаги стихли. Скарлетт повернулась к свету и проверила часы. - Точно по расписанию, как и положено ограниченным болванам вроде них. Они вернутся через полчаса, но к тому времени нас уже тут не будет. Ну, пошли, тебе пора занять свою позицию. Она бесшумно подошла к углу. Альберт медленно последовал за ней; его пригибал к земле вес небольшого свертка на спине. Оба выглянули на дорогу. В обоих направлениях тянулись ряды фонарей, чей свет подрагивал в такт перепадам напряжения в далеком генераторе. Милиционеры превратились в едва различимые фигуры, удаляющиеся к воротам; в другую сторону улица оставалась тиха, и город вокруг спал. А рядом с ними высилась в ночи коллонада портика Лечлейдского Муниципального банка - тот строго и неприступно довлел над городом. Прямо за углом было окно, забранное железной решеткой. Скарлетт задержалась под ним. Она полностью облачилась в черное, черными были даже ее кеды, которые она извлекла из недр своей сумки. Черная перчатка на одной руке, белая повязка на другой. За ее плечами висела легкая черная сумка, над оружейным поясом был другой пояс со множеством крючков, карабинов и отмычек для сейфов. - Ты ждешь здесь. Ясно? - Ну да... - когда дошло до дела, Альберту совсем не понравилась идея остаться в одиночестве. Он покосился на пакет в своей руке. - Мясо протекает прямо на меня. - Не протекает. А если и течет, то положи его. - Я уверен, рядом есть волки. Дикие. Их привлечет запах. Ты откроешь окно и увидишь, что меня нет. Останутся только кроссовки и мои маленькие ножки в них. - В Лечлейде нет волков. А если есть, я не забуду тебя и оставлю твои ноги себе на память. Все, хватит так жалко смотреть. Ты сам захотел присоединиться, помнишь? Тебе просто нужно подождать. Все займет не больше пяти минут. И было так легко поверить ей, когда она стояла рядом с ним - волосы собраны сзади, а лицо сияет уверенностью. Ее мысли парили над ней, яркие, деятельные как никогда: как она преодолеет стену, проникнет внутрь, спустится, чтобы его забрать... Вера Скарлетт в свои способности была абсолютной. И она заставляла поверить и Альберта тоже. - Ладно, - сказал он, - я готов. - Хорошо. Нечего нервничать. Если кто пойдет мимо, просто спрячься в переулке, пока они не уйдут. - Ладно. - Это единственная опасность, с которой ты можешь столкнуться. - Ага. - И не тряси и не дави на сверток у себя за спиной. В нем гелигнит. Если он взорвется, твоя башка взлетит над крышами улетит в дымоход. Она как ни в чем не бывало махнула рукой. - Увидимся через пять минут. Альберт наклонился вперед, чтобы сумка на спине не касалась стены. - Не задерживайся. Он хотел сказать что-нибудь еще, пожелать ей удачи или что-то такое, что друзья и напарники говорят друг другу перед делом, но Скарлетт уже нырнула в тень переулка и исчезла. Он юркнул в угол и стал смотреть, как сгусток тьмы в форме девичьей тени скользит к водосточной трубе шестью футами дальше. Она быстро вскарабкалась по ней, только и моргнуть успеешь. Он подождал, медленно считая про себя... И вот - у него сердце сжалось при виде такого - она изогнулась и прыгнула в пустоту над переулком. Она зацепилась за отвесный фасад банка с шорохом и тихим ругательством. Сейчас она точно упадет! Нет - все в порядке! Она рассчитала верно: достигла первой декоративной кладки фасада. Пробежала по нему пальцами; ее мышцы напряглись, удерживая ее на месте. На миг ее ноги оказались без опоры, кеды заскользили по стене. Затем она обрела нужное положение. Помедлила, наверное, чтобы перевести дыхание, и дотянулась до следующего ряда декора. Ноги ее тоже участвовали в деле. Выше и выше. Он надеялся, что швы на ее руке не разойдутся. Менее чем за пару минут Скарлетт вскарабкалась на стену. Он увидел, как она скрючилась на подоконнике третьего этажа. Потянулась к поясу - за резаком по стеклу, скорее всего. И как ей удавалось сохранять равновесие? Ага, а вот и резак! Скарлетт нырнула в проделанное отверстие и исчезла из виду. Альберт в восхищении отступил на свою позицию. Скарлетт двигалась так ловко, уверенно и атлетично. Еще удивительнее, насколько ее действия совпадали с ее намерениями. Это было прекрасное зрелище. Теперь только бы она поторопилась, открыла окно первого этажа и впустила его. Он стоял, прислушиваясь к тишине на улице. Через дорогу та часть парка, где он разговаривал с пожилой леди, превратилась в пятна теней, тронутые светом фонарей. Прошло три дня с тех пор, как разговор со Скарлетт запустил в мозгу Альберта цепную реакцию, формируя идею. Три дня, в которые она выдвигала все новые возражения против его участия. В конце концов обстоятельства вынудили ее уступить. У нее не оставалось времени. Для Альберта визит в Лечлейд стал захватывающим и тревожным взглядом одним глазком в то, какой жизнью жила Скарлетт. На следующее утро после того, как они заключили сделку, она ушла одна и отсутствовала несколько часов. По возвращении она была бледной и рассеянной. В руке она держала клочок бумаги. - Глянь, - сказала она, - сообщение от Братьев Руки. Записка была выполнена красными чернилами, аккуратным каллиграфическим почерком, округлым, с завитушками. Ее припечатали оттиском беспалой руки, где мизинец был отсечен под корень.

