Часть 10

Спустя несколько дней коматозного прибывания в госпитале под капельницами и солидными дозами успокоительных, Джейн сидела в сером тусклом кабинета командира Эрвина. Она стыдливо опустила своё бледное, раскрашенное синяками и кровоподтёками лицо. Её нижняя губа рассечена так, что пришлось наложить несколько швов, из-за припухлостей ей с трудом удавалось держать глаза открытыми, а порез на шеи снова был облачён в пластырь. Голова не переставала болеть, а рана на затылке гудела ноющей болью, несмотря на обезболивающие, что девушка принимала в больших количествах. — Джейн, — мягко произнёс командир, который сидел в кресле напротив неё, — Ситуация, произошедшая пару дней назад, переходит любые границы, — его пламенная и псевдо искренняя речь не находила ни малейшего отклика в глазах девушки, она обречённо скрыла их, смотря в пол, — Солдат Форестер понесёт наказание за свои действия, можешь не сомневаться. Джейн никак не впечатляли сказанные им слова, она продолжала прожигать взглядом пол, будто и вовсе, игнорируя командира. Казалось, глаза её потеряли всякий цвет и любые признаки жизни, они, словно, две пустые стекляшки не выражали ничего, ни тоски, ни боли, ни грусти. — Подобное больше не повторится, — продолжал Смит, — Мне очень жаль, что всё так получилось, что тебе пришлось пройти через это в и без того нелёгкое время. Твоё дело пока в тупике, но мы делаем всё, чтобы распутать его. Все обидчики понесут своё наказание, будь уверена. На время твоего выздоровления, тебе выделят отдельную комнату и обеспечат всеми нужными лекарствами. Джейн смирно сидела, перебирая пальцами ткань своих брюк. Она сделала глубокий вдох и на выдохе произнесла свои первые слова, — Я хочу написать заявление об отставке. Взгляд Эрвина и рядом сидящего капитана Леви мгновенно нахмурились, — Что? — выпалил Смит. — Я хочу уйти в отставку, — без промедлений повторила Джейн, наконец, подняв на командира глаза. Её голос звучал монотонно и сухо, но полностью выражал серьёзность её намерений. В кабинете повисла тишина, они ожидали услышать от неё, что угодно, но точно не желание покинуть разведкорпус. Капитан Леви взглядом указал на дверь, посылая немой намёк. Они напряжённо переглянулись и оба встали со своих мест. — И как это понимать? — командир бегло захлопнул дверь и сразу же накинулся на Леви. — Ты меня спрашиваешь? — невозмутимо переспросил капитан. — Это ты должен был следить за ней и не допускать подобных событий, как будто сам не знаешь, какие слухи про неё ходят, как будто не знаешь, что все считают её чокнутой. — Не надо сваливать это на меня, — фыркнул капитан, — Ты виноват в такой же степени, как и я. Иди и проведи с ней сотый допрос, расспроси её вспомнила ли она что-нибудь ещё, а потом кинь это дело в долгий ящик и дай ей новых красивых обещаний. — Нет, — протяжно ответил Эрвин, — Это сделаешь ты, — серьёзным приказным тоном выпалил он, — Сейчас ты зайдёшь туда и не выйдешь до тех пор, пока она не изменит своё решение. Леви испустил надменный холодный взгляд, — Сделаю, — уверенно произнёс он, — Но не потому что ты так сказал, — он рывком открыл дверь и скользнул в кабинет, оставляя Эрвина снаружи. Джейн всё так же сидела на стуле в той же позе, опустив глаза вниз. Капитан присел на то место, где раньше сидел Смит и попытался привлечь внимание девушки на себя. — Джейн, я прекрасно понимаю твоё желание, но давай всё же обсудим это, — его тон звучал мягче обычного, — На чистоту. Девушка продолжала молча смотреть в пустоту, не поднимая на капитана глаз. — Я не Эрвин, — он продолжал стучаться в её наглухо закрытую дверь, — Мне ты можешь сказать всё, что думаешь и... — Зачем вы остановили его, капитан? — наконец, произнесла Джейн, смотря в пол. — Что? — капитан не был уверен, что правильно понял её, на первый взгляд, глупый вопрос. — Зачем вы остановили Флока? — их взгляды встретились и теперь Леви разглядел, что в её глазах не было пустоты, её глаза сочились истинным отчаянием и глухой болью. — Почему ты спрашиваешь меня о таком? — спросил он, пытаясь сохранять спокойствие и невозмутимость. Она загадочно хмыкнула, — Я не сопротивлялась, не кричала, более того, я была полностью согласна на то, что он делал, — она говорила так, будто, объясняет вполне обыденные вещи, — Так, зачем вы остановили его? — капитан напряжённо молчал, — Постояли бы в стороне и сделали бы мне огромное одолжение. — Не надо... Джейн снова перебила его, будто, не слыша его слов, — Думаете, я не понимаю, почему вы все так пляшете вокруг меня? — её голос продолжал звучать монотонно, — Не уверена насчёт