Глава 2. Дорогая, пора просыпаться

Рваный вздох нарушает тишину комнаты. Плед, оказавшийся теперь на полу, остыл. Из открытого на ночь окна сквозило приближающейся осенью.  «Какого черта так холодно в конце августа?» Девушка поторопилась сохранить хотя бы крупинку тепла, по пути задев несчастный плед ногой.  «Больно!!!» Запутавшись в нем, она упала на вовремя выставленные руки. Ладони обожгло глухим ударом. Постояв на согнутых коленях немного, вспомнив позапрошлый день и вчерашние сообщения, девушка поднялась. Наигранно хныча, Люмин потянулась к ручке окна, из-за ветра на лицо успели попасть пару дождевых капель. После щелчка закрывшейся рамы за окном начался ливень. Потом сверкнула молния. А ещё позже - послышался гром. Тучи закрыли собой небо, и совсем не было видно звезд. «Хотя, какие могут быть звезды утром?» Люмин не считала себя героиней романа, но ещё со школы любила сравнивать свое настроение с погодой, тем более, когда они друг другу настолько хорошо подходили. Ей нравилась возможность такого управления погодой. Если, конечно, это можно было назвать так. Ещё Люмин хотелось, чтобы посреди ясного неба засияли ярче солнца звезды, хоть она и знала, что последние светят лишь в темноте. Но они же и днём там, на небе, верно? Значит, когда-нибудь, в один солнечный и невозможный день звезды не будут спать днём. И тогда она сможет по-настоящему счастливой, как всегда хотела. Счастье же определенно в звездах.  И во вкусных завтраках. Она разогрела позавчерашние сырники, заварила зеленый чай и теперь устало завтракала, наблюдая за разыгравшимся ураганом. Молния отразилась на темном экране телефона. Он лежал на столе - своём привычном в это время месте - но его хозяйка не спешила читать утренние новости, проверять чаты и отвечать на сообщения. Люмин знала, что самых главных сообщений там все равно не будет. Ожидаемая пустота на месте, где должно было что-то быть, пугала больше громких вспышек.  Переписка была удалена в тот же день, однако в память въедались слова, соединенные во фразы, которые она читала каждое утро:  «с добровым утром, милая!!» или  «эй, любимая, ты уже встала? я так скуча-а-аю!!». Неосознанно она начала ждать их, засыпать и снова просыпаться, читая их и отвечая такими же слащавыми, но искренними сообщениями.  … Черный экран не загорелся ни через полчаса, ни через два. Возможно, он загорится через месяц, но будет ли она тогда ждать этих сообщений?  Определенно, нет.  Методично сполоснув тарелку и чашку, поставив их в посудомойку, она снова легла на кровать. Где-то вдалеке снова послышался гром. Было принято решение свернуться в кокон из одеяла, чтобы ничего не слышать и не видеть.  Возможно, позже. Да, она возьмет себя в руки, но позже.  Тишина не нарушилась и на следующий день. Тогда было воскресенье и Люмин не помнит, как провела его. Может, смотрела фильмы или заказывала слишком много доставки на дом. Перебрала гардероб, убралась в квартире, не забывала про уход за лицом, смотрела на ливень второй день подряд и, наконец, даже запустила посудомоечную машину. К вечеру воскресенья сложила все теперь уже ненужные вещи в коробку и убрала ту в угол, скрыла все ненужные фотографии в галерее. Чистота. Практически стерильная пустота там, где раньше кто-то был. В коробку ушел и подаренный на годовщину серебряный браслет с маленькими открывающимися сердечками. В каждом из них была крошечная совместная фотография. Всего их было двенадцать.  Люмин боялась потерять его или поздно осознать, что плохо застегнула браслет и он соскользнул. Она переодически дотрагивалась до него, ощущала прохладу металла и успокаивалась. Было в этом что-то особенное, что-то приятное её внутреннему сердцу и вместе с тем тревожное.  Даже если он пропал, ничего страшного же не случилось? Это Браслет потерял свою нежную и прелестную хозяйку, но никак не наоборот.  Она улыбалась этой мысли и проваливалась в сон без сновидений.  Иногда казалось, что это происходит с кем-то другим, что это не по-настоящему и скоро все будет «как неделю или месяц назад». Потом она думала, что ей уже никак не надо: ни как полгода назад, ни как год.  … Всю неделю лил дождь, а в воскресенье началась осень.  … В понедельник она пропустила пары, Нет, не специально попустила, а скорее «потому что дома спокойнее». Тогда телефон загорелся, оповещая о сообщении. По яркой аватарке отправительницы стало ясно, что это Мона. И она недовольна отсутствием Люмин на парах.  «Я отвечу позже. Обязательно отвечу, но позже» Хотелось побыть наедине с собой, остаться в четырех стенах и на пару дней забыть, что за дверью - коридор, а по лестнице вниз, мимо почтовых ящиков и старого цветка в углу, существует, нет, не просто существует, а прямо пышет всеми красками жизнь, которая, к сожалению, за неимением ключа от домофона, зайти в подъезд не может.  Люмин не понимала, что на нее нашло.  В голове она думала одно, а тело этому не хотело подчиняться.  «Всё в порядке, всё в полном порядке. Разве может быть иначе?»  Закрыв глаза, она представляла звезды. Как они водят хороводы по небу, как смеются, перемигиваясь друг с другом, а потом, порядком наигравшись, встают в свои созвездия, как в последнюю в эту ночь фигуру, словно пары на балах. Может быть, после жизни, все будут звездами, нашедшими свое созвездие?  Снова невольно улыбнувшись этой мысли, девушка вспомнила, что смотрела фильм.  На экране герои проживали свои сценические жизни, искренне повторяли выученные слова и можно было бы поверить, что все это происходит по-настоящему, если бы Люмин понимала, что вообще происходит на экране.  Ноутбук недовольно закрыли.  … К вечеру стало настолько темно от туч, что пришлось включить светильник на тумбочке. Нужно было написать в чат и попросить конспекты, но на все дела была выделена одна единственная фраза: «Немного попозже. Я сделаю это, но позже».  Телефон безжизненно лежал где-то в складках одеяла, когда в дверь постучали. На некоторое время стало так шумно.  — Люмин? Люмин, ты там? — такой знакомый голос осторожно произносил её имя, кажется, с долей опаски. — Ты не отвечала на сообщения.  «Точно. Я так и не ответила ей на то утреннее сообщение.» Мысленно виня себя в проступке, она открыла дверь. На пороге стояла Мона. Мокрый зонтик она держала в левой руке, в правой, конечно же, был телефон. Усталый вид выдавал в ней прожитые пять пар, что также значило то, что она приехала сюда сразу после них.  Не успев ничего сказать, Люмин перебила её простым, но вмещающем в себя всю нужную информацию ответом:  — Мы расстались с Чайльдом.