Часть 3

      Чарли понятия не имел как выглядел Мэдисон до карантина, но сейчас он очень напоминал заурядные фильмы про постапокалиптическое выживание. Обломки, грязь, мусор, тлеющие помойки. По улицам то там, то тут пробегали стаи собак, шарахаясь от каждого скопления людей. И, конечно, мародеры, банды, психи и новые кейпы. На углу трое битами бьют лежащее тело. Жертва может быть все еще жива, но уже точно не в сознании. Из дома напротив слышны женские крики, прерывающиеся так, будто ей кто-то засунул кляп в рот. Мимо проехала пятерка на байках, остановилась рядом с супермаркетом и вразвалочку пошла внутрь. Оттуда раздался выстрел и один из байкеров упал на асфальт. Прочие моментально рванули внутрь, откуда раздалось еще несколько выстрелов и крики боли. На углу остановилась колонна военной техники СКП, в центре которой фургон с гуманитарной помощью. Его окружают десятки людей, среди которых особенно выделяется здоровяк с замотанным тряпками лицом и невысокий мужик в мотоциклетном шлеме, покрытый изморозью и целыми пластинами льда. Толпа опасливо огибает этих двоих — у одного кулаки измазаны в крови, у другого чей-то скальп, весь в инее, висит на поясе. Кварталом далее человек в черной балаклаве стоит напротив мужика с автоматом. Тот, что в балаклаве, держит пистолет у своего виска. Раздается выстрел, но кто бы не выстрелил, побеждает человек в балаклаве: в мгновение выстрела эти двое поменялись местами, и пуля попала в автоматчика.       Но, несмотря на агонию города, он продолжал жить. Работала городская ратуша, пытался хоть как-то работать полицейский департамент. То там, то здесь можно было видеть работающую клинику или, например, парикмахерскую. Вроде как работали какие-то офисы, санитарные службы, даже бары и ночные клубы не все разграбили в адреналиновом угаре начавшие скатываться в дикость психи. Город жил в несбыточной надежде что однажды обнаружится лекарство от влияния Симург.       А лекарства не было. Ну, точнее не было у местных, но сил Чарли — если конечно он был прав в том, как именно Симург заражала или скорее проклинала людей и какие части их сущности поражены — могло бы хватить на одного-двух человек в сутки, а с учетом частоты и размеров ущерба после нападений крылатой твари, это была бы даже не мертвому припарка, а вообще ничто, пыль, прах, глупости для дураков. Два человека в день, да умножая на девять месяцев перед следующим нападением, получится пятьсот с небольшим человек. В одном только Мэдисоне жило двести тысяч до нападения и, наверное, около ста тысяч «бомб» сейчас. Тут надо решать источник проблемы, но ты попробуй его реши, когда проблемой является демоническое существо в котором могущество только что из ноздрей не льется.       По его наблюдениям, Бомбы делились на три вида. Первые, это те, кого Симург изменила фундаментально и явно. Была добрая милая учительница младшей школы, которая от случайного грубого слова пунцовела и терялась, но теперь на ее месте психованная бестия с топором, предпочитающая стейки из людей. Полупрожаренные. Такие измененные встречались реже всего. Настолько редко, что сам Чарли ни одного из таких не видел, лишь слышал от Билла что такие бывают.       Вторая категория состояла из тех, кто изменился лишь слегка, стал более податлив к мгновенным порывам, к импульсивности или фатализму. Или даже вообще никак не менялись, кроме самого осознания что они «бомбы», и их жизнь считай что кончена. Они могли быть нормальными людьми, но готовы были сорваться в любой момент и сбить тебя машиной просто потому что очень устали от поездки. Или потому что терять уже нечего. Таких было много, они грабили магазины, сбивались в банды, пытались поддерживать порядок на улицах, просто влачили свои жизни, и по большому счету были не слишком опаснее обычных вспыльчивых людей, если конечно не давать им в руки автоматы или не сажать их за руль автомобилей. Наверное их бы даже выпускали из карантина с некоторым ограничением в правах, но все же позволяли бы жить обычную человеческую жизнь, если бы не третья категория.       