Глава 2. В четырёх стенах

      Посеребренная коллекционная монета снова сверкнула и несколько раз перевернулась в воздухе, прежде чем оказаться нервно зажатой в большой ладони. Сайлус уже не пытался уследить за тем, что творилось на экранах — картинка менялась быстрее, чем он успевал моргнуть. Повисшую в воздухе тишину нарушал только гул мощных процессоров на фоне и механический стук клавиатуры, прерывающийся время от времени.       Кстати, о времени. Терпение было на исходе. Моро говорила, что справиться с вирусом, который случайно попал в систему, не так уж и сложно, но вот уже полчаса, и никакого результата.       — Ты не спешишь, — Сайлус нарушил молчание первым. Звуки затихли на секунду, после чего возобновились. С куда более меньшей частотой.       Она специально действует ему на нервы?       Моро резко ударила по какой-то клавише и откинулась на спинку компьютерного кресла.       — Долго копаешься.       Сайлус предпринял ещё одну попытку завязать разговор, про себя решив, что третьей не будет. Надо же, девчонке более чем хватало наглости перебивать его, а теперь ещё и игнорировать. И это… задевало?       — Поймать вирус, гуляющий по системе, не так просто, как выпустить его, — раздался её голос. Благо, ума оказалось достаточно, чтобы хотя бы проглотить усмешку, следы которой звучали в каждом слове.       Моро неотрывно смотрела на экран и, сомнений не было, в отличие от Сайлуса, прекрасно понимала всё, что на нём происходило. Она всем видом говорила, что здесь как будто и нет ничего сложного. Казалось, Моро специально тянет время... Но зачем?       — Ваша система… — она сделала паузу, закашлявшись в попытке подобрать более подходящее слово. — Слабовата.       А ведь наверняка хотела сказать что-то другое. В её голове явно вертелось слово погрубее. Побоялась? Или наконец поняла, с кем говорит, и решила прикусить язык?       В голове даже слегка не укладывалось. Моро не отличалась ничем от той девчонки, которую к нему приволокли в боги знают каком виде. Новые замечаемые повадки почему-то казались странными. Но пока что не до такой степени, чтобы поднять щиты и выставить оборону.       В конце концов, что она ему сделает? Пригрозит взломать что-нибудь? Знает же, что при любом выкидоне за рамки договора получит пулю в лоб. Нет, она не рискнёт. Может, Моро и бывает оригинальна в своих идеях, но она точно не безрассудна.       — В твоих силах это исправить, — обыденно ответил Сайлус, глядя на монету в руке, машинально перекатываемую между пальцами. На хоть какой-то ответ на такое предложение он даже не надеялся. Ожидал возмущения — ведь этого пункта в контракте не было.       — Как скажешь.       Монета звонко бряцнула об пол.       Он сейчас точно не ослышался?       Моро выпрямилась, чуть повернув голову в сторону. Достаточно для того, чтобы Сайлус попал в её периферийное зрение. Он не видел её зрачков, но даже тогда уже стало слегка не по себе.       — Что такое?       — Да так, — он, натянув на лицо маску невозмутимости, сверлил взглядом уроненную монету. — Думаю, не подменили ли тебя, пока я спасал тебе жизнь.       — Как будто я кому-то нужна.       «…Как минимум десятку голодных до твоей крови фракций, дорогуша».       Да какого же чёрта это происходит.       С Моро становилось всё тяжелее находиться в одном помещении, каждая секунда больно била по взведённым в боевую готовность нервам. Она не делала ничего, в чём её можно было бы обвинить. И габаритами была раза в полтора меньше самого Сайлуса. Но почему-то именно она давила его своим присутствием, а не наоборот, как это бывало обычно.       Моро привычным медленным движением развернулась в кресле. И только спустя секунду Сайлус понял, что совершил ошибку, которую старательно избегал все эти дни.       Только понял это слишком поздно. Когда дошло, что он почему-то не может оторвать свой взгляд от изумрудных глаз. Когда по телу словно пробежался слабый электрический разряд от того, как едва заметно дрогнули её длинные ресницы, едва различимые в полумраке, разгоняемом мигающим светом от экрана.       Сайлус практически смог услышать, как над ним предательски смеётся его же внутренний голос. Любопытных детей учат не смотреть на сварку, а его надо было вовремя научить не смотреть в глаза кому попало.       И не лезть в голову к кому попало.       Он с самого начала знал, что раскапывать её разум, как он любил это делать с обычными людьми, — затея рисковая. И не понимал, почему так ощущает, почему искренне верит в то, что делать этого не стоит. Моро внешне не отличалась от других, но почему-то путь именно к её сознанию пестрел разными предупреждающими знаками.       Опасно.       С каждой секундой зрительного контакта эхо голоса разума улетало всё дальше на задворки сознания.       Не влезай — убьёт.       А что, если всё же…       Не смотри. Отвернись.       Ну хотя бы на секунду… Что может такого страшного произойти, если он хотя бы попробует?       Отвернись, отвернись, отвернись…       Поздно.       Он сам не успел осознать, как подошёл к ней почти вплотную, наклонился, не отрывая немигающего взгляда. Тёмно-зелёные радужки, обрамлённые чёрным контуром, казались бездной, визуальным ядом, который не отпускал, заставлял погружаться в них всё глубже и глубже. До тех пор, пока взор не застелила тьма.       