Три

      После случившегося прошла неделя, две… Все будто бы встало на свои места. Жизнь пошла своим чередом. Словно ничего не было. Не было той ночи, того разговора. Не было их. Словно для них обоих это ничего не значило.       Жизнь Брагина перевернулась с ног на голову. Новый диагноз, о котором он и так догадывался, Марина, боль которой он теперь наблюдает каждый день. Разойтись бы с ней, только вот он не может. Да и она сама не сможет уйти в такой период, даже если очень захочет. Любит его своей любовью, уже какой-то другой, не той, что раньше. Да и он сам, того, что раньше уже не чувствует. И знает почему. Точно знает, но не может признаться. Ни Марине, ни себе. Знает, что брак их держится на ребенке, чудесном ребенке, которого хотели оба, и на его диагнозе, вписанном в медицинскую карту. Марина ни за что не бросит его сейчас, это он знает наверняка.       Но одно осталось в его жизни неизменно. Как и раньше, он не может отказать себе в осторожном наблюдении за Павловой. Ни ее слова, ни отказ, никогда в жизни не смогли бы заставить его лишить себя этого. Пусть так, но хотя бы таким образом он будет знать, что у нее все в порядке.       Но у нее все было не в порядке. Вернее, на мгновение ей показалось, что все хорошо, что-то даже стало налаживаться. Алеников не выходил на связь и это одновременно пугало и вызывало облегчение. Еще бы одно обвинение в свой адрес, она бы точно не вынесла. На тот момент она еще не понимала, что вынести она может гораздо больше, чем думает.       Первое, что сбило ее, от чего, кажется, и пошла первая серьезная трещина в ее жизни случилось одним днем, когда Бреславцев объявил новым заведующим отделения Кривицкого. Еще тогда в ординаторской она в первую секунду поймала на себе взгляд Олега. Она знала, что он чувствует сейчас то же самое, что и она. Боль и разочарование. Хотелось рассмеяться Гене в лицо, ведь он точно этого не заслуживал. Он не заслужил эту должность, он не заслужил ее саму. Но вместо этого она лишь сильнее сжала шариковую ручку, которую утащила со стойки, и выбежала из ординаторской, как только большая часть ее коллег разошлась.       Она знала, что Брагин пойдет следом. Собственно, на это она и рассчитывала. Отчего-то хотелось оказаться именно рядом с ним. Только он всегда умел находить подходящие слова. И даже если он снова ее поцелует, она готова позволить ему и это, а потом сделать вид, будто ничего и не было. Опыт у них есть. А еще есть желание, снова оказаться в его власти. — Ирина Алексеевна, подождите, — Олег спешит за Павловой, знает, что одна она не справится.       Останавливает ее в коридоре, хватая за руки. Раньше бы ему за это прилетело, а сейчас она сама разворачивается к нему лицом, сразу угождая в объятия. — Почему он? — Дрожащим голосом спрашивает Павлова.       Олег не знает, что ей ответить. Гладит по спине в успокаивающем жесте, но хочется большего. Смотрит по сторонам, а затем одним движением утягивает женщину в каморку. От чего-то он не помнит, когда здесь сделали перестановку, поэтому, оказавшись в помещении, невольно прижимает Ирину к стеллажу. Машинально придерживает ее за талию, чтобы не ударилась, и лишь теснее прижимает к себе.       Говорить не хочется, да, и слова сейчас ни к чему. Ей уж точно хватает того, что он просто рядом, сжимает ее в своих руках, губами теплыми ко лбу прижимается. — Ну, не плачь, — тихо шепчет Олег, утирая выступившие слезы, — я же рядом, все хорошо будет. — Нет, — Павлова отрицательно машет головой, — ничего уже не будет хорошо. — С чего ты это взяла? — Брагин очерчивает женское лицо кончиками пальцев, после чего, невесомо касается ее губ своими. — Просто знаю, — отвечает она с грустной улыбкой.       Олег целует ее мягко, в попытке успокоить, гладит по волосам так осторожно, словно навредить боится. Точно не знает, как к ней подступиться, ведь сейчас хочется всего и сразу, но он боится. Боится снова быть отвергнутым. Услышать, что все между ними было ошибкой. Ведь для него это была не ошибка, а казалось бы, самое важное решение в его жизни. Одно из так точно. — Наверняка отмечает новую должность со своей этой молодой, — нервно комментирует Павлова, пряча глаза. — Не думай об этом, — Олег осторожно берет ее лицо в руки, заглядывая в заплаканные глаза, — просто не думай. Ты самая лучшая. Ты выше этого. — Это моя должность, — решительно продолжает Павлова, — я сделаю все, чтобы вернуть ее себе. — Я в тебе даже не сомневался, — Олег отвечает с приятной усмешкой.       