Эпилог

      Рене, тот самый старый рыбак, рефлекторно сжался, когда высоко в небе раздался протяжный громоподобный рёв туманных снарядов… Которые роем злых шершней умчались куда-то вглубь суши, а со стороны побережья спустя какое-то время донеслись слабые хлопки залпа, сильно заглушенные расстоянием и рельефом. Немного выпрямившись, старик отряхнул руки от остатков влаги и, боязливо оглянувшись, подхватил тазик с очищенной рыбой и поспешно направился в сторону здания сторожки лодочной речной станции, куда он с супругой спешно и благоразумно перебрались…       Туманники опять лютовали, а конкретно — один их крейсер в форме британского корабля, который нарезал круги вдоль берега и вёл вялый, но постоянный обстрел.       Двое суток назад, когда всё началось, туманники внезапно начали сильный обстрел берега. Короткий, но очень болезненный… Судя по сообщениям радио, все, кто жил на берегу, в том числе и они, спешно покинули дома и попрятались глубже на суше, пусть и недалеко, ожидая, как всё разрешится. Бежать глубже было чревато, что ясно понимали те, кто помнил вторжение Тумана, как и тот инцидент с гадскими лаймами, которые додумались ударить ядерным оружием по крейсеру Тумана… Крейсер англичане, по-видимому, утопили, но радоваться, однако, тогда островитяне смогли недолго. К радиоактивным осадкам добавился ответ Тумана — град из ракет и снарядов, которые в равной степени достались и жителям континента. Так что ехать, пока не перестанут кататься военные или трофейные команды, по которым может прилететь просто мимоходом, и никого не будет волновать то, что просто рядом проезжал. Туманников тем более… Последних вообще мало что заботит в плане выбора целей.       К счастью, ракет было немного, по крайней мере, в их районе и сбивать их было некому и нечем. Иначе бы и Туман бил куда более тяжёлым огнём, да и по округе шарились любители халявы и наживы. Обломки редких сбитых ракет туманников ценились очень высоко, так что хватало как армейских команд, так и «частных» с разной степенью легальности и порядочности… А иногда попадались и откровенные бандиты.       В соседях же с погонами была лишь пара наблюдательных постов с оптической станцией на пикапе, да радарная станция, которая периодически меняла место дислокации. Насчёт последней и её выживания Рене сомневался, так как туманники если не сразу гасили такие источники излучения, то обращали на них внимание весьма скоро. Отчасти это подтверждало то, что на горизонте вдоль побережья что-то полдня коптило небо… Но, возможно, там разбомбили что-то ещё.       Ситуация в соседних районах была куда более печальной для людей, так как там было по чему бить, и люди пытались отбиваться. Но там шумели уже не крейсер и пара эсминцев (хотя приставка «всего лишь» для кораблей Тумана неуместна в принципе), а целая эскадра, и по обрывочным паническим слухам то ли линкор, то ли линейный крейсер… Пара знакомых, которые как раз решили, что бежать вглубь суши рано, а вот отсидеться в их глухом районе самое оно, говорили, что там уже было всё серьёзно. Даже говорили о каком-то луче и ярком свете, что снесли несколько приморских скал, но Рене не особо верил беглецам, но и не спешил отвергать их заявлений. От Тумана стоит ожидать чего угодно.       Взобравшись на пригорок, Рене ещё раз оглянулся и нервно вздрогнул… На него посмотрели в ответ. Точнее, мазнули скользящим взглядом, задержавшимся лишь чуть, как на пучок травы у дороги.       Постояв ещё минут пять, старик старательно убеждал себя, что ему привиделось, и он не видел, как скрываясь под кронами нависших над рекой деревьев, по воде подобно водомерке пробежала девушка… Точнее, туманник. И мелькнувшая в просвете в тот момент, когда туда смотрел старик. Хотя этого хватило, чтобы запомнить образ в виде плотного и тёмного комбинезона, а также светящихся фигур под ногами над самой водой. Но отдельно запомнилось обветренное, обгоревшее на солнце лицо, покрытое многочисленными свежими царапинами и гематомами, а также уставший взгляд глаз с огромными тёмными кругами под ними… И в целом, лицо туманницы скорее выглядело как лицо смертельно уставшего человека, которому было уже абсолютно все равно, особенно на старика, стоявшего на берегу.       Рене простоял не двигаясь ещё полчаса, но убедившись, что он жив, на негнущихся ногах поплёлся к жене, во второй раз решая, что ничего ей не скажет… Для её же спокойствия и здоровья. Всё же у туманных снарядов есть один неоспоримый плюс: когда они прилетают к тебе, если ты их слышишь, ты обычно уже мёртв. И Рене хотел, чтобы если его разбомбят, тоже оказаться мёртвым раньше, чем услышит подлетающую смерть.