Не вздумайте молить нас о пощаде, в то время как вы потерпели неудачу в своем клятвенном обещании, которое заключалось в том, чтобы выкупить свою жалкую жизнь за деньги. Мы будем милосердны в последний раз. Запущен новый отсчет. Передайте деньги Ивсу из ордена Лечлейда к полуночи четвертого дня. В противном случае вы знаете, каков будет исход.

- Даже не спрашивай, какой будет исход, - мрачно дополнила Скарлетт. - Тебе не захочется знать. - Согласен, - Альберт вернул ей записку. - Они правда скармливают людей своим совам? Она скорчила гримасу. - Будь любезен, прекрати считывать мои мысли. Да, раз на то пошло, они так делают. Она смяла бумагу и отбросила ее. - Поэтому нам пора браться за дело. Разумеется, угроза расстаться с жизнью и быть растерзанной на куски встряхнула Скарлетт, чему Альберт мог только поражаться, стараясь следовать в ногу с ней. Вместо того, чтобы погрузиться в пучины отчаяния, она превратилась в сгусток кипучей деятельности. Раненая рука ее была позабыта; энергия била из Скарлетт ключом. Последовали два дня напряженной подготовки. Перво-наперво Скарлетт сходила на Лечлейдский рынок, дабы пополнить запасы наличных. Она продала некоторые свои находки - две книги, четыре священные реликвии, и даже цепи и наручники из ящика оперативника Дома Веры. За все это она выручила неплохо. У самого ящичка был сломан замок, но она сторговала его за гроши жестянщику. Альберт заметил, что она не избавилась от ограничителя разума; что она с ним сделала, он не увидел. Затем Скарлетт произвела первичную разведку банка. Засев в кафе напротив, она изучила расположение дверей и запоров, распорядок дня кассиров и расписание милицейских патрулей. "У тебя свои способы добывать информацию, - сказала она, - у меня свои. Мне нужно увидеть картину в целом, как банк взаимодействует с городом. Нет никакого смысла провести идеальную кражу, а потом попасться патрулю, когда будешь вылазить из окна. Нужно понять шаблоны, по которым все работает". Скарлетт также провела полевые испытания маршрутов в Лечлейде в поисках самых быстрых и безопасных. Особо ее интересовали пути к пристани. Она понаблюдала за вечерней активностью у речных ворот, видела, как пустеет сторожевой пост вместе с пристанью. При хорошем раскладе там будет их путь отступления. - Как только добудем деньги, я сначала разберусь со своим долгом Братьям Руки, - сказала Скарлетт. - Потом мы покинем город. Они закроют ворота сразу, как обнаружат утром пропажу, и нам стоит к тому моменту быть как можно дальше. Здесь в дело вступает твой слабоумный план насчет Лондона. Наймем кого-нибудь с быстрой лодкой и уйдем ночью. Я отправлюсь с тобой до следующего города на реке. После этого, дружок, мы распрощаемся. Ты будешь сам по себе. Перспектива путешествовать дальше без Скарлетт вызвала у Альберта неприятное чувство внутри. Но ничего не поделаешь. Ему надо двигаться дальше. Чем дольше он оставался в Лечлейде, тем больше ощущал себя не в своей тарелке. Внутри росло холодное напряжение. За ухоженными клумбами и чистыми магазинами Лечлейда крылась жестокость: город, где людей и даже детей сажали в клетки; где работорговцы и преступники разгуливали при свете дня в одежде с иголочки. Его тошнило при мысли об этом. И где-то там, может, близко, а может, далеко, люди доктора Кэллоуэй шли по его следу. Они не сдадутся. Он знал это так же точно, как если бы они уже пришли постучаться ему в дверь. Они стремятся вернуть его, усадить назад в кресло, наложить путы и снова проводить опыты... Второй раз он не сумеет сбежать. Острова были его единственной надеждой, но его враги наступали на пятки. Он поймал себя на том, что параноидально выискивает знакомые лица в толпе. - Ну, я знаю кое-кого, кто может доставить меня в Лондон, - сказал он. - Тот темнокожий старик. Он вчера сидел за соседним столом. У Скарлетт заняло несколько секунд, чтобы понять, о чем речь. - Чего? Тот странный мужик с малявкой? Ты уверен? - Ему нужны пассажиры, которые следуют вниз по реке. По факту он торговец копченой