Судьба - настоящая сволочь

      Под сопровождение радио, машина едет по тёмному шоссе. Ночь окутывает лес по обеим сторонам дороги, окутывает и пассажиров автомобиля, только музыка да рёв двигателя не дают им уснуть. Семья переезжает в другой город, в другую жизнь. Путь долог, все темы разговоров исчерпаны, поэтому в салоне царит молчание.       На заднем сиденье девочка, прислонившись лбом к стеклу, смотрит на мелькающие ели, пропускает мимо ушей надоевшие уже мелодии и думает о чём-то своём. Впереди новый дом, новая школа. Переезд планировался давно, так что в первый класс её не отправили, оставив на домашнем обучении, с расчётом на то, что навыки социализации она получит во втором, когда уже поступит в школу на постоянном месте. Иначе, проучись она год в одном заведении, а на следующий уезжая, пришлось бы терпеть излишнюю горечь разлуки с друзьями.       Такова была логика её родителей, но что думала сама Алиса? Она не размышляла на счёт друзей и тому подобного. Ей пока не было знакомо это понятие. В детский сад она не ходила, так как очередь туда до неё все равно бы не дошла, а гуляя во дворе рядом с предыдущим домом ни с кем она дружбу не свела. Держалась сама по себе, то качаясь на качелях, то разглядывая пташек на деревьях. Но то, что в школе придётся с кем-то общаться, она прекрасно знала. И ей было известно, что дети не всегда дружелюбны. Что делать, и как себя вести? Мать её - женщина очень мягкого характера, уверяла свою дочь, что нужно быть со всеми доброй, а если кто-то будет издеваться - избегать его и сообщить учителю. По её мнению всё в этом мире можно пережить, сохраняя в душе милосердие и жизнерадостность. Отец же был другим. Он человек дерзкий, упорный, уверял девочку, что в конфликтах нужно всегда давать сдачи, а лучше всего, в случае неизбежной драки, бить первой.       Несмотря на жёсткие различия в характерах, родители любили и друг друга, и свою дочь. Пока она не могла решить, чьим методом воспользоваться в школе и какое мировоззрение перенять, и планировала действовать по ситуации. В конце концов, что бы ни случилось, её поддержат и ей помогут.       Автомобиль подскочил на кочке, что-то упало с соседнего кресла, что-то звякнуло. Чем дальше от центра области, тем хуже становилась дорога. Отец чертыхнулся под нос, замедлился, чтоб таких происшествий больше не повторилось. Из темноты стало видно упавшее дерево, перекрывшее полосу. Внимательно вглядевшись в дальнейший путь и не увидев там света другого авто, мужчина немного прибавил газу и стал объезжать препятствие по встречной полосе. Он не успел вернуться на свою сторону: на них вылетел с огромной скоростью грузовик, фары которого были выключены.       Мужчина резко вывернул руль пытаясь уйти от столкновения, мать закрыла голову руками, Алиса рефлекторно схватилась за ремень безопасности и закрыла глаза. Их автомобиль вылетел с шоссе, перевернулся и ударился об одну из сосен. Девочка потеряла сознание.

