Часть 15

Утро, словно художник, медленно и осторожно наносивший первые мазки на холст нового дня, расстилало свои краски по небу. Оно начиналось с удивительной легкости, как будто сама природа решила обнять мир теплым дыханием. Солнечные лучи пробивались сквозь плотные облака, окрашивая облака в нежные пастельные оттенки, а воздух был насыщен свежестью, которая дарила ощущение новой жизни, новой надежды. Каждый вдох, сделанный в этот утренний час, казался настоящим даром, подпитывая его изнутри. Он чувствовал, как силы накапливаются в нем, готовые к тому, чтобы решить все предстоящие проблемы, которые, как тени, маячили на горизонте. Он создал необходимое количество гибридов — это было долгожданное завершение его трудов. Теперь, когда все шло по плану, пришло время завершить перевозку своей семьи в строящееся поместье, которое, как он мечтал, будет их новым домом. Эта мысль наполняла его предвкушением, ведь она, его загадочная Габриэль, была неотъемлемой частью этого плана. Неимоверное волнение переполняло его, когда он представлял, как вновь увидит её. Но чем больше он размышлял о ней, тем сильнее в его сердце разгорались тревоги. Недели тишины и отсутствие вестей от неё вызывали в нем мрачные предчувствия, словно невидимое бремя давило на его душу. Он не мог избавиться от страха, что она вновь исчезнет из его жизни, как призрачный свет, оставляя лишь тени воспоминаний, которые будут мучить его. И хотя он с трудом верил в то, что их отношения действительно начали развиваться, в его мыслях она навсегда оставалась «маленькой Габи». Он мечтал о тех редких моментах, когда они могли бы быть вместе, когда он мог бы обнять её и прижать к себе, как в те безмятежные дни, когда мир казался добрым и полным света. Но, как это часто бывает, мечты о счастье были жестоко разрушены, когда сообщение от дорогого Стефана обрушилось на него, как гром среди ясного неба: его отец, Майкл Майклсон, вновь появился в городе. Имя, которое вызывало у него физическую боль, словно ядовитая стрела, пронзающая сердце. Этот человек, безжалостный и эгоистичный, отнял у него детство, радость и все то, что могло бы быть у ребёнка. Охота за своими детьми, которую он начал много лет назад, оставила глубокие шрамы на его душе, и каждый раз, когда он слышал это имя, его охватывало чувство страха и отвращения. Стефан и его верные спутники пытались успокоить его, сообщив, что его отец мертв — убитый колом из белого дуба, в целях самозащиты, его дорогой Еленой. Но как же это было абсурдно! Слова звучали как бред, попытка убедить не только его, но и самих себя в правдивости этого утверждения. Однако в их рассказах была одна деталь, которую они упустили. Паранойя, как непрошенная гостья, поселилась в его сознании ещё в детстве, когда он прятался с куском матушкиного хлеба за кустами, ожидая ловушки от Майкла. Он выучил все манипуляции своего отца, и каждый раз, когда он думал, что понял его, тот подкидывал новую игру. В этот момент, когда он слышал их слова, он ощутил горький запах лжи и предательства, который витал в воздухе, как смрадная вонь от разлагающегося тела. О, как же они заблуждались, полагая, что гибриды и рыжеволосая девушка смогут затуманить его разум! Он знал, что каким бы обманчиво-ласковым ни казался мир, он всегда оставался опасным и жестоким. Он чувствовал, как будто детишки, не понимая всей опасности ситуации, суют руки в пасть к монстру, думая, что приручили его. Но он был готов устроить им то, что они желали, а затем ускользнуть с Габриэль, чтобы на пару недель забыть о своих заботах и переживаниях.

***

Тем временем в тёмной гостиной просторного дома тускло горел свет, который не мог разгонять тени, притаившиеся в дальних углах. В центре этого островка света находилась девушка, уже несколько часов пытавшаяся разобраться с загадкой, что вдруг явилась ей в виде открытой коробки. Внутри неё лежало кольцо, притягивавшее взгляд, словно таинственная сила манила её к нему, как магнит. Габриэль боролась с детским любопытством, которое заставляло её тянуть руки к этому украшению. Неведомая сила, словно шептание ветра, манила её ближе. Сдавшись, она взяла кольцо в руки и ощутила, как холодный металл коснулся её кожи, обжигая её нежные пальцы. Оно было сделано из сплава палладия, возможно, с добавлением золота, и имело неровную поверхность с небольшими выступами, которые были затемнены, как будто скрывали свои тайны. На верхушке кольца красовался камень, кроваво-красный, как капля крови, будто бы отразивший её собственное кровавое прошлое или, возможно, настоящее. Одев кольцо на правый указательный палец, она почувствовала, как оно словно прижалось к её коже, как будто знало, что именно здесь ему и место. В тот миг, когда кольцо оказалось на её пальце, Габриэль ощутила ужасное притяжение, будто её сознание стало утягиваться в неизведанные глубины, как бездонный колодец, манящий своей тьмой. Страх охватил её, и тело девушки внезапно упало на пол с глухим стуком, как будто невидимые цепи притянули её к земле. Но в следующую секунду её аккуратно перенесли на кровать, как будто кто-то нежно заботился о ней, укрывая от холодного мира. В этот момент её телефон издал звук, оповещая о новом сообщении, которое, увы, не дошло до ушей своей обладательницы. «Я возвращаюсь в город, моя дорогая. Хотел бы пригласить тебя на похороны, которые будут проходить в особняке Локвудов завтра в 9 часов вечера. Буду ждать, любовь моя. Клаус». Эти слова, полные обещаний и угроз, были лишь началом череды событий, которые должны были перевернуть их жизни и привести к неожиданным последствиям. В воздухе витала напряженность, предвещая грядущие испытания и судьбоносные встречи, и Габриэль даже не подозревала, что её жизнь только начинает обретать новые, зловещие оттенки.