А третья категория и была теми самыми настоящими внушающими ужас «бомбами Симург», которые ничем, вот вообще ничем не отличались от обычных людей, кроме того ущерба, к которому неосознанно приводили их действия. Чье неосторожно брошенное слово на заправке в Никарагуа обращалось гражданской войной в Уругвае спустя полгода. Чья собака копаясь в земле во время вечерней прогулки раскопала труп крысы с мутировавшим штаммом чумы, от которого пока что не было лекарства. Чья дружеская поддержка разорившемуся предпринимателю толкала того на путь преступности, порождая нового наркобарона. Что было по настоящему плохо, так это то, что таких «бомб» было не отличить ни от второй категории, ни от обычного человека. Точнее, некоторые кейпы-умники могли отличить, но обычно уже после внезапной трагедии, и это была единственная причина почему про такую категорию «бомб Симург» вообще знали. Кто угодно мог оказаться третьим типом, если уж ты оказался в зоне поражения песней Симург. Собственно, поэтому никто в СКП или других организациях и не выделял такие «категории бомб», потому что практического смысла в этом не было — в карантине должны были оставаться все, без исключений. Билл, судя по всему, был как раз из третьей категории.       Карантин же ограничивал жителей города не только географически, военными заставами и патрулями, а также кейпами на охране, но ограничивал и информационные свободы местных. Если ты мог неосторожным словом обеспечить массовые беспорядки на другой стороне земного шара, то наверное не стоит давать тебе право писать в интернете все что ты захочешь, так? Различные технологии местных кейпов-технарей ограничивали связь по всем возможным каналам и частотам, оставляя жителей карантинной зоны лишь наблюдателями за мировыми событиями. По сути, компьютеры и телефоны превратились в телевизоры и газеты, без намека на обратную связь. И, кроме территориального ограничения, а также информационного, было еще одно. Людям ставили метки, татуировку лебедя на кисть руки. Конечно, мало кто хотел себе получить такую, но людям без татуировки не выдавали гуманитарную помощь, и не важно что ты врач, многодетная мать или одноногий престарелый ребёнок-даун. Хочешь свежих продуктов из внешнего мира? Будь любезен получить татуировку.       Чарли шел по вечерней улице. На лице, как всегда, маска крылатого пса, на теле плащ-пальто, за спиной рюкзак. В общем, любому дураку должно быть ясно — идет кейп. А кейп, это, наверное, опасно? Наверное не стоит на него нападать? Но, если ты бомба Симург, и более того, вас таких десяток, и с вами тоже два кейпа, то какая разница?       - Эй, уебок, ты чего здесь забыл? — раздался гнусавый голос с другой стороны улицы.       К нему шло трое оборванцев, один с самокруткой, другой с битой, третий с цепью. Грязные футболки, всклокоченные волосы, следы уколов около локтей и сбитые костяшки не оставляли сомнений в том, что эти ребята слали законы нахер еще до карантина, а сейчас просто почуяли что можно и оборзеть. Тем более что тот переулок из которого они вышли, держал в себе еще человек семь-восемь, у двоих из которых были замотаны лица. А замотанные лица, по местным порядкам, это намек, намек.       - Иду своей дорогой, - бросил на ходу Чарли, не останавливаясь.       - По этой улице можно ходить только с разрешения Большого Кулака, понял? — подскочил к нему сбоку тот хрен с самокруткой, а вооруженные оборванцы заслонили дорогу, - и я не припомню, чтобы он давал разрешение кускам говна вроде тебя!       - Проблема, - вздохнул Чарли. Не то что уложить этих троих сложно, но он опознал таки своим особым зрением двух одержимых в том самом переулке. А хор гоэтий из переулка пел, или скорее орал, о предвкушении, о крови, об унижении, или хотя бы о подчинении новой маски.       С другой стороны гоэтические демоны троицы перед ним кричали о том, что им конец, что бычить на кейпа не вариант, что есть робкая надежда на спокойствие неизвестного кейпа, потому что босс-то им головы точно оторвет, и вообще надо найти какую-то телочку после всего этого, если выживут, и как следует оттянуться, боже, только б этот кейп не убил, только бы не убил, они ведь еще так молоды и красивы чтобы умирать…       В общем, какие-то мозги у мужиков еще оставались, а вот выбора не было. Чарли в общем-то не интересовало что с ними произойдет и он спокойно мог позволить себе сбежать, но, с другой стороны, когда-то судьба столкнет его с кейпами, так почему бы не сейчас?       