***

      Когда Алиса очнулась, увидела над собой белый потолок. Слегка повернув голову, она скорчилась от резкой боли: мозг словно перевернулся в черепной коробке. Её чуть не вырвало. Лучше пока не двигаться.       Из того положения, в котором она осталась, видно было немногое: типичная больничная палата, закрытые жалюзи, через которые светило солнце. Значит, уже наступил день.       Девочка не знала, сколько ещё времени провела лёжа, когда к ней зашла медсестра и села рядом с койкой, сочувственно глядя на Алису. Та, всё ещё пытаясь не шевелится, спросила: — Где мои родители? — Они в соседней палате. С ними другие врачи, а тебе сейчас не нужно лучше волноваться. У тебя сотрясение, не сильное, но лучше поберечься. Через час приду и провожу тебя на обед. Как же вас угораздило так, ещё и на пустом шоссе! Водитель, вызвавший скорую утром, предположил, что ваша машина навернулась ещё ночью, и неизвестно, сколько времени прошло с момента аварии. Повезло, что ты осталась жива.       Медсестра покинула комнату, подошла к ожидавшему её в коридоре врачу. Тот спросил о состоянии пациентки, на что получил только данные о том, что она пришла в сознание и может разговаривать. Дальнейший осмотр они проведут чуть позже, сейчас есть другое дело: перенести трупы из соседней палаты в морг. Когда семья в перевернутом авто была найдена, все трое были ещё живы, но черепно-мозговая травма, полученная водителем от удара головой об руль предполагала скорый летальный исход, а его супруга скончалась от кровопотери. Глубоко вздохнув, медсестра стала перекладывать ещё теплые тела на каталку. Ведь позже нужно будет сообщить девочке о смерти её родителей.       А она вскоре и сама догадалась. В палату, где по словам врачей находились её мама с папой, Алису не пускали под предлогом их тяжёлого состояния, но если бы это было правдой, то их держали бы в реанимационном отделении, а не здесь. Поэтому спустя пару дней, во время очередного осмотра, девочка спросила у медсестры: — Мои родители, они погибли?       Женщина впала в замешательство. Она не понимала, как девочка в таком юном возрасте могла догадаться, и как вообще держит себя в руках, раз знает о положении вещей. — Да. Их травмы не совместимы с жизнью. Мне жаль.       Алиса только кивнула. Понятно, слезами горю не поможешь, и не хотелось выслушивать от чужого человека слова поддержки, зная, что всё это будет лицемерием. После осмотра она вернулась в палату, где, уткнувшись лицом в подушку, зарыдала. Сколь бы ни была она благоразумна, насколько бы хорошо не осознавала бесполезность плача и то, что сейчас он спровоцирует сильную головную боль, она всё ещё была ребёнком. Ребёнком, потерявшим родителей. Вряд ли бы нашёлся кто-то, кто на её месте справился бы с эмоциями. Алиса понимала прекрасно, насколько тяжело будет сейчас. Ни родственников, ни знакомых у неё больше нет, она в неизвестном городе совсем одна, кто знает, как суд распорядится деньгами её родителей, на которые они планировали снимать квартиру. Оставалось надеяться только на себя.

***

      Никто из дальних родственников не смог взять на себя ответственность за Алису, так как все находились за границей, да и с её родителями близко не общались. Таким образом она попала в детский дом. Бумажный город был довольно мал, и детей было немного, однако всё равно для привыкшей к тишине и одиночеству девочки тут оказалось слишком шумно. Радовало одно: учреждение спонсировалось явно недостаточно, чтоб у воспитателей была мотивация следить за подопечными, так что часто появлялась возможность свалить на улицу и погулять.       В первые пару дней девочка разведала окрестности. Лес обступал город полукольцом, как стена. На одном из краёв этого полукруга и располагалась школа, в которой предстояло учится, а другой край заканчивался пустырем, в котором не было ничего особо примечательного, кроме маленького ручейка и неизвестно откуда взявшегося бетонного блока. Был и ещё один выход к лесному пространству: через небольшое поле. У этого выхода стоял чей-то дом, сейчас он был необитаем, судя по запылённому крыльцу и отсутствию следов, но видно, что не заброшен. Странно, что ни стёкла в нем не были выбиты, ни красовались надписи баллончиком на стенах. Такое бывает только в тех случаях, если у хозяина дома была репутация, отпугивающая вандалов. Девочке было интересно, кто здесь жил, но она не рискнула приблизится.       Быстро вернувшись с прогулки она едва успела до ужина. В свободное время вечером хотела было почитать книжку, но сосредоточится никак не выходило: завтра она должна идти в новую школу. К новым людям. Алиса не из робкого десятка, готова была постоять за себя, если потребуется, но напороться на конфликт не желала совсем. Как и любому человеку, ей свойственнен страх перед неизвестным, и даже если учесть, что для своего возраста она обладала очень развитым критическим мышлением, и родители учили её контролировать эмоции, тревога всё равно не собиралась отступать. Как и мысли о родителях...