желание

Вернувшись за столик, они обнаружили хохочущих над чем-то девушек. Те тут же смолкли, за что получили пару шуток от Андреса. Сев на своё место, Серхио прижался губами к виску блондинки и что-то прошептал ей на ухо. Он бы и дальше наслаждался её близостью, пока не увидел закрытую книжку с оплаченным счётом. — Не терпелось подождать минутку, пока мы вернёмся, да? — возмутился он, обращаясь к Ракель. — Вообще-то…это сделала я. — поджала губы Алисия, наблюдая смятение парней и хихикающую Мурильо. — Я так и знал, что все твои общежития и автобусы — это прикрытие. — пробормотал Андрес, заглядывая ей в глаза. — С твоей карты, умник. — прищурилась она, высовывая язык. — Так незаметно меня ещё не разводили на бабки. — рассмеялся Андрес, открывая бумажник, чтобы отставить чаевые. — Мы прогуляемся, а вы отдыхайте. — заключил Маркина, обнимая любимую за плечи. — Не съешь его ночью, мама расстроится. — повернулся он к Алисии. — Съешь меня ночью, мама обрадуется. — ответил Андрес, за что получил шлепок по лбу. *** Горячий душ и лавандовое масло для тела окончательно сразили Алисию. Надев пижамные шорты, она плюхнулась на кровать и мечтательно улыбнулась. Идея Андреса перестала казаться ей дикой, она решила наслаждаться этой возможностью и постараться не думать о том, какие слухи будут ходить в университете об этой поездке. Парень уже выложил её забавное фото с бокалом вина в свой Инстаграм, и, несмотря на то, что рыжая и отметка её аккаунта частенько мелькали в его профиле, она знала, что эту поездку будут обсуждать за спиной. А её репост этого фото только больше подогреет интерес сплетников и девчонок, подписанных на Андреса. Было у него с ними что-то или нет — единственная девушка, которую он показывал в своём аккаунте, была Алисия и её нисколько это не смущало. Они были друзьями и совместная поездка уже не казалась ей «чересчур». Услышав за окном рёв проезжающего мимо мотоцикла, она распахнула его и закрыла глаза. Холодный воздух Италии заставлял девушку улыбаться и мысленно благодарить друга за это чувство свободы и радости. Не заметив полоску света от открытой в ванную двери, она продолжала стоять у окна и рассматривать огромный Колизей, машины и парочки, гуляющие вокруг. Однако, очень быстро она почувствовала на своей спине взгляд и резко обернулась. Довольный Андрес сидел на краю своей кровати и рассматривал Сьерру, которая забыла заменить шёлковый лиф от пижамы на рубашку. Почувствовав холод и мурашки по телу, она тут же пришла в себя и нахмурилась. — Быстро отвернись. — схватив рубашку, она прикрыла ею свою грудь. — Кажется, ты забыл упомянуть, что мне придётся делить с тобой номер. Начинают всплывать подвохи твоего предложения? — Я не мог лишить себя удовольствия провести ночь с девушкой на разных кроватях. — усмехнулся де Фонойоса. — И вообще, чем я хуже твоей зубрилы-соседки. Как её там? — Стефани. Она не зубрила, она просто спокойная и умная, в отличие от тебя! — застегнула она последнюю пуговку. — У неё даже имя ботанское! Я, между прочим, тоже спокойный и умный. Ещё симпатичный, добрый… — Высокомерный, самоуверенный и…и, наверняка, храпишь! — натянув одеяло, Сьерра выключила ночник. — Можешь не спать и убедиться, что я не храплю. Я знаю пару вещей, которые могут заменить сон. — Отвали, Андрес! — Ты права, если ты меня хочешь, то только завтра, на сегодня мой ресурс активности исчерпан. — зевнул он, поворачиваясь лицом к девушке. Их кровати разделяла тумбочка и два шага. — Заканчивай, я не твоя одноразка, которая пищит при виде тебя без трусов. — пробурчала Алисия, закрывая глаза. — Да…Ты не одноразка. — прошептал парень. — Ты из тех, кого знакомят с родителями. Почувствовав, как перехватило дыхание, Алисия медленно раскрыла глаза, улавливая его взгляд. Она не могла распознать его эмоций, поэтому молча смотрела в глаза Андреса. Неловкую тишину прерывали лишь звуки улицы. — Спокойной ночи, Андрес. — развернувшись к нему спиной, она продолжила пялиться, только теперь уже в стену. Что он имел в виду? *** Сцепившись за руки, Серхио и Ракель прогуливались по Риму. На часах было около одиннадцати вечера, Ракель то и дело хитро посматривала на парня, постоянно целуя его в щёку. Он был смущён, но чувствовал себя