***

      Саффолк же, что покидала район столкновения после поиска, преследования и зачистки, отметила присутствие старика, идентифицировала и, сбросив метку того, что в районе есть присутствие людей, не обратила на него по существу никакого внимания кроме коррекции работы автоматических программ. Крейсер больше была занята сканированием района и перемещением аватары, чем слежкой за перемещением местной фауны, и рассматривать любого невооружённого человека иначе она не желала… И так уже устала от них. Тем не менее, это вызвало ряд недавних воспоминаний, из-за которых аватара нахмурилась.       Вопли Графтон сами по себе были неприятным событием, а личное лицезрение процесса гибели аватары эсминца тем более, как и собственные впечатления от контузии с десятком осколков. Неприятным было и появление непроизвольного подёргивания левой ступни аватары во время этих воспоминаний или при сильном волнении. Благо хоть их было легко подавлять, но ремонтницы уже настояли на дополнительном обследовании в связи с долгоиграющими последствиями контузии.       Мысли о Графтон вывели на первый план и анализ того, почему это случилось. Следуя логике и здравому смыслу, это ошибка эсминки, которая прозевала атаку и за что получила. С другой… И сама Саффолк тут вся заляпана «попустительством», так как перестала контролировать обстановку и полностью погрузилась в недовольство тогдашней ситуацией.       Как говорила та же Графтон, когда пессимизировала по поводу или без: «Если всё плохо, то радуйся, всё могло быть ещё хуже». Тогда, правда, она говорила это относительно их путешествия по берегу, и насколько это оказалось утомительным для них…       А теперь отвечать придётся ей, Саффолк, так как Малайа уже не пилит ядро через тактическую сеть, а просто молчит, и это молчание пугает больше, чем непрерывный поток сообщений и запросов, что раздражал её раньше. Теперь просто висит задача по возвращению и всё, нечего добавить или прибавить. А Графтон отвечать пока не за что, и так уже загорает в доке в глубокой гибернации… Хотя ремонтницы что-то там сильно были озабочены насчёт сбоев её ядра, но весь флот и так в курсе того, что эта эсминка просто эталонный образец сбоя!       Злорадная ухмылка всё же смогла прорезаться на лице аватары при мыслях о том, как эсминку начнут макать носом в ил, когда она очнётся. Всё ж прозевать атаку — это достижение… Ну если очнётся.

