Настоящее и будущее.

      Насчёт "будешь приносить еды столько, сколько я попрошу", Алиса точно погорячилась. Из-за печатей она всё ещё не могла быть полноправной хозяйкой своего положения, и приходилось довольствоваться тем, что таскал ей Хелплесс. Но спустя время к действию кулона она привыкла, смогла полностью его игнорировать, и даже ту печать, что над дверью комнаты смогла прорвать, вернув себе статус всеобщей школьной угрозы. Только покинуть пределы здания было всё ещё выше её сил. После пары удачных охот, директор и вовсе перестал снабжать её пищей.       Во время погони за очередной жертвой, она, по мере возможности, огляделась по сторонам. Конечно после, сидя в темноте и протирая обожженые светом глаза она об этом пожалела, но смогла сделать кое-какие выводы. Директор прав. Действительно, учеников с аномалиями всё больше. В какой-то степени это её обрадовало: так ему, старому гаду, пусть помучается.       Алиса знать не знала, какое сейчас число. Единственное, что знала наверняка - год. Легко было отличить летний период, ведь это время в плане добычи пропитания было самым трудным. В школе оставалась только летняя смена, введенная с пятого по одиннадцатый классы для тех, кто хотел углубленно изучать своё направление, одно из трёх предлагаемых школьной программой. Иногда девушка раздумывала над тем, какое направление выбрала бы она, если б доучилась до пятого класса. Возможно, физмат, в начальных классах математика давалась ей хорошо. Даже грустно было как-то оставаться без образования. Да и без общения. Все как нормальные дети болтают между собой, дружат с кем-то где-то там, за стенами, а у Алисы одна компания - голоса. Она начала их слышать после нескольких своих убийств, и с каждым новым трупом прибавлялся ещё один. Голоса умерших выли, причитали о своей несчастной судьбе. Слышали ли они демона так, как слышала их она - вопрос. По крайней мере если слышали, то не обращали внимания на её просьбы заткнуться. Изоляция от мира живых угнетала.       Однако вскоре этому горю удалось помочь. Прислушиваясь к шуму из коридора, девушка стала замечать, что слишком часто слышит какие-то три определенных голоса. Суть их разговоров редко удавалось уловить сквозь дурацкие шутки этой компании, но очевидно, предметом обсуждения была она сама.       В один из дней после очередной охоты демона, под дверь просунули записку. Почерк неровный, размашистый, а фраза написана совсем несуразная: "Твоя красота просто убивает, я поражён в самое сердце. Жди завтра с букетом кишков на большой перемене."       Мда, такого поворота вовсе не ожидалось. Неизвестный смельчак поражал своей дерзостью, и Алиса подумала, а почему бы, собственно, и нет? Доступ к новостям, связь с внешним миром хоть какая-то, а заодно под страхом смерти можно заставить приносить еду. Да, доверие к людям не вернуть, но что какой-то школьник может ей сделать? Осторожность осторожностью, да вот только когда ты можешь любого на своём пути сровнять с землёй, можно позволить себе немного рискнуть.       На следующий день кто-то неуверенно топтался у двери, долго нерешаясь постучать. Когда же стук раздался, пришедшего пропустили внутрь, в темноту, захлопнув за ним. Парнишка, всего года на два младше Алисы, захлопал непривыкшимио мраку глазами, пытаясь разглядеть впереди обитательницу комнаты, которая в этот момент притаилась правее гостя и тихо наблюдала. Тот откашлялся, и слишком громко, видимо, пытаясь скрыть неуверенность, произнёс: — О великолепное адское создание, наводящее дрожь на всех от мала до велика, я пришёл к тебе выразить свое восхищение. И подарить этот вот букетик.       Он вытянул руку с завернутыми в полиэтилен цветами разного сорта. Меж цветов лежали кусочки свежего мяса, видимо, прямо перед входом вытащил из упаковки и разложил. Креативно. Щупальце выхватило подарок, и демон выдала своё присутствие. — Как ты осмелился войти сюда? Уверен ли, что вернёшься обратно не по кусочкам? — Я... Кхм..       Тут парень просто рассыпался в комплиментах. По его мнению, то, что вытворяла Алиса на охоте, её жестокость и безжалостность, достойно были всяческих похвал. Несмотря на непривычную для него обстановку, держался посетитель хорошо, не запинался, голос его не дрожал. На первый взгляд не самый худший собеседник. Пока что можно оставить в живых.       Демон решила использовать возможность на полную: разузнала всё что можно о происходящем в школе, выяснила, какое сегодня число, почему стало больше учеников. Оказалось, что за счёт резкого увеличения городского населения за счёт приезжих, во всех классах появилось много новеньких, не знавших ещё реальной истории появления чудовища. Впрочем, рассказывать о своём прошлом она и не собиралась.       По итогам этой встречи Алиса осталась в выигрыше: и дополнительный источник мяса, пусть и не самый эффективный, так как школьнику мало давали карманных денег, доступ к информации, плюсом ко всему она ещё и попросила его принести ей из библиотеки учебников. Как выяснилось в ходе разговора, парень был одним из нынешнего поколения хулиганья, а значит, не побрезгует и ограбить школу на такую малость, как пара книжек. Будет и возможность наверстать программу за упущенные годы.       То, что Оливер - так звали гостя, представитель вредителей школьного имущества и вообще, судя по его словам, тот ещё беспредельщик, Алису не волновало. Пусть политика "враг моего врага - мой друг" была ей чужда, но осознание, что у директора помимо неё есть ещё проблема, грело душу.