вас, но точно знаю, что командир, скорее запрёт меня в темнице, чем позволит покинуть корпус, чтоб не дай бог кто-нибудь узнал о том, что тут похищают солдат, а вы ничего с этим не делаете, — она сохраняла с капитаном зрительный контакт, — У меня вопрос, а где ж вы были, когда меня в прошлом году облили кипятком, а когда меня также избили на заднем дворе, а когда меня целый месяц игнорировали, чтобы я поверила в то, что меня на самом деле не существует и всё вокруг это просто моё воображение? — её глаза проедали в капитане дыру, такую же, какая была в ней самой, — Где вы были, капитан? Он молчал, смиренно принимая её обвинения, потому что сам понимал, что всё, что она говорит является чистой правдой. И что бы он не сказал, она не поверит ему. — Я отслужила в этом корпусе десять лет, — продолжала она, — Десять лет я то и делаю, что подставляю вторую щёку и жду этой проклятой справедливости, за которую я всегда боролась и думала, что здесь служат люди, которые борются за то же самое, — она придвинулась на край стула, — Но я больше не хочу быть частью пристанища лицемеров и моральных уродов, — она встала, смотря на капитана сверху, — Если до вечера не подпишите приказ о моей отставке, завтра вы найдёте меня в петле. Она встала, уверенно направляясь к выходу. Всё, что так долго кипело внутри неё, наконец, вырвалось, но только желанного облегчения или удовлетворения она не испытала. Она ни на секунду не сомневалась в сказанных словах и хотела, чтобы капитан тоже не сомневался. Дверь захлопнулась, не успев открыться, капитан резко пресёк её попытку сбежать. — Ты никуда не пойдёшь, — грозно выпалил он, — После всего сказанного, я не выпущу тебя отсюда. Джейн самодовольно усмехнулась ему в лицо, — Тут тоже есть люстра, на крайний случай, дверные ручки. — Сядь обратно, — он окончательно перекрыл её путь к отступлению. — Нет, — она снова потянулась к двери, — Не берите на душу лишний груз и просто дайте уйти. Капитан оттолкнул её, — Я сказал, сядь. — Да какое вам есть дело? — её голос сорвался на крик, — Не хотите портить репутацию? Не хотите упасть в глазах Эрвина? Чего вы добиваетесь? Хотите, чтоб меня забили до смерти? Нет. Пока есть возможность, я лучше сделаю это сама, — она пихнула капитана в грудь, наверно, впервые проявив по отношению к нему физическую силу, — Выпустите меня. Капитан стоял неподвижно, — Я уже сказал, что не дам тебе уйти. Джейн продолжала колотить капитана в грудь, её крик постепенно сменялся на истеричный смех, — Тогда вы самый аморальный из всех моральных уродов, что здесь есть, — фыркнула она ему в лицо, — А ведь когда я читала ваши мысли, они были самыми приличными из всех, что я слышала, — она не понимала, что говорит, а вот капитан чётко улавливал каждое слово, — Как забавно, — воскликнула она, — Чтобы увидеть всю гниль этого места, мне всего то надо было исчезнуть на две недели и научиться слышать тошнотворные омерзительные мысли людей. Ещё несколько дней назад я ненавидела эту способность всей душой, а теперь готова кланяться в ноги тем людям, что подарили мне её. Капитан с трудом осознавал, что она только что ему рассказала. Это не было похоже на истеричный бред или коварную ложь. Всем своим видом, голосом, взглядом она подтверждала правдивость своих слов. Невозможно сочинить подобный бред, будучи поглощённой столь сильными буйными эмоциями. — Что ты сказала? — спросил он, нахмурив брови. До Джейн только сейчас дошло то, что открыла капитану свою самую главную тайну. Гнев продолжал нарастать, но направлен он был уже не на капитана, а на саму себя, на свой язык, который не может вовремя утихомириться. Теперь молчала она, не зная, как оправдаться. — Что ты сказала? — повторил он, но видя её растерянный и озадаченный вид, понимал, что всё это чистая правда. — Ничего, — отчаянно выпалила она. — Что ты имеешь ввиду под слышать мысли других людей? — холодно спросил он и, отойдя от двери, начал напирать на Джейн, — Объясни мне. — Ничего, — продолжала отбиваться девушка, — Ничего. Она готова была сделать всё, что угодно, чтобы прекратить этот допрос, закричать, ударить капитана в лицо, или даже убить, неважно кого, себя или капитана. Внезапно дверь начала открываться с той стороны и спустя секунду стоял Эрвин, приветливо улыбаясь, — Ну, как дела? Джейн ни секунды не сомневалась, это её шанс на спасение. Она бегло скользнула к двери и, практически, сбивая командира с ног, выбежала прочь. Эрвин перевёл изумлённый взгляд на Леви, — Так она остаётся? — капитан не дослушал его, он бросился вслед за девушкой, оставляя Эрвин в полном недоумении.