счастливым — она была рядом с ним, никто из них не собирался уезжать на другой конец планеты или умирать, поэтому он попытался отбросить разговор с братом, который оставил неприятное послевкусие. Однако, как бы Серхио не старался наслаждаться моментом и отвлекать себя и Ракель интересными фактами об архитектуре и истории, тревога уже сидела внутри него. Между ними не было секретов и Ракель бы очень быстро поняла, что его волнует что-то, о чём он молчит. По узкой улочке они вышли к фонтану Треви. Множество туристов, пришедших посмотреть на достопримечательность фотографировались на её фоне. Парочки целовались, стояли в обнимку, но внимание всех привлек мужчина, вставший на колени перед женщиной. Сразу стало понятно — он делает предложение, толпа замерла и снимала красивый момент на камеры, пока мужчина говорил что-то, что слышала только его избранница. После её кивка и их поцелуя, люди начали аплодировать им и только Серхио и Ракель стояли, как вкопанные, наблюдая за зрелищем. — Надеюсь, ты никогда так не сделаешь. — наконец, сказала Ракель, всё ещё наблюдая за счастливой парой. — Почему? — Потому что это должен быть интимный момент для двоих, а не на глазах у толпы людей, когда у девушки нет другого выхода, кроме как сказать «да». — объяснила Ракель, как будто это было очевидной вещью не только для неё. — Малыш, я хотел спросить тебя кое о чём… — О нет… — испуганно прошептала Мурильо. — Мы ночью, у фонтана Треви, ты хочешь меня о чём-то спросить, Серхио, остановись прямо сейчас! — она взяла его за руки и посмотрела прямо в глаза. — Не волнуйся! — рассмеялся парень, прижимая её к себе. — Моё предложение точно не будет в такой странной атмосфере. Треви — это очень красиво, но… — Серхио, я не выйду за тебя замуж в 17 лет… — пробормотала Ракель, всё ещё отходящая от шока, в который загнала сама себя. — Как скажешь, сделаю это на твоё совершеннолетие. — продолжал шутить он, наблюдая за её паникой. — Серхио, нет! — попыталась вырваться из его объятий блондинка, но он был сильнее. — Нет, нет, успокойся. — смеялся он. — Пойдем, найдем тихое местечко. Через пару кварталов они наткнулись на небольшой сквер с лавочками. Рядом была открыта ночная кофейня, что удивило подростков. Они быстро решили, что это типичное туристическое место, поэтому оно и было открыто так поздно — подобное было совсем не свойственно для Европы. Усевшись, Ракель быстро сложила гудящие ноги на парня, а он, будто на автомате, накрыл ладонью её колено. После долгого, сладкого поцелуя, она вопросительно посмотрела на Маркина, напоминаю тому, что он хотел о чём-то спросить. — Я знаю, что ещё очень рано говорить об этом и спрашивать… — Парк — тоже отвратительное место для предложения. — перебила его Ракель. — Каждый раз, когда я буду наклоняться, чтобы завязать шнурки, ты будешь думать об этом? — усмехнулся он, целуя её в щеку. — Ладно, давай просто забудем то, что сегодня видели и вернёмся к твоему вопросу. — Я не знаю с чего начать и вообще стоит ли эта тема разговора прямо сейчас, но… Когда мы остались с Андресом, он спросил о нашем плане. Мы не будем об этом сейчас, я не хочу заставлять тебя нервничать и думать о родителях. Но помимо этого, он спросил об ещё одной вещи… — тяжело вздохнув, он поцеловал её руки, сложенные в его и заправил волосы за ухо. — Америка. — Америка? — переспросила Ракель, не понимая, к чему он клонит. — Твой грант, Стэнфорд… Возможно, внутри тебя что-то поменялось, а вместе с этим и твои решения, я бы хотел знать, что ты думаешь об этом на сегодняшний день. — увидев, как лицо любимой мгновенно помрачнело, он уже не был уверен, хочет ли знать, что у неё на уме. — Я не знаю. — честно призналась она. — Ты знаешь, что это отличная возможность сбежать из клетки, в которой я живу, но… Теперь я не одна и я уже не чувствую прежнюю тяжесть от жизни с моими родителями. Да, поведение отца изменилось, мне это не нравится, потому что это совсем несвойственно ему. Его любезность заставляет только ощущать себя на пороховой бочке, которая в любой момент взорвётся. Конечно, и во мне многое изменилось, когда мы начали встречаться. Я не чувствую себя одинокой. Я чувствую себя счастливой, любимой, я знаю, что в любой момент могу позвонить тебе и