рыбой. Он перевозит еще и сигареты, но в этом году с табаком туго. Ему срочно нужны деньги и он очень волнуется, как ему прокормить свою внучку. Я думаю, он как раз тот, кто нам нужен. У Скарлетт невольно отвисла челюсть. - И ты считал все это, просто сидя за столом по соседству? А я думала, ты со мной разговаривал. - Ну да, в основном. Но у этого парня очень громкие мысли. Старика они нашли на пристани, далеко от шума и гама очередей возле сторожевого поста и рядом с рядами бочек с бензином, перетянутых металлическим канатом. Старик латал дыру в белом брезенте и похлебывал что-то из фляжки. Как Альберт заметил раньше, мужчина был тощим, даже костлявым, и его седые волосы топорщились на его худом черепе как грива мерсианской дикой кошки. Светловолосая девочка сидела у его ног и строила башенку из деревянных кубиков. Скарлетт безо всяких расшаркиваний перешла к делу. Старик слушал молча. Лицо у него было обветренным, а одежда много раз перештопанной, но Альберт отметил немало достоинства в том, как тот держался, и острый блеск в его глазах. Когда Скарлетт закончила, старик кивнул, сплюнул через плечо в реку и заговорил. - Если под "островами лондонской лагуны" вы имеете в виду Великие Руины, я могу отвезти вас туда. Но не за дешево. Темза образует границу между Мерсией и Уэссексом. Там дикая глушь, где полно бандитов, выдр-людоедов и волков. Есть и сообщения о Зараженных: они подбираются все ближе к цивилизации с каждым годом, и устраивают засады на лодки да жрут пассажиров. К тому же там есть водовороты и радиоактивные зоны, где любой, кто окунется в воду, увидит, как его собственная кожа слазит с плоти и всплывает над ним, как огромная розовая лилия с ногами и руками вместо лепестков. Он прервался, чтобы шмыгнуть носом и хлебнуть из фляжки. - И все это до того, как мы доберемся до опасностей самой лагуны. Вкратце, любой, кому достает глупости туда сунуться, отдается на милость реки. Но если у них есть деньги, это не моя проблема. Так кто же этот недоумок? Альберт кашлянул. - Я. Старик удивленно моргнул. - Я подумал, вы рабы из города, которые выполняют задание своего хозяина или хозяйки… Ну раз нет, господин хороший, ваше намерение делает вам честь. Вас ждут завораживающие виды на наши опустевшие земли. Мы проследуем мимо множества руин, представляющих историческую ценность, они относятся ко временам до Катаклизма и Великого Умирания. Я доставлю вас туда за пять чудесных дней. Это будет стоить вам пять сотен фунтов и ни пенни меньше. Ночное отправление за дополнительную плату. Мне понадобится только двадцать четыре часа, чтобы привести Клару в порядок. Скарлетт покосилась на маленькую девочку. - Почему так долго? Разве нельзя просто посадить ее в лодку? Старик насмешливо фыркнул. - Это Этти, моя внучка. А "Клара" - мое судно, пришвартованное вон там. Самое быстрое и надежное на всей реке. Моя гордость и радость. Он торжественно повел рукой куда-то себе за спину. Альберт посмотрел и увидел ряд моторных лодок, цивильно поблескивающих на солнце. - Почту за честь отправиться в путь на "Кларе", - сказал он, - благодарю вас. - В таком случае, я возьмусь за подготовку. Договоренности были достигнуты, но Скарлетт одолевали сомнения насчет старика. - Да он на ладан дышит, - сказала она, когда они покинули пристань. - Я видала мертвецов поживее. Не удивлюсь, если у него отвалится одна нога и он использует ее вместо руля, но если тебя устраивает, мне все равно. Шли дни, и план был готов. После полудня третьего дня они расплатились в "Сердце Англии" и покинули его. С наступлением темноты Скарлетт припрятала сумки в кустах в парке прямо напротив банка. В полночь ограбление началось. Альберт занял свою позицию у стены. Резкий металлический скрежет заставил его охнуть. Он подпрыгнул, почти уронил мясо и чуть не стукнул сумкой на спине о стену. Металлическая решетка на окне отъехала в сторону, обнажая открытое окно и непроглядную темноту за ним, в которой лицо Скарлетт повисло словно сердитое привидение. - Да чего ты пугаешься-то? - прошипела