Глава 10. Эпилог

Сегодня шёл сильный дождь — казалось, сама погода разделяла грусть Юны. Девушка ехала в участок, чтобы наконец встретиться с отцом и поговорить. Она долго не могла на это решиться, но откладывать дальше было некуда. После того как она узнала от Донхёна, что спонсором клуба был именно он, последние надежды и иллюзии окончательно рухнули. Маленькая Юна, несмотря на всё, ещё верила в чудо и мечтала о любви отца. Но взрослая Юна — уже нет. Да и не хотела верить. Она привыкла жить одна: без заботы, без поддержки, без любви. Но всё меняется. Её жизнь обрела новые краски с появлением Дина. Девушка была бесконечно счастлива, что встретила его и сумела победить свой страх. Юджун, её Юджун... Наверное, он стал единственной причиной, по которой она всё ещё дышит, а не гниёт под землёй. Доехав до места, Юна вышла из машины и зашла в здание. Её проводили в комнату для встреч. Спустя пару минут привели Чхон Минджуна и усадили напротив дочери. Когда их оставили наедине, Юна не смогла вымолвить ни слова, хотя представляла этот разговор сотни раз. — В твоих глазах я вижу разочарование, обиду, растерянность, страх... Но где ненависть? Ненавидеть — это ведь в твоём стиле, да, дочь? — усмехнулся он, складывая руки на груди. — А разве здесь осталось место для любви? — Внутри всё разрывалось на части, но снаружи она старалась сохранять ледяное спокойствие. — Ты никогда не любила ни меня, ни свою мать, ни брата. Даже своего парнишку не любишь, потому что не способна на это. — Юна промолчала, чувствуя, как эмоции подступают к горлу, а Минджуна это лишь распаляло. — Ты настолько помешана на смерти матери, что ничего вокруг не видишь. Только и делаешь, что винишь и ненавидишь. — Замолчи! Что ты вообще обо мне знаешь? С того дня, как её не стало, ты ни разу не поговорил со мной по-человечески. Ты винил меня в её смерти, издевался, использовал, но никогда не жалел. Для тебя всегда был идеален твой сын, а я? Я была виновата уже просто потому, что родилась! Но что я должна была сделать, папочка? Выйти к ним и сказать: «Не смейте её трогать, а то познаете мою злость»? Я ничего ещё не понимала, а ты винишь меня? — Она смахнула предательскую слезу. — Да, я ненавижу тебя. И знаешь почему? Мне плевать на твоё отношение, но из-за тебя пострадали те, кто мне дорог. Даже спустя восемнадцать лет ты не даёшь мне жить. Ты, наверное, доволен? А я... я верила, что ты изменишься. — Она глубоко вздохнула, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. — Нет, маленькая я верила, что ты однажды полюбишь меня, обнимешь и скажешь: «Я рядом, доченька, всё хорошо». Но от тебя я получила только ненависть и жестокость. Я жила одна, справлялась со всеми проблемами, пытаясь просто выжить. Не хотела обременять брата и тётю. И после этого ты говоришь, что я только и умею, что ненавидеть? Серьёзно? — Слёзы, которые она так отчаянно сдерживала, наконец потекли по щекам, оставляя мокрые дорожки. — Ты заслужила это, — холодно произнёс он, всё это время глядя на неё с отвращением. — Ты эгоистична. Любовь? Тебя не за что любить. Ты так и останешься сломанной, ломая всех вокруг. Я думал, что после встречи, возможно, изменю своё отношение... но не хочу. Мне никогда не нужна была дочь. — Ты и сына лишился. Думаешь, после всего он посмотрит на тебя? Поможет? — Она нервно рассмеялась. — Теперь у тебя точно нет семьи. — Был рад увидеться. Надеюсь, в последний раз, дочь. — Тяжело выдохнув, он наблюдал, как она встаёт и направляется к выходу. У самой двери Юна обернулась. — Скажи хоть раз честно... Ты когда-нибудь испытывал ко мне что-то кроме ненависти? Хоть каплю... любви? — её голос дрожал. — Нет, — был единственный ответ Минджуна. И она вышла,навсегда оставив его в прошлом. —————— Юна ехала обратно,пытаясь унять слёзы. Легче не стало — наоборот, внутри была лишь пустота и жгучее желание всё закончить. Но она не позволит себе этого, не даст ему такой победы. Ей отчаянно хотелось побыть одной и в то же время — не оставаться наедине с мыслями. Беспокоить Дина лишний раз она не решалась, поэтому просто написала, спросив, где он. Узнав, что он уехал к бабушке, она направилась в их совместную квартиру. Зайдя внутрь, она сбросила обувь и вышла на балкон. Облокотившись на перила, она наконец позволила себе заплакать. Обида, боль и разочарование, копившиеся годами, вырвались наружу. Она плакала долго, не в силах смириться с тем, что родной отец смотрел на неё с таким отвращением. Вдруг она почувствовала на талии чьи-то руки и, испугавшись, рванулась, пытаясь ударить незнакомца. — Полегче, лисичка. Знаю, что ты сильная, но получить от тебя не особо хочется, — перехватив её руку, Дин смахнул свежие слёзы. — Ты... ты же сказал, что