А потом вечером пришел он. Просто позвонил в дверь. Вернулся в ее жизнь вот так просто с одним чемоданом. В жизни Аленикова, видимо, всегда все просто. Просто скинуть ответственность на другого, просто найти крайнего, просто… — Извини, я поживу у тебя не долго, — говорит так спокойно, будто все между ними в порядке, — ну, там, денек другой. У меня там беда, квартиру затопило. — Что ты сказал? — Ирина прекрасно слышала, что он сказал, только вот хочется, чтобы это было неправдой.       Слушать его оправдания про потоп и алкашей совершенно нет никакого желания. Человек две недели не выходил на связь, просто исчез из ее жизни, а теперь же вернулся вот так просто. — Подожди секунду, — хочется смеяться от абсурдности ситуации, — мне плевать на твоих алкашей, на твоих соседей, и вот то, что сейчас происходит, серьезно?       Спорить с ним не хочется, тем более что Алеников явно не готов к диалогу. Снова напоминает ей про назначение Кривицкого, знает же, что бьет по больному, а все равно говорит. Якобы утешает, только вот Павлова знает, что такой человек, как Алеников на жалость и сострадание не способен.       Позволяет ему остаться лишь потому, что ругаться с ним сейчас просто выше ее сил. Да, и съехать он обещал через несколько дней. Потерпит. Тем более, что лишь одна мысль, кажется, и держит ее на плаву.       В отделении ее всегда ждет Брагин. Чтобы она ему не говорила, как бы она себя не вела, Олег всегда возвращается к ней. В этом она убеждалась не раз. Лишь он искренне верит в нее и переживает. По крайней мере в это очень хочется верить.       И с ним действительно легче и проще. Даже после этой чертовой летучки, где Геннадий Ильич, возомнив себя слишком важным человеком, прилюдно отчитывает Олега за опоздание, сохраняет спокойствие. И когда привозят тяжелого пациента после пьяной драки, Брагин без раздумий предлагает ей ассистировать на операции. Она же, следуя его примеру, также без единого сомнения соглашается.       А затем на операции всплывает первый камень. А она ведь знала, что руководитель из Кривицкого выйдет ужасный. У пациента редкая группа крови, поэтому к операции удалось заказать непозволительно мало донорской крови. Понимает, что придется нарушить правила, но куда деваться, всегда так делали, нельзя позволить пациенту умереть на операционном столе.       Просит Василису заменить ее, а сама покидает операционный блок, возвращаясь туда уже с несколькими пакетами крови. Ловит на себе одобрительный взгляд Брагина, читает его улыбку под маской по одним глазам, и улыбается в ответ. Оказавшись снова у операционного стола, первое, что слышит, это тихое «красотка», брошенное Брагиным в ее сторону. А косой взгляд Василисы, мечущийся между ней и Олегом Михайловичем, предпочитает просто проигнорировать.       После операции Кривицкий ожидаемо вызывает к себе, Ирина знает, что ему уже донесли. Новый заведующий, как ни как. Отчитывает ее как школьницу, большого начальника из себя строит, но тут же сам ломается и начинает жаловаться на жизнь, на отца. А ей совершенно плевать. Да, когда-то это была и ее забота тоже, но теперь — нет. Гена сделал свой выбор, не в ее пользу. И она сделала свой.       На входе в приемное отделение сталкивается с Брагиным. Тот уже собирается уходить, застегивает куртку, но на нее отвлекается. Становится ближе, спиной обзор перекрывает и за руку берет, изящные женские пальцы перебирает. — Кривицкий к себе вызывал, — с грустной улыбкой сообщает Павлова. — Чего хотел? — Голос его звучит резко, даже немного грубовато. — Отчитывал за то, что я взяла кровь без согласования с ним, — чувствует тепло его руки и наслаждается моментом, отпускать не хочется.       Ее воля, она простояла бы так всю ночь, просто держась за руку с Олегом. Возвращаться домой к Аленикову нет никакого желания. Говорить о том, что Анатолий переехал к ней, она даже не думает. Сложно представить, что будет, стоит Брагину об этом узнать.