она. - Ты же знал, что я буду открывать это окно. Это часть плана. Самое предсказуемое, что могло случиться. Она оглядела пустынную улицу. - Давай. Если ты еще помер от остановки сердца, посмотрим, хватит ли тебе ловкости сюда залезть. Она схватила его за руку и потянула вверх. С точки зрения Альберта, процесс пошел как надо, за исключением того, что он споткнулся на подоконнике. Скарлетт сграбастала его за шиворот - он мгновение висел так, остервенело махая руками, а затем втолкнул себя внутрь и свалился на Скарлетт. Падать на нее было мягче, чем можно было ожидать; мгновение спустя она отпихнула его. Он, взмокший, встал в темноте рядом с ней, отдуваясь и сжимая в руке пакет с мясом. Внутри пахло мебельным лаком и чернилами. Это напомнило Альберту офис доктора Кэллоуэй, всевозможные наказания, которые там проводились, и его сердце бешено заколотилось. Скарлетт была занята тем, что закрывала окно и решетку. В руке у нее был факел на заводной батарее.* - Паршиво выглядишь, - прошептала она. - Как будто муха в паутине. - Ну, я впервые вламываюсь в банк. Просто нервничаю. - Ты просто залез в окно! Что будешь делать, когда мы встретим чудовище? Он сглотнул. - Я надеялся оставить эту часть на тебя. - Вот как? - она бросила ему факел. - Сначала сделай то, зачем ты здесь. Найди мне ключи от подвала. Отбросив с лица влажные волосы, Альберт посветил вокруг себя. Они находились в лобби банка, за защитным стеклом. Стены здесь были облицованы панелями, молочно-белый пол пронзали красные прожилки. Здесь стояли шкафы с документами и столы сотрудников, чайные чашки и вешалки для пальто. Двери и арки вели в другие помещения. С одной стороны темнела запертая дверь в подвал: массивная, кованая, целый шмат дубовой древесины и железа. Альберт прошелся вперед, и отсвет фонаря забликовал на мебели и панелях. Он смог припомнить место, где держали ключи, по картинкам из мыслей пожилой леди. Так, как она видела его  - потайной отсек за одной из панелей, сразу за углом какого-то темного большого шкафа или бюро. Он шел медленно, чтобы ничего не упустить. - Ты вроде сказал, что знаешь, где они? - Скарлетт наблюдала, не двигаясь. - У меня есть картинка и все. Точного места не знаю. Тайник должен был быть далеко от посторонних глаз, чтобы его не было видно посетителям, так логично. Он прошел в дверь в следующую комнату. Еще больше столов и деревянных панелей... Становилось жарко. Это не сильно отличалось от того, когда он считывал разум санитаров в Стоунмуре, пытаясь узнать план тюрьмы и составить маршрут, который вывел бы его наружу с минимальным риском. Только проще. Тут ему не надо было никого убивать. - Не думала, что будет задержка, - сказала Скарлетт. Она следовала за ним по пятам; он услышал нетерпение в ее голосе. Как будто все, что не включало в себя лазанье по стенам и прыжки через переулок, раздражало ее. - Что ты делаешь? - спросила она. - Зачем ты сюда сел? - Мне нужно увидеть место с определенного угла. Как та леди видела его... - он осекся. - Ага, сработало. Кажется, нашел. Это было не совсем так, как в его воображении - может, он сел не за тот же самый стол - но он увидел тот самый шкаф. Стена позади него была покрыта панелями; когда он нажал на одну прямо над ним, та повернулась. Внутри в выемке висели на крючке ключи. Он с улыбкой передал их Скарлетт. - Вот. Сперва ее выражение никак не изменилось, но он заметил, как запоздалый шок от демонстрации его способностей захватывает ее. Ее разум забурлил, обрабатывая увиденное. Вмиг она просияла, и он заулыбался в ответ. - Ну, - сказала она, - от тебя есть польза. Отличная работа. В качестве награды можешь забрать назад пакет с мясом. Вот и все, что она сказала. Она взяла ключи и фонарь и направилась к дальней двери. Там она задержалась, изучая замок и ключи. Настала очередь Альберта ждать. Он нахмурился. - Почему ты просто не попробуешь все? - Потому что иногда, Альберт, случаются липовые ключи и взрывные замки. Сунь неправильный ключ, поверни не в ту сторону, и штуковина