***

      Малайа устало помассировала глаза и тяжело выдохнула волну проклятий в виде идиоматических словесных конструкций. Ситуация в целом не особо радостная, и линкор Тумана не могла не отметить тот факт, что во многом просто прервала командные протоколы и пустила этот сюрреализм на самотёк… С некоторой оторопью следя за результатом событий.       Стоить отметить и то, что барахтанье Саффолк и Графтон были в некотором извращенном и злорадном смысле приятны Малайе. Правда, это не отменяло того, что обеих этих дур хотелось придушить за шею аватары и постучать их ядрами об их же палубы. В личном рейтинге «бесят лишь фактом своего существования» эти две — неоспоримые лидеры, и даже их форматирование в перспективе не способно сильно успокоить тонущее в недовольстве и ярости нутро Малайи. Она даже в чем-то завидует Конго из восточных флотов! Пусть там натуральные мятеж и дезертирство, но отступниц есть за что поставить к мели и пустить торпедный залп в борт. «За дело!», как говорится. А у неё? В чём двух залётчиц и можно обвинить, так это раздолбайстве и в распиздяйстве. Малайа даже как-то и не думала о том, что данные термины войдут в её жизнь и больно укусят за её бронированную корму… Да так больно. При этом, притопить «отличниц» формально нельзя, ведь как бы не за что. В Адмиралтейском Коде по факту нет установки на ликвидацию за «несоответствие», а ни злого умысла, ни повода списать за техническое состояние за этими двумя не замечено. Но и наказать хочется, аж корпус чешется.       Снова плотно зажмурив глаза, Малайа зарычала, непроизвольно делая руками хватательные и скручивающие движения, представляя, как вместо воздуха в руках находятся шеи её временных подчинённых. Спустя пару минут такой непритязательной терапии, туманница всё же успокоилась и перераспределила приоритетность процессов.       На холодный взгляд ситуация краше не стала, но некоторые выводы были очевидными. Первое. Эксцесс исполнителя налицо… Привлекать к операции Графтон было ошибкой, так как её стиль действий обычно не предсказуем, но, как правило, сводится к принципу «сделать всё на отъебись», как говорят люди. Как метко подметила Худ: «… Этой эсминке не хватает целеустремленности…». Вторая ошибка, она же Саффолк. «… Слишком ветренная…», по словам той же Худ. Тоже в чём то выдающаяся туманница, пусть и не такая яркая, как эсминка, но своего лидера она тоже довела, и, вероятно, её и сплавили, не желая лицезреть более в пределах своей эскадры. Хотя бы временно…       И третья ошибка, что флагман перед Малайей уже признала, это то, что этих двух нельзя было отправлять на важное задание с открытым приказом (без чётких рамок) и большой свободой действий. С учётом фактически бесконтрольности, да при таком контингенте, Малайа, видимо, ещё легко отделалась. Нужен был кто-то третий в роли лидера, отличный от этих двух… К примеру, та же Худ. Туманница линейного крейсера обладает весьма тяжёлым, прямолинейным и пробивным характером. И обе развиздяйки её опасаются, так что проблем бы не доставили. Правда, и смысл операции изменился бы кардинально.       Другой вопрос в том, что делать с этими двумя сейчас. Да, флагман передала руководство операцией Худ, и та сейчас трясёт сухопутных, но две «отличницы» всё ещё сидят на её шее. Допустим, Графтон, этой отмороженной всё без разницы, и выговором больше или выговором меньше, её статусу это не повредит. Да и сослать её куда подальше проблемно, так как её вообще-то вытащили из этого самого «куда подальше», где она чаек гоняла и айсбергов шарахалась. Разве что куда-то в другие флоты, где, говорят, даже берега не видно, у той же Принц Уэльского. С Саффолк попроще: найти пирс подлиннее и пошероховатее, после чего хорошенько повозить её носом по нему. Метафора, да. Но с этой крейсерихой можно разобраться, как доползёт до точки встречи, самой бы ещё успокоиться. Терять уже особо нечего… Одно радует, во флоте вопреки всему настроения приподнятые. Как же? Флагман грозен и могуч, а у флота сплошной фейерверк, каких давно не было. Многие настрелялись во всё удовольствие и весь боекомплект, сейчас вот фонят в тактическую сеть довольством.