мы встретимся, хорошо мне или плохо, наказана ли я за очередную мелочь или нет. Ты — мой свет в этом тёмном туннеле. — он почувствовал, как трясутся её руки, поэтому крепче сжал их и снова поцеловал. — Но Америка…Она дала бы мне полную свободу, возможность распоряжаться своей жизнью самостоятельно и не зависеть от родителей. Да, мне пришлось бы много учиться, возможно работать в каком-нибудь Старбакс, прямо как Алисия, но… Даже всё это кажется мне лучшим, чем жить под одной крышей с холодным, высокомерным отцом, податливой ему, грубой матерью и задиристой младшей сестрой, которая ежедневно пытается втоптать меня в землю. Вместе с этим…Я не хочу принимать решения в одиночку, словно я законченная эгоистка, которая не берёт во внимание никого, кроме себя. У меня есть ты и я хочу идти по жизни вместе с тобой. Я не хочу, чтобы мои решения шли вразрез с твоими желаниями и амбициями, поэтому я не знаю, что мне думать на этот счёт. Я знаю, что об этом, действительно, рано говорить, это будет только через полтора года! Но если есть что-то, на что это может повлиять уже сейчас, то, пожалуйста, скажи мне и мы будем думать над этим вместе. — Я поеду с тобой. — он был уверен, как никогда. — Что? — нервный смешок невольно вырвался из её рта. — Я поеду с тобой. Если ты получишь грант, то мы поедем в Америку вместе. Мои родители не будут против, наоборот, они поощрят моё желание получить образование в престижном университете за границей. — Ты серьёзно? — Абсолютно. Я не хочу загадывать и строить планы уже сейчас, жизнь непредсказуема, но я хочу чтобы ты знала. Если ты едешь в Америку — нет никаких проблем или условностей, чтобы я поехал с тобой. — Серхио, главное, чтобы ты хотел этого, а не просто следовал моим желаниям, обслуживая мои амбиции. — Нет, Ракель, вовсе нет. Мы вместе будем стремиться к этому и к тому, чтобы строить свою жизнь за пределами всего, что может мешать нашей любви. Я люблю тебя и не хочу, чтобы между нами были преграды. Поэтому, мы расскажем твоей семье о нас. Поэтому мы вместе поедем в Америку, если ты получишь грант. — А если нет…? — А если нет, то тебе придётся стукнуть кулаком по столу перед отцом и переехать в мою комнату. — улыбнулся Серхио. — Возможно, нам повезёт и мама выгонит нас в отдельную квартиру. — Я люблю тебя. — прошептала она, глядя ему в глаза. Обожание растекалось по её телу, она была готова наброситься на него прямо в этом сквере. Нежный и немного мокрый от её слез поцелуй прервал писк телефона. Посмотрев на экран, она загадочно улыбнулась и обернулась по сторонам. Очередная парочка заходила в кофейню, поэтому решение было принято в тот же момент. — Оставайся здесь. Не двигайся. Я сейчас вернусь. — чмокнув его в губы, она соскочила со скамейки и направилась в сторону открытой двери, надеясь найти там то, о чём подумала. Через пять минут Ракель вернулась с небольшим, картонным пакетом в руках к растерянному парню. Она велела ему отвернуться от неё, и, как только он это сделал, принялась шуршать, вынимая из пакета небольшую коробочку. Блондинка продолжала улыбаться и посматривать на парня, проверяя его позу. Достав большой кусок классического чизкейка — любимого десерта Серхио, она попыталась скрыть за кашляем звук зажигалки. — Я всё слышу! — тихо хихикнул он. — Помолчи! — рукой она закрыла от ветра огонь на свече. Оторвав от коробки стенки, Ракель придвинулась ближе и похлопала его по плечу. С широкой улыбкой, он повернулся и уставился на любимую девушку, держащую в руках чизкейк. — С днём рождения, самая большая любовь в моей жизни! — так же широко улыбнулась Ракель. — Ты лучший мужчина на этой планете. — Спасибо, любимая! — рассмеялся он, смотря то на свечу, то на её счастливое лицо. — Загадывай самое сокровенное! Подойди к этому ответственно! Серхио никогда не верил в силу желаний, загаданных на праздники, падающую звезду или же четырёхлистный клевер. Однако, каждый год он по привычке загадывал одно и то же — вылечиться и перестать быть связанным по рукам и ногам с больницами и врачами. Сейчас, сидя в неизвестном сквере в центре Рима, смотря на человека, целиком и полностью заполнявшего его сердце, он улыбнулся и задул свечу, впервые загадав совсем другое. Всегда быть вместе с тобой.