взорвется тебе в лицо... хочешь испытать удачу? - Эээ, нет. - Ну, вот этот ничем не хуже других. Поглядим. Она вставила ключ. Уверенно повернула его. Последовал единственный судьбоносный щелчок. Альберт вздрогнул. Ничего не произошло. Скарлетт распахнула дверь. За ней в темноту под низким сводчатым потолком уводила лестница. В воздухе витала слабая вонь укрощенного зверя. фонарь выхватил из мрака убегающие ступени. Полная тишина. Альберт вежливо повел рукой. - После вас. - Как благородно. Скарлетт подтянула лямки сумки на спине, подсветила себе путь и стала спускаться, медленно и осторожно ставя ногу. Альберт пошел за ней след в след. Он мягко спросил: - Ты не собираешься доставать пистолет? - Там пока ничего не будет. Работники же заходят так. Тварь наверняка на привязи. Альберт не разделял ее уверенности, но они без помех достигли поворота лестницы. Запах стал сильнее: резкий, животный, наполненный безысходной яростью. - Та леди никогда сюда не спускалась, - прошептал Альберт, - это было за пределами ее доступа. Или она просто боялась ходить. Хотя я все равно видел кое-что. Она знала, что там что-то есть. - Ага, - отозвалась Скарлетт. - Что-то. Лестница кончилась. Они очутились в маленькой отштукатуренной комнате, пустой, не считая двери, усиленной металлом. Максимально простой и надежной. Далекой от вычурной роскоши банковского лобби, как соседняя галактика. Альберт без энтузиазма уставился на дверь. - Как думаешь, она достаточно надежная? - Неа. Никак нет. Скарлетт приблизила фонарь к листку, пришпиленному к стене; на нем были ряды подписей и на шнурочке висела ручка. - Смены, - сказала Скарлетт. - Гляди: "кормежка и упаковка" проводилась Фрэнком сегодня утром, а Клайв делал "распаковку". Счастливчик Клайв. Знаешь, что это значит? Что бы ни было за этой дверью, его выпустили из клетки, оставили голодным, и оно ждет, когда мы войдем. - И что это, как ты думаешь? - Да что угодно. Он глянул на нее. - Ты думаешь, что это волк. - Не делай этого. Проверим, что попытается нас сожрать? Надеюсь, мясо ты не потерял. Альберт не потерял. Он наблюдал, как Скарлетт снимает другой ключ со связки. Ее мысли снова были отрывистыми, четкими и конкретными; и снова ее действия точно отражали их с небольшой задержкой. Она открыла замок с максимальной осторожностью, но не отворила дверь. Из-за нее не раздалось ни звука. Скарлетт вытащила револьвер, открыла барабан, проверяя пули, и сунула его за пояс. Помедлила. Альберт передал ей пакет. Скарлетт разорвала его. Внутри лежал кусок рубленой печени. Пакет она держала в здоровой руке. - Хорошо ли Клайв сделал свою работу? - пропела она. - Открывай дверь. Этот момент стал для Альберта не самым лучшим за тот вечер - потянуть за дверную ручку и снять задвижку. Дверь открылась вовнутрь. Когда он толкнул ее, она легко и бесшумно повернулась на петлях. Мрак. Беспроглядный мрак. В тот же миг фонарь Скарлетт замигал и потух. Она выругалась и постучала по нему. Свет вернулся. Слабый его луч пронзил темноту, обнаруживая мастодонт черного банковского сейфа у противоположной стены. Альберт наморщил нос. Острая вонь усилилась, смешанная с теплым застоялым воздухом. Ничего. Ничего между ними и сейфом. Он подождал, наблюдая за напарницей. Она стояла с мясом в руке и слушала. Тишина? Нет, не совсем. Тихое клацанье, как когти по камню. Скарлетт медленно повела фонарем влево. Три бесформенные фигуры выросли из темноты, заставляя Альберта подпрыгнуть. Луч дернулся; даже рука Скарлетт стала неверной. - Старые стулья, - пробормотала она, - просто мебель под покрывалом... великий дядюшка Иеговы, а еще более зловеще можно было? Она повернула фонарь в обратную сторону, к сейфу. И теперь в луч попало нечто в дальнем углу: деревянная клетка неожиданных размеров, дверь ее была открыта, и между прутьев пробивались пучки соломы. Альберт медленно выдохнул: - Ох... - Наконец-то. - Скарлетт подняла руку с мясом. - Теперь надо... С душераздирающим воплем из теней выскочила фигура, метя когтями бритвенной остроты ей в голову.