уехал... — прошептала она, не в силах понять, как он здесь. — Ты сказала, что встречаешься с отцом. Думаешь, я мог оставить тебя одну в такой день? — Он мягко заправил прядь волос ей за ухо и притянул к себе. — Плачь, кричи, дерись, если нужно. Только не переживай это в одиночку, слышишь? Я рядом. И буду всегда рядом. Не закрывайся от меня. — Юджун... — И она снова разрыдалась, прижимаясь к его груди. Иногда её переполняли эмоции, и она кричала, нанося слабые, беспомощные удары, а он терпеливо принимал всё. — Я люблю тебя... — выдохнула она чуть позже, уже успокоившись. Дин тихо рассмеялся. — Знаешь, у тебя какая-то агрессивная любовь. Сначала бьёшь, а потом в любви признаёшься. — Юна недовольно посмотрела на него. — Шучу, шучу. Я люблю тебя, Юна. Больше всего на свете. —————— Жизнь постепенно менялась. Изменилось многое, но главное — она больше не была одна. Дин всегда находился рядом, поддерживая её во всём. Оба были айдолами, и открытые отношения могли стать проблемой, но Минхёк мастерски разрулил ситуацию, мягко подготовив фанатов. Их пара стала одной из самых обсуждаемых и, что важнее, любимых. Фанаты писали письма, рисовали фанарт и даже сочиняли фанфики, которые Дин иногда с упоением читал, а потом уговаривал Юну прочитать особенно интересные моменты по ролям. Его это веселило, а она лишь вздыхала, но никогда не отказывала — ей слишком нравилось видеть его счастливую улыбку. SIRENS вернули былую популярность и стали даже успешнее. Чхон Минхёк выстроил работу компании так, чтобы все группы процветали, и у него получилось. PJK ENTERTAINMENT превратилась в одну из самых узнаваемых компаний, во многом благодаря своему директору. И, несмотря на всю пережитую боль, семья Чхон снова была вместе. Они прошли через многое, но сумели сохранить самое важное. —————— — Ты не поверишь, но в этом фанфике у нас уже есть дети, — увлечённо рассказывал Дин, отрываясь от экрана телефона. — Тебе правда интересно это читать? — устало спросила Юна, но, увидев, как горят его глаза, невольно улыбнулась. — Лисичка, ты сегодня что-то совсем ворчливая, — отложив телефон, он взъерошил ей волосы. — Дин! — она попыталась поправить причёску. — Это я ворчу? Ну-ну, — толкнув его на кровать, она устроилась у него на коленях, а он машинально обнял её за талию. — Играешь с огнём. Мне нравится, — он улыбнулся и закусил нижнюю губу. — Не делай так... ты же знаешь, как это на меня действует... —Как, «так»? — он повторил движение, прекрасно зная её слабость. Наклонившись, она коснулась его губ, и Дин мгновенно ответил. Он перевернул её, оказавшись сверху. Одна его рука мягко легла на её бедро, другая — на шею. Она растворялась в его поцелуях, прикосновениях, взгляде. Комната наполнилась тихим шёпотом кожи, прерывистым дыханием и жаром, растекавшимся по телу. Его губы скользнули к шее, слегка прикусывая, и она невольно вскрикнула. Его пальцы оказались под топом, ладонь мягко сжала её грудь. Юна сняла с него футболку, отбросив в сторону, провела рукой по спине, чувствуя под ладонью напряжение мышц. Он глухо застонал у неё в ухе. — Юна... Она усмехнулась и прикоснулась губами к его ключице,оставляя красный след. Он уже не мог сдерживаться, когда она делала такое. Освободив её от одежды, он оставил на ней только бельё, а затем избавился от своей. Юна слегка смутилась — хотя это был далеко не первый раз, ей всё равно было непривычно лежать перед ним почти обнажённой. — Ой-ой, кто-то покраснел. Неужели стесняешься? — ехидно улыбнулся он, касаясь её пылающей щеки. — Нет... То есть, немного... чуть-чуть, — она покраснела ещё сильнее. — Не издевайся, пожалуйста... Дин рассмеялся,но больше не стал дразнить её. Он не мог терпеть дольше. Юна выгнулась, вцепившись в простынь, когда он оказался внутри. Он упёрся ладонью рядом с её головой, а другой обхватив её талию. Вскоре их движения слились в едином ритме, и мир вокруг перестал существовать. Комната наполнилась звуками любви: шёпотом, стонами, скрипом кровати. Стало жарко, так жарко, что капли пота стекали по их телам, смешиваясь воедино. — Ты... сводишь меня с ума, — прошептал Дин, ускоряя темп и чувствуя, как нарастает напряжение. — Я уже давно не в себе из-за тебя, — простонала она, чувствуя ту же волну. — Юджун, я... — Заключительные слова потонули в волне наслаждения,накрывшей обоих. Дин рухнул рядом с ней, тяжело дыша, и притянул её к себе. Она прижалась к его груди, слушая стук сердца. — Я люблю тебя, — тихо сказала она, поднимая на него глаза. — Я люблю тебя, лисичка, — он подмигнул и поцеловал её в макушку. Возможно, чтобы найти настоящую любовь и счастье, нужно пройти через боль и страдания. Главное — верить и идти до конца, не сдаваться и не опускать руки.