Чарли редко охотился на одержимых, ему это было, скажем так, не по чину. Одержимые в его мире не угрожали прям уж толпам людей, были просты, понятны, давно изучены и неинтересны. Духи, которые чаще прочих вселялись в несчастных, не рушили реальность на фундаментальном уровне, а сосуществовали в ней даже в некоторой извращенной гармонии. Кроме того, немало обычных людей, нашедших в себе силы принять реальность полную мистических угроз, брали в руки дробовики и ножи, и разбирались с одержимыми своими силами.       Однако это не значило что он не имел дело с одержимыми вовсе. Бывало, сильный гоэтический демон из вырвется из общего хора или из астрального пространства, и вселится в очередного неудачника. В общем-то никаких отличий от вселения духа, но гоэтии были уже его профессиональным интересом, и если таковые одержимые встречались на пути, он предпочитал с ними разбираться. Кроме того, понимая то создание, которое управляет человеком, понимая его нужды и цели, далеко не всегда нужно было заканчивать общение дракой и изгнанием. Зачем, например, изгонять гоэтию Правосудия из бомжа, если в городе многовато бандитов? Однажды преступники могут и закончиться, и тогда одержимый может начать наказывать тех, кто переходит улицу в неположенном месте, но до тех пор какой от него вред? Кроме того, Чарли еще не слышал ни об одном городе, котором бы закончились преступники.       В общем, пожав плечами, Чарли спросил:       - И как же мне получить это разрешение?       Парламентер тут же довольно закудахтал:       - О-хо-хо, этот поц хочет получить разрешение от Большого Кулака, вы слыхали, парни? А что еще он хочет? Может он хочет снять штаны и получить мясной укол протеиновым коктейлем? Маску напялил, блять, думаешь ты кейп да? Думаешь тебе все можно? Нихера тебе нельзя, я о тебе не слышал, а значит говно ты, а не кейп! Понял? — сделав затяжку и демонстративно выдув дым в маску пса, он продолжил, - сделаем так. Снимай свою сумку и распахни плащ, мои парни прощупают карманы. Если есть какое-то полезное барахло, отдаешь нам. И если, ты слышишь меня, гондон, если окажется что-то интересное, я так и быть подумаю и отведу тебя к Кулаку, чтобы тот лично посмотрел на уебка, который ходит по его улицам без разрешения. Усек?       Его гоэтии орали от ужаса, они уже хоронили его. Основным мотивом в голове бандита была мысль: «что я такое, к черту, несу?!». Впрочем, мысль: «пусть лучше он меня убьет быстро, чем Кулак или Саркома медленно!», была лишь чуть-чуть тише. Была и третья мысль: «вмазался бы сегодня как следует и не было бы проблем».       Чарли нечасто общался с преступным элементом, но предполагал что нужно правильно себя поставить. Раз уж он похож на кейпа, то и демонстрировать надо повадки кейпа, верно?       - Интересное предложение, мужик, - покивал он и сосредоточился на образе, который внедрит в хор гоэтий, как короткую ноту, которую они должны подхватить, - а как тебе такое? Ты разворачиваешься и втыкаешь самокрутку в глаз своего дружка с битой.       Бандит развернулся к ухмыльнувшимся братанам и с усмешкой воткнул тлеющий конец окурка в глаз указанному подельнику. Раздался крик, бита вывалилась из рук травмированного человека и тот осел на землю, держась за глаз обеими руками, крича и рыдая. Глаза курильщика расширились от осознания сделанного и он так стремительно отпрыгнул от Чарли, что и его невольно можно было бы принять за слабенького кейпа-прыгуна. Пропадал талант легкоатлета в самом дне человеческого общества, пропадал.       - Ты чо, а?! Ты чо?! — заорал дурак с цепью, не зная на кого замахиваться, на своего коллегу или на кейпа.       - Митч, я не того, не это! Он меня завластелинил! Этот пидор властелин!       - Властелин?! — врубился в проблему названный Митч, - не подходи, бля! И заткни свою сраную пасть, а то переебу!       - Ты и тюрьма твоих желаний являетесь самыми страшными твоими же врагами, - на тайной речи прошептал Чарли. Поток маленьких, но очень убедительных гоэтий-советчиков, небольших уродливых человечков с широкими ртами, сорвался с его губ и вонзился в уши Митча, в рот, в нос, внедряясь в разум и нашептывая одну простую команду. Разумеется, никто из присутствующих не видел и не чувствовал скопление гоэтий, но менее действенными от этого они не становились.       Бандит нелепо улыбнулся во все свои двадцать пять гнилых зубов и с размаху ударил башкой о кирпичную стену. Вырубило его, насколько мог понять Чарли, надежно. А может и навсегда, хотя доводить до такого результата маг точно не хотел.       - Ты, сука, что творишь, а?! — завопил курильщик, успевший выронить самокрутку, - ты Митча завластелинил, сука! Хватит нас властелинить, понял, уебок, сука, понял, да?       - Ну что ты, и в мыслях не было, - развел руками Чарли, - вы сами все сделали. Но ты, кажется, хотел помочь мне добыть разрешение у, м, Большого Кулака?       - Завали, бля, пасть, гандон, - паниковал бандит. Паника впрочем немного уменьшилась, когда он разглядел что из переулка к ним выходит подкрепление. Как подсказали крики его гоэтий, там как раз был этот самый Кулак. Это дало надежду бандиту, что его защитят. Тем более, он ведь выполнил поручение кулака, так? - завали, понял, да?!       Он даже прикрыл уши, чтобы случайно не услышать приказ «властелина». Мило, очень мило. Так бороться с эффектами таинства Разума на памяти Чарли еще не пытались.       - Представь меня своему господину, - приказал маг, подкрепляя слова очередным потоком гоэтий. В этот раз они вгрызлись ему прямо в голову, проникли сквозь черепную коробку. Что сказать, пространство и стены это иллюзия. Даже если это стены черепа.       На обычных людей его сил хватало с избытком, но у него прямо-таки зудело где-то в груди истовое желание обратиться к своему теневому имени, вновь стать Симург и пользоваться могуществом птицы-пса. Но нельзя, нельзя. Не после того что он видел.       Бандит вытянулся и быстрым шагом подбежал к идущей делегации Кулака.       - Босс, эта, тута кейп. Представляю вам его… его Властелинство? — будто сам у себя спросил курильщик и поднял голову на возвышающегося над ним кейпа.       Тот, двухметровый бугай с короткой черной стрижкой и в маске сварщика, с презрением фыркнул:       - Слабовольное говно.       И легким ударом тыльной стороны ладони по плечу откинул своего посланника метра на четыре в сторону.       Курильщик конечно мог и выжить, но больно уж похоже было на человека, которого сбила машина. Будто тяжелый такой джип, затормозивший в последний момент.       Не оглядываясь на побитого подчиненного, здоровяк встал напротив Чарли.       Чарли, уже активировав одно занятное заклинание, встал сбоку от бугая невидимым, с интересом наблюдая как тот угрожает его иллюзии, порожденной искажением пространства. Бандиты, в свою очередь, поигрывали железными трубами, у нескольких были и стволы.       - Я Большой Кулак. Кто ты такой и зачем напал на моих людей?       - Интересное начало. Мне казалось что это твои люди предъявили проходящему мимо человеку, явному кейпу, претензии просто так. Ссылались на тебя, угрожали, оскорбляли. А потом одумались и решили загладить вину. А зовут меня, - задумался Чарли, - Канис.       - Канис? Что за имя такое всратое? — усмехнулись сзади.       - А ну заткнулись, - мимоходом кинул себе за спину Кулак, - а что до тебя, так ты ходишь по моей земле. Я понимаю, ты новичок, наверное прибыл на битву с Симург, да так тут и остался? Свои кинули когда наслушался нашу птичку, да? Или ты новый триггер?       - Новый триггер, ага.       - Ну вот. А я в этом городе давно, меня тут все знают. Да раз ты только триггернул, то должен был слышать про большого Кулака. Сейчас городу полная жопа, и нужно сохранять порядок на улицах, ты понимаешь? Иначе все скатится в чертово средневековье.       - Конечно, Большой Кулак. И порядок ты сохраняешь, посылая бандитов нападать на прохожих? Популярная система управления.       - Новичок, ты наверное не понял, - Кулак подошел на шаг ближе к иллюзии, - тому кто следит за порядком нужно оказывать уважение и по мере сил помогать. Я добрый малый, и не хочу чтобы у тебя были проблемы. Я могу помочь тебе подняться в этом городе и ты будешь жить как раньше, может даже лучше. У тебя будет еда, комфорт, девочки, уважение. Я помогу.       - Ого. Задаром?       - Нет, конечно, - усмехнулся тот, - кто не работает, тот не ест, приятель. Но от тебя не потребуется многого. Я видел, ты Властелин, причем судя по всему довольно неплохой. Меня завластелинить не получится, я мальчик крепкий, но другие? Будешь помогать мне, временами решать проблемы, иногда участвовать в переговорах от моего имени. Да для тебя это вообще не работа будет, а отдых. Пришел, поговорил, получил что надо было, ушел. Ну что?       - Щедрое предложение, Кулак. Я могу подумать?       - А чего тут думать? Разве кто-нибудь предложит тебе в этом похереном городе что-то получше? Нет, Канис, тебе поставят клеймо на руку и все. Протектората тут нет, ты не знал? Ни пресс-конференций, ни зарплаты, ни вторых шансов, ни любви публики. Тут мы сами себе Протекторат, и наша задача сделать так, чтобы город сам себя не сожрал. Мы тут делаем хорошее и большее дело. Ты не хочешь спасти то, что осталось от города?       - Очень хочу, Большой Кулак, - кивнул Чарли, - сплю и вижу как над городом вновь сияет рассвет. Но вот в чем дело, твои парни — наркоманы, бандиты, насильники, воры и убийцы. Я это знаю. Я это вижу. И ты убийца, грабитель и садист. Не думаю что мне с тобой по пути.       На это здоровяк лишь развел руками, будто принимая отказ, и внезапно зарядил по иллюзии мощный апперкот правой. Учитывая что под кейпом аж асфальт пошел волнами из-за излишне резкого движения, тут явно было нечто большее, чем простая мышечная масса. Опять же, если асфальт получил такие повреждения, который и был-то всего лишь опорой, то бил ублюдок наверняка, насмерть.       Чарли не особо церемонясь достал пистолет, и начал наводиться на голову Кулака. Он не торопился, полагал что иллюзия защитит от обнаружения. А торопиться следовало.       Мимо пронесся поток холодного воздуха и руку с пистолетом скрутило от сильнейшей боли в костях и мышцах. Лучевая кость заныла так, как никакой зубной боли не снилось, а других сравнений по ощущениям Чарли в голову не приходило. Пистолет выпал из руки, а Чарли, баюкая руку, отступил подальше, проходя за один шал по четыре-пять метров. Кто его заметил? Что произошло?!       Надо было срочно понять что с рукой. Чарли отбежал в переулок и присел у мусорного бака.       - Истинную мудрость я ищу только в себе, - прошептал он тайные слова, кривясь от жуткой ноющей боли.       Его познания в медицине оставляли желать лучшего, максимум что он знал это как кровь остановить, да шину наложить. Еще когда-то пролистал анатомический атлас, но на этом все. Тем не менее, Его власть над собственным разумом была достаточна, чтобы заставить гоэтий всего хора судорожно просматривать все возможные частички памяти в поисках малейших следов информации на тему строения человека которые встречались ему в жизни. Кто-то обронил слово в толпе, где-то он урвал часть документального фильма, однажды слушал переговоры врачей в больнице… Все эти крупицы наслаивались одна на другую, и этим он выковывал себе понимание медицинской науки в должной мере полное, чтобы осознать что с ним.       Саркома кости. Причем сразу какая-то очень поздняя стадия, но локализованная только в руке. Он мог исцелить это, извлекая из своей души Прима Материа, и начал делать это, да, но мысли были не о том, а об источнике болезни.       «Тот бандит думал про медленную смерть. Его страшил как гнев Кулака, так и некоей Саркомы. Довольно очевидное имя, да? Но как он… или она? Буду считать что она. В общем, мой противник меня заметил. Как? Я был скрыт искажениями пространства. Технически я был на нужном месте, но глазами меня человек бы не разглядел ни за что. Выходит, Саркома меня засекла не глазами. Кстати логично, кости то она тоже не видела, а воздействовала. Могла бы и убить, наверное, если бы ударила не по руке, а по голове. Или нет. Черт его знает. Важно другое, она то ли видит жизнь, то ли кости, то ли что-то такое. Навелась на меня не глазами, а чувствами своего духа-наездника.»       