А затем по захлопнувшимся векам ударил яркий, холодный, как в больничной палате, свет, вызывая приступ уже знакомой острой боли в затылке. Глухо выругавшись себе под нос, Сайлус посмотрел по сторонам и обнаружил себя в… пустоте.       Абсолютно стерильная белая пелена словно клубилась вокруг него, давила, душила. К головной боли присоединился нарастающий с каждой секундой звон в ушах. Сайлус попытался сделать шаг — тело отвечало на команды мозга с перебоями, двигалось, еле удерживая равновесие. Даже не смог понять, чувствует ли он хоть какую-то опору под ногами. Словно завис на маленьком островке посреди пропасти, в считанных сантиметрах от свободного падения в никуда.       Осторожный шаг. Ещё шаг. В голове — ворох мыслей, спутавшийся в беспорядочный, тревожный клубок, бурлящий различными предположениями, каждое из которых не могло найти подтверждения. Абсолютный хаос, усиливающийся по мере того, как звон в ушах становился всё громче и громче.       Руки упёрлись в невидимую стену — она словно была монолитной, но в то же время клубилась расплывчатой дымкой, переливалась, движимая необъяснимыми потоками. Сайлус развернулся, прислонившись к ней спиной, запрокинул голову, закрыл глаза и попытался навести в голове порядок. Глубокий вдох, выдох, вдох…       Осознание того, что он не дышит, ударило по сознанию молнией.       Он что, умер?       Бред.       Всё это просто какой-то бред.       Последнее, что он помнил — впивающийся взгляд зелёных глаз. И то, что Моро точно не была вооружена.       Как бы она смогла его убить?       Грудная клетка содрогнулась в имитации рваного выдоха. Количество вопросов в голове не убавлялось, наоборот, росло в геометрической прогрессии. Звон в ушах становился практически невыносимым, ещё чуть-чуть, и он просто разорвёт череп.       Сайлус внезапно поймал за хвост почти ускользнувшее от него в хаосе очередное осознание. Этот звон и эта острая боль — единственные вещи, которые он здесь чувствует.       Кругом ни тепла, ни холода. Все невидимые поверхности — ни твёрдые, ни мягкие. Они просто есть.       И это пространство — просто есть. Просто существует.       Но куда же его, чёрт возьми, занесло?       Прежде чем он успел задаться этим вопросом, неведомая сила будто подхватила его и буквально вышвырнула обратно в реальность.       — Ты что творишь?!       Голос. Её голос. Возмущённый, надрывный, испуганный крик, прозвучавший одновременно в его голове и откуда-то издалека.       Это не было на неё похоже. Моро, которую он повстречал, ничего не боялась.       В слух врезался оглушительный вой пожарной сирены. Сайлус открыл глаза, обнаружив себя уже на полу. Его затылок всё ещё резало, пусть уже не так сильно, неприятно, но терпимо. Несколько секунд понадобилось на то, чтобы вернуть полный контроль над, судя по всему, отключившимся телом. Сайлус поднял ладонь — чёрно-красные нити неуверенно переплелись с его пальцами.       Хоть Эвол цел. Но как будто ослаб.       И наконец-то дошёл до того, чтобы оглядеться по сторонам.       Комната напоминала сцену из фильма-катастрофы.       Экраны разбиты, стены обуглены, разорванные провода плевались искрами, система пожаротушения — водой. Дверь резко распахнулась, и внутрь ворвались две знакомые фигуры в масках.       — Босс!       Кто из близнецов его окликнул: Люк, Киран, оба сразу — Сайлус не понял. Кто помог ему подняться на ноги — тоже. Всё до сих пор было как в тумане. В том самом тумане, что заволок его несколькими минутами ранее.       Только теперь этот туман ещё пропитался запахом крови.       Глаза забегали по сторонам, искать долго не пришлось. Перевёрнутое кресло забилось в угол. Сама Моро нашлась у стены — в полумраке еле различимым силуэтом неподвижно лежащего хрупкого тела. Сайлус набрал воздуха в лёгкие, чтобы позвать её, но в последний момент осёкся. И застыл, как вкопанный, снова не в силах отвернуться от этого… существа.       По-другому сейчас он назвать её не мог. Даже у внутреннего голоса язык не поворачивался.       При том, что Моро выглядела хоть как-то по-человечески, человеком в его глазах она уже не была.       Человек не смог бы сопротивляться. Человек не смог бы ответно ему навредить.       И человеческое сознание уж точно не выглядит как то, что он увидел в её голове.       Сайлус вовремя спохватился и пресёк попытку сделать шаг ближе. Возникший диссонанс между поведением тела и волей разума начал ломить чуть ли не до боли в костях. Подсознание буквально верещало: «Не надо!». Не вздумай. Лучше уже не сделаешь. А вот хуже — запросто.       Но в то же время нечто словно извне умоляло: «Сделай хоть что-нибудь».       В голове словно защёлкал таймер.       Он не помнил, как начал отдавать приказы, один за другим. И не помнил, что именно приказывал в тот момент. Один из близнецов тут же рванул куда-то прочь — наверное, отключить электричество. Другой кинулся к Моро.       Вдох, выдох, шаг назад, разворот, и ноги сами понесли его в направлении двери на улицу.       Ему нужна тишина.       И свежий воздух.