***

      Часто впоследствии этот чудак захаживал к ней в комнату, и принести что-то, и просто поболтать. Но всё хорошее длится недолго.       Алиса пыталась вытравить из своей души любые человеческие чувства вроде сострадания или благодарности, но ей это не удалось до конца, поэтому за всё сделанное Оливером она чувствовала себя должной. Так что в обмен на принесенные еду и книжки представляла ему некоторую защиту от директора и учителей в виде угрозы разорвать их, если те посмеют как-либо отсчитать парня за его проделки. Это её и подвело.       По прошествии пары лет характер пацана совершенно испоганился. Он ощутил свою безнаказанность и пустился во все тяжкие: если раньше его можно было бы назвать врагом директора, то теперь он кошмарил одноклассников. Каждый рассказ о похождениях его и его компашки сопровождался матами и деталями того, как и кого они подвергли издевательству в этот раз.       Однажды в ходе такой болтовни Алиса не сдержалась и просто вышвырнула его из комнаты. Ей не было жаль его жертв, она давно разучилась жалеть людей, но... Ей всё ещё было жаль себя. Каждое слово этого ублюдка вызывало шквал воспоминаний, которые так долго старалась демон прятать от самой себя.       А виновник её гнева только сильнее распоясался. Он уже называл её своей девушкой, хотя Алиса и намека на отношения не давала. Противно, конечно, но она не спешила как-то разубеждать Оливера, в конце концов, найти замену тому, кто иногда чуть ли не сам впихивает очередного несчастного ученика в комнату, было невозможно. Но кажется, парнишка и сам почувствовал, что что-то не то. Он стал опасаться демона, заходил всё реже, боялся пройти вглубь комнаты и держался поближе к двери.       В очередной раз ведя себя так он вызывал омерзение. Но сегодня слишком шумно было в коридорах, и Алиса намеревалась выяснить причину. — Так у нас тут новости как раз. Директор прошлый пропал к хуям, на его место пришла новенькая. Не знаю её, поглядим, что за фифа. А к ней вдобавок ещё и день назад три новых училки. Ну и жуть, такие персонажи! Одна ростом с двухэтажку, на елку похожая, другая наоборот - мелкая ахринеть насколько, но злобная до кошмара. А третья вообще какой-то персонаж из детской сказки, я видал разок, что у неё оленьи рога из башки выростать могут. Почему бы тебе самой не выбраться сегодня, да не поглядеть на этот цирк уродов? Вообще, почему так редко выходишь?       Алиса не собиралась отвечать. Нельзя показывать человеку свою слабость, никогда. Тяжело признаться, но иногда хотелось пожаловаться кому-то на то, как больно ей видеть свет каждый раз, когда она покидает комнату. Но уж явно не этому белобрысому такое рассказывать. — Сегодня, может, и выйду. Посмотрим. Тебе пора.       Мда, новые лица оказались весьма примечательны, хоть и увидеть их удалось лишь мельком. Единственная, кого удалось разглядеть подробнее - директриса. Она по кровавым следам дошла до самой комнаты демона, и несколько секунд смотрела на синюю потрёпанную дверь, изучая. Во взгляде этой женщины не было страха перед опасностью, не было удивления перед только что свершившейся кровавой баней. Это вызывало уважение даже у демона.

***

      Даже к таким редким переменам быстро привыкаешь. Вскоре и эти новые учителя, и директриса приняли существующие в школе порядки и смирились с соседством чудища. Как сказал Оливер, учителя эти, узнав о существовании договора об отказе от претензий, воспользовались им. Теперь за двойки или провинность, любого ученика могли прикончить. Любого, кроме Оливера. Демона даже расстроило такое положение дел: хотелось избавиться от придурка поскорее, но она сама виновата, что теперь выспринимается всеми как его защитница.       Вот очередная вылазка за добычей. Тот, кому сегодня не повезёт умереть, уже застыл от ужаса перед ней. Поведя когтями по стене, оставляя жуткие отметины, она вцепилась в его тело и разъединила с лёгкостью сначала пополам, а потом ещё и несколько частей. Развернулась, собралась было вернуться к себе, в вечную свою обитель, но взглядом зацепилась за стеклянную вставку в двери ближайшего кабинета. С той стороны, как баррикада, стояла парта. Все спрятавшиеся там закрыли лица руками от ужаса и отвернулись. Все, кроме одной девушки. Либо она не успела, либо была слишком любопытна - хрен её знает. Вот только встретившись с демоном взглядом она глаз не отвела. Как завороженная смотрела, даже пару шагов вперёд сделала, но кто-то из её одноклассников услышал шаги, схватил свою подругу и оттащил от чудовища подальше. Наблюдать за их разборками Алиса не стала, только вернулась поскорей в темноту, спеша дать отдых обоженному зрению.       Но странное поведение той девушки ей запомнилось. Демону больно видеть белый свет, но не было больно смотреть в те глаза. В них было что-то, способное облегчить страдания, пусть даже на незаметное мгновение. Незаметное настолько, что быстрой реакции чудовища не хватило, чтоб осознать его, но хватило, чтоб почувствовать, и гадать теперь, что же это было.