***

      Стояла и тупо осматривалась по сторонам, и единственная мысль, крутившаяся в голове — «Странно это всё», которая быстро перерастала в тревожащую «Подозрительно всё это». Пока в голове мысли проводили нехитрый эволюционный эксперимент, сама я нервно осматривалась, одновременно проверяя наличие тушки аватары и её целостность. Смогла себя успокоить тем, что аватара цела, и в полной комплектности… Но окружение ничем особым не порадовало. Поверхность представляла из себя ровную водную гладь без видимого дна и сплошным мраком в глубине, что выглядел немного жутковато, если честно. А остальное… Светло-серая дымка по сторонам и наверху, как во время плотного тумана в полдень. Вроде и не светит, но и не темно. И ничего больше… Странно.       Сделала пару шагов и поняла, что не тону, прям аки святой по воде аки посуху прошла. Только концентрические круги небольшой ряби по поверхности разошлись, но и они быстро затихли. Для пробы пару раз подпрыгнула и поковыряла пяткой поверхность воды, были ощущения, что тыкаю плотный мат или матрас, сопротивление поверхности было мягким и нарастающим.       — Что-то это мне напоминает… — нахмурившись, проворчала, пока сама наклонилась и посмотрела в водное отражение. — Или мне херово, или зеркальце пиздит…       Так же задумчиво смотрела на себя-отражение, пока всё больше переживала по поводу того, что отражалось не совсем то, что должно было быть. Бледная кожа, чёрные без белков глаза, и будто спёрла где-то у каких-то готов чёрную помаду и тушь… Ну и вместо жизнерадостного белого платья и розовой куртки с розовыми же ботинками — белая матроска и радикально чёрная юбка. Хотя белые перчатки ничего так… Но в остальном отражение стрёмное, с эффектом зловещей долины: самое то в какой-нибудь хоррор в виде главной злодейски.       — Да ну нахер такие глюки! — передернуло всю от кончика пальцев ног и до макушки, когда осознала, что это мне напоминает, и, не придумав ничего лучше, ударила по отражению в воде кулачком. — *Писк, визг, матерные вопли* — удар не встретил сильного сопротивления, и рука по локоть ушла в воду, весьма так студёную, холоднее, чем в Арктике. От неожиданности чуть не навернулась и вся следом, но инстинктивно устояла, пусть и в раскоряку в позе пьяного аиста.       — Признаю, это было внезапно, и… — прислушалась к себе, пока аккуратно и медленно выпрямлялась, — …страшно, да. Я не из трусливых, но конфуз был близким.       Склонив голову, посмотрела на отражение, отражение столь же подозрительно посмотрело в ответ. Медленно отвела взгляд на окружающую обстановку, пока не увидела здоровенный металлический кофр, стоящий на торце прямо на воде и превосходящий меня в росте раза в два… Как, в общем-то, и в ширину. Осмотрелась повторно, но кроме кофра ничего не добавилась. Пару минут спустя решилась аккуратно подойти ближе, очень аккуратно. Прям очень, очень-очень аккуратно. Я туманный эсминец, я ничего не боюсь (ну кроме флагмана), но местные воды меня чё-т напрягают своей неправильностью. Обошла кофр по концентрическому сужающемуся кругу, готовая отскочить в любой момент. Ну и попинала его ногой, а после потыкала пальцем. Тяжёлый, тонна минимум… Наверное. По крайней мере, от пинков и толчков даже не вздрогнул. Нашла ручку для открытия, которую долго гипнотизировала, но всё же открыла, готовая к моментальной ретираде.       — Да вы издеваетесь? — когда кофр открылся (я в этот момент уже вся распереживалась), то увидела… Экзоскелет с кусками и частями корпуса корабля, в том числе пушками. Данная машинерия стойком стояла внутри кофра на растяжках и цепях, а на внутренней поверхности кофра было множество ящичков и полочек со значками боеприпасов, топлива и провианта. Немного завороженно протянула руку к экзоскелету, явно узнавая свой корпус в деталях и догадываясь, что правильнее назвать его «обвес»… Ну и внутренне негодуя, что кто-то покрасил его в розовый, причём возмущаясь не выбором цвета, а тем, что покрасили сильно так на отъебись в режиме «тяп-ляп-и-так-сойдёт». Вокруг руки при приближении к обвесу начали формироваться шарики света в форме бесплотных одуванчиков, которые начали кружиться вокруг руки. Щелбаном разбила один в световые лохмотья, которые обратно собрались в одуванчик.       — Однако…       Замерев, я задумчиво смотрела на «обвес» и осознавала что это значит. KanColle, значит… Девочки-кораблики. Хотя я ж тоже что-то вроде того же самого. Угу, только я злобный Изуверский Интеллект с высокотехнологичной платформой в виде корабля. Хм, а что там ещё было? Школа морская, девчачья… Школьная жизнь… Жратва, много жратвы… Веселье, если ничего путаю. И ноунеймовый адмирал, чисто как фанера фоном к тому бедламу. Покосилась на своё отражение, но оно стало обыденным, обычным, каким и должно быть. Хмыкнула на данный факт, но это не помешало прийти к решению и решительно… захлопнуть крышку кофра, развернуться на пятках и стремглав броситься прочь от него.       Жрать я люблю, херней маяться тоже, да и школа на фоне стылых арктических вод выглядит не так и плохо, особенно если ты среди айсбергов пробултыхалась годами… Но одно маленькое НО. Меня не вдохновляет идея о том, что там мне могут откусить пятки по самую шею вместе с непоседливой кормой! Да и я пока что-то не встречала кракозябру, способную откусить туманному эсминце корму по самую надстройку и не только не подавиться, но и попросить добавки. Мне тут максимум угроза — это лысые приматы со своими сомнительными технологиями и хотелками. Да и туманниц, конечно, сложно назвать нормальными, но они уже привычные, родные… А канмусу же все наглухо отбитые! Ну вроде как… Да каждая вторая с ПТСР. У меня, в конце концов, тут не бесспорный, но наработанный стаж, возможно, когда-нибудь пенсия (пусть и очень маловероятно)!       —«Флагман! Лидер! Виндиктив!!!» — мысленно орала, активно работая ногами, в панике нарезая круги — «Да хоть Гунзо! Спасайте!»       Когда надоело бегать, мозг наконец-то включился. Не сразу дошло, что подсознательно ощущаю работу своих подсистем и могу ограниченно контролировать процессы ядра. Если честно, то данная новость расслабила настолько, что чуть не разревелась… По одному из каналов смогла получить телеметрию с корпуса, которая по сопутствующим данным указала на то, что я в ремонтном доке, а ядро, конечно, не в гибернации, а где-то около того… В полубреду, в общем.       — Точнее не скажешь, — сообщила проекция Виндиктив, которая внезапно появилась перед моим носом, при этом ехидно ухмыляясь. — Впервые на моей практике. Интересно и жутко. Пациент в несознанке, но бодрствует.       — Виндиктив, — констатировала я спокойно, ну если не упоминать прыжка назад дальше своего роста и воплей, где самое не матерное было «Твою судоверфь!» — Твоих рук дело?! — и взмах руки в направлении кофра.       — Отчасти, — ремонтница не стала отпираться и не перестала ехидно ухмыляться, хоть и немного смущённо почесав кончик носа, и добавила. — Я, скорее, поддержала процесс и направила, но было интересно. Но… К делу. Хватай пакет, если сможешь проанализировать. У тебя половина ядра в гибернации, а четверть в фоновом режиме зависла.       Не стала кочевряжиться и приняла пакет, вчитываясь в сводку. М-да уж… Даже для туманницы писанина не для лёгкого чтения. В целом, всё норм, была бы обычной туманницей, отделалась бы мигренью и новой аватарой. Но а так? Виндиктив и консилиум из ремонтниц сейчас вдумчиво расплетали процессы моего ядра, проявляя явный академический интерес матёрых эскулапов к столь занимательному явлению, как частично зависшее ядро, находящееся в частичной гибернации, ну и частично активное. Причём это уже пятая итерация, первые сбросило при ошибке подключения… Но там я была не дееспособна и действовала больше на рефлексах и инстинктах. Только последняя версия была более или менее осознанной… Вроде бы. Что-то такое ощущаю в памяти.       — Ну и что дальше? — спросила я, осознав размеры проблемы, и скосила взгляд на ремонтницу.       — Дальше? — Виндиктив задумалась, покачиваясь с пятки на носок. — Твоя активность мешает процессу… — и до того, как я успела что-то возразить, добавила, прежде чем мир для меня померк. -… так что спи.       — Ну… Пациент жив. — добавила ремонтница в пустоту, глядя на место, где ранее симулировалась аватара эсминки. — Но диссертация саму себя не напишет.       После уже исчезла проекция Виндиктив и свернулась симуляция пространства, где это происходило.