Тем временем рука пришла в себя, а с улицы был слышен новый голос. Кстати мужской, высокий и гнусавый.       - Он забежал сюда.       - Уверен? — спросил его Кулак.       - Спрашиваешь, - хмыкнул тот, - я свое дело знаю.       - Он еще там?       - Да, где-то метрах в двадцати вглубь, - подтвердил специалист по раку, - не боись, я подстрахую.       В переулок, полностью перегородив этот выход, вошел Большой Кулак.       - Эй, Канис! Тебя ведь так зовут, верно? Мы наверное не с того начали, а? — он медленно шел, и говорил дружелюбным тоном, но демоны в его голове кричали о наказании и крови, об укреплении авторитета, о приятной жестокости, - смотри, друг, давай мы просто поговорим без резких движений? Ты выйдешь, мой друг вылечит твою руку, мы выпьем по баночке пива и станем добрыми друзьями. Это правда что мои ребята немного расхлябаны, но и ты их прости, они пережили нападение Симург. Не всем это удается, скажи же?       Он шел, наступая то на битое стекло, то на лужу, то на жестяные банки. Мусора было достаточно, чтобы точно понимать, еще метров пять и все, он будет тут. Драться с ним было бы несложно, не будь у Кулака поддержки, которая точно видит где встал маг. Значит, в первую очередь надо разобраться с поддержкой.       К его руке все еще был примотан амулет, слабое подспорье, но символ такого рода хорошо резонирует с таинством Пространства, так что, подобрав горлышко разбитой бутылки из мусора вокруг, Чарли сосредоточился и соединил две точки пространства. Небольшой портал открылся прямо перед ним. Портал, в который могла бы пролезть только рука мага. Но большего и не было нужно, ведь на той стороне была шея и затылок второго кейпа-злодея, открытые и уязвимые. Всего один удар Чарли рассек позвоночный столб и Саркома мешком упал на землю.       Оставалось выйти и добить здоровенного ублюдка.       - Нет, ты не подумай, ты показал силу на моих парнях и заставил с собой считаться. Я тебя не собирался калечить или там убивать. Я тоже просто показал силу, чтобы ты мог меня уважать, вот и все…       Чарли стоял прямо перед ним с прутом арматуры в руке.       - …и теперь мы можем поговорить как серьезные мужчины. Я расскажу тебе где наша территория, ты расскажешь где твоя. Может договоримся помогать друг другу, может договоримся не мешать. Эй, Канис, ты же любишь поболтать, верно?       Чарли примерился для удара.       - Смотри, мы можем быть партнерами. Может даже выберемся из этого чертова карантина? Ты знал что меня не зацепило Песней? Я в ту пору был на окраине, и хоть я сильный, но не очень быстрый. Меня не зацепило, но и к точке эвакуации я не успел. Такая вот невезуха, понимаешь? Меня тут и быть-то не должно. У тебя ведь также, а, брат? Мы вместе сможем выбра… - не закончил Кулак свою завлекательную речь здоровяк, по причине проткнувшей его голову арматуры, в рот и прямо через затылок. Чарли не знал насколько тот крепок внешне, но изнутри прочностью Большой кулак не отличался.       - Чертовы бандиты, - прохрипел приходящий в себя после боли в руке Чарли, - чертов Мэдисон. Чертова Симург.       Он вышел из переулка, но тут не было никого. Лишь валялось тело Саркомы, кривоногого мужичка ростом немного выше полутора метров в маске похожей на гриб или опухоль, да бессознательный Митч у стены. Остальные бандиты разбежались, не решаясь вмешиваться в разборку кейпов. Даже парламентер куда-то делся, хотя Чарли искренне сомневался что тот мог встать сам.       - Чертовы кейпы.       Он подобрал свой пистолет, лежащий посреди дороги и побрел дальше по улице. Не следовало ввязываться в эту драку. Кроме испорченного настроения и кучи неприятных ощущений он не получил ничего. Следовало валить и тогда, когда он вылечил руку, сидя за мусоркой. Но не подумал, его работа очень редко предполагала отступление, так что ему такая возможность просто не пришла в голову. Обычно это от него отступают.       Во всяком случае у него с собой рюкзак, в котором есть еда и кое-какие вещички, которые принесут немало пользы и ему, и Биллу.       - Чертов адский мир.